Ли Шень не стала его останавливать, а лишь тихо напомнила:
— Только что, после твоего ухода, там порядком пошумели. С трудом уснула. Так что и ты потише — не разбуди её, а то опять начнётся целое представление.
Цзи Яньтин кивнул и осторожно приоткрыл дверь. Свет он не включил, а лишь воспользовался лунным светом, пробивающимся сквозь щель в шторах, чтобы разглядеть на большой кровати вздувшийся под одеялом силуэт.
Он медленно подошёл к постели. Маленькое личико, наполовину зарывшееся в одеяло, всё ещё слегка хмурилось. Невольно протянув руку, он мягко разгладил морщинки между бровями. Тан Юй, похоже, почувствовала исходящую от него успокаивающую ауру: её брови постепенно разгладились, и она даже повернулась, инстинктивно прижавшись щекой к его ладони.
Цзи Яньтин ощутил нежность прикосновения и невольно смягчился лицом. Но тут же его взгляд случайно скользнул по расстёгнутому воротнику — и белоснежная кожа, мелькнувшая перед глазами, заставила его мгновенно вспыхнуть, будто готов был взорваться от смущения. Он поспешно отдернул руку и снова пустился в бегство.
Ведь если есть выражение «равнодушный к женщинам», то ему противоположно — «никогда не имел опыта».
Ли Шень всё это время стояла у двери и не уходила далеко. Она переживала, не сделает ли Цзи Яньтин чего-нибудь непристойного: ведь девушка в комнате выглядела слишком юной — даже неясно, достигла ли совершеннолетия. Хотя она и удивлялась, что её молодой господин выбрал себе такую юную особу, но лишь бы он наконец вышел из тени прошлого. Пусть даже моложе — подождёт пару лет. Главное — не совершить сейчас ошибку.
Однако, увидев, как Цзи Яньтин вскоре вышел из комнаты, явно смущённый и растерянный, Ли Шень поняла, что зря тревожилась. Ведь она знала этого мальчика с детства. Какие бы слухи ни ходили снаружи, по своей сути он всегда оставался добрым.
Цзи Яньтин и без того чувствовал неловкость, а увидев Ли Шень всё ещё стоящей в коридоре, смутился ещё больше — ведь для него она была почти что старшей родственницей.
— Кхм-кхм, вам тоже пора отдыхать, — произнёс он, стараясь скрыть своё замешательство обычным тоном.
В глазах Ли Шень, однако, блеснула насмешливая искорка. Тем не менее она серьёзно напомнила:
— Да уж ладно мне. Просто помни: девочка выглядит совсем юной, так что немного потерпишь ещё пару годиков.
— Что вы такое говорите! Ей уже двадцать пять, да и отношения у нас вовсе не такие, как вы думаете.
Услышав, что Тан Юй уже двадцать пять, Ли Шень наконец перевела дух. Разница в пять–шесть лет — не так уж страшно, главное, что не несовершеннолетняя. А вот вторую часть его фразы она просто проигнорировала. Живя полжизни, она всего насмотрелась и всего начувствовала. А уж кто, как не она, знал Цзи Яньтина лучше всех в доме Цзи? Когда он хоть раз проявлял такую нежность и заботу к какой-либо женщине? Даже к своим двоюродным сестрам такого не было!
— Ладно-ладно, я пойду спать. И ты тоже не засиживайся допоздна: работа всё равно никогда не кончится, — сказала Ли Шень с теплотой, и выражение лица Цзи Яньтина смягчилось. Но тут она неожиданно сменила тему: — Кстати, что любит есть эта девушка? Есть ли у неё какие-то запреты? Завтра утром нужно приготовить завтрак.
Цзи Яньтин ведь даже не ел с ней за одним столом. Хотя он и читал её личное досье, но таких деталей там не было. Он слегка нахмурился:
— Готовьте, как обычно.
Ли Шень недовольно нахмурилась — ей явно не понравился такой ответ. Она не удержалась и наставительно сказала:
— Как можно не знать, что любит есть девушка! Ладно, завтра приготовлю побольше вариантов.
Утренние лучи солнца проникли в комнату и осветили вздувшийся комочек под одеялом. Тан Юй, обняв одеяло, перевернулась на кровати. Последствия двух дней подряд пьяных загулов давали о себе знать: голова раскалывалась, и ей совсем не хотелось вставать. Она ворочалась, ворчала и отказывалась покидать постель. Но после нескольких переворотов постель показалась ей странно просторной.
Тан Юй с трудом разлепила глаза. Всё перед ней плыло, но этого было достаточно, чтобы понять: эта комната точно не та, где она живёт вместе с Лу Вэнь.
Она резко села, оглядывая роскошно, но сдержанно обставленную спальню, и в глазах её мелькнуло замешательство. Затем она опустила взгляд на себя — одежда сменилась на другую. Мгновенно натянув одеяло до подбородка, она испуганно и растерянно вскочила с кровати и выбежала из комнаты, даже не надев тапочки.
Добравшись до верхней ступеньки лестницы, она почувствовала аромат свежеприготовленного завтрака. Ли Шень, услышав шаги наверху, сразу подняла голову и, увидев Тан Юй на лестнице, тепло улыбнулась.
— Госпожа Тан проснулась.
Тан Юй удивилась — женщина знала её имя. Она попыталась вспомнить, встречались ли они раньше, но голова словно превратилась в густую кашу: малейшее усилие вызывало острую боль.
— Вы… кто? — медленно спускаясь по ступенькам, спросила она. Но не успела сделать и нескольких шагов, как вдруг почувствовала, что её тело оторвалось от земли. Она вскрикнула от неожиданности, но руки инстинктивно обвились вокруг шеи подхватившего её человека. И в этот момент её взгляд встретился с парой глаз, полных раздражения.
— Ты… — начала она.
— Кто тебе позволил бегать босиком по дому ранним утром?! — перебил её Цзи Яньтин.
Он аккуратно поставил её на диван в гостиной, а сам, не дожидаясь её ответа, снова поднялся наверх. Тан Юй с недоумением смотрела ему вслед.
Ли Шень всё это время с улыбкой наблюдала за ними. Когда Цзи Яньтин скрылся из виду, она сказала:
— Кажется, мой малыш наконец-то научился заботиться о других.
Тан Юй наконец пришла в себя и повернулась к Ли Шень:
— Это… дом того господина?
Ли Шень слегка нахмурилась, услышав, как Тан Юй называет Цзи Яньтина «тем господином», но тут же расслабила брови. Возможно, это просто молодёжная игра или особенность их отношений. В любом случае, это не её дело. Она лишь кивнула.
Тан Юй глубоко вдохнула. Она совершенно не помнила, как оказалась здесь. Стараясь вспомнить события прошлой ночи, она робко спросила:
— Вчера вечером… эта одежда…
Она не осмелилась договорить, но Ли Шень поняла.
— Вчера вечером, когда я давала тебе отрезвляющий отвар, немного пролилось на тебя. Не волнуйся, я сама тебя искупала.
Тан Юй уже собиралась перевести дух, но тут Ли Шень добавила:
— Хотя ты всё время цеплялась за молодого господина и настаивала, чтобы он сам тебя выкупал, он оказался настоящим джентльменом. Так что можешь быть спокойна.
Тан Юй остолбенела. Ей показалось, что она ослышалась. Неужели она сама просила мужчину выкупать её?!
Её мировоззрение рушилось на глазах. Даже когда Цзи Яньтин вернулся, держа в руках её тапочки, она всё ещё не могла прийти в себя. Встретившись с ним взглядом и вспомнив слова Ли Шень, она почувствовала такой стыд, что даже пальцы ног свернулись от смущения, и она не смела поднять на него глаза.
Цзи Яньтин же невольно задержал взгляд на её изящной стопе и игривых пальчиках ног. На мгновение он словно застыл, окружённый невидимым барьером, сквозь который никто не мог проникнуть.
— Хватит так пристально смотреть, — нарушила напряжённую тишину Ли Шень. — Идите завтракать. После еды сможете смотреть сколько угодно.
Тан Юй поспешно натянула тапочки. Цзи Яньтин с лёгкой грустью смотрел на исчезнувшую белизну стопы, но на лице его не отразилось и тени этого чувства.
— Пойдём завтракать.
В отличие от Цзи Яньтина, который вёл себя как дома, Тан Юй чувствовала себя крайне неловко. Поднявшись со стула, она последовала за ним к столу и робко спросила:
— Вы… не видели мой телефон?
Цзи Яньтин поднял глаза:
— Зачем тебе телефон?
— Позвонить Вэньцзы.
Тан Юй честно ответила. Цзи Яньтин на секунду задумался и понял, что Вэньцзы — это Лу Вэнь. Однако вместо ответа он сказал:
— Сначала ешь. Ли Шень уже всё приготовила. Остальное обсудим после завтрака.
Как же она могла есть, ничего не понимая, где находится и что произошло? Но ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться. В душе она только ворчала про Лу Вэнь, считая её крайне ненадёжной подругой, даже не подозревая, что в эту самую минуту Лу Вэнь сходит с ума от беспокойства — ведь она не может дозвониться до Тан Юй.
Лу Вэнь тоже проснулась в незнакомом месте. Правда, в отличие от Тан Юй, она хотя бы знала хозяина этого дома лучше, чем Тан Юй знала Цзи Яньтина. Однако по мере разговора она чуть не сошла с ума от раздражения.
— Дуань Юйминь! Я спрашиваю тебя в который раз: как я вообще оказалась у тебя дома?! — стоя перед сидящим Дуань Юйминем, возмущённо кричала она.
Дуань Юйминь, не обращая внимания на её пылающие глаза, сохранял прежнее беззаботное выражение лица:
— Я же уже объяснил: вчера вечером подобрал тебя на обочине дороги.
Лу Вэнь схватила подушку с дивана и швырнула в него:
— Ты хоть раз в жизни скажешь правду?! Слушай, когда ты меня подбирал, рядом со мной никого не было? Не было ли там девушки ростом около метра шестидесяти, очень милой на вид?
Дуань Юйминь приподнял бровь:
— Я подобрал только тебя.
— Я говорю тебе о чём-то очень важном! Ты точно не видел её? — Лу Вэнь была в отчаянии. Учитывая внешность Тан Юй и то, что та вчера сильно выпила, да ещё и без защиты… Если с ней что-то случится, Лу Вэнь никогда себе этого не простит. От волнения у неё даже слёзы навернулись на глаза.
Дуань Юйминь сначала лишь хотел подразнить Лу Вэнь, но, увидев слёзы, понял, что перегнул палку. Он уже собирался сказать правду, как вдруг зазвонил телефон. Взглянув на экран, он удивился: звонил Цзи Яньтин. Бросив взгляд на Лу Вэнь, он почувствовал, что этот звонок, скорее всего, не для него самого.
Ответив, он, как и ожидал, услышал не голос Цзи Яньтина, а обеспокоенный женский голос. Хотя он и не узнал его, но догадался, кто звонит.
— На, — протянул он телефон Лу Вэнь.
Та растерялась и с недоумением посмотрела на него.
— Тебе звонят.
— Мне? — удивилась Лу Вэнь, но тут же узнала знакомый голос из трубки и быстро схватила телефон.
— Тяньтянь, это ты?
Дуань Юйминь смотрел, как Лу Вэнь уходит в сторону, разговаривая по телефону. По её голосу он слышал радость, и это вызывало в нём раздражение. Он машинально потянулся за сигаретами в кармане, но тут же положил их обратно — она не любит запах табака.
С Тан Юй наконец удалось связаться. Узнав, что с Лу Вэнь всё в порядке, она перевела дух. Однако, поскольку они обе пользовались чужими телефонами и находились в чужих домах, подробно обсуждать события прошлой ночи не стали, договорившись встретиться дома и всё обсудить.
— Э-э… — Тан Юй вернула телефон Цзи Яньтину. — Спасибо.
— За что именно? За вчерашнее? — намеренно уточнил он, приподняв бровь.
Тан Юй захлебнулась от такого ответа. Обычно в таких случаях говорят «не за что», а не начинают допрашивать! Но ведь это была просто вежливая формальность — она же ничего не помнила из прошлой ночи.
http://bllate.org/book/9843/890549
Готово:
