На столе стояло множество блюд. Руань Синь сидела рядом со стариком, а Фу Сыянь изначально собирался занять место с другой его стороны, но дедушка мягко, но настойчиво отправил внука к невестке:
— Садись рядом с Синьсинь. Так тебе будет удобнее подкладывать ей еду.
Фу Сыянь устроился слева от жены. Старик с доброжелательной улыбкой посмотрел на девушку:
— Ешь скорее.
Руань Синь взяла кусочек говядины и положила в тарелку деда. Тот с удовольствием съел и тут же спросил, как у молодых обстоят дела на работе. Сама Синь трудилась простым служащим в дочерней компании своей семьи — рассказывать особо нечего. А вот Фу Сыянь управлял всей группой «Шэнъюань». Хотя старик давно ушёл с поста главы корпорации, сердце его до сих пор не отпускало дел компании.
— Ничего серьёзного в последнее время в фирме не происходило? Не мешают ли тебе второй и третий дяди?
Старик даже не стал скрывать семейные тайны от Руань Синь — в его глазах она уже стала полноправной членом семьи Фу, и нет смысла что-то от неё утаивать: всё равно не получится.
— Дедушка, не волнуйтесь, я сам справлюсь с делами компании.
Старик задал ещё несколько вопросов о текущих проектах «Шэнъюаня», один из которых реализовывался совместно с семьёй Руань. Руань Синь мало что понимала в этих корпоративных деталях, поэтому сосредоточилась на еде и время от времени подкладывала общими палочками по кусочку деду и Фу Сыяню.
Когда она наелась и отложила палочки, вытерев рот салфеткой, дед вдруг напомнил Фу Сыяню:
— Как только освободишься от работы, выдели несколько дней и свози Синьсинь в медовый месяц. Она вышла за тебя замуж — нельзя её обижать.
Фу Сыянь кивнул:
— Хорошо.
Руань Синь поспешила вмешаться:
— Дедушка, Сыянь хоть и очень занят на работе, но как только освобождается — сразу приходит домой ко мне. Медовый месяц — это пустая трата времени. Лучше остаться дома. Главное, чтобы мы были вместе — тогда любой день станет медовым.
Старик с облегчением посмотрел на Руань Синь. Он переживал, что их брак — всего лишь деловой союз, а Сыянь так погружён в работу, что почти не проводит времени с женой. Боялся, что избалованной девочке будет обидно, и отношения между молодыми не сложатся. Но теперь, увидев, какая Синьсинь заботливая и рассудительная, а Сыянь уже не проявляет того раздражения, с которым когда-то соглашался на свадьбу, и чувства у них, судя по всему, искренние, — он наконец успокоился.
С доброжелательной улыбкой он осторожно спросил:
— Вы ведь уже три месяца женаты. Когда планируете завести ребёнка? Сыянь постоянно на работе, времени на тебя почти нет. А с ребёнком в доме будет веселее.
...
Руань Синь не ожидала, что тема детей всплывёт так быстро. Они с Фу Сыянем даже не обсуждали, как реагировать на такие вопросы, и теперь она растерялась, не зная, что ответить. Она повернулась к мужу. Тот сидел невозмутимо, будто наблюдал за чужой комедией.
От пристального взгляда деда у Руань Синь мурашки побежали по коже. Под столом она незаметно подняла ногу и слегка ткнула ею в голень Фу Сыяня, давая ему знак помочь.
Фу Сыянь чуть приподнял глаза и спокойно произнёс:
— Мы с Синьсинь уже стараемся.
Руань Синь поперхнулась и изумлённо уставилась на него.
Как это — «уже стараемся»???
Речь же шла о ребёнке! Как он вообще посмел так соврать!
Ответ Фу Сыяня пришёлся старику прямо в сердце. Он взял руки внука и внучки и соединил их, с волнением сказав:
— Хорошо, вы оба хорошие дети. Постарайтесь в следующем году подарить дедушке здоровенького правнука.
Фу Сыянь снова кивнул, а Руань Синь сидела рядом, слегка улыбаясь. Пусть уж лучше он сам потом объясняется с дедом, если тот через год спросит, где обещанный правнук.
Старик, уставший после болезни, вскоре после обеда начал клевать носом. Слуга пояснил, что сегодня дедушка рано проснулся, и послеобеденный сон, скорее всего, продлится до вечера. Им велели не ждать его пробуждения — старик заранее подготовил для молодых подарки.
Руань Синь стояла у машины и смотрела, как слуги загружают в багажник ящики с чаем «Убаоча» из ягод годжи, женьшенем и оленьими рогами. Она прикрыла ладонью лоб. Ведь всё это — средства для мужской потенции! Она коснулась взглядом Фу Сыяня. Тот стоял, скрестив руки, совершенно невозмутимый.
Похоже, дед действительно очень хочет правнука. Жаль, что их брак — лишь фасад, и старику не суждено дождаться наследника.
По дороге домой Руань Синь не выдержала:
— Мы можем притворяться влюблёнными, чтобы радовать дедушку, но насчёт ребёнка лучше не врать. Иначе он потом слишком расстроится.
Фу Сыянь бросил на неё мимолётный взгляд и равнодушно ответил:
— Дед сказал «постарайтесь в следующем году», а не «рожай сейчас».
Руань Синь на мгновение замерла:
— В следующем году я тоже не смогу родить.
— Что будет в следующем году — решим тогда. Дойдём до моста — само разрешится, — Фу Сыянь прибавил скорость, лицо его оставалось безмятежным.
Руань Синь задумалась: что он имеет в виду под «само разрешится»? Неужели у него уже есть какой-то план? Может, он просто решил угождать деду, а если ситуация станет безвыходной — действительно завести ребёнка?
Он выглядел так спокойно, будто проблема с наследником его совсем не тревожит. Она начала подозревать, что, возможно, он и сам хочет ребёнка.
В таких семьях, как Фу, каждый ребёнок — это дополнительная доля наследства. У деда огромное состояние, и, опасаясь будущих распрей в корпорации, он постепенно передаёт акции младшему поколению. Говорят, вторая и третья ветви семьи активно «производят» наследников. Даже младший сводный брат Фу Сыяня, который моложе его на три года, в прошлом году обзавёлся дочкой. В такой ситуации желание Фу Сыяня завести ребёнка ради одобрения деда и получения большей доли имущества выглядит вполне логично.
Но дед придаёт огромное значение союзу двух семей. Фу Сыянь никогда не осмелится привести деду внебрачного ребёнка. Значит, если он захочет ребёнка, придётся просить её саму участвовать в этом.
При этой мысли у Руань Синь живот напрягся, и она невольно прикоснулась к нему рукой.
— Фу Сыянь, ты тоже хочешь ребёнка?
Фу Сыянь усмехнулся, но вместо ответа спросил:
— А ты хочешь рожать?
Сердце Руань Синь ёкнуло. Она обхватила себя за плечи и слегка кашлянула:
— Я совсем не хочу ребёнка. К тому же между нами ничего не происходило, и я надеюсь, что наши отношения останутся такими же чистыми и дальше. Я уверена, что союз наших семей приносит тебе гораздо больше выгоды, чем мог бы дать ребёнок. Конечно, если ты всё же решишь завести ребёнка, мы можем заранее договориться и прекратить наше сотрудничество.
То есть — расторгнуть брак.
Фу Сыянь чуть опустил ресницы, помолчал и сказал:
— Ты слишком много думаешь.
Увидев его холодное, почти надменное выражение лица, Руань Синь перевела дух с облегчением. Значит, всё в порядке.
Когда они вернулись домой, на улице уже почти стемнело. Тёти Хуан не было, и готовить некому. Вспомнив завтрак, приготовленный Фу Сыянем, Руань Синь почувствовала лёгкий голод и захотела попробовать его стряпню. Она уже собиралась спросить, что он будет есть на ужин, намекая, чтобы он приготовил, но он, едва переступив порог, сразу направился в кабинет на втором этаже, даже не взглянув на неё. Будто её там и не было.
Руань Синь стояла в гостиной и смотрела, как он поднимается по лестнице — фигура холодная, отстранённая, словно над головой сгустились тучи. Только сейчас она заметила, что по дороге домой он почти не разговаривал.
Вероятно, возвращение в старый особняк и разговоры о детях напомнили ему о тех внебрачных детях его отца и о том, как все эти люди стремятся произвести на свет как можно больше наследников ради богатства семьи Фу. От этого настроение у него и испортилось.
Руань Синь лично знакома с этим кланом. Даже если бы дед и не передал власть в компании Фу Сыяню, его два дяди — одни лишь сплетни да интриги внутри дома — точно не справились бы с управлением. Что уж говорить об отце Фу Сыяня, который целыми днями предаётся развлечениям.
Подумав об этом, Руань Синь перестала обижаться на то, что муж игнорирует её.
Раз уж он не собирается готовить, остаётся только заказать доставку.
Она открыла приложение и заказала еду в том отеле, куда обычно обращалась. Пока ждала доставку, сняла макияж и, устроившись на кровати, стала листать телефон.
Полчаса назад Ся Итун прислала ей видео с заголовком: «Отныне все герои в моих романах будут выглядеть именно так».
На обложке — первый ряд благотворительного вечера. Даже не глядя, Руань Синь сразу поняла, о ком идёт речь. Часть мероприятия транслировалась онлайн, и камера несколько раз крупно показывала Фу Сыяня.
Она открыла видео. Первый кадр — съёмка сверху под углом: Фу Сыянь в чёрном костюме, слегка приподняв подбородок. Тёплый жёлтый свет озарял правую половину его лица, отбрасывая тень на скулу. Чёткие черты, пронзительный взгляд, идеальные пропорции — в шумном зале он сидел среди гостей, излучая недостижимое величие и загадочную силу.
Далее следовали кадры с разных ракурсов. Всё видео длилось меньше полминуты, но автор добавил английскую фоновую музыку, будто снимал переговоры финансового магната начала прошлого века.
Просмотрев ролик, Руань Синь автоматически пролистала комментарии.
[Боже, ночью наткнулась на красавца — пересматриваю уже в сотый раз, спать не хочу! Схожу с ума!]
[Я готова! Мне кажется, я уже сижу у него на коленях.]
[Этот парень новичок? Почему раньше о нём не слышала? При такой внешности не быть знаменитостью — преступление!]
[Хочу знать всё о нём за три минуты!]
[Вы что, все не в курсе? Это же Фу Сыянь, президент группы «Шэнъюань»! Слухи о его красоте и богатстве ходят повсюду. Сам он не в соцсетях и не в шоу-бизнесе, но скрыть такую внешность невозможно! Облизываюсь.]
[Да, это президент «Шэнъюаня» Фу Сыянь. Я видела его в финансовом журнале — настоящий богатый наследник! Кстати, он уже женат. Так что та, кто мечтает сесть к нему на колени, может слезать — у него есть жена!]
[Что?! Он так молод и уже женат? Скажите, кто эта счастливица, чтобы я могла окончательно потерять надежду.]
[Его жена — наследница группы «Дахэн», её очень берегут. СМИ даже имени не узнали. Это брак по расчёту: как только она окончила университет, они сразу подали заявление. Говорят, чувств между ними нет, и живут они отдельно.]
[Ну а что вы хотели? В таких семьях всё по расчёту: союз равных, максимум выгоды.]
[У меня подруга работает в «Шэнъюане». Говорит, за последний год он ни разу не брал отпуск дольше двух дней. Видимо, даже в медовый месяц не ездили. Жена никогда не появлялась в офисе. Этот брак — чисто для бизнеса, скоро разведутся.]
Комментарии быстро скатились от восхищения внешностью Фу Сыяня к обсуждению их с Руань Синь брака. Откуда все эти сплетни? Каждый пишет так, будто лично всё видел.
Скандалы богатых всегда вызывают интерес. Хотя сам Фу Сыянь не пользуется соцсетями, с тех пор как возглавил «Шэнъюань», его часто снимают на публичных мероприятиях. Из-за высокой внешности и статуса его фото регулярно используют в видеороликах, и множество девушек называют его «боссом» и «мужем». А поскольку о его жене ничего не известно, этот ролик собрал уже больше десяти тысяч комментариев.
Руань Синь немного почитала комментарии, и тут Ся Итун прислала скриншот одного из них.
Среди множества сообщений о том, что их брак обречён и скоро закончится, выделялся один необычный комментарий:
[Только я заметила кольцо на руке Фу Сыяня? Оно просто ослепляет! Это же прямое заявление миру, что он женат! Говорят, он редко даёт интервью, но специально согласился на одно, чтобы объявить о свадьбе. Очевидно, что они с женой любят друг друга! Я влюбилась в их пару — с сегодняшнего дня я фанатка Фу Сыяня и его жены!]
Руань Синь: «...»
Они ни разу не появлялись вместе на публике, и никто даже не знает, как она выглядит. А эта девушка уже «влюблена»! Да она просто демон!
Из-за такого странного вкуса Руань Синь машинально посмотрела на имя аккаунта.
«Фу и Руань — самая сладкая пара в мире».
...
Имя аккаунта уже изменено.
Более того, эта девушка даже написала целую историю в стиле «Мэри Сью» прямо под своим комментарием о том, как они «влюблены».
http://bllate.org/book/9380/853452
Готово:
