Годовая карта У Даня в курортном комплексе ещё не истекла, и он имел полное право поселиться там вместе с У Цинь. Однако, вспомнив о прежних связях этих двоих с семьёй Жуань, менеджер Хун всё же решил доложить.
Он боялся, что У Дань устроит какой-нибудь скандал.
Курортный комплекс наконец-то возобновил работу, и дела начали понемногу налаживаться. А вдруг У Дань всё испортит — тогда ему, менеджеру Хуну, точно придётся искать новую работу.
Руань Мэнмэн поняла его опасения и после недолгого размышления сказала:
— У него есть годовая карта. Мы открыты для всех — нет смысла выгонять гостей. Примите их как обычных постояльцев. Если начнут шуметь — тогда и выгоним.
Менеджер Хун кивнул в знак согласия.
Вопрос с У Данем и У Цинь вскоре был забыт: Руань Мэнмэн полностью погрузилась в размышления о том, как заставить курортный комплекс приносить прибыль.
Благодаря массиву, собирающему ци, и знаменитым бамбуковым побегам, все, кто побывал здесь, оставляли исключительно восторженные отзывы.
Проблема заключалась в том, что эта безупречная репутация распространялась лишь в узких кругах. Знатные дамы, даже если им очень понравилось, из чувства собственного достоинства не станут рекламировать курорт в соцсетях или рассказывать об этом подругам.
Ранее госпожа Руань уже запускала рекламную кампанию — одновременно на телевидении и в интернете, но, судя по всему, это дало мало результата.
Курортный комплекс «Жуань» существовал в Пинани уже много лет, и большинство горожан привыкли считать его старым, скучным и совершенно не заслуживающим особого внимания местом. Изменить такое устойчивое мнение было крайне сложно.
Хорошие отзывы и слава не выходили за пределы узкого круга, а значит, денег комплекс не зарабатывал. Единственная история, получившая широкую огласку, — инцидент с бамбуковыми крысами — воспринималась лишь как забавная курьёзная новость, достойная пары минут смеха.
Руань Мэнмэн приуныла. Она потянула за шерсть хаски и вяло пробормотала:
— Что делать… Нет никакого ажиотажа, чтобы привлечь людей… Наверное, всё-таки стоит вернуть панду и использовать её как приманку.
Инь Ли молчал несколько секунд, затем сквозь зубы процедил:
— …У тебя нет права держать панду. Это национальное сокровище.
Руань Мэнмэн ещё больше загрустила — её уныние стало заметно невооружённым глазом.
Инь Ли мрачно насупился и, словно жертвуя чем-то дорогим, выставил вперёд Великого Крысиного Божка:
— Держи. Он умеет бегать в колесе, прыгать через огненные кольца, качаться на качелях и ездить на велосипеде. Любой номер — только назови!
В душе Великий Крысиной Божок рыдал, но внешне старался выглядеть воодушевлённо: поднял лапку и радостно «хрюкнул», давая понять, что его выступления будут яркими и обязательно привлекут внимание.
— … — Руань Мэнмэн удивлённо уставилась на всё ещё живого Великого Крысиного Божка. — Ты ведь не съел его?
Инь Ли презрительно фыркнул:
— Противный на вкус.
Руань Мэнмэн насторожилась:
— Но ведь раньше ты говорил, что вкус неплохой.
— … — Хаски холодно взглянул на Великого Крысиного Божка.
Тот натянуто хихикнул и неловко пояснил:
— Наверное, у меня слишком много шерсти, да и мясо жёсткое. Сначала вкус показался неплохим, но текстура… текстура никуда не годится, совсем никуда…
Руань Мэнмэн причмокнула, в её глазах мелькнуло сожаление. Она ведь хотела попробовать, на что похож вкус Великого Крысиного Божка…
— В участке вызывают — нужно подписать документы. Я схожу, а потом вернёмся к вопросу: колесо или огненные кольца?
Великий Крысиной Божок похолодел всем телом. Ему показалось, что он только что прошёл по краю пропасти. Он энергично закивал, давая понять, что будет послушно ждать её возвращения.
…
После ухода Руань Мэнмэн в комнате воцарилась гробовая тишина.
Лицо Инь Ли потемнело. Великий Крысиной Божок, почувствовав неладное, тут же превратился в пушистый комочек и принялся угодливо позволять хаски себя трепать.
Именно в этот момент в помещение впорхнула круглая фигура. Панда радостно подлетела к хаски и крепко обняла его.
— Братишка! Как же я по вам соскучился!
Панда потерлась о хаски и на глазах у неё выступили слёзы:
— Мэнмэн, наверное, обо мне совсем забыла… Мне так одиноко и скучно в зоопарке, что я просто не выдержал и сбежал!
Инь Ли опустил взгляд на пухлую лапу, лежащую у него на плече, и вдруг резким движением сбросил панду на пол.
— Дурак! Осмелился самовольно сбежать обратно? Получай!
— … — Панда оцепенела от шока. — Эээ… Почему опять бьёшь?!
Великий Крысиной Божок: «…»
Он с сочувствием посмотрел на панду и мысленно вздохнул:
«Как такой глупец вообще стал божеством? Небесное Дао явно несправедливо!»
*
*
*
Курортный комплекс «Жуань» находился рядом с районом Лэйтин, поэтому дорога до полицейского участка была недолгой.
Менеджер Хун предусмотрительно подготовил машину — правда, это был грузовой фургон из кухни с надписью «Курортный комплекс „Жуань“». Готовя транспорт, он сильно нервничал, боясь, что младшая госпожа будет недовольна. Другого выбора не было: в распоряжении комплекса имелось всего два автомобиля, а более приличный внезапно сломался и до сих пор находился в автосервисе.
К счастью, Руань Мэнмэн, похоже, не возражала и сразу села в фургон.
Проводив младшую госпожу, менеджер Хун с улыбкой сказал стоявшему рядом сотруднику:
— Кто это распускает слухи, будто младшая госпожа капризна и своенравна? По-моему, у неё прекрасный характер.
— Слухи — вещь ненадёжная, — ответил сотрудник, и его лицо исказилось странным выражением. Он отвечал за обслуживание У Даня и У Цинь и за несколько дней общения с У Цинь почувствовал, что с ней что-то не так.
Менеджер Хун, опасаясь, что сотрудник может кого-то обидеть, тут же принялся внушать ему: «Клиент всегда прав!»
Как бы то ни было, с У Данем и У Цинь простым служащим лучше не связываться.
*
*
*
Фургон стремительно домчался до полицейского участка. Водитель Сяо Ван, которому ещё нужно было закупить продукты, договорился с Руань Мэнмэн о времени возвращения и, резко нажав на газ, помчался на рынок.
Руань Мэнмэн стояла перед участком и молчала.
Обычно участок, овеянный аурой справедливости, теперь в её глазах выглядел чёрным и зловещим: плотные клубы энергии инь-ша окружали здание со всех сторон, не оставляя ни малейшей щели.
— Эй, пришла подписать бумаги? — Ван Сяо, держа в руках коробку с обедом, возвращался из маленькой закусочной напротив. — Чего стоишь? Заходи!
Заметив странное выражение лица Руань Мэнмэн, он насторожился и проследил за её взглядом. В следующий миг его глаза распахнулись от ужаса:
— Чёрт возьми! Что за чертовщина?!
Клубы энергии инь-ша, словно почуяв приход Руань Мэнмэн, расступились, открыв вид на белую бамбуковую крысу, лежащую на стуле в приёмной.
Крыса средних размеров заняла самое заметное место и смотрела прямо на Руань Мэнмэн. Её маленькие глазки светились кроваво-красным. Рядом с ней стояли бумажные похоронные куклы — высокие конические шляпы, ярко-красные щёки, в руках — цепи…
Белая крыса встала на задние лапы и замахала передними, издавая громкое «хрю», будто говоря: «Ну что, заходи, если осмелишься!»
Руань Мэнмэн изначально решила простить её, если та больше не будет устраивать беспорядков. Но раз сама лезёт под горячую руку…
Она внимательно осмотрела крысу, а затем перевела взгляд на бумажных кукол.
Раньше у этой крысы не хватало наглости на такие выходки. Да и энергия инь-ша вокруг явно не её рук дело — слишком мощная. Похоже, она нашла себе покровителя, причём весьма сильного, способного управлять бумажными куклами как боевыми слугами.
Руань Мэнмэн сделала шаг вперёд, но Ван Сяо схватил её за руку.
Его зубы стучали от страха, но он героически преодолевал ужас:
— Здесь опасно! Я зайду первым, а ты уходи.
Руань Мэнмэн посмотрела на его дрожащую руку и вдруг поняла. Она протянула свою ладонь:
— Если боишься, можешь держаться за меня.
Перед Ван Сяо замаячила белая, нежная ручка. Он почувствовал, что теряет лицо, и слегка кашлянул:
— …Я же полицейский! Как будто мне страшны всякие потусторонние штуки!
…
Спустя некоторое время Ван Сяо, собрав всю свою волю, первым переступил порог приёмной.
Внутри на полу лежали без сознания все полицейские. Зато все бамбуковые крысы, ранее сидевшие в клетках, теперь свободно расползлись по залу и исподтишка наблюдали за ними.
Увидев, что Руань Мэнмэн попала в ловушку, белая крыса торжествующе «хрюкнула».
Страшный пёс отсутствовал, а девчонка осталась одна — идеальный момент!
Вперёд! Схватить её и потребовать в обмен на старейшину!
Белая крыса махнула лапой, и спрятавшиеся повсюду крысы, прикрытые энергией инь-ша, бросились в атаку на Руань Мэнмэн.
Забытый Ван Сяо громко крикнул, выхватил горсть риса и бросил вперёд, затем зажёг талисман и начал декламировать:
— У Вулянтяньцзюня! Истреби демонов и злых духов! Да очистится мир от нечисти!
Его действия вызвали замешательство среди крыс: они остановились примерно в двух шагах и не решались приближаться.
Ван Сяо, заметив эффект, постарался говорить уверенно:
— Не бойся! И рис, и талисман мне дал даос из храма Цинъян — они отлично действуют против всякой нечисти…
Он не успел договорить — в воздухе прозвучал свистящий звук.
Руань Мэнмэн резко оттащила его назад на полшага.
Ван Сяо вздрогнул и обернулся. Его бросило в холодный пот.
Рис на полу почернел, будто его чем-то отравили.
Одна из бумажных кукол рядом с белой крысой резко дёрнула рукой, и цепь со свистом полетела туда, где он только что стоял, врезавшись в пол и оставив глубокую трещину.
Его лицо стало мрачным: он явно не ожидал, что эти потусторонние создания окажутся такими опасными.
Руань Мэнмэн внимательно осмотрела цепь, а затем перевела взгляд на куклу, державшую её. Ей показалось, что она уже где-то видела эту фигуру — особенно ту, что стояла впереди всех: высокая шляпа, ярко-красные щёки и зловещая ухмылка.
Увидев, что удар прошёл мимо, кукла в высокой шляпе зловеще произнесла прерывистым, призрачным голосом:
— Сдайся без боя — сохранишь жизнь.
— Кхе-кхе-кхе-кхе-кхе…
Все бумажные куклы зловеще рассмеялись, готовясь преподать Руань Мэнмэн урок, но вдруг обнаружили, что ведущую куклу схватили за цепь и подняли в воздух.
— Кхе… — Зловещий смех оборвался на полуслове.
Кукла в высокой шляпе почувствовала, как невидимая сила сковала её, не позволяя пошевелиться. Она задрожала и увидела перед собой девушку, которая внимательно её разглядывала.
Ван Сяо остолбенел, наблюдая за тем, как Руань Мэнмэн обращается с куклой, внушавшей ему такой ужас, будто это обычная тряпичная игрушка, которую можно вертеть в руках.
Как можно трогать такие жуткие штуки?!
Он попытался предостеречь её:
— Госпожа Жуань, скорее отпусти её! Опасно — можешь заразиться инь-энергией, эти штуки крайне коварны…
Он не договорил — раздался пронзительный вопль:
— А-а-а-а-а!!!
Затем — резкий звук рвущейся ткани, и голова куклы отлетела…
Ван Сяо: «…»
Голова в высокой шляпе и с красными щеками покатилась по полу и остановилась у его ног. Ярко-красные щёки и чёрные глазницы смотрели прямо на него.
Ван Сяо отпрыгнул назад:
— Чёрт! Какая жестокость!
Отрубленная голова куклы в высокой шляпе издавала всё более слабый визг:
— А-а-а-а-а! Ты погибнешь!
— Мою голову! Мою голову! Мою голову!!!
— А-а-а, прекрати! Быстрее…
Крик постепенно затих, превратившись в шипение, и наконец исчез совсем.
Лицо Ван Сяо побелело. Он стоял ошеломлённый.
Руань Мэнмэн разобрала куклу в высокой шляпе на отдельные куски, превратив её в клочья бумаги, что выглядело особенно жутко.
Из груди куклы она извлекла талисман и нахмурилась, изучая его.
Такого талисмана она раньше не видела. Похоже на талисман запечатывания душ… То есть дух умершего запечатан внутри бумажной куклы и используется как слуга?
Талисман, лишившись духа, почернел, сгнил и через мгновение рассыпался в пепел, упав на пол.
Руань Мэнмэн подняла глаза на остальных бумажных кукол.
Те в ужасе метались, не веря своим глазам.
В следующее мгновение они словно увидели своего злейшего врага, взвизгнули и, бросив цепи, пустились наутёк. В воздухе ещё долго звенели их испуганные крики:
— Кхе! Это она! Это она! Та самая ужасная она!!!
— Бежим! Это та, что рвёт нас голыми руками!
— Спасите!!!
Через несколько секунд бумажные куклы исчезли, оставив после себя растерянного Ван Сяо и крыс.
Белая крыса: «???»
Ван Сяо: «…»
Белая крыса поняла, что дело плохо, и дважды «хрюкнула», подав сигнал к отступлению.
Крысы, спрятавшиеся повсюду, мгновенно выскочили из укрытий и устремились к выходу.
Руань Мэнмэн взмахнула рукой. Белая крыса почувствовала, как невидимая сила втягивает её обратно. Сопротивляться было бесполезно — она полетела назад и оказалась зажатой в ладони.
— Хрю-хрю-хрю!!! — завопила крыса, обнаружив внутри себя запрет, наложенный незаметно. Она пришла в ярость: — Подло! Бесчестно! Вы, представители благородных школ, как можете так коварно поступать с крысой?! Это возмутительно!
Руань Мэнмэн оказалась ещё злее:
— Возмести мне убытки, иначе вырву твою душу и сделаю из неё слугу-призрака, который день и ночь будет работать и искать для меня сокровища!
http://bllate.org/book/9907/896100
Готово:
