Будучи самой избалованной принцессой в семье Ван, Ван Янь никогда не зазнавала обид.
Вызвав родителей, она сквозь слёзы пересказала всё, что случилось в этот день.
Ван Цзинси заранее знал, что сегодня должна приехать дочь его младшей сестры — и кто её привезёт.
Как глава семьи Ван, он не видел ничего предосудительного в том, чтобы пригласить племянницу на это торжество. Всё шло по плану: после бала он собирался встретиться с ней лично.
Не ожидал лишь одного — что дочь заранее отправится к гостье и устроит целый спектакль.
Похоже, племянница ведёт себя не лучшим образом.
Услышав эту новость, Ван Цзинси нахмурился. Он взглянул на дочь, которая, казалось, хотела что-то добавить, но остановил её:
— Я уже всё знаю. Иди в свою комнату. Позже я поговорю с твоей бабушкой.
Как взрослый человек, Ван Цзинси считал неуместным напрямую обсуждать этот вопрос с Цзи Вань. Исток проблемы лежал в другом месте — в действиях Линь Фэнпинь.
Сегодня был день её восьмидесятилетия, а в такой день она — главная. Этот инцидент придётся отложить до окончания праздника.
Теперь, когда танцы закончились, настало время познакомиться с племянницей.
Цзи Вань было нетрудно найти — она находилась в главном зале. Стоило лишь немного присмотреться, чтобы заметить, как все взгляды сходились в одном месте. И эти взгляды были далеко не доброжелательными.
Всё потому, что Цзи Вань стояла рядом с Гу Ланом.
А после рассказов Ван Янь молодые девушки узнали свежайшую историю о неловком случае с племянницей. Взрослым, возможно, это было безразлично, но юные особы, следуя намёкам Ван Янь, уже поняли, чью сторону занять. За спиной Цзи Вань весело перешёптывались.
Когда Гу Лан на время отошёл, взгляды, устремлённые на Цзи Вань, стали ещё более вызывающими — будто она ошиблась дверью и попала туда, где ей, маленькой шутке, вовсе не место.
В этих взглядах было не только презрение, но и откровенная зависть.
Цзи Вань была красива — то нежна, то величественна, именно такой тип, что нравится всем.
Восьмидесятилетие главы семьи Ван служило не только поводом для торжества, но и своего рода балом-знакомством и площадкой для деловых переговоров. На таком мероприятии обязательно присутствовали молодые таланты.
Хотя никто прямо не заявлял об интересе, многие старались выяснить, как зовут эту девушку. Проходя мимо, их глаза задерживались на Цзи Вань: кто-то бросал лишь мимолётный взгляд, а кто-то… Его глаза будто прилипали к ней.
В этот момент Цзи Вань очень хотелось вежливо ответить: «Чего уставился? Ещё раз глянешь — вырву глаза».
Но она не могла этого сделать.
Она же маленькая фея.
По крайней мере, так её воспринимали окружающие.
Это был день рождения её бабушки. Если бы она устроила скандал, та, вероятно, перевернула бы весь дом Ван вверх дном.
«Под чужой кровлей приходится кланяться», — это правило Цзи Вань прекрасно понимала.
Поэтому под таким количеством пристальных взглядов она выпрямила спину ещё сильнее.
Тем временем Гу Лан сидел совершенно непринуждённо. Вернувшись, он откинулся на спинку кресла и начал писать сообщение Линь Сяо, чтобы заодно проверить рабочие дела. Даже во время отдыха он не терял времени.
Его спокойные, открытые черты лица притягивали даже больше внимания, чем сама Цзи Вань.
Если Цзи Вань вызывала смешанные чувства — любовь и ненависть — то Гу Лан собирал исключительно восторженные взгляды, особенно со стороны молодых девушек.
Цзи Вань мысленно цокнула языком. Их глаза буквально жаждали сорвать с него этот костюм и прижать к себе.
Но господин Гу оставался невозмутимым и занимался своим делом, как ни в чём не бывало.
Из-за этого Цзи Вань чувствовала себя особенно неспокойно — просто потому, что ей нечем было заняться. Телефон почти разрядился: ранее она водила за собой целую свиту девушек по магазинам, изрядно потратив заряд батареи.
Скучающая Цзи Вань, которую теперь можно было назвать «Цзи-Грибочек», беззастенчиво прервала Гу Лана:
— Гу Лан, на тебя смотрят. Только что та двоюродная сестра.
Заметив, что Ван Янь с завистью наблюдает за ними, Цзи Вань вдруг вспомнила: а вдруг та снова бросится сюда?
Услышав это, Гу Лан поднял глаза.
— Ага, — коротко ответил он, давая понять, что услышал.
Слова были крайне скупыми.
Цзи-Грибочек захотела заговорить и наклонилась ближе. Мельком увидев длинное сообщение, которое он набирал Линь Сяо, она решила пересмотреть своё мнение о Гу Лане. Неужели у него какие-то трудности с живым общением?
— Гу Лан.
— Что? — Он снова поднял глаза.
Она запнулась.
Цзи-Грибочек: …
Она и сама не знала, что сказать.
Гу Лан:
— Ну?
Цзи-Грибочек:
— Позови меня, когда будешь уходить.
— Хорошо, — кивнул он, больше не глядя на Цзи Вань, а снова сосредоточившись на экране телефона.
Сегодня работы было много. Чтобы сохранять вид человека, полностью контролирующего ситуацию, нужно использовать каждую свободную минуту.
Таким образом, Цзи Вань вновь оказалась проигнорированной.
Цзи-Грибочек: …
Ей захотелось уйти и посадить грибы в углу.
Когда она была одна, на неё смотрели лишь одними глазами. Но стоило оказаться рядом с Гу Ланом — и она будто попадала под двойной рентгеновский луч. Ощущение было чертовски неприятным.
Подождав ещё немного, Цзи Вань покинула зал. Она решила прогуляться по саду и «вдохнуть цветы». Приехав сюда, она сразу заметила огромную клумбу вьюнков. Дорога, казалось, запомнилась: сад находился за особняком. Так близко — даже впервые здесь невозможно заблудиться.
Цзи Вань, весьма уверенная в своём чувстве направления, незаметно для окружающих направилась к задней части поместья. Если встречался тупик, она просто спрашивала у горничных, которых здесь было полно. В итоге она без труда нашла то место, куда стремилась.
В саду стояла маленькая беседка. Цзи Вань вошла внутрь.
Под солнечными лучами вьюнки источали бодрящую жизненную силу.
Полузакрыв глаза, почти засыпая, Цзи Вань вдруг услышала знакомый голос и открыла глаза.
Солнце светило ярко, цветы благоухали. Пятнистый свет ласково окутывал Цзи Вань.
Она подняла глаза — и увидела героиню романа, Цзи Мяо.
Та выглядела как клоун: в неуместной одежде, вся мокрая, поддерживаемая мужчиной, который вёл её прямо к той беседке, где сейчас отдыхала Цзи Вань.
В этот момент Цзи Вань как рукой сняло сонливость. Она медленно поднялась с шезлонга, взяв свои вещи, и с улыбкой посмотрела на Цзи Мяо.
Цзи Мяо, опираясь на мужчину, выглядела крайне жалко. Лишь подойдя к беседке, она заметила стоявшую перед ней Цзи Вань.
— Сестра, — робко произнесла она, избегая взгляда Цзи Вань.
Она выдернула руку из его ладони и неловко замерла рядом. От порыва осеннего ветра её видимо продрогла. Цзи Вань сама почувствовала холод за неё.
Без поддержки Цзи Мяо казалась ещё более хрупкой и беспомощной. Рядом с Цзи Вань она выглядела так, будто её только что обидели. Жаль, что вокруг никого не было — некому полюбоваться её жалостливой красотой.
Цзи Вань кивнула в ответ, но её взгляд упал на спутника Цзи Мяо.
— Двоюродный брат знаком с ней?
Того, кто поддерживал Цзи Мяо, звали Ван Шэн — тот самый двоюродный брат, с которым Цзи Вань познакомилась сегодня. Судя по всему, между ними уже установились тёплые отношения. Ван Шэн, будучи истинным представителем рода Ван, конечно, уже догадался, кто такая Цзи Мяо.
Он кивнул.
Их знакомство произошло благодаря благодетелю Цзи Мяо — Сюй Цину. Если Сюй Цин хотел познакомиться с кем-то, он всегда находил способ. Для него это не составляло труда: он знал, когда и где произойдёт нужное событие, и просто «случайно» оказывался там. Так он и познакомился с Ван Шэном.
Ван Шэн, не подозревая о подоплёке, согласился, когда Сюй Цин попросил устроить кого-то в компанию. Ведь за год в фирме и так подписали немало новых контрактов — один человек больше или меньше роли не играл. Сегодня он привёл Цзи Мяо, чтобы отблагодарить Сюй Цина.
Однако, как бы то ни было, внешне Ван Шэн всегда стоял на стороне семьи Ван. Услышав, как Цзи Мяо назвала Цзи Вань «сестрой», он всё понял.
Значит, это та самая приёмная дочь рода Цзи.
Осознав это, Ван Шэн тут же отпустил её руку.
Цзи Мяо, которую и так трясло от холода, лишилась последней опоры. На фоне осеннего ветра она стала выглядеть ещё более одинокой и несчастной.
Она подняла на Цзи Вань глаза, полные эмоций:
— Сестра, я не знала, что ты здесь. Можно мне сначала переодеться?
Цзи Вань повернулась к Ван Шэну.
Тот пояснил:
— Цзи Мяо случайно толкнули в озеро. Я провожу её переодеться.
Почему они пошли не в гостевые покои, а в сад — это уже другой вопрос.
Дело в том, что, увидев Цзи Мяо впервые, Ван Шэн, привыкший к многочисленным романам без последствий, почувствовал необычный трепет в сердце. Где-то в глубине души он понял: эта женщина ему нравится. Только с ней он чувствовал настоящую страсть. Рядом с Цзи Мяо он терял контроль и не мог скрыть эмоции в глазах.
Цзи Вань это тоже заметила.
В её голове прокатилась гроза. Молния озарила сознание — она вспомнила оригинал книги, которую читала.
Ей всегда казалось, что в нём есть что-то странное. Как бы ни были трудны обстоятельства, героиня легко получала поддержку всех влиятельных лиц и финансовых групп. Второстепенные персонажи обладали интеллектом ниже плинтуса, и не существовало проблем, которые нельзя было бы решить «после одной ночи».
На том сайте, где полно цензуры, Цзи Вань видела лишь строку с многоточием. Вероятно, автор сократил такие сцены, чтобы читателям было комфортнее. Цзи Вань тогда не уловила ни намёков, ни аллюзий. Считала, что читает обычную «весёлую» книжку.
Теперь же она поняла: она попала в роман, где основное содержание — эротика, а сюжет — второстепенен.
Увидев столь откровенный намёк Ван Шэна, Цзи Вань почувствовала, как сердце её заколотилось.
Не предупредить ли ей?
«Двоюродный брат, будь осторожен. Это героиня. У неё нет пары. У вас с ней ничего не выйдет».
:)
Решив не вникать в причины, по которым Ван Шэн привёл Цзи Мяо именно в сад, Цзи Вань посторонилась. В конце концов, судя по всему, оба были не против. Было бы невежливо мешать.
Игнорируя слёзы, уже готовые катиться по щекам Цзи Мяо, Цзи Вань добавила:
— Иди скорее. А то простудишься.
Цзи Мяо ушла совсем недавно. Цзи Вань ещё видела её дрожащую фигуру вдали.
Но, обернувшись, она увидела, как к ней приближается целая группа людей.
Во главе шли её дядя Ван Цзинси и бабушка Линь Фэнпинь.
Ван Цзинси пришёл сюда вместе с Ван Янь.
На балу за каждым шагом Цзи Вань следили десятки глаз. После речи Линь Фэнпинь захотела найти внучку, но нигде не могла её обнаружить. Поиски Ван Уаньэр тоже ни к чему не привели — та исчезла неведомо куда.
Узнав, что сын отправляется искать внучку, Линь Фэнпинь последовала за ним. Встреча с внучкой — дело не важное, где бы она ни состоялась.
Поддерживаемая слугами, она величественно прибыла в сад в сопровождении целой свиты.
Сад дома Ван был устроен по принципу «скрытого великолепия и извилистых троп». Но даже такая процессия осталась незамеченной Цзи Вань до самого последнего момента.
Когда люди появились перед ней, она на мгновение растерялась.
Ведь официальная встреча Цзи Мяо с семьёй Ван должна была произойти гораздо позже. А сейчас её двоюродный брат только что увёл Цзи Мяо вглубь сада.
Как это объяснить?
Сегодня день восьмидесятилетия главы семьи Ван. Глава семьи лично пригласила любимую внучку своей дочери на праздник, тем самым ясно показав, насколько дорожит этой девушкой.
А теперь выходит, что кто-то привёл сюда ту, кто отнял у внучки отцовскую любовь.
Выглядит так, будто специально пришёл сорвать праздник.
Ван Шэн тоже осознал серьёзность положения. Но раз уж люди уже здесь и всё видели, откатить назад невозможно. Вернуть Цзи Мяо Сюй Цину сейчас — абсурд. Оставалось только честно всё рассказать.
Изначально внимание Линь Фэнпинь вообще не было направлено на Ван Шэна. Она увидела только Цзи Вань и уже собиралась заговорить с ней, как вдруг услышала всхлип своей внучки.
Вернее, резкий вдох.
Ван Янь подошла к Цзи Мяо.
Та действительно выглядела жалко.
http://bllate.org/book/10169/916553
Готово:
