Фильмы ужасов, по его мнению, годились лишь на то, чтобы пугать зрителей, и не имели ни капли настоящей привлекательности. Но ведь он сам — цзянши, его ничто не напугает, так зачем тогда смотреть такие фильмы?
Мо Чжэнь оглянулся на Хуо Яньцин и остальных, убедился, что те не слышат его слов, и тихо произнёс:
— Я же это делаю ради укрепления чувств между господином и госпожой. Говорят, девушки, увидев призрака, пугаются и бросаются в объятия любимого. А там… хе-хе…
Ин Шэн молчал, лишь глаза закатил.
Откуда этот человек взял, будто Хуо Яньцин боится привидений?
Ведь она — даосская мистикша, сама ловит духов! Как такая может бояться призраков?
Да и вчера И Хао с товарищами сами просили её поймать летающего цзянши! После этого ещё считать её трусихой?
Этот человек вообще головой думает?
Ин Шэн, который не желал из-за Хуо Яньцин и Гу Янцзюня насиловать себя просмотром фильмов ужасов, решительно возразил:
— Мне не нравятся фильмы ужасов. Я не хочу их смотреть.
— Тогда, юный господин, какие фильмы вам по вкусу?
— Любые, кроме фильмов ужасов.
— Отлично! Сегодня мы арендовали весь кинотеатр — посмотрим всё подряд!
После их ухода Хуо Яньцин и Гу Янцзюнь направились в зону отдыха, чтобы дождаться возвращения Ин Шэна и остальных. В этот момент раздался оклик:
— Хуо Яньцин!
Она обернулась. К ней шли Али-гэ из деревни Ваньгу, Чжао Чжуан и Сунь Сюйсюй. Чжао Чжуан был одет как типичный выскочка: гладко зачёсанные назад волосы, толстая золотая цепь на шее, массивный золотой браслет и часы на правом запястье, дорогой костюм и высокомерное выражение лица — «я очень богат». Под руку с ним, в откровенном платье с открытой спиной, шла Сунь Сюйсюй.
— Хуо Яньцин, какая неожиданная встреча! Вы тоже пришли в кино? — Чжао Чжуан вытащил из кармана сигару, закурил, глубоко затянулся и выпустил клуб дыма. — Какой фильм хотите посмотреть? Я арендую зал специально для вас.
Сунь Сюйсюй внутри кипела от злости. Все мужчины из деревни, стоит им увидеть Хуо Яньцин, тут же забывали обо всех остальных девушках.
Она свирепо уставилась на Хуо Яньцин и, прижавшись к руке Чжао Чжуана, приторно-ласково протянула:
— Чжуан-гэ, разве ты не обещал арендовать зал для меня? Зачем теперь приглашать эту сумасшедшую?
— В кинотеатре несколько залов. Я спокойно могу арендовать один для тебя и другой — для Хуо Яньцин. Никаких помех.
— Но…
Сунь Сюйсюй просто не хотела, чтобы он приглашал Хуо Яньцин.
Чжао Чжуан раздражённо нахмурился:
— У меня сейчас полно денег! Кого я захочу пригласить — того и приглашу! Не твоё дело указывать мне! Если ещё раз вмешаешься — возвращайся в Ваньгу!
Лицо Сунь Сюйсюй побледнело. Она тут же заговорила униженно и покорно:
— Больше никогда не посмею! Чжуан-гэ, только не прогоняй меня! Обещаю: скажешь «восток» — пойду на восток, скажешь «запад» — пойду на запад. Так устроит?
Чжао Чжуан довольно кивнул:
— Вот и ладно.
Хуо Яньцин едва заметно усмехнулась:
— Чжао Чжуан, разбогател, что ли?
— Просто немного повезло. Выиграл пару ставок в благотворительной лотерее, заработал немного деньжат.
Хотя он и говорил скромно, в глазах читалась нескрываемая гордость.
Али-гэ спокойно добавил:
— Он выиграл пять миллиардов.
— Али, зачем ты раскрываешь это?! — воскликнул Чжао Чжуан, хотя в голосе не было и тени упрёка. — Это же нельзя афишировать! А вдруг кто-то задумает меня ограбить?
Али-гэ мысленно закатил глаза.
Он сам мечтает, чтобы весь мир узнал о его выигрыше, но при этом делает вид, будто скрывает это. Просто невыносимо!
— Пойдёмте уже смотреть фильм? — спросил Али-гэ.
— Раз уж пришли, конечно, посмотрим, — ответил Чжао Чжуан и повернулся к Хуо Яньцин: — Какой фильм хочешь посмотреть?
В этот момент вернулся Мо Чжэнь, держа на руках Ин Шэна.
— Господин, я уже арендовал для вас весь кинотеатр! Вы и госпожа можете выбрать любой зал и любой фильм.
В книгах написано: чтобы завоевать сердце девушки, нужно быть щедрым. А в каждом романе про генерального директора главная героиня именно после того, как герой арендует для неё целый театр или ресторан, начинает влюбляться ещё сильнее. Поэтому он тоже арендовал весь кинотеатр — пусть Хуо Яньцин ещё больше полюбит его господина.
Тем, кто уже купил билеты, пришлось выплатить двойную компенсацию.
Гу Янцзюнь, которого до сих пор игнорировали, наконец произнёс:
— Хорошо. Сделано отлично. Спроси у твоей госпожи, в какой зал она хочет пойти.
При этом он бросил мимолётный взгляд на Ин Шэна.
У того по спине пробежал холодок.
Сунь Сюйсюй только сейчас заметила Гу Янцзюня — и тут же потеряла дар речи.
Какой потрясающе красивый мужчина!
Она никогда не видела никого подобного. Даже самые известные актёры меркли перед ним. Нет, не в десять, а в сто, даже в тысячу раз красивее!
Мо Чжэнь, услышав похвалу от господина, обрадовался ещё больше и спросил у Хуо Яньцин:
— Госпожа, в какой зал вы хотите пойти?
— Госпожа?
Али-гэ и остальные опешили.
Ин Шэн понял, зачем Гу Янцзюнь бросил на него тот взгляд. Он быстро соскочил с рук Мо Чжэня и бросился к Хуо Яньцин:
— Мама, конечно, выберет самый большой и комфортабельный зал!
Хуо Яньцин: «……»
— Мама?!
Али-гэ и компания остолбенели ещё больше.
Гу Янцзюнь спокойно обратился к ним:
— Господин Чжао, простите, но ваш план арендовать зал сегодня не сбудется. Весь кинотеатр уже занят. Вам придётся либо выбрать другой кинотеатр, либо прийти завтра.
Лицо Чжао Чжуана то краснело, то бледнело. Ему так и хотелось провалиться сквозь землю.
Он думал, что арендовать один зал — это уже предел щедрости и роскоши. А тут оказывается, что кто-то арендовал сразу весь кинотеатр! Его жалкая попытка показаться великодушным просто смешна.
Сунь Сюйсюй с завистью и обидой смотрела, как Гу Янцзюнь и остальные направляются в зал.
Как такое возможно? Хуо Яньцин — обычная сумасшедшая, а рядом с ней такой красивый и богатый мужчина! Где справедливость?
Али-гэ спросил:
— Так идём смотреть фильм?
Чжао Чжуан скрипнул зубами:
— Идём! Завтра и мы арендуем весь кинотеатр!
Раз сегодня фильм не посмотреть, нет смысла здесь задерживаться. Трое ушли, не заметив, что за ними кто-то следит.
С тех пор как Али-гэ пришёл с Чжао Чжуаном и Сунь Сюйсюй в отель пообедать, ему всё казалось, что за ними кто-то ходит. Он оглядывался, но никого не видел.
— Али, чего ты всё время назад смотришь? Красавица там? — Чжао Чжуан тоже обернулся, никого не увидел и, взглянув на свои часы, вошёл в отдельный кабинет.
Али-гэ сел и сказал:
— Мне кажется, за нами кто-то следит.
— Кому это понадобится? — Чжао Чжуан закатил глаза и снова посмотрел на часы.
Али-гэ подумал и согласился. Заметив, что Чжао Чжуан постоянно поглядывает на часы, спросил:
— Ты торопишься? Если есть дела, можешь не сидеть с нами.
Чжао Чжуан радостно улыбнулся:
— Просто мне всё больше нравятся мои часы. Смотрю на них — и любуюсь!
Али-гэ: «……»
Теперь всё ясно. Опять начал хвастаться богатством, хочет, чтобы все вокруг знали — он теперь состоятельный человек.
Сунь Сюйсюй тут же подхватила:
— Часы, которые Чжуан-гэ купил за миллион, конечно, прекрасны!
Чжао Чжуан ущипнул её за щёчку:
— Вот ты действительно разбираешься в вещах!
Али-гэ не выдержал и решил его немного подколоть:
— Часы мужчины, который был с Хуо Яньцин, вот это настоящая красота. Стоят не меньше трёх миллионов.
Улыбка Чжао Чжуана замерла. Он тут же спрятал руку под стол, потеряв всякое желание хвастаться.
Али-гэ почувствовал невероятное облегчение — это был самый приятный день с тех пор, как он приехал в столицу.
Но радость длилась всего несколько секунд. Его лицо снова стало серьёзным.
На самом деле, пока он колол Чжао Чжуана, сам чувствовал боль. Мужчина рядом с Хуо Яньцин выглядел всего на несколько лет старше него, но уже достиг вершины успеха: богат, красив, обладает безупречной аурой. Любая женщина влюбилась бы в такого. А он сам рядом с ним чувствовал лишь унизительное ничтожество.
Упоминание Гу Янцзюня оживило Сунь Сюйсюй:
— Али-гэ, откуда ты знаешь, что его часы стоят три миллиона?
— Эти часы рекламирует мой любимый актёр. Поэтому я и узнал цену.
— Не будем о нём, — перебил Чжао Чжуан. Ему совсем не хотелось вспоминать Гу Янцзюня — при одном упоминании в душе вновь вскипала боль унижения. — Лучше поговорим о Хуо Яньцин. Кто знает её номер? Давайте завтра позовём её погулять.
Раньше он никогда не осмелился бы приглашать Хуо Яньцин. Но теперь, когда у него есть деньги, появилась и уверенность. Даже её безумное поведение он уже забыл.
— Не знаем. И она вряд ли даст нам свой номер, — ответил Али-гэ. Ему больше не хотелось оставаться с Чжао Чжуаном. — После обеда я сразу вернусь в деревню. Дел там полно, столько дней уже отсутствовал.
— Уже уезжаешь? — нахмурился Чжао Чжуан.
— В деревне много работы. Если не вернусь, всё завалится.
— Ладно, как-нибудь встретимся снова.
Чжао Чжуану уже не важно было, остаётся Али-гэ или нет. Главное — он добился своей цели, позвав его в столицу.
Сунь Сюйсюй тихо попросила:
— Али-гэ, скажи, пожалуйста, моим родителям, что я нашла работу в городе и не вернусь домой.
Али-гэ кивнул:
— Вы здесь одни, без родных. Берегите себя.
После обеда трое разошлись.
Чжао Чжуан смотрел вслед уходящему Али-гэ и спросил Сунь Сюйсюй:
— Скажи честно: кто из нас с Али красивее?
Сунь Сюйсюй даже не задумалась:
— Конечно, Чжуан-гэ!
Чжао Чжуан громко рассмеялся.
В деревне все девушки считали Али-гэ самым красивым мужчиной. Но теперь времена изменились: кто богат — тот и красив!
— Чжуан-гэ, куда теперь пойдём?
— Сначала домой. Завтра пойдём в кино.
Чжао Чжуан купил квартиру в городе, но ремонт начали только вчера, поэтому пока жил в съёмной квартире. Он не хотел тратить много на аренду, поэтому снял комнату в старом доме.
Это здание давно покинули прежние жильцы, так что большинство квартир пустовали или сдавались внаём. Всё оборудование было ветхим, даже лампочка на лестничной клетке не работала.
Вернувшись, Чжао Чжуан и Сунь Сюйсюй тут же бросились в постель.
Ночью им почудилось, будто кто-то стучит в дверь.
— Кто там? — раздражённо крикнул Чжао Чжуан.
— Мы получили звонок: в доме повреждена газовая труба. Пришли проверить, — ответил голос снаружи.
— Чёрт! — выругался Чжао Чжуан, встал и открыл дверь.
Как только дверь распахнулась, внутрь ворвались пятеро крупных мужчин. Трое сразу повалили Чжао Чжуана на пол и заклеили ему рот скотчем. Остальные два бросились в комнату за Сунь Сюйсюй.
— М-м-м!.. — Чжао Чжуан извивался в ужасе, но не мог кричать.
Главарь, похлопывая его по щеке кухонным ножом, сказал:
— Браток, мы с товарищами совсем обнищали, есть нечего. А тут слышим — ты выиграл пять миллиардов! Не поделишься ли с нами?
«!!!» — Чжао Чжуан не ожидал, что грабители знают о его выигрыше.
Внезапно он вспомнил своё недавнее хвастовство и горько пожалел. Надо было держать язык за зубами! Из-за этой глупой похвальбы и попал в беду.
— Не волнуйся, браток, — продолжал главарь, покачивая ножом. — Нам нужны только деньги, а не твоя жизнь. Переведёшь нам всё — и никто вас не тронет.
Чжао Чжуан задрожал от страха.
Конечно, жизнь дороже денег!
Он поспешно закивал и перевёл всё, что было на счетах, разбойникам.
На следующий день после полудня Али-гэ получил известие о смерти Чжао Чжуана и Сунь Сюйсюй.
Он стоял в поле и долго не мог прийти в себя.
http://bllate.org/book/9303/845851
Готово:
