Цинь Инь раздражённо провёл ладонью по волосам — странное ощущение немного уняло его нервы.
Всё равно дома он только и делал, что бездельничал, дожидаясь конца. Раз так, то неважно, где именно жить.
От этих мыслей напряжённая линия подбородка смягчилась, холод в глазах постепенно растаял, и лицо снова стало привычно бесстрастным.
...
В семь тридцать вечера Цинь Инь вернулся в свой номер после ужина в ресторане отеля.
На самом деле в отеле была служба доставки еды — достаточно было лишь позвонить. Он и сам не понимал, зачем усложнил себе жизнь: отправился в ресторан, рискуя быть узнанным, прошёлся туда-сюда и в итоге вернулся ни с чем, почти не притронувшись к еде.
Факт оставался фактом: такие совпадения редко случаются дважды за один день.
Цинь Инь шёл к своему номеру в чёрной бейсболке и маске, настроение было подавленным, но в нескольких шагах от двери он внезапно замер.
Поля шляпы приподнялись на несколько сантиметров, из тени выглянули пронзительные глаза и уставились прямо на мужчину у двери Гу Жань. Взгляд потемнел.
Кто он?
Имя вспыхнуло в голове почти мгновенно — «Мэн Сянъян».
Когда Цинь Инь ушёл из индустрии развлечений, Мэн Сянъян был никому не известным актёром, барахтавшимся на самом дне профессии, и Цинь Инь, конечно, никогда о нём не слышал.
После ухода из шоу-бизнеса он большую часть времени проводил в музыкальной комнате и совершенно не следил за светской хроникой. Фильмы и сериалы почти не смотрел — целыми днями играл на инструментах, слушал музыку и писал песни. Поэтому даже сейчас, когда кто-то упомянул имя этого «лауреата трёх главных премий», он не имел о нём ни малейшего представления.
Однако с тех пор, как некто особенно тепло отозвался об этом «учителе Мэне», он запомнил имя этого «актёра-лауреата» очень хорошо.
В уголках глаз Цинь Иня промелькнул лёд, но стоявший у двери Мэн Сянъян ничего не заметил.
Через несколько секунд Цинь Инь снова двинулся вперёд, делая вид, что ничего не происходит, и направился к номеру напротив комнаты Гу Жань. За эти несколько метров он внимательно осмотрел мужчину с ног до головы.
Тот был примерно того же роста, может, на пару сантиметров ниже, но внешность действительно впечатляла — настоящее «киношное лицо».
На нём была простая рубашка в стиле кэжуал и однотонные брюки, заправленные внутрь, что зрительно удлиняло ноги. Причёска тоже была тщательно уложена — от кончиков волос до кончиков пальцев он излучал элегантность и утончённость, как раз тот тип «корейского оппа», который так любят девушки возраста Гу Жань.
По сравнению с ним Цинь Инь действительно выглядел грубовато.
Пока он вынимал ключ-карту, чтобы открыть дверь, взгляд упал на блокнот в правой руке Мэн Сянъяна.
Скорее всего, это был сценарий.
Выражение лица Цинь Иня стало мрачнее. В этот момент дверь открылась, и он спокойно вошёл в номер, но перед тем, как закрыть её, намеренно оставил узкую щель.
За окном уже стемнело, и комната была погружена во мрак. Цинь Инь даже не стал включать свет, а сразу достал телефон из кармана и ввёл в поиске «Мэн Сянъян».
На экране тут же появились статьи и новостные материалы, и он убедился, что «актёр-лауреат» на фотографиях идентичен тому мужчине, что стоял у двери Гу Жань.
Отлично. Значит, это и есть тот самый «учитель Мэнь», которого кто-то так восхвалял.
Внезапно из коридора донёсся лёгкий звук открываемой двери. Цинь Инь напрягся, и прежде чем он успел осознать происходящее, его тело уже отреагировало само.
Он словно перешёл в боевой режим: встал у дверной щели, слегка согнув спину, и, прищурив один глаз, пристально наблюдал за происходящим напротив.
Шляпа мешала обзору, и через пару секунд он резко сорвал её и швырнул на пол. Его короткая стрижка стала видна в темноте, а вместе с суровым выражением лица и пронзительным взглядом он внезапно напомнил снайпера.
Да, он действительно целился — целился понять истинные намерения этого господина Мэня!
...
Тем временем Гу Жань, услышав звонок в дверь, открыла её и с удивлением увидела неожиданного гостя.
— Учитель Мэнь?! Вы меня искали?
Слова Гу Жань долетели до Цинь Иня сквозь щель, и особенно ясно прозвучало обращение «Учитель Мэнь». Его коренные зубы сжались так сильно, что захрустели.
Разве этому Мэню не на два года меньше его самого? Почему она называет его «гэ»? А «гэ» Циня разве звучит хуже?
Мэн Сянъян, стоявший у двери, снизошёл взглядом на девушку и мягко улыбнулся, помахав перед ней сценарием:
— Пришёл разобрать сценарий.
— Завтра у нас плотный график, а Сунь Сяонань через пару дней уезжает на съёмки шоу, поэтому его сцены перенесли — сегодня утром нужно обязательно отснять наш эпизод.
Гу Жань не усомнилась ни на секунду.
Она знала, что завтра снимают важный поворотный момент фильма — сцену, где Байли Юнь и Се Мин начинают осторожно проверять друг друга.
К тому моменту Байли Юнь уже убила немало людей по приказу Се Мина, но начала чувствовать неладное. Однако пути назад для неё уже не было.
В завтрашней сцене Се Мин снова просит Байли Юнь убить человека, но та уже сомневается и, зная его истинное положение, не осмеливается прямо обвинять его, а лишь обходит проблему, пытаясь выяснить его настоящие намерения.
Действие происходит в доме терпимости, да ещё и при посторонних, поэтому Байли Юнь вынуждена вести себя как кокетливая куртизанка, чтобы выведать правду. Между ними также предусмотрен небольшой флирт — не слишком откровенный, но достаточный для драматического напряжения.
— Тогда не возражаю, учитель Мэнь, — улыбнулась Гу Жань. — Как раз хотела у вас кое-что уточнить по сценарию.
В следующий миг оба вошли в номер, и дверь с громким «бах!» захлопнулась, оставив наблюдающему мужчине лишь безжалостный силуэт их спин.
Ну конечно, теперь эта девчонка совсем распустилась — даже мужчину смело водить к себе в комнату. :)
Цинь Инь услышал весь их короткий диалог. Особенно его задело, как она легко произнесла «Учитель Мэнь».
Виски начали пульсировать, и ему захотелось кого-нибудь избить.
«Разобрать сценарий» — да разве можно придумать более банальный и нелепый предлог? И она поверила?!
Неужели она совсем не понимает, что такое элементарная осторожность для молодой девушки?
Чем больше он думал, тем сильнее подозревал, что у этого господина Мэня какие-то скрытые цели.
Внезапно в голове Цинь Иня всплыл один эпизод. Он быстро достал телефон и открыл фото, которое Гу Жань прислала ему ранее.
Серьёзное лицо, он увеличил изображение и в углу увидел знакомую фигуру...
— Чёрт!
В темноте прозвучала ругань, полная ярости и злобы, от которой кровь стынет в жилах.
Разве это не тот самый господин Мэнь, который тогда тайком наблюдал за Гу Жань на том фото??
Цинь Инь почувствовал: случилось.
Серьёзные неприятности.
Белый свет экрана освещал его резкие черты лица, делая и без того разъярённое выражение ещё страшнее.
Он пристально смотрел на фото целых пять минут, прежде чем убрал телефон обратно в карман. Снаружи он казался спокойным, но выпирающие жилы на предплечье выдавали, с какой силой он сжимал устройство.
.
В соседнем номере Гу Жань и Мэн Сянъян сидели напротив друг друга, каждый с помеченным заметками сценарием в руках. Они действительно серьёзно разбирали текст.
Правда, у Мэн Сянъяна были далеко идущие намерения, но Гу Жань и в голову не приходило ничего подозревать. Как только она впустила его, сразу взяла сценарий и без лишних слов перешла к делу, даже не сочтя нужным обменяться вежливостями.
Мэн Сянъяну ничего не оставалось, кроме как всерьёз заняться разбором сцен с ней. То, что должно было быть романтической встречей, превратилось в атмосферу усердного труда и стремления к знаниям.
Пока они горячо обсуждали сцены, Цинь Инь с другой стороны коридора буквально кипел от злости.
Через десять минут в кармане Гу Жань зазвенел сигнал сообщения в WeChat —
Цинь Инь: Что ты делаешь?
Гу Жань взглянула на экран, слегка нахмурилась, затем перевела телефон в беззвучный режим и убрала обратно в карман.
Что Цинь Инь сам пишет ей — уже редкость. Обычно она бы обязательно поддразнила его, но сейчас учитель Мэнь специально пришёл после съёмок, и было бы невежливо отвечать на сообщения у него на глазах. Это ведь обесценило бы его усилия.
Однако обычно сдержанный и замкнутый мужчина сегодня, похоже, съел что-то не то: телефон в кармане то и дело вибрировал, и так продолжалось почти десять минут.
Хотя экран был выключен, Гу Жань интуитивно чувствовала — все эти сообщения от «старого мужчины» с соседнего этажа.
Она понимала, что не должна этого делать, но мысли всё равно унеслись далеко, и даже Мэн Сянъян заметил её рассеянность.
— Может, сначала ответишь на сообщение? — мягко улыбнулся он.
Комната была небольшой, и хотя Гу Жань перевела телефон в режим вибрации, звуки всё равно были слышны.
Гу Жань очнулась и извиняюще улыбнулась, после чего отложила сценарий и направилась в ванную.
Закрыв за собой дверь, она достала телефон и открыла WeChat. Как и ожидалось, на экране появилась серия сообщений от того самого мужчины...
Цинь Инь: Съёмки закончились?
Цинь Инь: Отдыхаешь в отеле?
Цинь Инь: Ужинала?
Цинь Инь: Почему не отвечаешь?
Цинь Инь: К тебе не подкатил какой-нибудь псих?
Цинь Инь: [Попытка голосового вызова не удалась]
...
Гу Жань нахмурилась, но внутри почувствовала лёгкое беспокойство.
Каждое слово дышало тревогой — такого с ним раньше не бывало.
Когда она уже собиралась перезвонить, пришло ещё одно сообщение:
Цинь Инь: Мне тебя не хватает.
Она замерла, глядя на экран, будто в голове взорвался целый фейерверк, и на мгновение потеряла дар речи.
Что происходит?
Старый хрыч наконец проснулся?
Железное дерево зацвело?
Через мгновение Гу Жань тяжело вздохнула, и в уголках глаз промелькнула улыбка, а взгляд стал мягким, как весенняя вода.
Оказалось, что когда скромник вдруг начинает нежничать, это действует мощнее ядерной бомбы — все её разумные мысли превратились в пыль.
Выйдя из ванной, она увидела, как Мэн Сянъян сидит за столом, погружённый в сценарий.
— Учитель Мэнь, простите, у меня срочное дело, так что... — с явным чувством вины сказала она.
Мэн Сянъян на секунду удивился, но тут же снова озарил её тёплой улыбкой:
— Ничего страшного, работа превыше всего.
Он автоматически решил, что речь идёт о рабочих вопросах, и Гу Жань не стала его разубеждать, про себя думая: «Какая там работа! Важнее старого хрыча ничего нет!»
Они договорились встретиться рано утром на площадке для повторения сцен, и этим их вечерний разбор сценария завершился.
Проводив Мэн Сянъяна, Гу Жань сразу набрала номер Цинь Иня.
Через две секунды звонок был принят, но обычно болтливый мужчина вдруг замолчал — ни слова не сказал.
Микрофон у него, видимо, был хорошего качества, потому что Гу Жань чётко слышала его дыхание — размеренное, глубокое, особенно отчётливое в ночи и невероятно волнующее.
В такие моменты она всегда проявляла терпение, спокойно ожидая, когда он заговорит.
Они молчали почти три минуты, просто держа телефоны у ушей, но вокруг уже начинала разгораться атмосфера, готовая вот-вот вспыхнуть...
Наконец Цинь Инь не выдержал этой странной тишины и тихо спросил:
— Ты чем-то занята была?
http://bllate.org/book/9170/834799
Готово:
