Как так вышло, что теперь, когда все собрались, те самые люди, которые пригласили на обед, ведут себя подобным образом? Это уж слишком неприятно.
Подумав об этом, Цинь Чжэн невольно слегка повернул голову, чтобы посмотреть, чем занимается Янь Цзинь.
И тут же увидел, как глаза того парня буквально прилипли к ней.
А его милая племянница в это время с полной сосредоточенностью игралась со своим телефоном и даже не удостоила взглядом юношу напротив.
Увидев это, Цинь Чжэн вдруг понял, зачем его сегодня сюда притащили.
В этот самый момент официанты начали вносить заказанные Линь Шиюном блюда, и их появление наконец разрядило напряжённую атмосферу в частной комнате.
Линь Фэн наконец не выдержал и заговорил:
— Мама, это та самая однокурсница, о которой я тебе рассказывал.
Фэн Ли подняла глаза и без особого интереса взглянула на Янь Цзинь.
Девчонке лет пятнадцать-шестнадцать — самый расцвет юности. Да ещё и лицо такое, что пробуждает у мужчин желание её защищать.
Волосы просто собраны в хвост, на ней белое платье и короткая белая кофточка поверх.
Особенно лицо — Фэн Ли даже засомневалась, поместится ли оно на её ладони.
В общем, девочка выглядела вполне скромной и послушной.
Но именно поэтому Фэн Ли испытывала к ней лишь отвращение.
Не прошло и дня знакомства, а уже околдовала её сынишку! С тех пор как эта девчонка вошла, Линь Фэн ни разу не взглянул на собственную мать.
Разве это не типичная соблазнительница?
Насмотревшись вдоволь, Фэн Ли наконец открыла рот — и сразу же выпалила колкость:
— Так ты Янь Цзинь? Наш Линь Фэн часто упоминал тебя. Сегодня я наконец увидела — и правда красавица. Неудивительно, что наш сынок всё время о тебе твердит, даже мать родную почти забыл!
С самого начала в её словах чувствовалось недовольство, будто она обвиняла Янь Цзинь в том, что та соблазнила её сына.
Цинь Вэньчжу до этого терпела: пусть Фэн Ли говорит о ней что угодно, пусть смотрит свысока — ей всё равно.
Но теперь та осмелилась язвить её дочь! Гнев Цинь Вэньчжу вспыхнул мгновенно.
Её пальцы, лежавшие на столе, сжались в кулаки, и она уже готова была вскочить и вступить в перепалку.
Но в этот момент Янь Цзинь мягко потянула её за край одежды и покачала головой, давая понять: не надо выходить из себя.
Только убедившись, что мать сдержала гнев, Янь Цзинь немного успокоилась. Их семья пока ещё не в том положении, чтобы открыто конфликтовать с кланом Линь.
Иначе, зная эгоистичный характер родителей Линь Фэна, Янь Чэн и Цинь Вэньчжу вновь окажутся в той же ловушке, что и в оригинальной истории: Линь Фэн, мстя за Янь Си, разорит их компанию и загонит в долги.
Янь Цзинь подняла глаза и посмотрела на эту средних лет женщину, увешанную драгоценностями, затем перевела взгляд на Линь Фэна, который всё ещё смотрел на неё с обожанием.
Потом она спокойно произнесла:
— Очень приятно познакомиться с вами, тётя. Хотя Линь Фэн-гэгэ в последнее время доставляет мне немало хлопот. Постоянно твердит, что мы встречались в детстве и я его спасла. Но уверяю вас — я точно никогда не видела Линь Фэн-гэгэ.
Таким образом, это ваш сын без стыда преследует меня, а не я его.
Эту мысль Янь Цзинь не озвучила вслух, но Фэн Ли прекрасно её уловила.
Будучи председателем одной из ведущих кинокомпаний страны, Фэн Ли, конечно, не была такой поверхностной и глупой, какой только что показалась.
Просто из-за сына она с самого начала относилась к семье Янь с предубеждением и не стала тратить силы на маскировку.
Увидев, как лицо Фэн Ли потемнело, Янь Цзинь продолжила:
— Кроме того, поведение Линь Фэн-гэгэ уже серьёзно мешает моей школьной жизни. Поэтому, тётя, вам стоит чаще поговаривать с ним.
Закончив, она взглянула на часы в телефоне.
— Ой! Извините, тётя, мне через полчаса нужно быть в больнице на обследовании. Боюсь, мне придётся вас покинуть.
С этими словами Янь Цзинь решительно встала из-за стола.
Янь Чэн и остальные тут же поняли намёк. Особенно Цинь Чжэн — он с готовностью последовал за своей племянницей к выходу.
Цинь Вэньчжу формально попрощалась с Фэн Ли и тоже вышла, гордо стуча каблуками.
Линь Фэн тут же вскочил и, крича «Янь Цзинь!», бросился следом.
Линь Шиюн нахмурился и рявкнул:
— Стой! Ты что, совсем с ума сошёл?
Линь Фэн замер, но на лице его застыло явное недовольство.
А в это время официанты только закончили подавать все блюда, которые заказал Линь Шиюн.
Но гости уже исчезли.
Лицо Линь Шиюна стало ещё мрачнее.
Однако кто-то был ещё злее него.
Линь Фэну просто приказали остановиться, и он на миг растерялся. Но теперь, пришедши в себя, он вспыхнул от ярости.
— Пап, мам! Вы что творите? Я же говорил вам — отнеситесь к родителям Янь Цзинь получше!
Линь Фэн стоял у двери, сжав кулаки, лицо его потемнело от злости.
Фэн Ли только что получила отпор от Янь Цзинь и была вне себя. А теперь ещё и сын ведёт себя так, будто она для него ничего не значит!
— Ну конечно! — язвительно фыркнула она. — Ещё не женился, а уже мать родную за спину закинул!
Линь Фэн стиснул зубы, глаза покраснели:
— Мам, я же объяснял: Янь Цзинь спасла меня в детстве! Мы просто пригласили их на обед, а вы с папой ведёте себя так... Вы вообще обо мне думаете? Если так, зачем тогда рожали? Лучше бы тогда меня и правда убили те торговцы людьми!
Эти слова попали прямо в больное место Линь Шиюна и Фэн Ли.
Из-за работы они мало времени уделяли сыну. Однажды даже обещали отвезти его в зоопарк, но в последний момент отказались из-за дел в компании.
Именно тогда Линь Фэн чуть не похитили.
С тех пор они исполняли любую его прихоть.
Увидев, как сын стоит с красными от слёз глазами и обиженным видом, сердце Фэн Ли сразу смягчилось.
Она подошла и погладила его по спине:
— Сынок, мама не виновата. Посмотри, как себя ведут эти Янь! Стоило им пару слов сказать — и они уже надулись! Когда я последний раз такое терпела?
Линь Фэн всё ещё хмурился. Тогда Фэн Ли пообещала:
— Ладно, в следующий раз… В следующий раз, когда ты её пригласишь, мама обязательно будет с ней мила.
Под её настойчивыми заверениями Линь Фэн наконец повеселел.
Он слегка улыбнулся и напомнил:
— Через месяц у меня день рождения. Я приглашу Сяо Цзинь. Мам, ты больше не смей с ней грубить!
На самом деле Линь Фэну было совершенно всё равно, как его родители относятся к Янь Чэну и Цинь Вэньчжу.
В его воспоминаниях родители никогда и никому не позволяли себе унижаться.
А сейчас главное — он убедил мать в следующий раз хорошо принять Сяо Цзинь. Наверняка Янь Цзинь обрадуется, когда снова встретится с мамой!
...
Цинь Чжэн вывел свою племянницу из отеля «Дишао» и только тогда перевёл дух.
Он оглянулся на мрачные лица сестры и зятя и утешающе сказал:
— С такими людьми не стоит связываться. В будущем лучше избегать их общества.
Цинь Вэньчжу почувствовала вину и поспешила извиниться:
— Прости, братец. Хотела угостить тебя обедом, а вместо этого заставила терпеть их презрение.
К тому же они зря потратили время: не поели, да ещё и наглотались обид.
Цинь Чжэн великодушно отмахнулся:
— Не говори глупостей. Мы же одна семья. В следующий раз просто сходим вместе поесть.
Янь Цзинь в это время подошла вперёд и повернулась к троим взрослым. Она помахала телефоном и весело сказала:
— Не нужно ждать следующего раза! Мы всё равно пообедаем вместе. Иди сюда, дядя! Раз уж ты вышел с нами, твоя любимая племянница не допустит, чтобы ты ушёл голодным!
Цинь Вэньчжу удивлённо спросила:
— Сяо Цзинь, ты что задумала?
Янь Цзинь улыбнулась:
— Мам, я уже посмотрела в телефоне — рядом есть отличная сычуаньская закусочная. Пока мы сидели в той комнате, я уже заказала там столик. Сейчас приедем — блюда, наверное, уже подают.
— К тому же оттуда до народной больницы всего десять минут ходьбы. Дядя успеет вернуться на работу после обеда.
Янь Цзинь ласково улыбнулась Цинь Чжэну — и получила лёгкий щелчок по лбу.
— Ах ты, хитрюга! Вот чем ты всё время занималась с телефоном!
Янь Цзинь потёрла лоб и уселась на переднее сиденье, указывая отцу, куда ехать.
К счастью, все трое взрослых выросли на севере и с детства привыкли к острому, так что сычуаньская кухня им очень понравилась.
А вот Янь Цзинь из-за состояния здоровья не могла есть такие блюда и только пила кашу, которую специально для неё приготовили в закусочной, глядя, как родители и дядя наслаждаются едой.
Про себя она вздохнула: раньше, до того как попала сюда, она сама обожала острое.
Но почти десять лет здесь — и она уже почти забыла, какой вкус у перца.
...
После обеда Янь Чэн сначала отвёз Цинь Чжэна обратно в больницу, а потом вернулся за женой и дочерью.
В отличие от тревожного настроения до поездки в больницу, теперь Цинь Вэньчжу была спокойна — ведь врач подтвердил, что здоровье Янь Цзинь улучшается.
Даже когда они проезжали мимо кондитерской, Цинь Вэньчжу велела мужу остановиться и зашла внутрь, чтобы купить два маленьких торта.
Вернувшись в машину, она увидела, как дочь с надеждой смотрит на неё, и с улыбкой пояснила:
— Помнишь, в прошлый раз вы с Си обе так любили торты отсюда? Вот я и купила два. Выберешь себе один, а второй отдай сестре.
Хотя Янь Цзинь уже заподозрила это, когда мама вернулась с двумя коробками, услышав, что один торт предназначен и для Янь Си, она чуть не расплакалась от радости.
Её старания последних лет наконец дали плоды — дорогая мама начала проявлять доброту к милой сестрёнке!
Янь Цзинь быстро кивнула и взяла коробки из рук матери.
Как только Янь Чэн припарковался во дворе, Янь Цзинь тут же выскочила из машины и побежала к лифту.
Цинь Вэньчжу с ужасом кричала ей вслед:
— Сяо Цзинь, не беги! Осторожнее!
http://bllate.org/book/10223/920588
Готово:
