Тань Чэнь знал, что у Сюй Синцзюаня дома живёт кошка — точь-в-точь как эта девушка. Ведь он обожает именно таких: мягких, послушных созданий с большими глазами, которые так трогательно смотрят на человека.
Цзян Мянь бросила на него мимолётный взгляд. Если бы она не стояла рядом, он, чего доброго, наговорил бы ещё больше.
— Когда это я её обижал? Если тебе не нужны глаза, пожертвуй их тем, кому они действительно нужны.
Услышав, что она — именно тот тип девушек, который нравится Сюй Синцзюаню, Цзян Мянь покраснела ещё сильнее и совершенно не могла вымолвить ни слова в своё оправдание.
Ассистент, заметив её молчание, фыркнул:
— Ты вообще человек или нет? Мы же на съёмочной площадке! Подумай хоть немного о репутации!
…
Цзян Мянь, почувствовав, что ситуация накаляется, встревоженно взглянула на Сюй Синцзюаня и поспешила объясниться:
— Нет… господин Сюй меня не обижал.
Хотя она и оправдывалась, её вид яснее ясного говорил: «Да, он меня обидел». Поэтому Тань Чэнь ни капли не поверил и тут же открыл групповой чат, чтобы пожаловаться коллегам из агентства:
— Вы только представьте, сегодня наш босс снова повёл себя как последний мерзавец…
…
Сюй Синцзюань провёл рукой по лбу, будто слегка озадаченный, и лишь спустя некоторое время поднял свои прекрасные глаза. В голосе зазвучала лёгкая насмешка:
— Малышка, сегодня твоими руками погубили мою безупречную репутацию.
«Она не даёт мне поесть»
Сюй Синцзюань и вправду был ветреным парнем. Он уже собирался сказать: «Моя честь погибла в твоих руках», но, взглянув на наивное выражение лица Цзян Мянь и её застенчивость — даже его кошка была смелее, — понял, что такая фраза в её присутствии будет неуместной. Вспомнив слова Цзян Юйханя, что он всё-таки «старший брат», Сюй Синцзюань с трудом заставил себя произнести: «Брат».
Цзян Мянь, совершенно ни в чём не повинная, вдруг оказалась виновницей скандала и испортила чужую репутацию. Однако вместо того чтобы возмущаться, она чувствовала лишь глубокую вину и тут же извинилась:
— Простите, я не хотела этого.
— Значит, хотела?
Сюй Синцзюань просто шутил, но Цзян Мянь восприняла его слова всерьёз:
— Н-нет! Я могу объясниться вашему ассистенту.
Она находилась в состоянии полнейшего замешательства. Ведь она всего лишь хотела немного сблизиться с Сюй Синцзюанем — как вдруг угодила в такую неловкую ситуацию? Внезапно ей пришли на ум слова Чжоу Кая: «Ты правда ни на что не способна, кроме как есть».
Сюй Синцзюаню стало забавно, и он нарочно решил подразнить её:
— А он вообще станет тебя слушать?
…
Цзян Мянь поняла, что в первый же день умудрилась кого-то обидеть.
— Простите.
Обычный человек на месте Сюй Синцзюаня ответил бы: «Ничего страшного». Но Сюй Синцзюань, конечно же, не был обычным человеком. Он лениво прислонился к столу рядом и произнёс:
— Ты ведь понимаешь, что моя честь — вещь весьма дорогая?
Цзян Мянь задумалась. Конечно, дорогостоящая.
Ведь Сюй Синцзюань — топовый знаменитость, за личной жизнью которого журналисты следят, как за сокровищем; если бы он женился, весь Weibo рухнул бы от наплыва пользователей. Как же иначе?
Цзян Мянь не только не сумела «прилипнуть» к звезде, но и устроила себе настоящую катастрофу.
Она кивнула. Сюй Синцзюань, помня, что перед ним стоит младшая сестра Цзян Юйханя, не стал давить на неё:
— Не переживай, я на тебя не сержусь.
Цзян Мянь только перевела дух, как услышала:
— Но ты должна понимать: то, что я тебя прощаю, — событие крайне редкое.
Цзян Мянь легко попалась на его удочку и совершенно не осознавала, что её только что «подсидели». Она долго смотрела на него, а потом сказала:
— Спасибо вам, господин Сюй.
Сюй Синцзюань еле сдержал улыбку и тихо «хм»нул:
— Если хочешь отблагодарить меня, покажи это делом.
…
Тань Чэнь, наблюдая, как Цзян Мянь растерянно вышла из комнаты, посмотрел на неё с сочувствием. Эта девчонка выглядит вполне нормальной, но почему у неё такой странный вкус в мужчинах?
— Вы двое…
Сюй Синцзюань прервал его домыслы и пояснил, кто такая Цзян Мянь. Но Тань Чэнь, разумеется, не поверил. Он всегда старался думать о своём боссе худшим образом:
— Понял, братец. Раз тебе поручили присматривать за его сестрой, ты сразу вознамерился на неё положить глаз, верно?
Сюй Синцзюань приподнял уголки губ, вспомнив, как малышка только что заикалась и краснела. Он взял со стола зажигалку и начал бездумно крутить её в руках:
— Можно подумать об этом.
— Ты каждый день расширяешь моё представление о том, насколько человек может быть мерзким.
Конечно, Сюй Синцзюань просто шутил. Он ещё не дошёл до того, чтобы вести себя подобным образом. Разве можно так поступать с сестрой друга? Это было бы ниже человеческого достоинства.
Будь он на месте Цзян Юйханя, он бы сам переломал ноги тому, кто осмелился бы так обращаться с его сестрой.
Тань Чэнь продолжал развивать свою фантазию, и хотя Сюй Синцзюань ещё ничего не сделал, в его воображении босс уже был приговорён:
— Ты отвратителен. Тебе сказали присмотреть за ней на съёмках, а ты уже думаешь, как бы затащить её в постель…
Услышав такие слова, Сюй Синцзюань чуть не пнул его:
— Пошёл вон, чёрт тебя дери!
…
Цзян Мянь до самого вечера не могла прийти в себя. Ассистентка Сюй Вэй взглянула на неё:
— Бао Бао, тебя что, жарой пришибло? Почему ты даже есть не хочешь?
Что ещё, кроме болезни, могло заставить обжору Цзян Мянь отказаться от еды?
Цзян Мянь несколько секунд приходила в себя, а потом, увидев, что Сюй Вэй собирается налить ей воды, поспешно замахала рукой:
— Я просто задумалась.
— О чём таком важном, что даже есть забыла? — пробурчала Сюй Вэй.
Цзян Мянь как раз думала о том, какой Сюй Синцзюань на самом деле джентльмен — такой же, как и на экране. Несмотря на свой статус, он совершенно не унижал её, простую никому не известную актрису.
Правда, что-то в его словах всё же казалось ей слегка вызывающим. Но учитывая его популярность, Цзян Мянь даже не подозревала, что её только что «подсидели».
После ужина она всё ещё чувствовала лёгкий голод и сделала глоток воды.
Роль Дундай требовала хрупкой и истощённой внешности — ведь героиня выросла в тяжёлых условиях. А так как на экране любой человек выглядит полнее, Цзян Мянь приходилось особенно строго следить за своим весом.
Она как раз собиралась подойти к опытным актёрам, чтобы поучиться у них мастерству, как вдруг перед ней появилась рука. Цзян Мянь недоумённо посмотрела на Ци Ин, протянула свою ладонь и тепло улыбнулась:
— Привет!
… Ци Ин онемела от изумления и резко отдернула её руку:
— Я просила тебя налить мне воды, а не предлагала пожать руку!
Сюй Вэй возмутилась:
— На каком основании?
— Актёр должен полностью проживать роль! Я играю госпожу Цзян Мянь, значит, и за пределами съёмок должна быть её госпожой. Так мы лучше войдём в образ, разве нет?
… Да уж, кто так говорит?
Сюй Вэй уже собиралась возразить, но Цзян Мянь, всё такая же милая и безмятежная, тихонько произнесла:
— Воды нет, зато можешь выпить мой напиток.
На самом деле Ци Ин вовсе не нужна была вода — она просто хотела заставить Цзян Мянь унизиться. Увидев, что та послушно подчинилась и даже не возразила, Ци Ин осталась довольна и взяла напиток.
Сюй Вэй была в ярости:
— Бао Бао, ты позволишь так с собой обращаться?
Цзян Мянь приложила указательный палец к своим нежным губкам и тихо «ш-ш-ш»нула. Затем она наклонилась к уху Сюй Вэй и прошептала:
— Этот напиток очень калорийный. Пусть она надуется, как шар!
Сюй Вэй: …
Она взглянула на Цзян Мянь, а та сияла от гордости за свою «гениальную» месть. Сюй Вэй закрыла лицо ладонью, думая: «Эту дурочку уже не спасти».
Сюй Вэй надеялась, что Цзян Мянь вечером пожалуется Чжоу Каю, но та, будучи довольно наивной, первой делом похвасталась, что «заполучила» Сюй Синцзюаня.
Чжоу Кай, конечно, не поверил:
— Кого ты обманываешь?
Он давно слышал, что Сюй Синцзюань лишь внешне кажется доброжелательным, а на самом деле — классический пример «тёплого снаружи, холодного внутри». Подступиться к нему было крайне сложно. Он прославился ещё в юности, и вокруг него постоянно крутились люди, мечтающие о близости. Как же он мог обратить внимание на никому не известную актрису?
К тому же Сюй Синцзюань много лет работает в индустрии и прекрасно знает все её тёмные стороны. Он всегда настороже к тем, кто пытается к нему прибиться.
Цзян Мянь обиделась, что Чжоу Кай ей не верит:
— Я говорю правду! Господин Сюй сегодня со мной много разговаривал!
— Ну и что? Он, наверное, со всеми много разговаривает.
— Он дал мне свой вентилятор!
Чжоу Кай её слишком хорошо знал:
— Неужели ты так сильно покраснела при виде него, что он подумал — у тебя тепловой удар?
Цзян Мянь: …
Она пыталась что-то сказать, но Чжоу Кай всё отрицал. В конце концов, она вышла из себя:
— Я ещё и его репутацию испортила!
… На этот раз Чжоу Кай замолчал — очевидно, информация была слишком шокирующей. Немного подумав, он написал:
— Если ещё не проснулась, лучше ложись спать. Что за бред несёшь?
… Она чуть не заплакала от злости.
Следующие несколько дней Цзян Мянь усердно работала на съёмках и в свободное время училась у опытных актёров. Жизнь была насыщенной и интересной.
Она говорила тихо и вежливо, выглядела милой и послушной — всем она очень нравилась.
Во время сцены, где присутствовал Сюй Синцзюань, Цзян Мянь стояла в стороне. Краем глаза она заметила Тань Чэня и смущённо на него взглянула. «Надо ли объясняться? — подумала она. — Но Сюй Синцзюань сказал, что объяснения бесполезны…»
Пока Цзян Мянь размышляла, Ци Ин уже получила NG.
Хотя роль Ци Ин была небольшой, она имела значение. Однако актриса плохо играла и никак не могла «поймать» ритм сцены вместе с Сюй Синцзюанем, из-за чего постоянно повторяли дубли.
Однажды Ци Ин даже засмотрелась на взгляд Сюй Синцзюаня и потеряла нить. В итоге она совсем вышла из себя.
Сюй Синцзюань слегка нахмурился. Хотя он по-прежнему выглядел вежливым, в его глазах явно читалось недовольство. Он холодно обратился к режиссёру:
— Давайте сделаем перерыв.
Тут же подбежала гримёрша, чтобы подправить ему макияж. Сюй Синцзюань, будучи высоким, слегка наклонился, чтобы ей было удобнее работать.
Ци Ин помедлила, но всё же подошла к нему и извинилась:
— Простите, господин Сюй, я отняла у вас время.
Она ожидала утешения, но Сюй Синцзюань лишь усмехнулся и полушутливо сказал:
— Главное, что ты это осознала.
Ци Ин поперхнулась.
После долгих усилий сцену наконец-то удалось снять. Ци Ин была в ужасном настроении и, спустившись со съёмочной площадки, увидела, как Цзян Мянь, казалось, радостно улыбается ей. Её злость вспыхнула с новой силой.
Но это была чистая случайность.
Цзян Мянь просто улыбнулась, увидев Сюй Синцзюаня. Ведь нельзя же встречать старшего товарища с каменным лицом?
Вскоре Ци Ин снова начала издеваться над ней. Цзян Мянь прекрасно понимала, что та намеренно устраивает ей неприятности, но не хотела ввязываться в конфликты. Лучше закрыть глаза на подобные мелочи.
Требования Ци Ин не были чересчур обременительными, поэтому Цзян Мянь не возражала.
Однако за ужином Ци Ин подошла и потребовала, чтобы Цзян Мянь сделала ей макияж, сославшись на то, что её гримёрша занята. Цзян Мянь взглянула на свою тарелку с салатом:
— После еды.
Ци Ин, кипя от злости, резко ударила по тарелке, и еда полетела на пол:
— Какое там «после еды»?
… В зале повисла тишина.
Цзян Мянь смотрела на свою уничтоженную еду — для обжоры это было равносильно смертельному удару. Внутри у неё разгорался огонь, она надула щёчки и сердито выпалила:
— От твоего лица макияж всё равно не спасёт — всё равно как после аварии!
Ци Ин остолбенела — она никак не ожидала, что Цзян Мянь перейдёт к личным оскорблениям:
— Ты меня оскорбляешь?
Цзян Мянь кивнула, будто не понимая, почему та не слышит очевидного:
— А как же иначе?
— Ты не боишься, что окажешься в топе новостей?
Цзян Мянь моргнула ресницами, на лице не было и тени страха:
— Я никому не известна — чего мне бояться? Купи лучше первую строчку в топе, а я ещё и поблагодарю тебя за бесплатную рекламу!
Ци Ин не знала, что делать. Заметив, что к ним приближается Сюй Синцзюань, она мгновенно превратилась в жертву и приняла жалобный вид.
Цзян Мянь была поражена — неужели у этой женщины за кадром игра лучше, чем на сцене?
Но Сюй Синцзюаню было не до театральных номеров. Он уже слышал, что последние дни Цзян Мянь терпит издевательства со стороны Ци Ин, и, увидев их ссору, решил заступиться за неё. Подойдя ближе, он как раз услышал её дерзкие слова.
Оказывается, эта робкая кошечка умеет выпускать когти.
В глазах Сюй Синцзюаня мелькнула улыбка. Он мягко спросил Цзян Мянь:
— Что случилось?
Он ожидал, что она пожалуется на то, как Ци Ин её унижает и заставляет работать, но вместо этого Цзян Мянь с трагическим видом посмотрела на рассыпанную еду:
— Она не даёт мне поесть.
«Заниматься ли маленькой девочке чужими преимуществами?»
Ци Ин, вероятно, и представить себе не могла, что Цзян Мянь поссорилась с ней из-за ужина.
Она сглотнула:
— Я… это случайно…
Сюй Синцзюань слишком часто сталкивался с интригами в шоу-бизнесе и не хотел слушать её оправданий. Он даже не удостоил её взглядом, а повернулся к Цзян Мянь и нежно спросил:
— Ещё что-нибудь?
http://bllate.org/book/9779/885478
Готово:
