Однако рука Лянь И всё ещё лежала на талии Бай Ваньвань, едва касаясь её и словно обводя невидимым кругом — так, будто боялся удерживать, но и отпускать не решался.
— Да он просто мерзавец! Настоящий мерзавец!
Как можно быть таким негодяем и при этом продолжать любить его всей душой? Госпожа Цзян Иньцюй, вы меня поражаете до глубины души!
Бай Ваньвань не сводила глаз с лица главной героини. Заметив, как та медленно переводит взгляд на неё, Ваньвань не только не опустила глаза, но и бросила в ответ вызывающе дерзкий, почти насмешливый взгляд.
Когда в глазах Цзян Иньцюй вспыхнула ярость, готовая вот-вот перерасти в слёзы, а печаль уже начала затоплять гнев, Ваньвань решила, что ненависти накопилось достаточно, и аккуратно сняла руку Лянь И со своей талии.
Попутно она ещё раз зевнула.
— Ах, сегодня из-за этого проклятого утреннего приветствия встала чуть свет — теперь просто клонит в сон!
Отстранив обе его руки, она уже собиралась уйти, как вдруг почувствовала, что Лянь И весь вздрогнул.
Он будто проснулся ото сна: взгляд мгновенно оторвался от Цзян Иньцюй и вернулся к Бай Ваньвань.
И сразу же зацепился за смутный блеск слёз в уголке её глаз.
Сердце Лянь И болезненно сжалось — опять он невольно причинил ей боль.
Неизвестно о чём подумав, он вдруг повернулся и бросил последний взгляд на Цзян Иньцюй — взгляд, полный мучительных колебаний и нежности. Затем решительно отвернулся, словно окончательно принял решение.
Он снова осторожно обнял Бай Ваньвань, наклонился к ней и глухим, виноватым голосом произнёс:
— Ваньвань, прости… Обещаю, в следующий раз такого не повторится…
Ваньвань с мрачным видом наблюдала за тем, как его «руки-свиньи» снова тянутся к ней, и лишь спустя несколько мгновений осознала, что он только что шепнул ей на ухо.
Она немного растерянно подняла на него глаза:
— Че-что?
— Эй, подожди меня, не ходи так быстро…
Услышав этот почти кокетливый голос Бай Ваньвань, Цзян Иньцюй вновь невольно перевела взгляд в их сторону.
У ворот двора Лянь И нарочно замедлил шаг. Как только Ваньвань догнала его, он протянул руку и взял её за ладонь.
На всём оставшемся пути он ступал мелкими шажками, чтобы она не отставала.
Лишь когда их фигуры полностью скрылись из виду, Цзян Иньцюй медленно отвела глаза. Но образ их уходящих рука об руку так и остался запечатлённым в её сознании, не желая рассеиваться.
Голова закружилась, будто весь мир начал вертеться вокруг неё.
— Госпожа! Госпожа, с вами всё в порядке?..
Бай Ваньвань только вернулась в свой двор, отослала служанок и уже собиралась лечь спать, как вдруг почувствовала чужой, пристальный взгляд.
Она даже не успела вымолвить «Кто там?», как перед ней возникла Хэй Шиу.
— Приветствую вас, госпожа Бай!
— Мм, вставай, — кивнула Ваньвань с видом великой мудрости. — Что тебе нужно?
Хэй Шиу помедлила, прежде чем ответить:
— Доложить вам, госпожа: госпожа Цзян Иньцюй сейчас сильно головокружится, но, несмотря на все уговоры служанок, категорически отказывается вызывать императорского лекаря.
Заметив тревогу в глазах Ваньвань, Хэй Шиу поняла, что информация ценная. Она сделала паузу и добавила:
— Одна из служанок, ведущих записи о питании и распорядке дня госпожи, сообщила: месячные, которые должны были начаться на прошлой неделе, до сих пор не наступили.
Бай Ваньвань была потрясена!
— Что ты сказала?! — недоверчиво уставилась она на Хэй Шиу. — Питание и распорядок дня записывают специально?!
Теперь уже Хэй Шиу изумилась. Неужели дочь генерала ничего не знает об элементарных придворных обычаях?
Но лицо Хэй Шиу, как всегда, оставалось бесстрастным. Никаких эмоций. Она терпеливо пояснила:
— Да. Как и в случае с императорскими наложницами, за всем, что касается госпожи, ведётся строгий учёт. Особенно точно фиксируются дни совместного пребывания с государем и сроки менструаций. Ошибок здесь быть не может.
— А… а за мной? — Ваньвань испуганно указала на себя. — Ты же постоянно рядом со мной прячешься… Неужели и мои дела тоже записываешь? Когда я в туалет хожу, что ем на завтрак…
С каждым новым примером её лицо становилось всё более отчаянным.
— Это же… это же просто извращение!
Хэй Шиу долго молчала.
Она надеялась, что эта новость поможет ей заслужить доверие госпожи и, возможно, получить свободу передвижения. Увидев живые эмоции на лице Ваньвань, она уже мысленно представила себя на просторах мира… Но почему её интересует именно это?!
Разве Чёрная Стража, да ещё и в ранге командира, станет шпионить за жизнью какой-то сироты? Разве она такая, как императрица?!
Ладно, даже если бы Ваньвань и была императрицей — Хэй Шиу всё равно не стала бы заниматься подобной ерундой!
Видя, что Хэй Шиу молчит, Ваньвань чуть не расплакалась:
— Неужели… это правда?
Хэй Шиу с трудом сдержала желание выругаться. С холодным, суровым лицом она ответила:
— Госпожа Бай, его величество направил меня к вам для охраны, а не для наблюдения. Можете быть абсолютно спокойны.
Ваньвань снова изумилась:
— Ты хочешь сказать… тебя прислал Лянь Ци?
Хэй Шиу было нечего сказать. Совсем нечего.
Снаружи госпожа Бай выглядела нежной, благородной и прекрасной, но внутри…
Словами не передать.
Если она ничего не знает о своём положении, то как тогда в прошлый раз смогла так хладнокровно обнаружить Хэй Шиу и вести себя с достоинством истинной повелительницы?
Заметив, как на лице Хэй Шиу впервые появилось выражение крайнего недоумения, Ваньвань вспомнила своё тогдашнее поведение и заслонила лицо руками.
Стыдно! Ужасно стыдно!
Никогда не надо притворяться важной персоной — как только раскроют, сразу теряешь лицо!
Но, с другой стороны, к стыду быстро привыкаешь. А после этого случая Ваньвань даже почувствовала, что теперь общается с Хэй Шиу гораздо свободнее.
Похоже, лучший способ сблизиться с человеком — хорошенько опозориться перед ним.
Быстро отбросив смущение, Ваньвань сразу уловила суть сообщения Хэй Шиу.
Госпожа беременна. И, скорее всего, сама это уже заподозрила — поэтому и отказывается принимать лекаря, несмотря на плохое самочувствие.
— Послушай, Шиу, — сказала она, — продолжай пока следить за госпожой. Завтра я сама зайду к ней с визитом и постараюсь что-нибудь выяснить.
Хэй Шиу, мечтавшая о свободе, кивнула без эмоций:
— Есть.
Но в душе она уже горько жалела, что вообще заговорила об этом.
Чёрт возьми, лучше бы промолчала!
Бай Ваньвань только отправила Хэй Шиу следить за госпожой, как та внезапно снова появилась в её комнате.
— Что ещё? — спросила Ваньвань.
— Доложить вам, госпожа, — ответила Хэй Шиу. — Его величество передаёт: завтра у вас запланирован очередной осмотр. Однако у лекаря Фэна заболела внучка, и ему нужно за ней ухаживать. К счастью, вчера в столицу вернулся странствующий целитель Чжан Байцао. Император лично уговорил его прийти к вам, отдав три корня тысячелетнего женьшеня.
— Какой ещё осмотр? — удивилась Ваньвань.
Хэй Шиу стояла прямо, как статуя, в чёрном одеянии, напоминая строгую монахиню из антиклерикального фильма.
— Госпожа Бай, вы слишком легкомысленно относитесь к себе и к ребёнку… точнее, к возможной девочке или мальчику. Ведь это будущее нашей империи Дасюй! Раз в неделю — уже минимум. Если бы вы согласились переехать во дворец Фэнси, государь наверняка назначил бы несколько лекарей, которые осматривали бы вас ежедневно.
Ваньвань почувствовала лёгкую панику.
Если её разоблачат на этом осмотре — всё кончено!
С Лянь Ци, конечно, можно как-то договориться, но если Лянь И узнает… Как тогда исполнять роль злодейки?
Нужно срочно что-то придумать.
Она подняла глаза на Хэй Шиу и, тревожно поглаживая живот, сказала:
— Шиу, я ведь уже в доме Лянь И. Если теперь явно встречусь с целителем, которого прислал император… разве это не будет выглядеть как явная связь между мной и государем?
Лицо Хэй Шиу стало ещё суровее:
— Госпожа Бай! Для обычного человека даже увидеть лицо императора — величайшая честь. Как вы можете использовать такое грязное слово, как «связь», говоря о ваших отношениях с его величеством?
Подумав, что её свобода зависит от расположения Ваньвань, Хэй Шиу смягчила тон:
— Если вы так хотите скрыть свои отношения с императором, можете притвориться больной. Я организую, чтобы мастер Чжан пришёл к вам под видом обычного лекаря.
Ваньвань продолжала сопротивляться:
— Но ведь прошло меньше месяца! Ничего ещё не определить. Зачем тогда осмотр? Лучше пусть мастер Чжан идёт туда, где он действительно нужен.
— Госпожа, вы не знаете, — ответила Хэй Шиу. — Мастер Чжан — настоящий реинкарнация Хуа То и Бянь Цюя. Он способен вернуть к жизни мёртвого, не говоря уже о том, чтобы определить беременность. Обычные лекари не могут этого сделать, но мастер Чжан способен диагностировать зачатие уже через десять дней. Будьте спокойны.
Желая угодить Ваньвань, Хэй Шиу даже попыталась улыбнуться. Но из-за многолетней привычки к бесстрастности улыбка получилась такой же жуткой, как у старой няньки, собирающейся воткнуть иголку.
Ваньвань посмотрела на неё и испугалась.
По сравнению с завтрашним мастером Чжаном, Хэй Шиу сегодня куда страшнее.
Ей даже показалось, что, если она ещё хоть раз откажет, Хэй Шиу воткнёт свой меч вместо иглы — раз, и ещё раз.
С ней лучше не связываться.
Ваньвань устало махнула рукой:
— Ладно, поняла. Завтра переоденьте мастера Чжана в костюм обычного лекаря или странствующего целителя — и пусть заходит. А теперь иди, продолжай следить за госпожой.
Хэй Шиу не двинулась с места.
— Что ещё? — спросила Ваньвань, высоко подняв брови. Внутри она нервничала, но внешне держалась уверенно.
Хэй Шиу помедлила, потом неохотно ответила:
— …Ничего.
Хотя она и не понимала почему, но госпожа явно расстроена. Наверное, не стоит сейчас просить об увольнении из дома.
Вздохнув про себя, Хэй Шиу решила, что позже обязательно сходит во дворец и попросит совета у главного управляющего Ли — как правильно угождать господам.
После долгих внутренних сетований она холодно исчезла перед глазами Ваньвань.
*
Всю ночь Бай Ваньвань размышляла и наконец придумала блестящий план. Он идеально подходил её роли злодейки и позволял избежать завтрашней опасности.
Ещё до рассвета она велела служанкам приготовить туалет — впервые в жизни она с радостью встала так рано.
С несколькими служанками она отправилась во двор госпожи, но и на этот раз не смогла поприветствовать её.
У ворот стояла Сыцинь, на щеке которой ярко проступал след от пощёчины. Она смотрела на Ваньвань и её свиту с выражением одновременно гнева и страха.
— Простите, госпожа Бай, — дрожащим голосом сказала она, расставив руки, чтобы загородить вход. — Вы не можете войти. Госпожа нездорова. Прошу вас, возвращайтесь.
Бай Ваньвань многозначительно посмотрела сквозь ворота во двор, затем окинула взглядом окрестности. От её пристального взгляда сердце Сыцинь забилось так, будто хотело выскочить из груди.
Когда Сыцинь уже приготовилась к язвительным насмешкам, Ваньвань неожиданно отвела глаза и спокойно сказала:
— Хорошо. Передай госпоже, пусть хорошенько отдыхает. Завтра я снова зайду.
С этими словами она развернулась и вместе с Чуньцзин и другими служанками направилась обратно.
http://bllate.org/book/10036/906123
Готово:
