— Ты что, разыгрываешь меня?! — тут же возмутилась она.
Но голос прозвучал вяло и мягко — скорее ласково, чем сердито.
Шэн Вэньсюй тихо рассмеялся и ласково сказал:
— Выходи, прими лекарство.
Тан Юэ, укрывшись одеялом, спросила:
— А если я не выйду, ты не уйдёшь?
Ей пришлось спрятать свой бюстгальтер с большой чашкой и неохотно высунуть из-под одеяла только голову. Она запрокинула лицо к нему:
— Я вышла.
При этом шею она плотно обмотала одеялом, не оставив видимой ни единой части кожи ниже подбородка.
Шэн Вэньсюй слегка опустил глаза, длинные ресницы дрогнули.
За это короткое время её щёки уже покраснели от жары, на лбу выступил пот, а лицо стало похоже на спелое яблоко.
Без очков её глаза казались расфокусированными, будто окутанными лёгкой дымкой.
— Хорошо, — ответил он, взял со столика за спиной бутылку воды, открутил крышку и протянул ей. — Сначала попей.
Он достал таблетки из упаковки и небрежно добавил:
— В следующий раз, когда окажешься с незнакомцами, не ешь и не пей ничего чужого, поняла?
Тан Юэ пила воду, но на полпути остановилась и удивлённо спросила:
— Откуда ты знаешь, что я ела с незнакомцами? Я ведь доктору Шу ничего не говорила.
Шэн Вэньсюй слегка замер, протянул ей таблетки и ответил:
— Догадался.
Тан Юэ глотала лекарства без проблем — она не изнеженная барышня, раз уж решилась приехать в такое грязное, шумное и тесное место, как Индия.
Запив таблетку водой, она запрокинула голову, проглотила и тыльной стороной ладони вытерла рот.
— Эр-гэ, я всё приняла. Спасибо!
Шэн Вэньсюй кивнул:
— Мм.
Тан Юэ с надеждой смотрела на него, желая, чтобы он наконец занялся своими делами и ушёл.
Но Шэн Вэньсюй, склонив голову, разглядывал край одеяла — похоже, уходить он не собирался.
Она осторожно спросила:
— Эр-гэ? Может, тебе стоит заняться делами?
Шэн Вэньсюй очнулся, услышав это вежливое прощание, и уголки его губ слегка опустились.
— Ладно. Отдыхай, поспи.
Он направился к двери, а Тан Юэ украдкой следила за ним, словно собиралась немедленно что-то предпринять, как только он выйдет.
Он взялся за ручку двери и медленно потянул её на себя.
Внезапно оба их телефона почти одновременно зазвонили.
Это были новые сообщения в групповом чате, куда их ранее добавил Мэн Фаньин.
[Фотограф Инь-гэ]: [Сестрёнка Юэ, мы поехали в Амберский форт! Господин Шэн, я повёз бабушку Шэньчжу и доктора Шу — не переживайте, я хорошо о них позабочусь! И, пожалуйста, позаботьтесь о нашей сестрёнке Юэ!]
[Осветитель Сяо Гуан]: [Сестра Юэ ещё не ела! Господин Шэн, пожалуйста, приготовьте ей что-нибудь! Спасибо!]
[Сват-матчмейкер Юй Дун]: [Внучек! Хорошо заботься о своей Луне!]
Тан Юэ: «…»
Шэн Вэньсюй: «…»
«Твоя Луна» — это что ещё?
Шэн Вэньсюй обернулся к покрасневшей Тан Юэ и пояснил:
— Моя бабушка ещё не очень умеет пользоваться Вичатом. У неё рукописный ввод, часто ошибается.
Тан Юэ поспешно закивала:
— Понимаю, понимаю!
Да уж, буква «ты» действительно легко путается с «луна»…
Теперь на Шэн Вэньсюя легла вся ответственность команды. Если бы он просто вернулся в свою комнату и оставил Тан Юэ одну, это выглядело бы крайне бесчеловечно и неблагодарно.
И вот, спустя десять минут, он принёс свой ноутбук, переходник и зарядное устройство, поставил всё на журнальный столик и уселся на диван, готовясь к работе.
Тан Юэ с изумлением наблюдала за его чёткими, уверенными движениями.
— Эр-гэ? Ты собираешься работать у меня в комнате?
Шэн Вэньсюй даже не поднял глаз:
— Спи. Если захочешь пить, есть или почувствуешь себя хуже — сразу зови.
— Мне уже хочется есть.
— Сейчас тебе есть нельзя.
У Тан Юэ пропало всякое желание спать. Даже если её брат и сказал, что Шэн Вэньсюю можно доверять, всё равно нужно сохранять бдительность.
Она перевернулась на другой бок и больше не обращала на него внимания, уткнувшись в телефон.
Прошло не больше двух минут, как над её спиной появилась тень.
— Отдай телефон. Или я останусь здесь, или ты спишь, а я ухожу. Выбирай.
Неужели он её нянька? Или отец с матерью?
Тан Юэ прикусила губу, спрятала телефон под одеяло и с жалобным видом оглянулась на него:
— Эр-гэ, я не хочу спать. Я просто немного посижу в телефоне.
Шэн Вэньсюй опустил на неё взгляд:
— Если будешь сидеть в телефоне — я останусь здесь с тобой. Если нет — уйду, а ты поспишь. Что выбираешь?
Тан Юэ крепко сжала телефон и тихо пробормотала:
— Буду сидеть в телефоне.
Итак, приняв лекарство и немного приободрившись, Тан Юэ лежала в постели, вытянув из-под одеяла руку, чтобы листать телефон.
А другой, устроившись на диване с ноутбуком на коленях, вполне обоснованно и открыто работал в комнате девушки.
Тан Юэ перевела большинство контактов в режим «Не беспокоить», заглянула в чат с детства — там молчали.
Потом проверила университетские группы и наконец наткнулась на одну — «Воспоминания», где шёл оживлённый разговор.
Эта группа собрала людей, с которыми она познакомилась в университете, снимаясь для глянцевых журналов. Сначала они общались лично, потом перешли в Вичат.
С парой человек она иногда переписывалась, остальных давно не видела — многие уже сменили профессию.
Но, пролистав чат, она увидела, что все обсуждают одни и те же сплетни: кто изменил и остался ни с чем, кого уволили за взятки, у кого ребёнок не поступил в заграничную школу.
Ей было неинтересно, и она не стала вмешиваться.
Хотела зайти в Вэйбо, чтобы посмотреть, как обстоят дела с репутацией бабушки Шэньчжу, но палец долго завис над иконкой приложения — и в итоге она отказалась.
Она редко сталкивалась с трудностями и плохо переносила стресс — зачем самой себе портить настроение?
Мужчина позади неё молчал, слышался лишь стук клавиш.
Тан Юэ открыла иностранные сайты со скидками и продолжила шопинг.
Так прошло немало времени, пока вдруг её телефон не зазвонил — поступил видеовызов в Вичате.
Это был её давний друг Хэ Сые.
Тан Юэ сразу почувствовала: он, наверное, узнал о нападках на неё в сети.
И действительно, едва она села в постели и приняла вызов, как голос Хэ Сые громко прозвучал из динамика:
— Тан Юэ, что за чёрт?! Как такое могло случиться, и ты даже не сказала мне?! Что с тобой?!
Тан Юэ нахмурилась, искала наушники, но не нашла, поэтому пришлось отвечать прямо:
— Сые-гэ, со мной всё в порядке. Я же уже взрослая, не могу же при каждой мелочи бегать к вам. У всех свои дела.
— Да пошёл ты! — взорвался он.
Тан Юэ украдкой бросила взгляд на Шэн Вэньсюя — тот сидел неподвижно, будто ничего не слышал.
Хэ Сые продолжал в ярости:
— Я уже попросил брата Цзычжи организовать для тебя официальное заявление. Вопрос с пластикой решим сегодня же вечером. Чёрт, если бы не моя девушка, я бы до сих пор ничего не знал! Мы с детства тебя берегли, ни разу не ругнули! А эти ублюдки с гнилыми языками?! Я найду того, кто тебя очернил, и взорву его дом!
Хэ Сые был вне себя. Он отдыхал со своей девушкой-актрисой на уединённом острове, прячась от папарацци, и только сегодня вернулся. Его подруга увидела новости о бабушке Шэньчжу и сразу показала ему.
В тот день он попросил Тан Юэ сопроводить его в отель к своей девушке — та боялась быть сфотографированной, но всё равно их засняли. И теперь правду переврали до неузнаваемости.
Тан Юэ тихо уговаривала:
— Сые-гэ, не злись. Сюйсюй уже помогает мне. Не лезь в драку, а то втянешь и Сяо-шао — это плохо скажется на её карьере.
На экране лицо Хэ Сые пылало гневом:
— Ладно. Кстати, кто был с тобой у Тадж-Махала? Ты встречаешься?
Тан Юэ мельком глянула на Шэн Вэньсюя и поспешно отрицала:
— Нет-нет-нет! Просто хороший знакомый.
«Хороший знакомый» Шэн Вэньсюй наконец медленно поднял голову.
Тан Юэ продолжала объяснять в телефон:
— Просто он немного похож на тебя, и я сказала, что он мой парень, чтобы все думали, будто я не разрушаю чужую семью.
«Хороший знакомый» Шэн Вэньсюй сделал дыхание чуть глубже и медленнее, а затем тихо закрыл ноутбук.
Тан Юэ и Хэ Сые выросли в одном военном городке. Хэ Сые, известный как «четвёртый молодой господин» за свой острый ум, быстро сообразил:
— Ты понимаешь, что одной ложью не отделаешься? Придётся плести целую сеть обмана. А если раскроют, что вы с этим «парнем» вообще не встречались, тебя обвинят во лжи перед фанатами. Юэ, я не советую так поступать. Это как заделать одну дыру, а в другом месте появится ещё больше.
Тан Юэ уже думала об этом и выпалила:
— Тогда я просто скажу, что мы расстались! Что из-за этой волны ненависти мы не выдержали и больше не вместе!
Хэ Сые возразил:
— А если тебя начнут выслеживать? Не найдут ли кто-нибудь улики, что вы никогда не были парой?
Тан Юэ машинально ответила:
— Тогда я просто найду нового парня — настоящего! Чтобы отвлечь внимание фанатов. Сые-гэ, всё само собой уладится, всегда найдётся выход.
Шэн Вэньсюй, собрав свои вещи и услышав, как девушка уже планирует следующего «щита», взял зарядку, переходник и ноутбук, встал и вышел из комнаты.
Щёлкнул замок.
Тан Юэ, глядя на его уходящую спину и закрывающуюся дверь, вдруг почувствовала, как по коже побежали мурашки.
— Сые-гэ, всё уже так, как есть. Не вмешивайся, и, пожалуйста, не тяни Сяо-шао в это. Она слишком известна, тебе нельзя рисковать.
Хэ Сые нахмурился:
— Понял. Где ты сейчас? Каждое утро пиши в группу, что всё в порядке. Ясно?
Теперь её братья узнали о происшествии. Один за другим — Хэ Сые, брат Цзычжи, Шэнь Янь и даже родной брат — звонили ей, ругали, а потом яростно обвиняли интернет-троллей.
От их заботы настроение заметно улучшилось.
Приняв лекарство, успокоившись и оставшись одна в тишине, Тан Юэ наконец уснула.
Шэн Вэньсюй некоторое время посидел в своей комнате и посмотрел на часы — уже одиннадцать.
Он зашёл к «девушке с кучей братьев» ещё до завтрака и провёл с ней всё утро, не поев и не попив. А она, похоже, даже не заметила.
Более того, она уже подыскивает себе следующего «прикрытия».
Брови и уголки глаз Шэн Вэньсюя дёрнулись.
Он вдруг осознал, что внутри него кипит злость — не та неясная досада, а чёткое, конкретное раздражение на ту маленькую пациентку в соседней комнате.
Он давно не злился. Даже когда в бизнесе случались серьёзные провалы, он просто собирал совещания и искал решения, не позволяя эмоциям взять верх.
Но сейчас гнев был ясным, ощутимым и мешал трезво мыслить. Он понял: не следовало оставлять девушку одну.
Шэн Вэньсюй медленно выдохнул, зашёл в ванную, принял душ, а выйдя, позвонил Чэну Шаоцзэ.
— Узнал что-нибудь про Чун Синя?
Чэн Шаоцзэ, известный повеса из Цианя, явно был занят чем-то — дышал тяжело и прерывисто.
— Узнал! — торопливо ответил он. — Нигде не нашёл. В стране почти никто не носит такое имя, и уж точно не из Бэйчэна. Эр-гэ, я сейчас занят, перезвоню позже!
Шэн Вэньсюй помассировал виски, спустился в холл и, представившись другом, попросил администратора показать регистрационные данные Чун Синя. Он увидел имя и строку с номером паспорта — восемь цифр и несколько латинских букв.
Значит, фальшивый паспорт.
Шэн Вэньсюй постучал пальцами по стойке и попросил не сообщать Чун Синю, сказав, что команда готовит для него сюрприз.
Индус, услышав это, с энтузиазмом слегка наклонил голову в знак согласия — в Индии такой жест означает «да».
Примерно через полчаса Шэн Вэньсюй написал Тан Юэ в Вичате, спрашивая, голодна ли она.
Ответа не последовало. Он предположил, что маленькая пациентка, вероятно, спит, и отправил ещё одно сообщение: «Проснёшься — напиши».
http://bllate.org/book/8749/799960
Готово:
