Цзян Жан боялся, что она подвернёт ногу и потеряет равновесие, поэтому, поднимаясь, машинально поддержал её за талию — чтобы устояла. Прижав Хуай Си чуть ближе к себе, он мягко улыбнулся:
— Правда уходишь? Не дождёшься окончания моей тренировки?
Его ладонь лежала на правой стороне её талии, слегка, но намеренно избегая татуировки на пояснице.
Когда-то, в самые близкие моменты, он одновременно восхищался и сторонился того шипастого розового цветка у неё на спине. Ему всегда чудилось: за этой татуировкой скрывается история. Но он изо всех сил отказывался думать, не связана ли она с Чэн Яньбеем.
До сегодняшнего дня — пока не услышал, как Чжао Син с товарищами обсуждали совпадающие татуировки Чэн Яньбея и Хуай Си.
Теперь она не знала, как объясниться.
Сегодня её мысли путались — совсем не похоже на неё саму.
— Мне немного устала.
Хуай Си улыбнулась, подняла глаза — и увидела, что Цзян Жан тоже погружён в раздумья.
Он встретился с ней взглядом, словно очнувшись, и повторил с улыбкой:
— Устала?
— Да.
Оба что-то скрывали друг от друга.
— И правда, ты последние дни болела, травмировалась и при этом работала… Тебе слишком тяжело, — сказал Цзян Жан, крепче обняв её за тонкую талию и прикоснувшись подбородком ко лбу, проверяя температуру. — Лихорадка спала — стало гораздо лучше.
Всего одно мгновение.
Всего лишь простое движение — подбородок, касающийся её лба.
Ресницы Хуай Си дрогнули, сердце заколотилось. Она невольно зажмурилась.
На секунду ей показалось, что это другой человек.
Но, подняв глаза, она убедилась — нет.
— Тогда иди домой и хорошо отдохни, — Цзян Жан улыбался тепло и нежно. — Лучше вздремни. Если проснёшься к моменту, когда я закончу тренировку, сходим поужинать и прогуляемся по Вайтаню. За эти дни в Шанхае у нас так и не получилось ни разу выйти вместе.
Хуай Си кивнула, больше ничего не сказав.
Глядя в его мягкий взгляд, она хотела подарить ему послушную, тёплую улыбку, но лишь слегка приподняла уголки губ — получилось скорее формально:
— Тогда я пойду.
— Проводить тебя?
— Нет, я ещё не осмотрелась здесь как следует. Пройдусь немного и сяду на метро.
— Хорошо, — Цзян Жан в последний раз поцеловал её в лоб с нежностью и неохотой. — Звони, если что-то случится.
Под давлением нетерпеливых окриков со стороны он схватил шлем и поспешил на тренировочную площадку.
Хуай Си проводила его взглядом, сделала паузу, затем снова посмотрела в окно. Только что там ещё суетились люди на автодроме, а теперь — никого.
Пусто.
Совсем пусто.
И до этого — тоже никого не было.
—
Хуай Си побродила по окрестностям, считая это прогулкой для души.
Не ожидала, что планировка зданий окажется такой запутанной.
Та комната отдыха, где она только что была с Цзян Жаном, имела множество выходов, соединявшихся с соседним комплексом, где находился ресторан в четыре-пять раз больше самой комнаты отдыха.
Она уже бывала здесь с Цзян Жаном, но, пройдя по извилистому стеклянному коридору, вспомнила об этом лишь тогда, когда уже оказалась у цели.
Сегодня её мысли постоянно отставали на полшага — возможно, из-за бессонной ночи.
Только сейчас до неё дошло: Ли Цзяинь говорила, что вечером они дома устроят горячий горшок, и нужно купить ингредиенты. А она, растерявшись, уже пообещала Цзян Жану пойти с ним куда-то вечером.
Бродя без цели, она поняла, что находится на третьем этаже этого здания. Сюда она попала из второго этажа комнаты отдыха через наклонный стеклянный переход.
Через три дня у Цзян Жана официальные гонки. Через четыре дня — день рождения Хуай Синвэя. Её работа в Шанхае полностью завершена, пора покупать билет обратно в Ганчэн.
И всё ещё не решила, как ответить HR из ESSE.
Хуай Си погрузилась в размышления. Возможно, именно поэтому она двигалась медленно, часто останавливаясь — боялась снова повредить ногу.
Инь Чжи, услышав, что у неё сейчас финансовые трудности, ещё днём перевёл ей гонорар за несколько дней съёмок. Неизвестно, заплатил ли он из своего кармана или это обычная практика журнала «JL» — за все годы в модельном бизнесе она впервые получала деньги авансом.
Кстати, она всё ещё должна Чэн Яньбею за лекарства.
Прошлой ночью звонила ему…
От одной мысли о нём Хуай Си снова стало тревожно.
Не заметив, как, она добралась до третьего этажа.
Впереди, кажется, был тренажёрный зал.
Этот автодром использовали не только команды MC, Hunter и Neptune — сюда приезжали и другие гоночные коллективы. Здесь было всё необходимое, даже специальные зоны отдыха с гостиничным сервисом.
Цзян Жан последние дни жил прямо здесь.
Хуай Си решила спросить у Жэнь Наня, нельзя ли передать деньги через него Чэн Яньбею, или же найти того парня из автосервиса — У Синвэя.
Она скоро уезжает из Шанхая.
Не хочет уезжать, оставшись в долгу перед ним.
Держа в руке телефон, она собиралась найти контакт Жэнь Наня, как вдруг, свернув за угол лестницы, налетела на кого-то.
Она пошатнулась назад, каблуки застучали по полу.
Едва не упала.
Но тут же чья-то рука надёжно поддержала её за талию — точнее, решительно прижала к себе.
Её поясница ударилась бы о металлическую перекладину перил, но боль не наступила.
Между её спиной и перилами оказалась ладонь — уверенная и мягкая.
Подняв глаза, она встретилась взглядом с узкими, раскосыми глазами мужчины.
Чэн Яньбэй как раз спускался по лестнице в тренажёрный зал. На нём был чёрный топ — видимо, только что вышел из душа: вокруг ещё витал лёгкий пар, смешанный с прохладным ароматом мятного геля для душа.
Свежий, бодрящий запах.
Широкие плечи, узкая талия, рельефные, но не перегруженные мышцы — фигура, которую можно сохранить только постоянными тренировками.
Вырез чёрного топа был невысоким, и сквозь него едва угадывалась татуировка на груди — будто трещина в земле, выполненная в виде санскритских символов. Полуприкрытая, но явно намеренно вызывающая.
В ней чувствовалась дерзкая, дикая энергия.
«…»
Хуай Си оказалась в его объятиях, и они застыли в этой позе.
Чэн Яньбэй смотрел на неё сверху вниз, усталый и безразличный, словно и сам не ожидал встречи. Его тонкие губы сжались, взгляд скользнул с её чистых глаз к пухлым, влажным губам.
В его глазах потемнело.
Раз уж они столкнулись, Хуай Си не нужно было ломать голову, как передать деньги. Она прямо посмотрела в его глубокие глаза и собралась заговорить —
Но тут её правую щёку коснулась прохладная ладонь.
Он слегка надавил, приподнял подбородок, и большим пальцем — резко, почти грубо — растёр её нижнюю губу,
оставив на ней размытое алое пятно.
Яркое, мутное, соблазнительное.
«…»
Что за чёрт?
Хуай Си нахмурилась, снова собираясь что-то сказать, но он опередил её — холодно усмехнулся, в глазах — вызов.
— Простуда прошла?
«…»
Он слегка приподнял уголки губ, улыбка игривая, но сквозь неё явно чувствовалась злость.
— Как же, не боишься заразить Цзян Жана?
Ревнует — и так открыто.
Хуай Си мысленно фыркнула, раздражённая его тоном, но внешне осталась спокойной и уверенной. Подняв подбородок, она прямо посмотрела ему в глаза:
— Почему должна бояться? У него здоровье куда крепче твоего.
— Крепче моего?
Он отвёл взгляд, тихо рассмеялся — явно недоволен её словами.
Казалось, он изо всех сил сдерживает раздражение. Вернув взгляд, он разгладил брови и снова усмехнулся — на этот раз с вызывающей дерзостью.
Он опустил глаза, скользнул взглядом по её губам, на которых ещё виднелся след от его пальца, и двумя пальцами приподнял её подбородок.
— Улыбнулся едва заметно.
— Ты ведь не пробовала — откуда знать?
«…»
Хуай Си не успела ответить.
Его рука уже обхватила её за талию, и, как в тот вечер, он почти поднял её с пола —
— Чэн…!
От внезапной потери опоры она вскрикнула.
Он решительно шагнул вперёд, перекинув её через плечо, и направился к двери в нескольких метрах.
Зайдя внутрь, он поставил её на длинный прямоугольный коврик для йоги посреди деревянного пола.
Хуай Си приземлилась на ягодицы — больно. Ещё не успев распрямиться, она попыталась встать.
Но Чэн Яньбэй стоял прямо над ней. Он слегка размял плечи и руки, затем оперся ладонями на пол по обе стороны от неё —
и навис над ней всем телом.
Ресницы Хуай Си дрогнули, она непроизвольно зажмурилась.
В тот же миг к её уху приблизилось тёплое дыхание, и низкий голос прошептал:
— Попробуешь?
Автор хотел сказать:
Пришла пора. Давно не занимался хорошими делами (ghs), а то заблокируют.
Увидимся завтра.
Коврик оказался мягче, чем она ожидала. Хуай Си лежала на нём, непроизвольно слегка согнув колени. Они были так близко друг к другу, что чувствовали каждое дыхание.
Грудь вздымалась, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Она чуть приоткрыла глаза — и встретилась с его тёмным, бездонным взглядом.
В такой близости, в этой тишине их молчаливый обмен взглядами постепенно начал менять характер.
Она смотрела на него, и её взгляд блуждал.
Перед глазами возник образ золотисто-медной люстры в номере отеля в тот вечер — отражение их переплетённых тел.
А сейчас над ними — целое зеркальное полотно на потолке.
Она могла чётко разглядеть себя: свернувшуюся под ним, ноги по обе стороны его талии.
Сжав бёдра, она почувствовала, как по всему телу разлилось жаркое томление.
Вернув взгляд к нему, она почти невесомо коснулась пальцем его прохладной мочки уха и тихо рассмеялась:
— Как ты хочешь это проверить?
Она заметила, что на его левом запястье часы для спорта.
Похоже, он направлялся в тренажёрный зал.
А комната, в которой они оказались, напоминала небольшой частный зал для занятий: вокруг стояли ещё несколько ковриков и простые тренажёры.
Но разве он не должен быть сейчас на автодроме?
Хотя во время последней серии съёмок его действительно не было на площадке.
Внезапно раздался резкий звук.
Часы начали отсчёт времени.
— Лежи спокойно, — приказал он хрипловато.
Хуай Си вернулась из своих мыслей.
Чэн Яньбэй опирался на вытянутые руки, нависая над ней. Его глубокие глаза пристально смотрели на неё, не отводя взгляда ни на секунду.
В них читалось что-то такое, чего она не могла понять.
Их взгляды встретились, и в следующее мгновение он резко согнул руки, опускаясь ниже —
Хуай Си рефлекторно зажмурилась, задержав дыхание.
«…»
Но ничего не произошло.
Не так, как она ожидала — никакого яростного, агрессивного нападения.
Лишь лёгкий и быстрый поцелуй коснулся её губ.
Неожиданный, но будто совершенно естественный.
Как перышко, скользнувшее по её сердцу.
Без следа — но оставившее за собой шум и гул.
«…»
Сердце Хуай Си замедлило ход на одно мгновение.
Она открыла глаза, её взгляд дрогнул.
Чэн Яньбэй остановился над ней. Опустив веки, он смотрел на неё узкими раскосыми глазами, чёрные зрачки — бездонные, спокойные.
Она выглядела так, будто впервые целуется:
растерянная, смущённая и одновременно жаждущая большего.
Уголки его губ медленно изогнулись в довольной улыбке — ему явно нравилось, что он нарушил её спокойствие. Он смотрел на неё ещё мгновение, затем чуть опустил ресницы, скрывая эмоции.
http://bllate.org/book/9544/866072
Готово:
