Цзянь Яньси нахмурился:
— Кажется, нельзя. Мамин рацион строго контролируется.
— Значит, ей много вкусного есть нельзя?
— Да.
— Ого, бедняжка твоя мама!
Цзянь Яньси решил, что Гу Жань права, и тоже пожалел мать:
— Да уж.
Линь Нуно добавила:
— Тёте наверняка захочется чего-нибудь вкусненького! Так что нам как раз и надо приготовить для неё!
Гу Жань задумалась вслух:
— Надо не просто готовить! Есть ведь такое выражение… Ага — ужин при свечах! Говорят, это очень романтично!
Цзянь Яньси сразу всё понял:
— Ты хочешь сказать — устроим ужин при свечах?
— Именно! Как только твоя мама вернётся, ты скажешь, что всё это приготовил папа. Тогда она растрогается и простит его!
Цзянь Яньси с восхищением посмотрел на Гу Жань:
— Жаньжань-цзецзе, ты такая умница! Сама додумалась!
Гу Жань хихикнула:
— Ну, ничего особенного.
— А что нужно для «жемчужного ужина»? — спросила Линь Нуно.
— Вкусняшки и свечи… И, наверное, цветы купить? Когда Хуэйтайлань задабривает Хунтайлань, он всегда домой с букетом возвращается.
Цзянь Яньси ответил:
— Продукты у нас дома есть… А вот свечей и цветов, кажется, нет.
— Ничего страшного, купим!
— Но у меня денег нет… И вообще, папе об этом знать нельзя.
— У меня есть! — Гу Жань похлопала себя по груди. — Вы что, забыли? Вчера мы больше тысячи заработали!
— Но ведь это твои деньги на учёбу?
— Сейчас самое главное — чтобы твои родители не развелись! Учёбу я потом заработаю. У меня же скрипка есть — всегда смогу заработать достаточно.
Цзянь Яньси был глубоко тронут:
— Ага! А я буду тебе помогать собирать деньги!
Линь Нуно не отставала:
— А я буду за тебя кричать: «Купите, пожалуйста!»
Так, перебивая друг друга, они окончательно утвердили план.
По словам Цзянь Яньси, его мама должна была вернуться завтра вечером, а папа поедет её встречать в аэропорт. Значит, стоит лишь на время отвлечь прислугу, и они смогут подготовить ужин при свечах.
Под руководством Гу Жань они также разработали план побега из группы продлённого дня.
Закончив совещание, все трое почувствовали, что на них лежит огромная ответственность.
— На этот раз у нас обязательно должно получиться! — Гу Жань протянула вперёд руку.
Линь Нуно и Цзянь Яньси переглянулись и тоже положили свои маленькие пухлые ладошки поверх её руки.
Дети подбодрили друг друга и хором произнесли:
— Вперёд!
От волнения они всю ночь почти не спали. Переждав целый день, вечером они снова встретились в группе продлённого дня.
Пока воспитательница отвернулась, трое детей выскользнули из класса и добежали до ограды за виллами.
Гу Жань, будучи самой высокой, первой подсадила Цзянь Яньси и Линь Нуно на стену, а затем сама перелезла и встала внизу, чтобы их поймать.
Стена казалась двум малышам очень высокой, и они робко спросили:
— Нам прыгать?
Гу Жань раскинула руки:
— Прыгайте! Я вас поймаю!
Цзянь Яньси крепко сжал губы, зажмурился и первым прыгнул вниз.
Вечерний ветерок был прохладным, солнце грело мягко, а в ушах шелестели листья.
Ощущение падения длилось мгновение, и он приземлился в ароматные объятия.
Открыв глаза, он увидел, как Гу Жань широко улыбается ему:
— Видишь? Я же говорила, что поймаю!
Сразу за Цзянь Яньси прыгнула Линь Нуно, и так всем троим удалось благополучно «сбежать».
За пределами жилого комплекса Жуншань находились супермаркет и цветочный магазин. Гу Жань, держа деньги и ведя за руки двух малышей, отправилась покупать свечи и цветы. Обнимая свои покупки, дети весело подпрыгивали, направляясь к дому Цзянь.
Закат словно золотой шёлк окутывал их лица и плечи.
По дороге Цзянь Яньси гордо сообщил:
— Я уже отослал управляющего и тётю-горничную!
— Молодец! Теперь мы можем развернуться во всю мощь!
Линь Нуно раньше никогда такого не делала и сейчас была вне себя от возбуждения:
— В атаку!
Они ещё не знали, что, не найдя их, воспитательница сразу же связалась с родителями.
Цинь Цзинь, получив звонок, нахмурился:
— Проверили камеры?
— Да. Эти дети сначала зашли в супермаркет, потом в цветочный магазин, а теперь идут к дому Цзянь.
У Цинь Цзиня внезапно возникло предчувствие — всё это затеяла Гу Жань.
Его работа ещё не была закончена, но, беспокоясь за дочь, он решил уйти пораньше.
Сев в машину, он отправил сообщения Чэнь Я и Цзянь То, что уже едет домой.
Чэнь Я быстро ответила:
[Отлично! У меня сейчас эксперимент завершается, никак не могу отлучиться. Не могли бы вы присмотреть за Нуно?]
Сразу вслед за этим пришло сообщение от Цзянь То:
[Я поеду в аэропорт встречать жену, вернусь позже. Посмотрите, пожалуйста, за Си.]
Цинь Цзинь ответил обоим:
[Хорошо.]
Тем временем Гу Жань и не подозревала, что Цинь Цзинь уже мчится её ловить. Она кружила по большой кухне дома Цзянь.
— Эта сковорода подойдёт? Можно на ней стейк пожарить? — спросила она, поднимая чёрную сковороду.
Цзянь Яньси не только никогда не готовил, но даже не доставал до плиты, поэтому неуверенно ответил:
— Наверное, можно.
Линь Нуно принесла кувшин масла:
— Жаньжань-цзецзе, жарь на этом!
Гу Жань взяла кувшин и поставила его рядом со сковородой.
Ранее они уже распределили обязанности: поскольку Гу Жань была самой высокой, она будет жарить стейк, а остальные двое займутся сервировкой стола.
Когда Гу Жань пошла за стейком в холодильник, Линь Нуно потянула Цзянь Яньси за рукав и шепнула:
— А когда зажигать свечи?
Цзянь Яньси довольно серьёзно ответил:
— В самом конце, наверное. А то пока папа с мамой доберутся, свечи уже сгорят.
— Ага! Тогда давай сначала цветы поставим?
— Давай, пойдём за вазой.
Дети взялись за руки и вышли из кухни. Гу Жань положила стейк на разделочную доску и стала разбираться, как включить газовую плиту.
Эту кнопку с символом — её надо сначала нажать, а потом повернуть?
Она попробовала — раздалось «цок-цок-цок», но, как только она отпустила кнопку, огонь не загорелся.
Времени ещё полно, подумала она и терпеливо продолжила экспериментировать.
— Потише… — послышался голос Цзянь Яньси. Она обернулась.
Два малыша тащили прозрачную стеклянную вазу высотой около тридцати сантиметров с толстым дном. Видя, как им тяжело, Гу Жань поспешила помочь.
Она донесла вазу до раковины, наполнила её наполовину водой и спросила:
— Ставить на пол?
Линь Нуно энергично закивала:
— Ага!
Поставив вазу, Цзянь Яньси и Линь Нуно сели на пол и стали распаковывать купленный букет роз.
Алые бутоны ещё не раскрылись полностью, лепестки скромно прижались друг к другу, источая нежный аромат.
Гу Жань заметила шипы на стеблях и предупредила:
— Осторожно, там колючки!
Цзянь Яньси ответил:
— Понял! Жаньжань-цзецзе, иди занимайся готовкой, мы тут сами справимся.
Гу Жань отвела взгляд и снова уставилась на плиту. Упорство вознаградилось: с пятой попытки ей наконец удалось зажечь газ.
Она довольная улыбнулась, взяла кувшин и начала наливать масло в сковороду.
Не зная, сколько нужно, она просто вылила туда полкувшина.
Позади неё дети по одному вставляли розы в вазу.
Линь Нуно любила цветы и приблизила свой розовый носик к бутону, вдыхая аромат:
— Какой запах! Твоя мама точно обрадуется!
Цзянь Яньси тихонько улыбнулся:
— Ага.
«Тррр-тррр!» — от нагрева масло в сковороде начало шипеть и бурлить.
Гу Жань испугалась и, держа стейк, отступила на пару шагов назад.
Через несколько секунд она бросила стейк в сковороду.
Из сковороды раздался ужасающий «шшшш!», и горячее масло брызнуло во все стороны.
Гу Жань вскрикнула и отскочила ещё дальше, не забыв предупредить друзей:
— Осторожно!
Цзянь Яньси и Линь Нуно тоже испугались и отпрянули к двери.
— Жаньжань-цзецзе, а сковорода не взорвётся? — обеспокоенно спросил Цзянь Яньси.
— Думаю, нет… — Гу Жань на самом деле сильно сомневалась, но раз уж пообещала помочь Цзянь Яньси, отступать было нельзя. — Сейчас переверну стейк. Кстати, при жарке стейка, наверное, надо ещё чеснок добавить?
— Не знаем…
— Я забыла чеснок взять.
— Я принесу! — вызвалась Линь Нуно.
Дети оставили наполовину собранный букет и побежали к ящику с овощами. Вскоре Линь Нуно радостно замахала головкой чеснока:
— Нашла!
На кухне не был включён вытяжной шкаф, и воздух наполнился смесью запахов горячего масла и жарящегося мяса. Жара становилась всё сильнее.
Гу Жань стояла спиной к плите, собираясь взять чеснок у Линь Нуно, как вдруг услышала за спиной «вжух!». Её обдало жаром, и она инстинктивно отпрыгнула в сторону!
Линь Нуно и Цзянь Яньси на секунду замерли, а потом закричали:
— Жаньжань-цзецзе, горит!
Ей и самой не нужно было говорить — она уже видела.
Пламя вырвалось из конфорки, охватило сковороду и вспыхнуло на раскалённом масле.
Теперь вся сковорода пылала, огонь поднялся к шкафчикам над плитой и уже тянулся к потолку.
В её ясных миндалевидных глазах отражалось пламя, лицо побелело, а кожа покрылась мурашками от страха.
Что делать?!
Линь Нуно уже рыдала, стоя как вкопанная, и совершенно забыла всё, чему её учили на занятиях по пожарной безопасности.
В эту долю секунды Цзянь Яньси пришёл в себя и закричал:
— Бежим!
Гу Жань очнулась и сделала шаг, но не к выходу, а к своим друзьям.
Беспокойство за товарищей пересилило страх, и она обеими руками стала их выталкивать:
— Быстрее, бегите!
Густой дым от пожара щипал глаза и першил в горле. Дети кашляли и плакали.
Жара становилась невыносимой — явное предупреждение об опасности.
Если они останутся здесь ещё немного, все трое погибнут!
Выталкивая друзей, Гу Жань случайно задела ногой вазу — «бах!» — вода и розы разлились по полу.
Она поскользнулась и упала.
Услышав шум, Линь Нуно обернулась:
— Жаньжань-цзецзе!
Гу Жань, стиснув зубы от боли, тут же вскочила на ноги:
— Не обращайте на меня внимания, бегите!
— Уууу… — Линь Нуно протянула к ней руку, но вторую её руку крепко сжимал Цзянь Яньси, увлекая к выходу.
За спиной Гу Жань разгорался адский огонь, словно чудовище с раскрытой пастью, готовое поглотить всё вокруг.
Она, спотыкаясь, выбиралась из кухни, страх сковывал всё тело, но слёз она не пустила.
«Уууу… Если я умру здесь, то никогда больше не увижу папу…»
— Гу Жань! Где ты?! — раздался тревожный голос, и перед ней возник знакомый высокий силуэт.
Папа!
Она тут же зарыдала:
— Папа, я здесь!
Цинь Цзинь уже заметил её. Его лицо потемнело от гнева, но он ускорил шаг и подбежал к дочери.
— Кто ещё внутри? — быстро спросил он, осматривая её с ног до головы.
— Никого… — всхлипывая, ответила Гу Жань. — Папа, Жаньжань так испугалась…
— Не бойся, всё в порядке, — успокоил он, погладив её по голове, и передал водителю. — Подожди меня снаружи, я сейчас вернусь.
Оставив эти слова, Цинь Цзинь уже ворвался на кухню. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять источник возгорания.
Сняв пиджак, он отмахнулся им от языков пламени, быстро перекрыл газ и тем самым лишил огонь питания.
Затем, не теряя времени, он стал тушить крупные очаги пламени пиджаком и включил кран, чтобы залить остатки огня.
Убедившись, что больше ничего не горит, Цинь Цзинь перевёл дух.
Когда он припарковал машину во дворе дома Цзянь и увидел через окно кухни это бушующее пламя, сердце у него чуть из груди не выпрыгнуло.
К счастью, кухня в доме Цзянь была отделана огнеупорными материалами, и, хоть пожар и выглядел устрашающе, на самом деле опасность была не столь велика. Он вовремя всё потушил, иначе дом бы не спасли.
Теперь за уборку последствий возьмутся другие. Цинь Цзинь бросил обгоревший пиджак и, нахмурившись, вышел во двор.
Там Линь Нуно и Цзянь Яньси, дрожа от страха, вытирали слёзы. Гу Жань судорожно сжимала руки и тревожно смотрела на виллу.
Увидев отца, её лицо сразу просияло, и она хотела броситься к нему.
http://bllate.org/book/9336/848868
Готово:
