На кожаном диване развалились несколько лысеющих мужчин с пивными животами, почти каждый держал на коленях женщину с растрёпанной одеждой. На огромном экране крутилось видео какого-то старого хита, атмосфера была развратной и распущенной.
В сравнении с ними Цзян Цунсянь, сидевший в одиночестве, выглядел настоящим островком чистоты.
Он сидел небрежно, локти опёр на колени, между белых пальцев зажата наполовину выкуренная сигара. Его холодные черты лица тонули в дымке, становясь размытыми.
Вся его поза излучала беззаботную расслабленность, галстук был слегка ослаблен.
Хотя женщины прижимались к другим мужчинам, их взгляды постоянно скользили в его сторону.
Появление двух девушек привлекло внимание всей компании.
Линь Ваншу сразу заметила Цзян Цунсяня. Сердце её сжалось, и она инстинктивно захотела убежать — по крайней мере, скрыться до того, как он увидит её.
Но Бай Лань перехватила её:
— Раз уж пришли, сейчас уходить — совсем неинтересно.
Услышав голос, мужчина спокойно перевёл взгляд на них. Узнав лицо девушки, он на миг задумался.
Затем уголки его губ едва заметно приподнялись.
Он потушил сигару, бросил её в пепельницу и с интересом уставился на Линь Ваншу, которую буквально втолкнули в комнату.
Сегодня она накрасилась — губы были сочно-алыми.
Большинство богачей здесь были просто стариками, и Бай Лань уже решила: заработает денег на машину — и смоется. В конце концов, в темноте все одинаковы.
Кто бы мог подумать, что ей так повезёт — встретить такого экземпляра! Не только красив, но и богат; одних только часов на его запястье хватило бы, чтобы купить любую из тех роскошных машин за дверью.
Линь Ваншу чувствовала, как взгляд Цзян Цунсяня остановился на ней. Она опустила голову и молчала, плотно сжав губы.
Бай Лань, видя, что подруга не реагирует, не стала настаивать и сама подошла вперёд:
— Мы из студенческого совета Университета Бэйнань. Сегодня у нас вечеринка в соседнем зале. Моя одногруппница проиграла в игру, и наказание — попросить у кого-нибудь контакт. Не поможете ли, добрый человек? Иначе ей придётся выпить целую бутылку.
Она жалобно надула губки, изображая милую растерянность.
С того самого момента, как девушки вошли, Цзян Цунсянь не отводил глаз от Линь Ваншу.
Его улыбка была мягкой, но он не ответил прямо на её просьбу, а предложил:
— Может, сначала присядете, выпьете по бокалу?
Бай Лань почувствовала, что ещё секунда — и она утонет в этом обаянии. По сравнению с этим зрелым, элегантным мужчиной все солнечные первокурсники в университете казались жалкими мальчишками.
Она, конечно, кивнула:
— С удовольствием.
Едва она договорила, как потянула Линь Ваншу за руку. Та нечаянно споткнулась и прямо упала ему на колени.
Щёки её вспыхнули. Пытаясь встать, в замешательстве оперлась не туда.
Он цокнул языком, обхватил её тонкую талию и, чуть хрипловато усмехнувшись, прошептал:
— Сломаешь — потом не восстановишь.
Он сказал это ей прямо на ухо, так тихо, что услышать могла только она.
Бай Лань вздрогнула от неожиданности и обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Линь Ваншу лежит в объятиях Цзян Цунсяня, а тот заботливо спрашивает, не ушиблась ли.
Притворщик! Сам же её подставил.
Линь Ваншу крепко стиснула губы и промолчала.
Потому что его правая рука в этот момент находилась в совершенно недопустимом месте и неторопливо гладила её.
Бай Лань закатила глаза. Обычно такая гордячка, а стоит увидеть богатенького — сразу бросается в объятия!
Цзян Цунсянь, сохраняя мягкое выражение лица, обратился к Бай Лань:
— Кажется, твоя подруга подвернула ногу. Может, пусть посидит со мной?
Бай Лань не хотела упускать свою добычу и нарочито обеспокоенно воскликнула:
— А может, лучше отвезём её в больницу?
Цзян Цунсянь улыбнулся:
— До больницы ещё далеко. Я просто сделаю лёгкий массаж.
Слово «массаж» он протянул особенно долго, будто намеренно вызывая двусмысленные мысли.
— Ну… тогда, пожалуйста, помогите, — сдалась Бай Лань, опасаясь испортить впечатление, если будет возражать.
Она заняла свободное место и вскоре влилась в общую атмосферу веселья.
Цзян Цунсянь приглушил свет, оставив лишь несколько тусклых ламп, и комната погрузилась в томительную, чувственную полумглу.
Рядом кто-то страстно целовался — звуки поцелуев были отчётливо слышны.
Линь Ваншу вдруг пожалела, что вообще пришла на эту вечеринку.
Она опустила ресницы и снова сжала губы, не желая смотреть на Цзян Цунсяня.
Тот, впрочем, не обратил внимания и аккуратно поправил складки её юбки.
Она идеально соответствовала его вкусу — даже простое сжатие губ будило в нём желание.
Воспользовавшись полумраком, он приблизился к её уху и хриплым шёпотом произнёс:
— Чёрт, прямо сейчас хочу тебя здесь и сейчас.
Линь Ваншу вздрогнула всем телом, испугавшись, что он действительно решится:
— Моя сестра по курсу всё ещё здесь.
Он рассмеялся, нежно обвивая палец её длинными волосами, а потом медленно отпуская их, явно наслаждаясь её испуганным видом.
С покорностью кивнул и ласково сказал:
— Тогда позже, когда вернёмся.
Конечно, он просто пугал её. Он не был таким, как эти окружающие его бизнесмены, у которых мозги давно превратились в одно сплошное либидо и которые готовы совокупляться где угодно и когда угодно.
Если бы не необходимость поддерживать деловые связи, он бы и шагу не ступил в такое грязное место.
Слишком грязно.
Бай Лань, наконец, получила контакты одного из мужчин, который ей приглянулся, и решила, что пора возвращаться.
Она сообщила об этом Цзян Цунсяню.
Линь Ваншу облегчённо выдохнула — наконец-то она вырвалась из его лап.
Однако Бай Лань всё ещё лелеяла надежду на более близкое знакомство с этим красавцем и не хотела упускать шанс.
— Почему бы тебе не пройти с нами? Разница в возрасте невелика, отлично впишешься в компанию.
Линь Ваншу: «…»
Цзян Цунсянь взглянул на неё и вежливо отказался:
— Похоже, твоя одногруппница не очень рада моему присутствию.
Бай Лань поспешила заверить:
— Она ко всем такая. Ничего страшного! Я отвечаю за вечеринку — мне достаточно.
Под её настойчивыми уговорами Цзян Цунсянь, наконец, «неохотно» согласился:
— Тогда не буду мешать.
Выйдя из зала, Линь Ваншу пошла впереди, стараясь держаться подальше от Цзян Цунсяня.
Бай Лань, сохраняя образ невинной студентки, с наивным видом спросила:
— Все те люди в зале — супруги?
— Нет.
— Тогда… пары?
Цзян Цунсянь ответил:
— Тоже нет.
Она удивлённо моргнула:
— А те девушки…
Цзян Цунсянь терпеливо пояснил:
— Такие же, как ты.
— Они тоже студентки?
Он покачал головой, мягко улыбаясь:
— Такие же, как ты — девушки, которые ради денег готовы лечь с кем угодно. Дешёвые девчонки.
Лицо Бай Лань мгновенно побледнело.
Она застыла на месте, не в силах пошевелиться.
Этот мужчина внушал ужас — словно демон из ада. Его доброта была лишь маской, чтобы ввести в заблуждение.
Пока они отсутствовали, участники вечеринки гадали, не отвергли ли их.
Кто-то сказал:
— Не может быть! Сама королева университета пошла просить — кто устоит?
Сюй Цзинъян начал волноваться, не случилось ли чего, и уже собрался пойти проверить, как дверь открылась.
Увидев Линь Ваншу, он облегчённо выдохнул и улыбнулся, но не успел ничего сказать — дверь снова распахнулась.
Вошёл не Бай Лань, а незнакомый мужчина.
Изящный, благородный, словно нефрит или бамбук.
Парни насторожились, девушки же загудели от восторга.
Сюнь Я подошла к Линь Ваншу и шепнула:
— Кто это? Такой красавец?!!
Цзян Цунсянь вежливо представился и учтиво спросил:
— Надеюсь, я вас не побеспокоил?
Девушки дружно замотали головами:
— Нет-нет!
Он всё так же улыбался:
— Отлично.
Он занял свободное место, и лишь потом появилась Бай Лань.
В отличие от прежнего высокомерия, теперь она напоминала петуха, у которого вырвали все перья — полностью обескураженная.
Сюнь Я тихо спросила Линь Ваншу:
— Что с ней? Выглядит так, будто её унизили?
— Нет, — ответила Линь Ваншу. — Только что всё было нормально.
Сказав это, она невольно посмотрела на Цзян Цунсяня. Он в этот момент тоже смотрел на неё.
Он сидел в тени, где свет не падал, и она не могла разглядеть его выражения, но чувствовала его взгляд.
Видимо, он что-то сказал Бай Лань.
Цзян Цунсянь, казалось, проявлял особый интерес к Линь Ваншу:
— Есть парень?
Линь Ваншу не ответила, но Сюнь Я за неё сказала:
— Наша Ваншу — королева университета, и всё ещё свободна!
Он мягко улыбнулся, и в его голосе прозвучала многозначительность:
— Вот как? Королева университета…
Сюй Цзинъян подошёл с тарелкой фруктов:
— Съешь немного, подкрепись. Сюнь Я сказала, ты с обеда ничего не ела.
Она вежливо отказалась:
— Спасибо, не голодна.
— Может, хоть попьёшь? Я специально заказал горячее молоко.
— Мне достаточно воды.
Сюй Цзинъян почесал затылок и улыбнулся:
— Если проголодаешься — скажи.
Она кивнула:
— Спасибо.
Молодость — прекрасна. Даже от простых слов можно покраснеть.
Цзян Цунсянь с лёгкой грустью наблюдал за этой сценой, хотя сам был лишь немного старше них.
Чтобы дистанцироваться от Цзян Цунсяня, Линь Ваншу сама предложила присоединиться к игре.
Ей, похоже, не везло — она проигрывала снова и снова.
Сюй Цзинъян всё время был рядом, как верный рыцарь, и пил за неё бокал за бокалом.
Компания начала подначивать:
— Королева, выходи замуж за нашего председателя! Идеальная пара!
— Да! Наш председатель — как преданный пёс: скажешь «вперёд» — не свернёт назад!
— Вместе! Вместе! Вместе!
Линь Ваншу это не нравилось.
Она слегка нахмурилась, но прежде чем успела что-то сказать, раздался звон разбитой посуды.
Все замолчали и повернулись к источнику звука.
На полу лежали осколки блюдца для сухофруктов. На левой руке Цзян Цунсяня виднелась довольно длинная царапина, из которой сочилась кровь.
Сюнь Я испуганно спросила:
— С вами всё в порядке?
— Ничего страшного, — ответил он, взглянув на осколки. — Извините за беспорядок. Я возмещу ущерб и оплачу весь сегодняшний счёт.
Затем он посмотрел на Линь Ваншу:
— Не могла бы ты проводить меня в больницу?
Вежливый, воспитанный, всегда учитывающий других.
Такое впечатление сложилось у Сюнь Я.
Однако она всё же колебалась, не желая отпускать Линь Ваншу одну с незнакомцем, которого они только что встретили. Она уже собиралась предложить пойти вместе, но Линь Ваншу кивнула:
— Хорошо.
Она не отказалась, потому что знала: Цзян Цунсянь никогда не делает ничего без расчёта.
Даже если у него нет плана, он всегда найдёт способ сделать так, чтобы всё получилось.
Выйдя из зала, Цзян Цунсянь спросил:
— Видишь платок в нагрудном кармане?
— Вижу.
— Достань его. Знаешь, как остановить кровь?
Линь Ваншу не ответила, молча вынула платок и туго перевязала им рану.
Он слегка застонал, но всё равно улыбался:
— Маленькая злюка.
Шофёр, увидев их, открыл дверцу машины и молча дождался, пока они сядут. Затем тихо захлопнул дверь.
Направление — больница.
В это время в больнице было много людей. Линь Ваншу оформила приём, и они сели ждать в коридоре.
Она спросила:
— Ты сделал это нарочно?
В палате было тепло, и её белые мочки ушей слегка порозовели.
Горло пересохло. Цзян Цунсянь выпрямился:
— Я не настолько глуп.
Она явно не верила:
— И как же тебя угораздило порезаться об такие осколки?
Он усмехнулся:
— Просто увидел, как ты флиртуешь с другим мужчиной, и так разволновался, что даже блюдце выронил.
— Думаешь, я поверю?
Цзян Цунсянь положил подбородок ей на шею и тихо вздохнул:
— Слишком умная — перестаёшь быть милой.
http://bllate.org/book/8743/799473
Готово:
