Ши Мяомяо бросила мимолётный взгляд на Линь-цзе, даже не удостоив её ответом, подошла к дивану и устроилась на нём. Лишь спустя несколько секунд она неспешно произнесла:
— Что? У меня появился новый заказ?
Сейчас Ши Мяомяо была в полном позоре: в сети её все громили, и жилось ей крайне тяжело.
— Нет, такого нет, — улыбнулась Линь-цзе, наблюдая за надменной осанкой Ши Мяомяо. В душе она уже поняла: дело плохо. Похоже, Ши Мяомяо окрепла и теперь решила идти против неё. Хоть и мечтает сама распоряжаться своей судьбой, но ей до этого ещё далеко. Если бы Ши Мяомяо с самого начала послушалась её советов, то не оказалась бы сейчас в таком безвыходном положении и не нажила бы столько врагов. Возможно, тогда Линь-цзе даже потакала бы ей. Но теперь между ними уже накопилась взаимная неприязнь. И теперь всё решит, кто из них пересилит другого.
Подумав об этом, Линь-цзе стёрла улыбку с лица и холодно сказала Ши Мяомяо:
— С таким репутационным багажом ты ещё мечтаешь о новых заказах? Очнись-ка поскорее! Слушай сюда: раз я сумела устроить тебя в постель к господину Чжану, значит, могу и свергнуть тебя оттуда. Если хочешь жить припеваючи — слушайся меня. Поняла?
— Не поняла, — лениво усмехнулась Ши Мяомяо. — А как именно Линь-цзе собирается меня «свергнуть»?
Линь-цзе поняла: Ши Мяомяо окончательно решила идти наперекор. Если сегодня она не подавит её, Ши Мяомяо будет смотреть на неё, как на собачонку. Даже если та временно согласится подчиняться, её периодические вспышки станут просто невыносимыми.
Линь-цзе холодно фыркнула и протянула телефон прямо перед глазами Ши Мяомяо. Сегодня она обязательно заставит эту девчонку покориться! Иначе пусть её имя больше не будет Линь!
— Это… — Ши Мяомяо взглянула на экран, где была запечатлена женщина в слезах и унижении, насильно прижатая к столу и вынужденная делать обнажённые фотографии. Она мягко рассмеялась. — Ты хочешь шантажировать меня этим?
Такой метод был излюбленным у Линь-цзе. С послушными артистами она всегда держала крепкие козыри, а с такими упрямцами, как прежняя Ши Мяомяо, приходилось применять более жёсткие меры. Раньше некоторые знакомые говорили ей, что это излишне, но теперь она поняла: насколько же мудрым оказалось это решение. С такими материалами в руках Ши Мяомяо точно не посмеет ослушаться.
Забрав телефон обратно, Линь-цзе приняла заботливый и искренний вид:
— Я ведь не хотела поступать с тобой так. Ты сама знаешь, как ко мне относилась. Просто ты всё никак не могла «проснуться». Вот и пришлось довести тебя до такого состояния. Послушай, Линь-цзе тебе прямо скажет: если ты будешь вести себя хорошо и слушаться меня, я немедленно уничтожу эти фото. Да, сейчас тебе трудно, но для меня не составит труда тебя «отбелить». А если ты продолжишь упрямиться… Что ж, я не стану держать рядом с собой проблему. Лучше уж я сама тебя разрушу, чем позволю тебе отравлять мне жизнь. Хорошенько подумай.
— Раз Линь-цзе так заботится обо мне, конечно, я хорошенько подумаю, — мягко улыбнулась Ши Мяомяо, в глазах её играл свет, ни капли раздражения не было заметно.
Это поведение заставило Линь-цзе вздрогнуть. Она не боялась глупых и бесхитростных девушек — таких легко контролировать. Но если Ши Мяомяо вдруг обрела ум… это куда опаснее.
— Ну и как там твои размышления? — нахмурилась Линь-цзе.
Ши Мяомяо неспешно отпила глоток чая, поморщилась и протянула чашку Линь-цзе:
— Остыл.
Линь-цзе мгновенно успокоилась. Такое поведение типично для глупой и капризной женщины. Она взяла чашку и услужливо налила свежего чая.
— У всех женщин в жизни бывает такой момент, — сказала она. — Раз и сто раз — какая разница? Сейчас у тебя есть капитал — пользуйся им. Потом может оказаться, что использовать его будет уже некогда!
— Тогда спасибо тебе, Линь-цзе, — усмехнулась Ши Мяомяо, глядя на то, как та прячет телефон.
Линь-цзе решила, что та просто не может простить себе случившееся, но сердце её уже смягчилось. Она сочла это детской обидой и не стала обращать внимания. Раз уж Ши Мяомяо должна работать на неё, пусть сначала выпустит пар.
Больше они не упоминали те фотографии.
Если бы можно было, Линь-цзе вообще не стала бы раскрывать свой главный козырь так рано. Большинство её подопечных были мужчины. Мужчины, в отличие от женщин, ради карьеры готовы лечь даже к старухам с морщинами во всю спину — лишь бы не к другим мужчинам. Но как только такие «звёзды» добивались успеха, они тут же забывали о ней. Несмотря на то, что она вывела немало почти первых планов, её положение в агентстве оставалось неопределённым. Теперь же, с Ши Мяомяо в руках, она наконец заставит этих неблагодарников ползать перед ней на коленях и умолять о помощи!
Увы, уже на следующий день все её планы рухнули.
Когда она узнала, что Ши Мяомяо перевели под управление другого агента, ярость чуть не задушила её! Это же её золотая жила! Как компания посмела без предупреждения передать Ши Мяомяо кому-то другому?
Если бы это был кто угодно, она бы ещё смирилась. Но нет — это был Чжан Сянъюй, легендарный менеджер индустрии. В отличие от Линь-цзе, которая полагалась на грязные трюки, Чжан Сянъюй добился всего своим трудом и профессионализмом. С ним Линь-цзе не осмеливалась вступать в конфликт.
Но ведь упущенная выгода — это хуже любого удара! Готовая утка улетела прямо из рук! Линь-цзе решила, что Чжан Сянъюй, вероятно, не захочет брать в работу такую «грязную» артистку, и уже собиралась наговорить ему гадостей, чтобы вернуть Ши Мяомяо. Однако на первом же шаге она потерпела неудачу: Чжан Сянъюй не брал трубку и не выходил на связь. Путь через менеджеров был закрыт.
Линь-цзе сжала зубы от злости.
— Вообще-то я тебя не хочу, — холодно сказал Чжан Сянъюй, глядя на женщину, которая без приглашения устроилась на стуле перед ним. Его лицо стало ещё мрачнее. — Мне всё равно, каким образом ты пробралась к господину Чжану и что делала раньше. Но пока ты под моим началом, запрещено использовать своё тело в качестве товара. Мне не нужны такие дешёвые люди.
Ши Мяомяо приподняла бровь. Это уже не первый раз, когда её называют «дешёвой» так прямо. Странно, но в этом есть какая-то ностальгия. Использовать тело в сделках? Тело создано для удовольствия, а не для торговли. В этом она полностью согласна с Чжан Сянъюем.
Что до господина Чжана… Ши Мяомяо изогнула губы в усмешке. Не ожидала, что у него такие связи. Чжан Сянъюй — фигура не из простых. Чтобы устроить её именно к нему, у господина Чжана должно быть немало влияния. Интересно, как он отреагирует, когда обнаружит, что лишился двух самых важных вещей?
В этом мире только она имеет право пользоваться мужчинами, а не наоборот.
Чжан Сянъюй нахмурился, увидев, как Ши Мяомяо совершенно безразлично восприняла его слова. Она действительно красива — настолько, что в индустрии её внешность гарантировала бы головокружительный взлёт. Жаль, что прежняя Ши Мяомяо была слишком глупа: нажила себе врагов направо и налево, и теперь все единодушно топчут её в грязи. Её нынешняя репутация — заслуженное наказание.
Чжан Сянъюй не терпел глупых артистов. Перед тем как взять Ши Мяомяо, он изучил её досье и убедился: она — последняя степень глупости. Если бы она с самого начала сохранила свои принципы, он бы уважал её. Но продержавшись столько лет, она в самый критический момент их предала. Такую женщину даже глупой назвать — уже комплимент.
Однако сегодняшняя встреча заставила его усомниться в своём выводе. В глазах Ши Мяомяо открыто читались амбиции и желание. Она своим взглядом и осанкой прямо заявляла: вот чего она хочет. Женщина с таким настроем не может быть глупой. В индустрии без стремления вверх не стать звездой, а Ши Мяомяо уже наполовину достигла цели.
— Мне всё равно, что ты делала раньше и какими ресурсами пользовалась, — сказал Чжан Сянъюй. — Я хочу знать одно: есть ли у тебя какие-нибудь смертельные компроматы в чужих руках?
Ши Мяомяо провела пальцем по подбородку и мягко улыбнулась:
— Есть.
Лицо Чжан Сянъюя потемнело ещё сильнее. Теперь он окончательно убедился: Ши Мяомяо — не дура. Ни один глупец не смог бы так спокойно вести себя, зная, что в руках у врага его самые уязвимые материалы. Хотя, конечно, бывают исключения — когда глупость переходит все границы.
Чжан Сянъюй прекрасно понимал: Ши Мяомяо рассчитывает, что он поможет ей. Перед такой хитроумной и обворожительной женщиной он даже злиться не мог:
— Какой именно компромат?
Улыбка Ши Мяомяо стала ещё тоньше, а взгляд — полным сочувствия:
— Обнажённые фотографии.
Она считала, что прежняя Ши Мяомяо была совершенно беспомощной — позволить обычному менеджеру держать себя в ежовых рукавицах! Но сейчас, наблюдая, как лицо нового менеджера темнеет с каждой секундой, ей было чертовски весело.
Такие фото — не просто картинки. Их нельзя просто удалить или игнорировать. Одна утечка — и ты потеряешь место не только в индустрии, но и в обществе в целом.
Ши Мяомяо, конечно, не имела особого выбора, но это не значило, что она готова принять любого менеджера. Ей нужен помощник, а не новый хозяин. Сообщив Чжан Сянъюю о существовании этих фото, она проверяла его — на искренность и возможности.
— У твоего бывшего менеджера? — нахмурился Чжан Сянъюй, быстро угадав правду. Методы Линь-цзе в индустрии не секрет, просто он презирал их.
— Верно, — улыбка Ши Мяомяо стала шире.
Когда Линь-цзе снова связалась с Ши Мяомяо, всё уже было решено.
Слушая её яростные крики в трубке, Ши Мяомяо выглядела совершенно невинной:
— Откуда мне знать, как распорядились наверху? Линь-цзе — вы же старожил, ваше мнение всегда учитывают. Может, попросите вернуть меня к вам?
— Не задирайся, — холодно фыркнула Линь-цзе. — Думаешь, у меня нет на тебя рычагов? Пусть я и дура, что сама привела тебя к господину Чжану, но второй раз я не ошибусь! Не забывай, что у меня в руках есть твои материалы!
Ши Мяомяо тихо рассмеялась и положила трубку. Такие пустяки хотят использовать для шантажа?
— Ты готова? — нахмурился Чжан Сянъюй, глядя на Ши Мяомяо. — Если что-то пойдёт не так, ты можешь навсегда лишиться шанса на возвращение.
— А ты способен плохо справиться? — приподняла бровь Ши Мяомяо и обворожительно улыбнулась. — Ведь ты же Чжан Сянъюй.
Чжан Сянъюй промолчал. Да, он Чжан Сянъюй. Именно поэтому он способен делать из артистов настоящих звёзд. Но Ши Мяомяо — не просто артистка. Её внешность и харизма позволяют увидеть в ней нечто большее. Поэтому, встретившись с ней, он отказался от первоначального решения отказать. Интуиция подсказывала: если он хочет создать настоящую икону — ту, чьи эмоции будут волновать миллионы, — Ши Мяомяо станет его последним и единственным выбором.
— Тогда в путь, — сказал он.
Чжан Сянъюй очень переживал за Ши Мяомяо перед поездкой в страну А: чтобы завоевать признание другой страны, нужно свободно владеть языком. Однако, узнав, что Ши Мяомяо выучила весь словарь страны А за один день, он почувствовал, будто его личный мир рухнул. С таким уровнем обучения ей пора летать в космос!
Приехав в страну А, Чжан Сянъюй не спешил устраивать Ши Мяомяо на работу. Вместо этого он повёл её на площадку, где скоро начнутся съёмки.
Для бывшей наставницы демонических практик всё в этом мире казалось удивительным. Вместо пилюль для изменения облика — искусство макияжа; вместо таблеток для похудения — соблазнительная одежда. Всё это было достойно того, чтобы попробовать.
Зайдя на площадку, Ши Мяомяо увидела вокруг множество странных иностранцев. Она равнодушно наблюдала, как Чжан Сянъюй здоровается с ними, а те суетятся, создавая идеальный фон и гармоничные кадры.
Подойдя к оператору, она заглянула в объектив и нахмурилась.
http://bllate.org/book/9082/827540
Готово:
