Он никогда не видел, чтобы кто-то использовал негативные зелья в качестве испытания на соревновании.
Шангуань Сяо остолбенел. Во сне ему и представить было невозможно, что решение Шэнь Яньсяо окажется столь безрассудным.
Студенты, подслушивавшие поблизости, тоже пришли в ужас от услышанного.
— Эта Шэнь Цзюэ, пожалуй, чересчур жестока, — проглотил слюну один из них. Такой способ — убить тысячу врагов, потеряв восемьсот своих — она осмелилась применить!
И ведь ей предстоит противостоять сразу двоим, а значит, придётся выпить два флакона негативных зелий!
Стоит чуть ошибиться — и это может стоить жизни!
Неужели Шэнь Цзюэ сошла с ума?
— Что? Испугались? — Шэнь Яньсяо скрестила руки на груди, презрительно подняла подбородок и бросила вызов ошеломлённой паре.
Это безумное состязание стало её «благодарственным подарком» Лофаню и Шангуаню Сяо!
Она не могла убить их, но могла воспользоваться тем, чем они больше всего гордились — алхимией…
…чтобы уничтожить их!
Лофань пришёл в себя после шока и, глядя на эту дерзкую девчонку, стиснул зубы. Весь зал библиотеки уже услышал слова Шэнь Яньсяо. Если он сейчас отступит, его станут все смеять. Кроме того, он сам постоянно заявлял, что хочет сразиться с ней в алхимии. Отказаться сейчас — значит навсегда лишиться «лица».
— Соревнуемся! Когда начнём? — решительно выдохнул Лофань.
Шангуань Сяо, однако, внутренне вздрогнул.
Шэнь Яньсяо прищурилась, и в её глазах мелькнул ледяной блеск:
— Завтра днём. Жду вас в лаборатории первого курса!
Вызов Шэнь Яньсяо Лофаню и Шангуаню Сяо в мгновение ока разлетелся по всей Академии Святого Ролана. Почти все узнали: та самая первокурсница, которая однажды унизила лучшего студента отделения алхимиков, вернулась!
Студенты отделения алхимиков Академии Святого Ролана пришли в восторг. Долгое время угнетаемые этой группой пришлых, они наконец получили повод для радости. Почти каждый алхимик тайно болел за Шэнь Яньсяо.
Независимо от курса, все теперь считали Шэнь Яньсяо своей представительницей!
Бросив вызов, Шэнь Яньсяо больше не обращала внимания на двух растерянных парней и сразу покинула библиотеку, направившись обратно в подпольный клуб.
Лофань и Шангуань Сяо тоже быстро ушли вслед за ней. По их спинам было видно, что они отправились обсуждать какой-то план.
Когда Ло Дэ узнал об этом, Шэнь Яньсяо уже вернулась в клуб, так что его надежда лично поймать эту маленькую проказницу провалилась.
Не сумев найти Шэнь Яньсяо, Ло Дэ немедленно отправился на верхний этаж библиотеки и попросил аудиенции у Е Цина.
— Мастер Е, убедите Шэнь Цзюэ отказаться от этого! Её поступок чересчур рискован! — Ло Дэ был вне себя, услышав условия соревнования, предложенные Шэнь Яньсяо!
Использовать негативные зелья в качестве испытания — такой метод за всю тысячелетнюю историю Светлого Континента не применял никто!
Телосложение алхимика и так значительно слабее, чем у других профессий. Приём негативных зелий нанесёт непредсказуемый вред организму. Эти зелья могут повредить обоняние, вкус и зрение алхимика. Любое даже минимальное нарушение этих чувств может положить конец карьере алхимика.
Ведь при создании зелий пять чувств играют критически важную роль.
Хрупкое тело алхимика просто не выдержит воздействия негативных зелий.
Ло Дэ считал, что Шэнь Яньсяо сошла с ума. Он полагал, что причина столь экстремального вызова наверняка связана с недавним изгнанием Тан Начжи из Академии Святого Ролана.
Когда Тан Начжи оклеветали, Ло Дэ хотел помочь, но не смог противостоять Пулису. Из-за этого он чувствовал глубокую вину.
Теперь он не мог допустить, чтобы Шэнь Яньсяо, движимая жаждой мести, совершила непоправимую ошибку.
На спокойном лице Е Цина не отразилось никаких эмоций. Он уже знал все детали вызова от Ло Дэ, но лишь мягко вздохнул:
— Этот ребёнок, Шэнь Цзюэ, внешне кажется очень доброжелательной, но в душе невероятно упряма и решительна. Раз она уже бросила вызов публично, назад пути нет.
Хотя он и не часто общался с Шэнь Яньсяо, Е Цин хорошо понимал её характер.
— Она словно спящий дракон: внешне миролюбива и безобидна, но стоит кому-то коснуться её чешуи — дракон раскроет глаза, вознесётся в небеса и самым жестоким образом отомстит тем, кто посмел тронуть его святыню, — Е Цин поднял взгляд к небу за окном.
— Но… это же слишком опасно! Да и Лофань теперь высший алхимик! — Ло Дэ всё ещё не мог успокоиться. Он не мог смотреть, как такой талантливый студент погубит себя.
Е Цин покачал головой и спокойно произнёс:
— Ты до сих пор не понял моих слов. Ладно, завтра ты сам увидишь, что все твои сегодняшние переживания напрасны.
В подпольном клубе собрались все пятеро из «Фаньлин». Сегодня они отложили все дела, чтобы провести время вместе: завтра Тан Начжи должен был покинуть Академию Святого Ролана и отправиться обратно в столицу.
Когда Янь Юй и Ян Си пришли, Тан Начжи лежал на кресле, совершенно обессиленный и подавленный.
Ци Ся и Шэнь Яньсяо сидели рядом и ели сладости.
— Ты только вернулась — и сразу стала знаменитостью в Академии Святого Ролана, — сказал Янь Юй, уже узнав о вызове Лофаню и Шангуаню Сяо. Он был потрясён форматом соревнования.
— Такие люди заслуживают наказания, — поддержал Ян Си.
Все четверо были в ярости из-за того, как поступили с Тан Начжи, но, принадлежа к разным факультетам, не имели возможности отомстить Лофаню и Шангуаню Сяо.
— Но скажи честно, есть ли у тебя хоть какие-то шансы в этом состязании? — спросил Ян Си.
Шэнь Яньсяо пожала плечами.
Ци Ся, продолжая уплетать изысканные пирожные, добавил:
— У меня есть кое-какая информация о Лофане. Подарю тебе бесплатно.
— Лофань — потомок рода Ло из империи Ланьюэ. В Ланьюэ род Ло занимает положение, сопоставимое с нашими Пятью великими родами, такими как ваш, Янь Юй. Их слава основана на алхимии. За несколько сотен лет в роду Ло появился один мастер алхимии, но несколько десятилетий назад он покинул Ланьюэ и отправился в Страну Богов изучать алхимию.
— Страна Богов? — Шэнь Яньсяо слегка приподняла бровь.
Страна Богов — владения эльфов. Эльфы обладают врождённым преимуществом в алхимии. Говорят, любой эльф достигает уровня среднего алхимика, а алхимики-архимаги, давно исчезнувшие в Сияющем Царстве, в Стране Богов встречаются не так уж редко.
Страна Богов — мечта для лучников и алхимиков. За столетия множество путешественников отправлялись туда в поисках просветления, но многие бесследно исчезали в океанских просторах. Лишь изредка между континентами ходили торговые суда, а большинство искателей приключений так и не возвращались.
— Информация о Стране Богов — скорее легенда. Хотя в роду Ло сейчас нет мастера алхимии, там много высших алхимиков. Лофань — главная надежда рода стать следующим мастером. К тому же, по моим сведениям, Лофань уже пригласил Шангуаня Сяо присоединиться к их клану, — Ци Ся знал всё, будто обладал доступом к секретным архивам.
Империя Ланьюэ и Империя Лунсюань, хоть и казались внешне мирными, на самом деле постоянно конфликтовали.
Между ними существовало негласное правило: если подданный одной страны вступал в союз с другой державой, это приравнивалось к государственной измене.
Поэтому новость о том, что Лофань пытается завербовать Шангуаня Сяо, знали лишь немногие.
Иначе Шангуаня Сяо давно бы арестовали за измену родине.
— Вербует Шангуаня Сяо? Думаю, на самом деле Лофань хочет заполучить не его, а стоящего за ним Пулиса, — холодно усмехнулся Ян Си.
Ци Ся не стал возражать.
— В роду Ло уже сто лет нет мастера алхимии. Они отчаянно нуждаются в таком авторитете. В Ланьюэ есть другие великие роды, равные Ло, и у всех них есть свои мастера алхимии. Как им не волноваться? — добавил Янь Юй.
— Лофань достиг уровня высшего алхимика, Шэньсяо. Если ты сражаешься с ними обоими, Шангуаня Сяо можно не принимать всерьёз, но с Лофанем будь особенно осторожна. Высший алхимик создаёт непростые зелья, да и в роду Ло хранится множество секретных рецептов. Я пока не выяснил все детали. Использовать негативные зелья в соревновании — действительно неразумно, — Ци Ся, обычно невозмутимый, нахмурился.
Он, хоть и не был алхимиком, как наследник рода Цилинь прекрасно понимал значение алхимии.
Зелья — неотъемлемая часть Светлого Континента. Благотворные зелья вызывают настоящую лихорадку, а негативные внушают страх.
Однако создание негативных зелий гораздо сложнее как в подборе ингредиентов, так и в процессе приготовления. Даже Ци Ся не был уверен в успехе такого предприятия.
Шэнь Яньсяо откинулась на спинку кресла, и на её губах заиграла холодная усмешка.
— Неразумно? Посмотрим завтра, кому будет неразумно — мне или им. Не волнуйтесь, я всё просчитала. Завтра они получат по заслугам.
Она не собиралась жертвовать собой ради победы. Её цель — уничтожить врагов, даже не поднимая меча.
Четверо друзей посмотрели на её уверенные глаза и больше ничего не спрашивали. Эта маленькая проказница всегда действовала обдуманно.
Обсудив детали завтрашнего состязания, все перевели разговор на скорое расставание с Тан Начжи.
Его отъезд был для них ударом, но глава рода Сюаньу уже отдал приказ — Тан Начжи обязан был уехать.
Всю ночь пятеро друзей из «Фаньлин» провели в клубе, наслаждаясь каждым моментом последнего совместного вечера.
Свет в комнате отдыха не гас всю ночь.
Янь Юй приготовил роскошный ужин, и компания устроила полуночное веселье.
На лице Тан Начжи играла сложная улыбка — он был растроган дружбой товарищей, но грустил от предстоящей разлуки.
Однако, что бы ни случилось, он знал: в Академии Святого Ролана у него есть друзья, готовые разделить с ним жизнь и смерть.
Резко встав, Тан Начжи поднял бокал и, глядя на четверых друзей, с лёгкой дрожью в голосе и красными глазами громко произнёс:
— Все говорят, что я, Тан Начжи, прожил жизнь без достижений. Будучи из рода Сюаньу, я отказался от пути боевой энергии и магии и выбрал алхимию. С моими способностями я продвигался в ней медленно и безуспешно. Многие ждут, когда я опозорюсь. Пусть смеются завтра вдоволь! С сегодняшнего дня я больше не буду заниматься алхимией! За несколько месяцев в академии я, возможно, ничего и не добился, но это неважно. Главное — у меня есть вы, мои братья! Пускай весь свет меня унижает, презирает, насмехается, ругает… Что с того? В этой жизни я счастлив, ведь у меня есть вы! Завтра я покидаю это место. Сегодня ночью я пью за вас — благодарю за эти месяцы, проведённые вместе!
Он осушил бокал. Острое вино обожгло горло, и глаза Тан Начжи наполнились слезами.
Он знал: с тех пор как два года назад решил стать алхимиком, весь мир ждал, когда он провалится.
Пусть смеются. Пусть смеются сколько влезет.
Он, может, и не станет алхимиком, но у него есть такие преданные друзья. Этого достаточно на всю жизнь!
Четверо подняли бокалы и выпили до дна.
Жгучее вино стекало по горлу, и Шэнь Яньсяо прищурилась.
Безудержное веселье длилось до самого утра. Тысячи бокалов вина — и не осталось слов.
http://bllate.org/book/10621/953299
Готово:
