Вторую сцену пришлось переснимать трижды из-за мелких деталей, но в итоге всё завершилось гладко — даже на час раньше графика. Гу Сянсы потерла уставшие глаза и зашла в комнату отдыха за сумкой. Ассистентка Сяо Чэнь тут же подскочила к ней с телефоном:
— Только что звонили из компании! Велели тебе срочно приехать — там хотят познакомить тебя с одним человеком.
— С кем?
— Не знаю… Звонил сам генеральный директор. Быстро собирайся!
«Неужели Хэ Гу?» — мелькнуло у неё в голове.
Компания Хэ Гу была одним из лидеров в сфере производства фильмов и сериалов, ежегодно выпуская огромное количество контента. Неудивительно, что её агентство так к нему относится.
Гу Сянсы:
— Не хочу идти.
Сяо Чэнь:
— Ну пожалуйста, поехали! Иначе мне конец.
— …Ладно.
Автомобиль приближался к офису. Издалека Гу Сянсы заметила пожилую женщину, оглядывающуюся по сторонам. Когда машина выехала из мёртвой зоны, Сяо Чэнь увидела, как их генеральный директор стоит за спиной женщины, почтительно держа в руках букет цветов.
— Это же сам гендиректор!
Гу Сянсы внутренне вздохнула с облегчением: Хэ Гу здесь не было.
В романе не описывалась внешность генерального директора её агентства. Попав в этот мир, Гу Сянсы всегда полагалась на брокера: работа распределялась им, а передвижения организовывались ассистентами. У неё просто не было возможности познакомиться с руководством. Теперь же, глядя на двух женщин — одну в скромной, но элегантной одежде, другую — стоящую словно по стойке «смирно» с букетом в руках, — она лишь кивнула:
— Поняла.
Машина остановилась прямо перед ними. Гу Сянсы опустила стекло:
— Здравствуйте.
Чэнь Цинхэ, женщине лет пятидесяти с небольшим, но отлично сохранившейся — на вид ей можно было дать не больше сорока, — подошла ближе. Её обычно холодное лицо озарила тёплая улыбка, и в уголках глаз проступили мягкие морщинки.
— Здравствуйте.
Гу Сянсы тоже улыбнулась. Подождав немного и не услышав продолжения, спросила:
— Генеральный директор, а где тот человек, которого вы хотели мне представить?
Ван Дун, стоявший за спиной Чэнь Цинхэ, напрягся. Формально вопрос был адресован именно ему, но почему Гу Сянсы смотрела при этом на саму Чэнь Цинхэ? Он ещё больше удивился, когда увидел, как они свободно поздоровались — он уже решил, что Гу Сянсы знает, кто перед ней.
Лицо Чэнь Цинхэ тоже слегка изменилось. Но Гу Сянсы, сохраняя невинную улыбку, смотрела на неё так, будто действительно задавала вопрос ей.
Хотя Ван Дун и почувствовал странность, он был закалённым в деловых битвах профессионалом и быстро подхватил:
— Сянсы, это и есть наш генеральный директор, госпожа Чэнь.
Только теперь Гу Сянсы перевела взгляд на Ван Дуна — того самого человека, которого она до этого принимала за помощника и полностью игнорировала. Через несколько секунд до неё наконец дошло.
Она онемела от шока.
«Почему ты не предупредил меня, кто есть кто?! — мысленно закричала она системе. — Не говори, что ты сам не знаешь! Не верю!»
Система невозмутимо ответила: [Уважаемая хозяйка, функция напоминаний пока не активирована. Как только вы выполните стартовое задание и активируете её, вам станут доступны подсказки.]
Гу Сянсы: «…Ха-ха.»
Чэнь Цинхэ снова мягко улыбнулась:
— Гу Сянсы, не могли бы вы подвезти меня до вашей квартиры?
— А?
Ван Дун тут же вступил:
— Дело в том, что госпожа Чэнь очень заинтересовалась вашей квартирой. Сяо Чэнь, открой замки.
Сидевшая за рулём Сяо Чэнь вздрогнула и поспешно разблокировала двери. Ван Дун открыл заднюю дверь, придерживая рукой верхний край, чтобы гостья не ударилась:
— Прошу вас.
Чэнь Цинхэ слегка кивнула и села в машину.
Гу Сянсы всё ещё находилась в полном замешательстве. Она совершенно не понимала, что происходит, но уже везла незнакомку домой. В салоне царило молчание. Доехав до квартиры, Сяо Чэнь тут же нашла повод исчезнуть.
— Госпожа Чэнь, — Гу Сянсы поставила на журнальный столик стакан воды и, слегка потерев колени в джинсах, села на диван слева.
— Зови меня тётей.
— Хорошо…
Чэнь Цинхэ сложила левую руку поверх правой и произнесла:
— Думаю, я должна представиться официально. Меня зовут Чэнь Цинхэ. Я мать Чжао Шуяня.
!!!
Гу Сянсы тут же наклонилась вперёд и с уважением пожала протянутую руку. Опыт чтения множества романов подсказал ей классический сценарий: богатая свекровь вынимает чек и произносит: «Вот пять миллионов. Оставьте моего сына».
А она должна ответить: «Мы любим друг друга!»
Свекровь: «Десять миллионов.»
«Наша любовь не купишь за деньги!»
Свекровь: «Пятьдесят миллионов.»
Если бы она осталась прежней Гу Сянсы из своего мира, то без колебаний взяла бы деньги и навсегда исчезла из жизни Чжао Шуяня. Но теперь она — наследница состояния в миллиарды, да ещё и обязана выполнить своё задание-«приговор». Отказаться от Чжао Шуяня сейчас — значит провалить всё.
Чэнь Цинхэ достала из сумочки карту и протянула её Гу Сянсы.
Та нахмурилась. «Вот и настало время», — подумала она.
— Я знаю, что тебе не нужны деньги, — мягко сказала Чэнь Цинхэ, придвинувшись ближе и бережно взяв руку Гу Сянсы. — Но это небольшой подарок от старшего поколения. Прими, пожалуйста. Мне будет спокойнее на душе.
Она посмотрела на живот девушки:
— Репутация — самое ценное для девушки. Из-за этого негодяя тебе пришлось многое пережить. Я уже хорошенько его отругала и потребовала, чтобы он взял на себя ответственность. Он сказал, что через четыре дня вы подадите заявление в ЗАГС. Только после этого мой гнев немного утих.
Сюжет пошёл совсем не по сценарию. Гу Сянсы сначала опешила, а потом медленно осознала происходящее.
Она почти забыла, что свадьба должна состояться буквально через несколько дней.
Изначально фраза «женюсь через неделю» прозвучала в горячке разговора. Но теперь, глядя в глаза матери Чжао Шуяня, полные надежды, Гу Сянсы почувствовала вину:
— На самом деле… не обязательно торопиться со свадьбой…
— Как это «не обязательно»?! — повысила голос Чэнь Цинхэ, но тут же смутилась и, улыбнувшись, похлопала Гу Сянсы по руке: — Как ты можешь оставаться одна, будучи в положении? Мы не можем спокойно спать, зная это! Да и твоя репутация пострадает, если тебя долго не возьмут в жёны.
Она подняла голову, словно вспоминая что-то:
— Этот мальчишка всегда был высокомерным. В школе ни одна девушка ему не нравилась. Я уже думала, что он всю жизнь проживёт холостяком. А тут вдруг — и невестка, и внук!
Её взгляд снова упал на живот Гу Сянсы, будто она могла сквозь одежду увидеть зародыш новой жизни. Та неловко прикрыла живот рукой.
— Сынок, что случилось? — Гу Сянсы устроила Чэнь Цинхэ в гостевой комнате. Та недолго поработала с документами и, как и ожидалось, получила звонок от Чжао Шуяня.
Тот только что вышел из душа. Халат болтался на поясе, одной рукой он вытирал волосы полотенцем, другой держал телефон:
— Я слышал от Ван Дуна, что вы навестили Сянсы?
Чэнь Цинхэ закрыла папку и с лёгким упрёком сказала:
— Негодник, разве не ты просил меня сходить к ней?
Чжао Шуянь рассмеялся:
— Я такого не говорил.
— Ты же сам сказал, что твоя невеста три дня назад согласилась выйти за тебя замуж через неделю, но делает это без особого энтузиазма. Иначе зачем мне лезть в ваши молодёжные дела?
— Ладно, хорошо. Если она спросит — ни за что не выдавай меня, ладно?
Чжао Шуянь переложил полотенце в другую руку и ничего не ответил.
— Негодник.
Чэнь Цинхэ зевнула, глаза её слегка увлажнились:
— Сынок, мама устала. Пойду спать.
— Хорошо.
***
Когда первые лучи утреннего солнца проникли через панорамные окна в гостиную, Гу Сянсы вышла из своей комнаты, потянулась и зевнула.
Чэнь Цинхэ как раз разливала по тарелкам овощную кашу с курицей. Услышав шорох, она обернулась:
— Сянсы, проснулась? Иди скорее завтракать.
Гу Сянсы проспала до самого утра и совершенно забыла, что дома гостья. Увидев свекровь, она мгновенно проснулась и, взглянув на свой пижамный костюм, сказала:
— Доброе утро, тётя! Сейчас переоденусь.
— Не надо, сначала поешь. Иди сюда.
Чэнь Цинхэ помахала ей рукой. Гу Сянсы, смущённо семеня, подошла к кухне и помогла донести тарелки. Сев за стол, она дождалась, пока Чэнь Цинхэ сделает первый глоток, и только тогда отведала свою порцию.
— Ммм… — удовлетворённо протянула она. — Тётя, очень вкусно!
— Рада, что нравится. Я спросила у Сяо Чэнь, во сколько у тебя сегодня работа, и специально встала в пять утра, чтобы приготовить. В твоём холодильнике почти ничего не было, поэтому сходила на рынок. Остатки продуктов положила обратно в холодильник — готовь себе дома, не заказывай постоянно еду на вынос.
Гу Сянсы слушала нежные, заботливые слова и вдруг почувствовала, как в носу защипало. В её родном мире она росла с отцом-одиночкой — он никогда не обижал её, но был крайне рассеянным мужчиной. В этом мире мать Гу Сянсы умерла вскоре после родов, а отец был постоянно занят работой. Ни в одном из миров она никогда не получала такой материнской заботы.
— Очень вкусно, — повторила она с чувством. — Мне очень нравится.
Чэнь Цинхэ мягко улыбнулась:
— Ешь медленнее.
После завтрака Гу Сянсы настояла на том, чтобы помыть посуду. Когда всё было убрано, до отъезда на работу оставалось ещё полчаса. Они сели на диван, и Чэнь Цинхэ налила в два стакана горячую воду, чтобы она немного остыла.
— Мы с отцом хотим, чтобы в день подачи заявления вы сразу же сыграли свадьбу — чем скорее, тем лучше. Но этот мальчишка говорит, что нужно время: выбрать место, платье, кольца, разослать приглашения… За несколько дней это невозможно.
Гу Сянсы мысленно вздохнула: «Похоже, отложить регистрацию не получится».
Система: [Зачем ты всё время хочешь откладывать свадьбу?]
«Я просто не готова…»
[Не выдумывай. Ты уже беременна. Рано или поздно — всё равно придётся жениться. Хочешь — скажи отцу и родителям Чжао Шуяня, что не беременна. Объяви всем в интернете, что это ложь.]
«…Почему я должна страдать из-за твоих глупых заданий? Это не моя вина!» Гу Сянсы особенно расстроилась: ведь именно в этом мире она наконец получила шанс сниматься в главной роли, показать зрителям свой талант. До начала съёмок оставалось совсем немного — и теперь всё это под угрозой из-за системного задания.
[Но ведь всё уже произошло.]
«Ладно… Похоже, придётся подавать заявление. Хотя… на самом деле я ведь не беременна».
[Так сделай так, чтобы была.]
«…»
Закончив внутренний диалог, Гу Сянсы натянула улыбку и сказала Чэнь Цинхэ:
— Тётя, давайте последуем совету Шуяня — пусть свадьба будет позже.
Чэнь Цинхэ легко согласилась:
— Хорошо, тогда сначала подадим заявление.
«…Почему-то чувствую, что что-то не так», — мелькнуло у неё в голове.
Чэнь Цинхэ, глаза которой искрились от радости, достала телефон, открыла камеру и сказала:
— Сянсы, посмотри на тётю.
— Сделай ещё один снимок, но уже с улыбкой. Давай, улыбнись!
Гу Сянсы послушно улыбнулась, а потом спрятала лицо в ладонях, демонстрируя скромность. Чэнь Цинхэ с удовольствием просматривала фотографии, будто уже видела перед собой малыша, который через пару лет будет бегать у неё под ногами.
Она выложила снимки в соцсети с подписью: «Моя невестка».
Через пять минут пришло уведомление. Чэнь Цинхэ открыла комментарий от давней подруги: «Так вы решили?»
Благовоспитанная женщина не стала выдавать эмоций, но в глазах её плясали искорки. Она набрала ответ:
— Да. Свадьба будет позже, а заявление подадим дня через три.
Жёны людей одного круга часто встречались в элитных клубах, пили чай и, как обычные мамы, обсуждали браки своих детей.
Раньше, когда подруги рассказывали, с кем их сыновья встречаются, и спрашивали, почему Чжао Шуянь до сих пор не женится, Чэнь Цинхэ избегала таких встреч. Сегодня же она наконец смогла гордо поднять голову.
Даже когда Сяо Чэнь увезла Гу Сянсы на работу, Чэнь Цинхэ всё ещё не могла стереть с лица искренней улыбки.
http://bllate.org/book/10161/915823
Готово:
