Волосы, хоть и чёрные, были собраны в кривой высокий хвост и взъерошены так, будто превратились в осиное гнездо — настоящая взрывная соломенная шевелюра.
Лу Чэнъюнь приподнял руку и надавил на виски.
Вот скажите, разве это похоже на старшеклассницу младше восемнадцати?
Он обернулся и перевёл взгляд на девочку с чистым, невинным личиком — та выглядела послушной и воспитанной. Только теперь ему стало немного легче на душе.
Лу Цаньцань сразу же заметила Юнь Хэ, радостно подпрыгнула и, обхватив её за руку, воскликнула:
— Ой, Юнь Хэ, и ты здесь отдыхаешь!
— Слушай, раз уж каникулы, надо обязательно хорошо повеселиться! Пойдём, я тебя в танцы затащу…
— Лу Цаньцань! — раздался низкий, строгий голос, перекрывший её речь.
В тот же миг чью-то руку отвёл юноша.
Лу Юаньлинь нахмурился, бросил взгляд на эту ярко раскрашенную девицу и направился помогать Ли Цайли.
Лу Цаньцань, увидев, что её оттаскивал не Пэй Бяньъи, ещё больше распалилась и сердито уставилась на отца:
— Ну и что? Я же не одна пришла! Другие тоже могут развлекаться, а мне нельзя?
Юнь Хэ пояснила стоявшей рядом:
— Лу Цаньцань, я пришла забрать маму.
Гневное выражение Лу Цаньцань на миг застыло. Она обернулась и увидела, что та действительно держит за руку женщину, явно пьяную.
Лу Цаньцань нахмурилась, особенно когда заметила, во что та одета: изумрудно-зелёная кружевная майка на бретельках и обтягивающая юбка-колокол.
Выглядело это так… Она замялась:
— Юнь Хэ, твоя мама…
Юнь Хэ подняла с дивана чёрную куртку и накинула её матери на плечи, затем серьёзно пояснила:
— Мама не такая, как ты думаешь. Она продаёт алкоголь — у нас в семье свой винный бизнес.
— Понятно… — Лу Цаньцань неловко улыбнулась и тут же извинилась: — Прости, что подумала плохо. Ты сейчас уводишь маму домой? Я кого-нибудь пошлю проводить вас.
— Кого посылать? — поднялся Лу Чэнъюнь и, схватив её за воротник, добавил: — Иди сама проводи свою одноклассницу.
— Но я только что… — её голос стих под пронзительным взглядом отца.
Юнь Хэ и Лу Юаньлинь вместе подхватили Ли Цайли и двинулись к выходу, за ними потянулась целая вереница людей в чёрном.
Менеджер ночного клуба всё это время сопровождал их. Громкая музыка стихла, танцующие толпой расступились, освобождая им путь.
Кто-то, увидев мужчину, шедшего впереди, ахнул:
— Вот это да! Да это же магнат из Silver Brilliance Realty!
— Он сам пришёл в такое место…
— Круто же…
В тёмном углу несколько раз вспыхнула камера.
Один из неприметных людей в чёрном вышел из толпы, поднялся на второй этаж и подошёл к одной из кабинок.
Он протянул камеру сидевшей там коротко стриженной девушке и почтительно сказал:
— Мисс, всё, что вы просили, снято.
Полная луна сияла в ночном небе, холодная и безучастная.
Одна за другой чёрные машины направились в переулок Хуайхуа.
Лу Чэнъюнь сидел на переднем сиденье и небрежно беседовал с девушкой на заднем:
— Получается, твоя одноклассница Лу Цаньцань действительно стала лучше в последнее время…
Юнь Хэ кивнула.
Он улыбнулся и спросил:
— А ты, Юнь Хэ, не знаешь, в чём причина?
Юнь Хэ прикусила губу. Она ведь не могла сказать: «Я просто обманула вашу дочь».
Хотя очень хотелось, она сдержалась:
— Не знаю.
Лу Чэнъюнь отвёл взгляд из зеркала заднего вида и задумался.
Ли Цайли, прислонившись к Юнь Хэ, приподняла голову, взглянула на водителя и мужчину впереди, потом перевела взгляд на дочь и потерла виски.
Юнь Хэ обеспокоенно спросила:
— Мам, ты очнулась?
Ли Цайли кивнула и небрежно произнесла:
— Кажется, только что видела ту самую Лу Цаньцань?
Юнь Хэ смущённо почесала ладонь и тихо ответила:
— Мы как раз едем в машине отца Лу Цаньцань.
В ответ раздался мягкий баритон:
— Здравствуйте, мама Юнь Хэ.
Ли Цайли повернулась и встретилась взглядом с мужчиной, который обернулся к ней. Она помедлила и кивнула:
— Здравствуйте.
Лу Чэнъюнь бросил взгляд на дочь в зеркало и, подумав несколько секунд, сказал:
— Юнь Хэ — очень послушная и разумная девочка, совсем не как моя Цаньцань: неуважительная, постоянно устраивает скандалы…
Ли Цайли опустила глаза на дочь и холодно произнесла:
— Это зависит от условий, в которых растёт ребёнок. В бедных семьях дети рано взрослеют.
Лу Чэнъюнь покачал головой и вздохнул:
— Не обязательно. Всё зависит от воспитания. Такого разумного ребёнка могла вырастить только ваша семья. Интересно, какими методами воспитывал её отец…
— Он давно умер. Я растила её одна, — резко оборвала его Ли Цайли.
Её лицо стало мрачным.
Лу Чэнъюнь замолчал, отвёл взгляд из зеркала и с лёгкой усмешкой сказал:
— Извините.
Ли Цайли не ответила, обхватила себя за плечи и уставилась в окно. Юнь Хэ тоже опустила голову и промолчала.
Машина остановилась у переулка Хуайхуа, и мать с дочерью вышли.
Лу Юаньлинь тоже вылез из такси с баскетбольным мячом в руках и уже собрался подойти, но Юнь Хэ, поддерживая мать, махнула ему за спиной — быстро и незаметно.
Лу Юаньлинь остановился и смотрел издалека.
Поднявшись в общежитие, Ли Цайли подошла к окну и посмотрела вниз: чёрные машины одна за другой уезжали.
Она постучала пальцем по подоконнику, услышала голос за спиной и обернулась:
— Ду Чжун звонил. Сказал, что твои оценки значительно улучшились.
Юнь Хэ кивнула.
Ли Цайли взглянула на неё, достала из сумки пачку денег, пересчитала и вытащила десять купюр:
— На, держи. Награда.
Она взяла руку дочери и положила на неё деньги. Юнь Хэ застыла, ошеломлённая внезапной радостью.
Подняв глаза на мать у окна, она увидела, что та снова курит, и комната наполнилась запахом табака и алкоголя.
Куртку мать сбросила на диван, оставшись в изумрудной майке. Дым поднимался вверх.
— Мам… — тихо попросила Юнь Хэ. — Не кури, пожалуйста. Это вредно для здоровья.
Ли Цайли промолчала, одной рукой обхватила себя за плечо и смотрела вдаль, на перекрёсток переулка Хуайхуа.
Юнь Хэ встала рядом:
— И не работай больше по ночам. Ты сама не замечаешь, как сильно лезут волосы?
Рука Ли Цайли, державшая сигарету, дрогнула. Она нервно глубоко затянулась.
Помолчав, она сказала:
— Ду Чжун ещё упомянул школьные сплетни.
Юнь Хэ мгновенно подняла голову и поспешила объяснить:
— Нет-нет, просто он мне помогает с учёбой, поэтому мы стали чаще общаться, вот и начали говорить.
Фильтр оторвался от алых губ, и Ли Цайли, выдыхая дым, спокойно произнесла:
— Я сказала, что вы — брат и сестра. Я сама попросила Сяobao помочь тебе с учёбой.
Юнь Хэ не ожидала, что мать поверит ей и не станет слушать слухи. Её нос защипало от слёз.
Она тихо пояснила:
— Я просто попросила его помочь. Мам, я хочу поступить в Хуайда. С моими нынешними оценками до проходного балла далеко. А Сяobao учится так хорошо… Поэтому я и обратилась к нему.
Ли Цайли кивнула и вдруг сказала:
— Не забудь брать с собой Лу Цаньцань.
Юнь Хэ удивлённо раскрыла рот:
— Почему?
— Почему? — фыркнула Ли Цайли и повернулась к ней: — Неужели не видишь?
Юнь Хэ смотрела на неё, ошеломлённая, и медленно покачала головой, не веря своим мыслям.
Ещё в тот день, когда мать не спешила выводить её из полицейского участка, а на людях будто превратилась в другого человека, а потом дома велела дружить с Лу Цаньцань, у неё возникло дурное предчувствие.
Но она не думала, что всё окажется именно так.
Да, они и правда мать и дочь — угадывают с одного взгляда.
Ли Цайли сделала затяжку и отвела взгляд:
— Раз Лу Цаньцань нравится Сяobao, тебе нельзя в него влюбляться. Вы можете быть братом и сестрой, друзьями…
— Ты ещё даже не вошла в его семью! Не слишком ли рано планировать всё это?
Ли Цайли не смутилась:
— Ты же так хорошо знаешь китайский. Не слышала поговорку: «Сначала составь план, потом действуй»?
Юнь Хэ прикусила губу, опустила глаза и дрожащим голосом сказала:
— До поступления в университет я не стану заниматься ничем, кроме учёбы.
Это было и обещанием, и клятвой.
— Надеюсь, так и будет.
На следующий день, спустившись вниз, Юнь Хэ сразу увидела Лу Юаньлинья. Он стоял, небрежно перекинув школьную сумку через плечо, и ждал у подъезда.
На нём был новый велосипед. Он скучал, положив голову на руль, но, увидев её, замахал рукой:
— Привет!
Юнь Хэ быстро спустилась:
— Новый велосипед?
Лу Юаньлинь выпрямился:
— Теперь же вечером до одиннадцати уроки, решил завести свой — так удобнее ездить туда и обратно.
Он похлопал по заднему сиденью с гордостью:
— Давай, подвезу!
Юнь Хэ слегка прикусила губу и тихо сказала:
— Сяobao, спасибо тебе за вчерашнее.
Лу Юаньлинь хмыкнул, оглядел её с ног до головы и сказал:
— Так вежливо? Аж неловко стало. Ты точно Юнь Сяоюй?
Юнь Хэ чуть улыбнулась:
— Меня зовут не Юнь Сяоюй, а Юнь Хэ.
— Ладно-ладно, Юнь Хэ так Юнь Хэ. Давай быстрее садись.
Юнь Хэ бросила взгляд на переулок, оглядела его и, ничего не увидев, села на заднее сиденье.
Лу Юаньлинь откинул подножку, выпрямился и, ухмыляясь, сказал:
— Держись крепче! Поехали!
Велосипед рванул вперёд, как ветер. Юнь Хэ испуганно вцепилась в его школьную форму.
Выезжая из переулка, она по привычке посмотрела на старое дерево у перекрёстка.
Там никого не было.
Раньше, когда они ходили в школу вместе, он всегда ждал именно там.
Видимо, он уже всё понял и поэтому не пришёл.
Без её надоедливого присутствия, наверное, у него был хороший Чунъе и Национальный праздник?
Наверное…
Юнь Хэ почувствовала стыд. Она так долго мешала ему, даже не извинившись лично. Она сама себя презирала.
Трусиха.
В школе они поставили велосипед в парковку.
Заперев его, они вышли и пошли по велодорожке к главной аллее, ведущей к учебному корпусу.
Лу Юаньлинь спросил по дороге:
— Ты обычно ешь в столовой или за пределами школы?
Он участвовал в олимпиаде и давно не был в школе, поэтому не знал школьных новостей.
— В столовой. Там дёшево.
— Понятно, — задумался он. — Не знаю, разрешит ли завуч перевестись мне в другой класс. Если да, заходи ко мне во второй.
Юнь Хэ взглянула на него:
— Но еда в столовой правда невкусная.
— Если ты можешь есть, — усмехнулся он, — почему я не смогу?
Ладно, улыбнулась Юнь Хэ.
Со встречной полосы на большой скорости промчался велосипед. Лу Юаньлинь поднял руку и, прижав Юнь Хэ к себе, отвёл в сторону.
Они избежали столкновения. Юнь Хэ протянула руку и «хлоп!» — отбила его ладонь с плеча.
Лу Юаньлинь тут же отпустил её, прижимая руку и причитая:
— Ого, Юнь Хэ! Ты что, так больно бьёшь?
Юнь Хэ пошла вперёд, улыбаясь, но вдруг взгляд упал на дорогу сбоку — и улыбка застыла.
По дорожке шёл юноша: белая рубашка, чёрные волосы, изысканное лицо, совершенно один.
Юнь Хэ остановилась, сердце заколотилось.
Сбоку стоял последний ряд велосипедов в парковке. Заметив на земле упавший велосипед, она, не раздумывая, бросилась вперёд и присела за стойкой, прячась за велосипедами.
Лу Юаньлинь приподнял бровь, встретился взглядом с проходящим мимо юношей, и оба мгновенно холодно отвели глаза.
Когда тот ушёл, Юнь Хэ всё ещё сидела спиной к дороге.
Лу Юаньлинь подошёл и дёрнул её за рюкзак:
— Хватит самовлюблённичать. Он даже не посмотрел в твою сторону.
Юнь Хэ прикусила губу, подняла упавший велосипед и, не отвечая на поддразнивания Лу Юаньлинья, молча пошла к учебному корпусу.
Поднявшись на второй этаж, она рассталась с ним и вошла в класс. На её парте стоял пакетик молока для завтрака.
Линь Сюй сидела на её месте и внимательно изучала бутылочку.
Юнь Хэ повесила рюкзак на спинку стула:
— Мне?
Она потянулась за пакетиком, чтобы открыть, но Линь Сюй сказала:
— Это не я тебе дала.
— А? — Юнь Хэ замерла.
Линь Сюй огляделась, махнула рукой, чтобы та наклонилась, и шепнула:
— Это твой новый сосед по парте. — Она замолчала и ещё тише добавила: — Неужели он тебе нравится?
http://bllate.org/book/8880/809841
Готово:
