Чэнь Маньи слушала, как его дыхание становится всё глубже и чаще, и, позабыв от самодовольства обо всём на свете, безрассудно облизнула его ещё раз.
Цзян Цзинмин и не подозревал, что в ней тоже скрывается такая соблазнительная грань — ослепительно прекрасная, с приподнятыми уголками глаз, хитрая, словно маленькая лисица.
Она сознательно решила его соблазнить и спросила:
— Какие ощущения?
«Круто. Очень круто».
Цзян Цзинмин несколько раз глубоко вдохнул, чтобы подавить бурлящие в голове эротические фантазии. Когда он наконец ответил, чуть не прикусил себе язык и сухо, равнодушно произнёс:
— Нормально.
Она убрала руки и прижалась спиной к стене, нахмурившись в раздумье. «Этот человек слишком аскетичен, — подумала она. — Похоже, все мои уловки на него не действуют, не вызывают даже лёгкой волны».
Она не сдавалась и, приподняв веки, спросила:
— Тебе разве не нравится, когда я так себя веду?
«Нравится, конечно, нравится.
Нравится, когда она обнимает его, целует его».
— Нормально, — даже лишнего прилагательного не пожелал ей подарить.
Чэнь Маньи не увидела того, чего хотела, и сразу потеряла энтузиазм. «Какой же он закомплексованный! — думала она. — Всё держит в себе, наверняка внутри уже радуется до упаду!»
Она успокаивала себя: «Ничего страшного. Впереди ещё много времени. Рано или поздно я заставлю его показать своё истинное лицо».
Она полностью угодила в расставленную им ловушку, но сама считала, будто находится вне игры, а в ловушке — он.
Цзян Цзинмин вдруг схватил её за запястья и, указывая под её взглядом на свои волосы, неловко сказал:
— Волосы не высохли. Помоги мне их вытереть.
С прядей капали мелкие капельки воды, некоторые стекали по его лицу и медленно скользили по шее.
— Ладно, — отозвалась она.
Она зашла в спальню, взяла сухое полотенце и фен, а выйдя, увидела, как мужчина послушно сидит на диване с растерянным взглядом, будто перед ним стояла какая-то неразрешимая загадка.
Внезапно его растерянность показалась Чэнь Маньи невероятно милой — такого она ещё не видела. Она привыкла видеть его уверенным и расчётливым, а сейчас в нём проснулась юношеская наивность, вызывавшая желание погладить его и разгладить морщинку, залегшую между бровями.
Она забралась к нему за спину и нежно стала вытирать ему волосы, спрашивая между делом:
— Завтра свободен?
— Да.
Она задумалась, а потом сказала:
— Тогда съезди со мной домой.
Цзян Цзинмин с наслаждением закрыл глаза и даже пошутил:
— Хорошо, но почасовая оплата.
Он схватил её за руку и притянул к себе. Полотенце и фен упали на пол, но он не обратил на это внимания. Сделав вид, что погружён в глубокие размышления, он спросил:
— Сколько бы стоил час моего времени? Как думаешь, сколько я стою?
Чэнь Маньи долго молчала, пока наконец не выдавила два слова:
— Бесценно.
Её пальцы зарылись в его мягкие, чистые волосы, и она, приоткрыв алые губы, добавила:
— Ты для меня бесценен~
— Ты сейчас такая… — протянул он, намеренно не договорив.
Чэнь Маньи вызывающе посмотрела на него:
— Такая — какая?
Он больше не сдерживался, лишь слегка приподнял уголки губ, и улыбка получилась чистой, без единой примеси, но сказанное им было крайне пошло:
— Хочу тебя трахнуть.
— Не дам, — бросила она и тут же выскользнула из-под него. Однако, не удержавшись, оглянулась назад: он полулежал на подушке, подперев голову рукой, и с улыбкой наблюдал за её поспешным бегством.
Щёки горели. Лучше уйти, пока не поздно.
Вернувшись в комнату, она прислонилась спиной к двери и медленно сползла на пол. Закрыв лицо ладонями, долго не решалась поднять голову. Только что Цзян Цзинмин сказал грубо и прямо, но… ей почему-то понравилось.
Такой вариант ей нравился гораздо больше, чем прежний — замкнутый и бесчувственный.
Между ними всё ещё оставалась внутренняя преграда, поэтому они продолжали спать в разных комнатах, разделённые лишь одной стеной.
Поздней ночью дверь комнаты Чэнь Маньи тихо отворилась. Сквозь щель в шторах пробивался слабый свет, падая на её гладкую, словно нефрит, щёку.
Она крепко спала и ничего не замечала.
Цзян Цзинмин осторожно приподнял край одеяла и забрался к ней под покрывало. Он склонился над ней, не в силах сдержать улыбку, и лёгкими пальцами провёл по её нежной коже — без желания, просто соскучился, захотелось крепко обнять и поцеловать.
Он не хотел её будить и лишь слегка наклонился, чтобы украдкой чмокнуть.
Но человек под одеялом вдруг пошевелился. Её глаза медленно открылись, взгляд был смутный и растерянный. Он затаил дыхание.
Ничего из того, чего он боялся, не произошло.
Чэнь Маньи обняла его за талию и зарылась лицом в изгиб его поясницы, ворча:
— Дай обнять, хорошо?
Горло его сжалось, и он не мог выдавить даже простое «да».
Ей этого показалось мало, и она ещё раз потерлась о него, не зная, проснулась ли уже окончательно, и с сонным, хрипловатым голосом попросила:
— Опусти голову, хочу ещё раз поцеловать.
Он растерялся, словно деревянный, не зная, что делать.
Чэнь Маньи, похоже, недовольная его отсутствием реакции, слегка потянула его за волосы и прильнула к его губам, лишь после этого осталась довольна.
Устроившись поудобнее в его объятиях, она причмокнула губами и пробормотала:
— Вкусно.
Цзян Цзинмин подумал, что все эти годы зря прожил, да и год с лишним, проведённый с ней, тоже был потрачен впустую.
Раньше это вовсе не было похоже на любовь — вот теперь да.
Оказывается, она такая сладкая.
*
Под конец месяца Чэнь Маньи начала подсчитывать доходы и расходы своего магазина. Увидев жалкие цифры в учётной книге, она чуть не рухнула на пол.
До полного банкротства ещё не дошло, но после вычета арендной платы, коммунальных платежей и зарплаты Цзян Хуа оставалось совсем немного — до убытков оставался один шаг.
Она металась по магазину, бормоча себе под нос:
— Нет, нет, надо что-то придумать.
Гу Аньши, напротив, совершенно не волновалась и спокойно пила молоко:
— Не переживай, всё будет хорошо.
Чэнь Маньи показала ей цифры в учётной книге:
— Пока сам не станешь хозяином, не поймёшь, как трудно сводить концы с концами. Если так пойдёт и дальше, нам с тобой и Цзян Хуа придётся вместе идти на северный ветер за бесплатным обедом.
Цзян Хуа чуть не заплакала:
— Сестра Маньи, наш магазин не закроется? У меня больше некуда идти, уууу…
— Не плачь, не плачь, ещё не всё потеряно, — утешала её Чэнь Маньи, хотя сама думала: «Хотя, может, и недалеко до этого».
Гу Аньши поставила стакан и предложила:
— Давай заведём интернет-магазин? Сейчас все инфлюэнсеры продают одежду через Taobao. Думаю, не стоит игнорировать онлайн-рынок, особенно учитывая, какие красивые вещицы ты придумываешь. Жаль было бы, если бы их никто не увидел.
— Боюсь, что скопируют.
Гу Аньши понимала её опасения, но копирование — это неизбежное зло. Подавать в суд — долго и дорого, а игнорировать — значит наносить вред себе. Казалось, что как ни поступи — всё равно плохо.
— Не переживай. Если мы установим разумные цены, другим магазинам будет невыгодно копировать нас, верно?
Чэнь Маньи уже давно колебалась, капитулируя перед силой денег, но внутри всё ещё оставался какой-то барьер, который никак не удавалось преодолеть:
— Мне нужно ещё подумать.
Гу Аньши воспользовалась моментом:
— Подумай, разве тебе не хочется, чтобы как можно больше людей пользовались твоими изделиями? Попробуй! Мы ещё молоды, даже если потерпим неудачу, всегда можно начать сначала. Что в этом такого?
Чэнь Маньи серьёзно обдумала её слова и решительно кивнула:
— Ладно, попробуем.
Гу Аньши только этого и ждала:
— Я сегодня даже камеру принесла. Сначала заведём аккаунт в Weibo под названием «Студия „Буду“», а потом попрошу своих друзей из фотографического круга сделать репост и устроить розыгрыш, чтобы набрать подписчиков, а потом запустим продажи.
— Аньши, — позвала её Чэнь Маньи.
— Что?
Чэнь Маньи вздохнула:
— Эх… По сравнению с тобой я, наверное, полный неудачник.
Ничего не умею.
— Ты отвечаешь за внутренние дела, я — за внешние. Ты тоже очень крутая, — похвалила её Гу Аньши.
От этих слов настроение Чэнь Маньи немного улучшилось.
Решили действовать немедленно. Втроём отобрали множество стильных мелочей и разложили их на столе. Гу Аньши взяла в руки камеру, но вскоре опустила её и нахмурилась.
— В чём дело? — спросила Чэнь Маньи.
— Слишком скучно, — ответила Гу Аньши, переводя взгляд на Цзян Хуа. Девушка была маленькой, милой, с чистыми, наивными глазами, которые сами по себе производили впечатление. — Цзян Хуа.
Цзян Хуа занервничала и заикаясь спросила:
— Ч-что?
— Возьми товар в руки, я тебя сфотографирую. Хорошо?
Видя, что та молчит, Гу Аньши решила пойти ва-банк:
— Прибавлю к зарплате!
Чэнь Маньи даже не решалась сказать, что у них и так нет денег на дополнительную оплату.
Цзян Хуа спросила:
— Эти фото будут выкладывать в интернет?
— Да, и тогда многие полюбят эту очаровательную девочку.
— Нет! — резко возразила Цзян Хуа. — Нельзя! Нельзя меня фотографировать!
Если её фото попадут в сеть, тот человек обязательно найдёт её. А ей нельзя, чтобы её нашли.
Гу Аньши разочарованно протянула:
— Ой…
Но настаивать не стала и тут же перевела стрелки на Чэнь Маньи:
— Раз других нет, снимайся ты.
— Пусть будет по-твоему. Всё равно я красивая, — заявила та.
Фотографические навыки Гу Аньши были по-настоящему профессиональными. Чэнь Маньи, глядя на отретушированные снимки на компьютере, восхищённо воскликнула:
— Photoshop — мой второй родитель!
Фото не были перекрашены, но на них она выглядела с какой-то особой аурой.
Зарегистрировав аккаунт, студия опубликовала свой первый пост в Weibo — девять фотографий и короткий текст.
Чэнь Маньи и Цзян Хуа не отрывались от телефонов, наблюдая, как число подписчиков растёт, и радовались, как дети.
Через пять минут после публикации пришёл первый комментарий:
[Можно купить девушку с фото n(*≧▽≦*)n]
Чэнь Маньи зашла на страницу автора комментария и увидела, что у него несколько миллионов подписчиков, ноль подписок и всего пара постов.
Она пробормотала:
— У этого человека явно куплены подписчики.
Цзян Хуа спросила:
— Может, ответим? Будет вежливо.
Чэнь Маньи согласилась и напечатала:
[Девушка не продаётся]
[Но я всё равно хочу забрать её домой n(*≧▽≦*)n]
Чэнь Маньи отложила телефон и обречённо опустила голову:
— Какой неудачный старт. Сразу нарвалась на психа. От этого смайлика меня всего передёрнуло.
[Пока jpf]
*
Тем временем Цзян Цзинмин метался по кабинету, то и дело тыкая в телефон. Увидев на экране сообщение «Не удалось отправить комментарий», он никак не мог понять, в чём дело. В конце концов, в ярости швырнул аппарат на стол — громкий стук напугал Ли Шэня и Гу Чуаня, которые как раз играли в карты в его кабинете.
— Ты что, с утра поел пороха? — возмутился Ли Шэнь. — Ещё утром напевал, а теперь вдруг стал тираном. Да уж, непостоянен, как всегда.
— У меня сломался телефон.
— Не может быть!
— Я не могу отправить комментарий.
— Дай-ка гляну, — Ли Шэнь взял его телефон и громко расхохотался. — Ого! Что ты там написал? Да ещё и смайликами! Противно же!
— Боже мой, кто это? — воскликнул он. — Кто-то занёс тебя в чёрный список: нельзя комментировать, нельзя подписываться.
Цзян Цзинмин сжал губы, молча вырвал телефон из его рук и бросил на него ледяной взгляд:
— Это называется «бросить себе вызов».
До этого молчавший Гу Чуань прямо в точку заметил:
— Ли Шэнь, пожалей его. Его жена всех нас презирает больше, чем кого-либо, и сразу в чёрный список занесла.
Автор говорит:
Про Гу, Гу и Цзян Хуа будут только побочные сюжеты.
В основном романе почти нет любовной линии.
Писала-писала — и вдруг стало сладко.
А ведь изначально хотела написать…
Ли Шэнь, всё ещё держа в левой руке карты, смотрел на них обоих и не понимал:
— Это же сестрёнка Чэнь?
По их выражениям лиц он понял, что угадал. Отбросив карты, он воскликнул:
— Погодите! Как вы узнали? Её аккаунт же только что создан! Цзян-гэ, ты что, поставил у неё шпиона? Установил камеры слежения? Признавайся! У меня дома у профессора Шэня камеры стоят — всё под моим контролем.
Ли Шэнь гордился собой, но Цзян Цзинмин смотрел на него, как на сумасшедшего.
— Ты думаешь, все такие, как ты?
— Тогда как ты узнал сразу после создания аккаунта?
Цзян Цзинмин крутил в руках телефон:
— Гу Аньши мне сказала.
Ли Шэнь всё понял и кивнул, но тут же перевёл взгляд на Гу Чуаня с многозначительной ухмылкой:
— Значит, Гу Аньши и тебе тоже сказала?
— Да.
Цзян Цзинмин всё ещё хмурился и никак не мог понять, почему его занесли в чёрный список.
Гу Чуань, словно прочитав его мысли, прямо сказал:
— Ты слишком мерзко прокомментировал. И, скорее всего, Чэнь Маньи тебя просто не узнала.
http://bllate.org/book/8730/798610
Готово:
