— Да, — ответил Афу, низко поклонившись.
Между ними повисло неловкое молчание, и Чжао Шэнь первым заговорил, чтобы заполнить паузу:
— Слышал, ты одна приехала из Канчэна?
— Нет, я приехала вместе с братом Су.
«Брат Су»? Чжао Шэнь взглянул на неё. Неужели речь о Су Сюаньсюе? Он вспомнил тот год: Су Сюаньсюй поссорился с маркизом Пинъэнем, в гневе отправился в Канчэн и попросил Сунь Динсюня взять его в ученики, чтобы научиться военному делу. Ему тогда было всего тринадцать–четырнадцать лет… Какой отваги стоило одному мальчишке уехать из столицы на самый север империи!
За углом они встретили Чжао Чэна. Сунь Ячжу почтительно поклонилась:
— Ячжу приветствует наследного принца.
— Не нужно церемоний, — ответил он и тут же спросил: — Чжао Шэнь тебя не обижает?
— Третий брат, что ты такое говоришь! Твоя двоюродная сестра — и моя сестра тоже. Как я могу её обижать?
Сунь Ячжу посмотрела на Чжао Шэня и подумала, что этот наследник весьма забавный, совсем не такой суровый и скованный, как её двоюродный брат. Отец говорил ей, что брат — будущий император, и каждое его слово, каждый поступок уже сейчас связаны с судьбой государства, поэтому нельзя ни на миг терять бдительность. Возможно, именно поэтому его собственная натура была подавлена, и он постоянно держал себя в напряжении.
— Двоюродная сестра, скажи сама: обижал ли я тебя?
Ячжу улыбнулась, лукаво блеснула глазами и протянула:
— Нууу…
Чжао Шэнь заволновался:
— Так скажи же наконец!
— Не знаю, считается ли это обидой…
— Проказница! — воскликнул Чжао Шэнь. Он легко находил общий язык со всеми и быстро переходил на шутливый тон.
— Ах, да ты замечательный! Не обижал меня вовсе, — сказала Сунь Ячжу. Она выросла в Канчэне, где семья Сунь из поколения в поколение служила в армии. Хотя родители строго воспитывали детей, они никогда не подавляли их природную непосредственность. Поэтому Ячжу получилась такой живой, весёлой и в то же время образованной девушкой.
В Канчэне она была предметом восхищения всех знатных юношей: владела всеми искусствами, полагающимися благородной девице, и при этом отлично управлялась с конём и луком.
— Эти два дня могут быть очень насыщенными, — сказал Чжао Шэнь. — Мне, возможно, не удастся за тобой присматривать. Если что-то понадобится — обратись к нему.
— Хорошо, двоюродный брат.
Ночью полная луна, круглая, как диск, высоко повисла над небом, заливая серебристым светом всю столицу.
Битао смотрела в окно и радостно воскликнула:
— Госпожа, посмотрите, какая сегодня полная луна! Завтра точно будет прекрасная погода.
Су Юнь давно заметила это. В этой жизни всё действительно иначе, чем в прошлой. Она помнила: накануне свадьбы тогда лил проливной дождь всю ночь напролёт, и лишь к утру прекратился, оставив после себя лужи повсюду.
— Хватит возиться, иди отдыхать.
— Сейчас, госпожа! Доделаю вот это и сразу пойду спать.
Су Юнь с теплотой смотрела на трудолюбивую Битао. И в прошлой жизни, и в этой служанка верно и преданно стояла рядом с ней. В этой жизни она обязательно проживёт достойно — и найдёт для Битао хорошего мужа.
Битао закончила дела, вышла из комнаты и тихо прикрыла за собой дверь. С довольным видом она направилась к своим покоям для прислуги.
Едва она покинула двор, из тени выскользнула чья-то фигура и огляделась: во всём дворе царила тишина — все рано легли спать после целого дня болтовни. Незнакомка тайком проникла в комнату, где висело свадебное платье, и осторожно закрыла за собой дверь.
Су Лянь сняла капюшон чёрного плаща. Подойдя к алому свадебному наряду, она с болью в глазах уставилась на него. Всё это должно было принадлежать ей! Почему же всё досталось Су Юнь?
Почему? За что?
Обе они — законнорождённые дочери маркиза, но почему она должна стоять ниже Су Юнь? Только потому, что та — первая дочь, а она — вторая?
Тогда она сама разрушит эту свадьбу! Пусть завтра жених придёт — и посмотрим, как Су Юнь будет объясняться! Уничтожение свадебного платья, подаренного лично императрицей, — тягчайшее преступление.
Су Лянь вытащила кинжал, сжала рукоять так, будто перед ней стояла сама Су Юнь, и с яростью занесла клинок, чтобы вонзить его в алый шёлк.
Внезапно раздался пронзительный вопль:
— Уа-а-а!
Су Лянь побледнела, отпрянула и упала на пол, выронив кинжал.
Су Юнь, уже лёгшая в соседней комнате, мгновенно села в постели. Но после этого крика больше ничего не последовало, и она решила, что, наверное, ей показалось от волнения.
— Ты… ты… — Су Лянь дрожащим голосом не могла вымолвить и слова, глядя на фигуру в страшной маске.
Тот в маске снова бросился к ней. Су Лянь в ужасе каталась по полу, размахивая руками:
— Не подходи! Прошу, не подходи!
Шум разбудил весь двор. Су Юнь, узнав голос из соседней комнаты, быстро вскочила, накинула халат и побежала туда. Распахнув дверь, она при свете луны увидела распростёртую на полу фигуру.
Нахмурившись, она произнесла:
— Су Лянь.
Су Лянь подняла голову и, увидев в дверях сестру, закричала:
— Сестра, спаси меня! Там призрак!
Су Юнь осмотрела комнату — никого, кроме них, там не было. Но на полу лежал кинжал, и всё стало ясно.
Тут же появился Су Сюаньсюй:
— Что происходит? Сяо Лянь, что ты здесь делаешь?
Су Юнь молчала. Не спеша она зажгла светильник. Су Лянь всё ещё дрожала и кричала, что видела призрака.
— Где призрак? — Су Сюаньсюй обыскал всю комнату, но никого не нашёл. Зато он обратил внимание на странный наряд сестры и кинжал на полу.
Он вспомнил слухи, которые шептались среди слуг, — раньше он ругал их за такие россказни, но теперь, увидев эту картину, вынужден был поверить.
— Вставай, — строго приказал он.
— Брат, там призрак! Мне страшно!
Су Сюаньсюй присел рядом:
— Если хочешь разбудить отца с матерью — продолжай кричать.
Су Лянь тут же замолчала, хотя всё ещё дрожала. Похоже, она действительно перепугалась до смерти.
— Юнь-мэй, я отведу Сяо Лянь обратно. Разберись здесь сама.
Су Юнь кивнула. Она тоже не хотела устраивать скандал. Судя по состоянию сестры, та вряд ли осмелится повторить свою выходку.
Когда они ушли, Су Юнь подняла кинжал и задумчиво посмотрела на свадебное платье. Она ясно представила себе, что собиралась сделать Су Лянь.
Но кто же мог знать, что та явится сюда, и заранее устроить ловушку с «призраком»? И как ему удалось так быстро исчезнуть после испуга? Этот человек отлично знает дом маркиза и этот двор — иначе не справился бы.
Су Юнь обернулась к открытой двери. Прямо напротив находились покои Су Сюэ — и там уже давно погас свет.
На следующий день
Битао рано утром принесла воду для умывания в покои Су Юнь, но та уже была на ногах. На самом деле, Су Юнь всю ночь не спала: после того как Су Сюаньсюй отвёл Су Лянь, он вернулся и попросил её не рассказывать родителям о случившемся.
Она и не собиралась. Ведь после свадьбы они с Су Лянь уже не будут жить под одной крышей.
После ухода брата сердце Су Юнь не находило покоя. Ей казалось, что вот-вот произойдёт что-то важное. Она перебрала в памяти все события прошлой жизни, но ничего похожего не вспомнила — ведь теперь всё шло совсем иначе.
Единственное, что осталось неизменным: злые люди не меняются.
Су Юнь вкратце рассказала Битао о ночном происшествии. Та ахнула:
— Боже! Какое счастье! Если бы платье испортили, как бы вы сегодня выходили замуж?
— Никому не говори об этом.
— Почему? Вас чуть не лишили свадьбы! Зачем молчать о поступке третьей госпожи?
Су Юнь покачала головой:
— Я не скрываю это ради неё. Просто сегодня мой свадебный день, и я не хочу, чтобы из-за подобных глупостей всё было испорчено.
Разве она забудет об этом? Во-первых, она дала слово брату. Во-вторых, сегодня — её праздник, и она не желает омрачать его дурной славой. Но в будущем… такие вещи всегда лучше выносить в нужный момент — тогда удар окажется самым сокрушительным.
— Главное, чтобы вы сами не пострадали, — сказала Битао.
Вскоре в комнату вошла Су Сюэ. Её сегодня особенно нарядили: на ней было светло-зелёное платье с высоким поясом, причёска — «висящие кольца», а сбоку в волосах сверкал бабочка-заколка из жемчуга. Такой наряд действительно делал её красавицей.
Су Юнь улыбнулась:
— Сюэ, ты сегодня прекрасна.
— Сегодня самая красивая — сестра.
Су Юнь мягко улыбнулась. Хотя Су Сюэ и была простодушной, порой казалось, что она всё прекрасно понимает. Лекарь говорил, что её недуг — переменчивый: то ясность сознания, то помутнение.
Вспомнив прошлую ночь, Су Юнь, пока Битао отошла за водой, спросила:
— Сюэ, ты что-нибудь слышала минувшей ночью?
— Мама велела мне лечь пораньше. Я проспала до самого утра.
Су Юнь кивнула:
— Ранний сон — это хорошо.
Похоже, Су Сюэ ничего не знала. Если бы знала — обязательно сказала бы.
Вскоре Битао привела Аньнинь. Та принесла подарок для невесты.
Су Юнь поддразнила её:
— Я уж думала, ты не придёшь.
С тех пор как Аньнинь подверглась наказанию, она не вызывала Су Юнь во дворец. Принцесса была занята изучением придворного этикета и не могла выкроить времени.
— Я же обещала: в день твоей свадьбы обязательно приду. Пусть жених и мой третий брат — это не помеха.
Су Юнь тихо улыбнулась.
Время встречи жениха назначили на час Змеи. Уже в час Дракона комната Су Юнь заполнилась людьми: кроме родных, пришли знатные дамы — подруги матери — и их дочери. Все затеяли весёлую игру: решили как следует испытать Чжао Чэна, прежде чем впустить его в дом.
Только Су Лянь так и не появилась. Видимо, стыдилась показаться на глаза.
Во двор вбежал слуга и закричал:
— Идут! Быстрее закрывайте двери!
Битао тут же накинула Су Юнь свадебный покров, а девушки заслонили дверь. Аньнинь тоже присоединилась к ним — заявила, что если жених не пройдёт все испытания, как он сможет ценить свою жену?
Аньнинь в деле — Чжао Чэну придётся нелегко.
Вскоре Су Юнь услышала звуки гонгов и барабанов. Она ущипнула себя — чтобы убедиться, что всё это не сон. Чжао Чэн пришёл за ней. В этой жизни она больше не связана с Шэнь Цишу.
Звуки становились всё громче — значит, свадебный кортеж уже вошёл в усадьбу.
Су Юнь не удержалась и приподняла покров. Через открытое окно она увидела Чжао Чэна с алой шёлковой цветочной гирляндой на груди, ведущего за собой свиту. Среди них был и Чжао Чжи, сын императрицы Чэнь, её двоюродный брат, на год старше её. Взгляд Су Юнь снова вернулся к Чжао Чэну — и она невольно улыбнулась.
Девушки в комнате закричали:
— Идут! Быстрее закрывайте дверь!
Су Юнь опустила покров. Послышался стук в дверь и знакомый сдержанный голос:
— Открывайте.
Аньнинь тут же отозвалась:
— Старший брат, так ты свою невесту не уведёшь.
Чжао Чэн нахмурился. Впервые в жизни он женился — и совершенно не знал, что делать. Он растерянно спросил:
— Что вам нужно?
— Конечно, посмотреть на твою искренность! — парировала Аньнинь.
— Какую искренность?
Аньнинь приподняла бровь, и Сюэр протянула ей заранее подготовленный документ. Принцесса подала его через щель под дверью:
— Подпиши и поставь печать — тогда впустим.
Чжао Чэн взял бумагу. Чжао Шэнь заглянул через плечо и громко прочитал:
— Не быть домостроем. Не заставлять Су Юнь прислуживать. Не кричать на Су Юнь. Не брать наложниц.
Дочитав до конца, он скривился:
— Вот это да! И даже без наложниц!
Во всей империи Лян мужчины имели несколько жён и наложниц. Такие условия казались чрезмерными.
— Аньнинь, с такими требованиями тебе самой мужа не найти, — проворчал Чжао Шэнь.
Но Чжао Чэн уже приказал:
— Подайте перо.
Чжао Шэнь вытаращил глаза:
— Третий брат, это же дикие условия!
Под покровом Су Юнь прислушивалась, замирая от любопытства.
— Не подпишешь — не открою! — заявила Аньнинь.
— Говорят, нет злее женщины, — пробурчал Чжао Шэнь, защищая брата. — А ты ещё и не замужем, а уже такая жестокая! Что будет, когда ты выйдешь замуж?
— Меньше болтай! Это ведь не ты женишься.
Пока они препирались, Чжао Чэн уже расписался и вернул документ через щель. Аньнинь проверила подпись и удовлетворённо передала бумагу Сюэр:
— Сохрани. Потом передашь сестре.
— Слушаюсь, Ваше Высочество.
— Чжао Чжэнь, теперь можно открывать? — спросил Чжао Шэнь с досадой, мысленно поклявшись, что когда придёт его черёд жениться, он ни за что не выберет девушку из круга знакомых Аньнинь — иначе его точно замучают.
— Подождите! — Аньнинь тут же велела подвести Су Юнь к двери.
Затем она весело крикнула наружу:
— Назови меня «госпожа» — и дверь откроется.
http://bllate.org/book/10845/971998
Готово:
