Но в прошлой жизни или в нынешней — всё равно: она никогда не терпела, чтобы кто-то осуждал второго брата Жуна, да ещё и так грубо оскорблял его родную мать.
Се Юньяо тут же похолодела лицом, хлопнула ладонью по столу и резко обратилась к болтливой девушке:
— Старцы сказали: «Лучше обидеть седого старца, чем презирать бедного юношу. Придёт день — дракон пронзит феникса, не верь, что всю жизнь проживёшь в дырявых штанах!» Ты ведь тоже из знатного рода — разве не понимаешь этого? Как тебе не стыдно говорить подобное! Мне стыдно сидеть с тобой за одним столом!
Звонкий голос девушки разнёсся по залу, и в нём вдруг прозвучала такая подавляющая сила, что все мгновенно замолкли, ошеломлённо уставившись на неё, а затем перевели взгляд на болтливую девушку. Теперь их взгляды и перешёптывания выражали явное осуждение — все согласились с Се Юньяо и почувствовали стыд за то, что сидят рядом с той.
Девушка, услышав упрёк и ощутив на себе всеобщее презрение, будто получила пощёчину: лицо её пылало, и от стыда она не могла вымолвить ни слова.
Все тайком удивлялись: ведь они говорили о Жун Цзине — какое ей до этого дело? Зачем так горячиться?
Увидев, как рьяно Се Юньяо защищает Жун Цзиня, Жун Вань поспешила сгладить неловкость:
— Давайте уже не будем об этом! Попробуйте знаменитое вино «Лихуа» из павильона Цзуйсяо — оно славится своим нежным вкусом и, говорят, даже омолаживает кожу…
Она велела слуге налить вина и Се Юньяо, мягко улыбнувшись:
— Сестрёнка Юньяо, и ты попробуй.
Се Юньяо холодно окинула их взглядом, фыркнула и, наконец, утихомирилась.
Пока пили вино, Се Юньсю поспешно наклонилась к уху сестры и нетерпеливо спросила:
— Сестрёнка, неужели тот, кого ты любишь, это…
…тот самый второй молодой господин Жун, о котором они сейчас говорили?
Се Юньсю только что видела его — и правда, красавец. Многие девушки тайком не могли отвести от него глаз.
Се Юньяо сразу поняла, о чём речь, и, приподняв бровь, с довольной улыбкой спросила в ответ:
— Ну как?
Се Юньсю схватила её за плечи:
— Неужели ты околдована его красотой?
Надо признать, в первый миг Се Юньяо и впрямь была очарована его лицом, но то, что заставляло её помнить о нём десять лет, было связано со многим другим — необъяснимым и глубоким.
Глядя на сияющее, смущённое лицо сестры, Се Юньсю нахмурилась:
— Боюсь, матушка не одобрит вашу связь.
Из всех мужчин на свете — именно Жун Цзиня?!
Се Юньяо равнодушно махнула рукой. Она обязательно найдёт способ убедить мать, но сначала заставит второго брата Жуна пасть к её ногам.
*
У Се Юньсю был один недостаток — она совершенно не держала алкоголь.
Не удержавшись, она тайком отведала вина «Лихуа». Увидев, как другие пьют его, будто воду, решила, что оно совсем не крепкое. Но стоило ей выпить всего две чашки, как голова закружилась, и она почувствовала себя совершенно разбитой.
Се Юньяо заметила, как её сестра покраснела и явно захмелела, и тут же подхватила её, нахмурившись:
— Вторая сестра, разве ты не говорила, что не будешь пить?
Се Юньсю прищурилась и глуповато улыбнулась:
— Сестрёнка, знаешь, это вино «Лихуа» и правда вкусное. Налей-ка мне ещё одну чашку.
— …
Се Юньяо дернула уголком рта, чувствуя полное бессилие.
Боясь, что сестра опьянеет и опозорится при всех, Се Юньяо поспешила подвести её к выходу, чтобы уложить в гостевой комнате. Перед уходом она сказала Жун Вань:
— Моя вторая сестра плохо переносит вино, немного захмелела. Я отведу её отдохнуть и приду обратно.
Жун Вань встала:
— Проводить тебя?
Се Юньяо покачала головой:
— Не нужно. У тебя гости, я скоро вернусь.
— Хорошо.
Когда Се Юньяо вывела Се Юньсю из зала, Жун Вань похолодела взглядом, подозвала служанку и шепнула ей на ухо:
— Ступай, сообщи моему старшему брату.
Служанка поклонилась и поспешила прочь.
Если получится их сблизить — будет неплохо.
Се Юньяо ничего не подозревала. Она провела сестру по коридору, поднялась по лестнице и уложила её на мягкую кушетку в гостевой комнате, оставив служанку присматривать за ней.
Устроив сестру, Се Юньяо вышла и направилась обратно.
Но по пути вдруг нахлынуло головокружение. Голова становилась всё тяжелее, тело — ватным, и ноги едва держали.
Она удивилась: ведь она выпила всего одну чашку вина «Лихуа», а оно совсем не крепкое. Её организм точно не должен был так реагировать! Она же вышла совершенно трезвой — откуда вдруг эта слабость?
Неужели ей подсыпали снотворное? Но когда и как?
Голова кружилась всё сильнее. Сделав ещё один шаг, она пошатнулась и чуть не упала.
В этот миг из-за угла выскочил мужчина и подхватил её под руку:
— Двоюродная сестрёнка, с тобой всё в порядке?
Се Юньяо подняла глаза — и увидела Жун Мэна. В груди мгновенно вспыхнуло дурное предчувствие.
Жун Мэн ухмылялся, и в его глазах мелькала зловещая искра.
— Двоюродная сестрёнка, неужели опьянела? Позволь старшему брату проводить тебя в комнату отдохнуть.
Се Юньяо задержала дыхание и отрицательно замотала головой, пытаясь вырваться, но не могла вымолвить ни слова и не имела сил сопротивляться. Он легко повёл её в ближайшую пустую комнату.
Сердце её упало. Паника охватила — глаза наполнились слезами.
Автор примечает:
Второй брат Жун уже мчится на помощь! У него наконец появился шанс проявить себя и реабилитироваться!
Благодарности читателям, проголосовавшим или поддержавшим автора с 23.03.2020 17:55:13 по 24.03.2020 18:09:34:
Благодарность за бомбы: мама Чоу Бао — 5 шт.;
Благодарность за питательные растворы: Kotaoki — 6 бутылок; ты не стесняйся, ты так мило выглядишь — 5 бутылок; eui — 2 бутылки; Цзюнь, тебя осудили, Тинтин, Полярис, Чэнь Чэнь любит малыша, lvzgr — по 1 бутылке.
Огромное спасибо за вашу поддержку! Автор будет и дальше стараться!
Се Юньяо будто вынули все кости — сил не было совсем. Жун Мэн без труда втащил её в пустую комнату и бросил на мягкую кушетку.
Жун Мэн сел на край кровати, глядя на неё с пошлой ухмылкой.
Её чёрные волосы, словно шёлк, рассыпались по подушке. В опьянении она казалась ещё нежнее и соблазнительнее обычного: кожа белая с румянцем, изящная шея переходила в тонкие ключицы, и грудь слегка вздымалась… Любой мужчина, увидев такое, потерял бы голову.
Жун Мэн жадно смотрел на неё, сглотнул и, не в силах больше сдерживаться, протянул руку.
Се Юньяо, видя, что он собирается прикоснуться к ней, собрала последние силы, отпрянула назад и с тяжёлым дыханием выдавила:
— Не трогай меня!
Жун Мэн хрипло рассмеялся:
— Не бойся, сестрёнка. Старший брат не посмеет тебя обидеть. Просто переживаю — в таком виде тебя увидят, и что подумают?
Как он смеет?! Ведь это он сам подсыпал ей что-то! И ещё осмеливается говорить, будто она просто опьянела? Неужели не боится, что она всё расскажет бабушке?!
Се Юньяо с ненавистью смотрела на него и приказала:
— Вон!
Жун Мэн сделал вид, что обижен:
— Только что я добр душой — провёл тебя сюда. А кто-то снаружи запер дверь! Сестрёнка, что теперь делать?
Се Юньяо сдерживала ярость, не имея сил ругаться, но в мыслях уже прокляла его сотню раз.
Заметив её презрительный взгляд, Жун Мэн нахмурился, улыбка сошла с лица. Он тяжело вздохнул и, наконец, откровенно сказал:
— Ладно, сестрёнка, скажу прямо: я давно в тебя влюблён. Раньше мешал этот Нинский князь. Теперь его нет, а ты всё равно не обращаешь на меня внимания. Старший брат так тебя любит, что вынужден был пойти на крайние меры. Не вини меня.
— Сегодня мы вдвоём в одной комнате — никто не поверит в невинность. Лучше согласись выйти за меня замуж. Я буду тебя баловать, дам всё, что пожелаешь. Не хуже, чем Нинский князь, обещаю. Что скажешь?
Цель Жун Мэна была проста — жениться на Се Юньяо. Поэтому, думая о будущем, он не собирался по-настоящему её оскорбить.
Его план заключался в том, чтобы Жун Вань напоила Се Юньяо, а он тем временем увёл бы её в комнату. Потом Жун Вань приведёт людей, и они «застанут их вместе». После этого Се Юньяо не останется ничего, кроме как выйти за него.
Он поднял рукав и, взяв прядь её волос, начал нежно перебирать её пальцами, не в силах оторваться.
Думая, что его план вот-вот увенчается успехом, Жун Мэн широко улыбнулся.
Се Юньяо с ужасом смотрела, как его рука приближается всё ближе. Она задержала дыхание, слёзы катились по щекам, но пошевелиться не могла. Ей хотелось умереть.
И вдруг — громкий удар! Дверь распахнулась с такой силой, будто её вышибли.
Сначала Жун Мэн подумал, что это Жун Вань с людьми.
Но, обернувшись к двери, увидел высокого мужчину, стоявшего в проёме против света.
Белый свет очертил его стройную, мощную фигуру. Даже в тёплый весенний день от него веяло таким ледяным холодом, что Жун Мэн невольно задрожал.
Он на миг растерялся — это не то, что он ожидал.
Мужчина уже ворвался в комнату и оказался перед ним. Жун Мэн узнал — это был Жун Цзинь.
Но сейчас он совсем не походил на того холодного и отстранённого человека. Вокруг него клубился чёрный гнев, лицо исказилось, глаза сверкали яростью — казалось, одним взглядом он мог разорвать врага на тысячу кусков.
Ощутив эту убийственную ауру, Жун Мэн подкосил ноги и машинально отступил на два шага.
Но не успел он опомниться, как Жун Цзинь схватил его за воротник, поднял над полом и швырнул в сторону.
Раздался грохот — в комнате начался хаос.
Жун Мэн врезался в колонну, голова закружилась, в животе всё перевернулось — он чуть не потерял сознание.
С трудом поднявшись, он указал на Жун Цзиня и закричал:
— Жун Цзинь! Ты… посмел ударить меня?!
Едва он договорил, как в лицо врезался ещё один удар. Жун Цзинь медленно, чётко произнёс:
— Именно тебя и бью.
С детства Жун Цзинь рос в северных военных лагерях. Ещё до десяти лет он уже сидел верхом на коне с мечом в руке и сражался на поле боя. На его руках — не одна человеческая жизнь, под его клинком — не один павший враг.
Этот удар был настолько силён, что выбил у Жун Мэна два зуба. Тот плюнул кровью, лицо мгновенно распухло.
Увидев на полу зубы в крови, Жун Мэн понял — Жун Цзинь хочет убить его.
Он в ярости вскочил и замахнулся кулаком.
Но какой там боец этот изнеженный повеса? Жун Цзинь легко поймал его руку и резко вывернул.
Раздался хруст — и пронзительный крик боли. Рука, скорее всего, была сломана.
Следом — удар ногой. Жун Мэн полетел через комнату и врезался в стол и стулья — дерево разлетелось щепками.
Жун Цзинь не останавливался. Он подскочил, сел верхом на Жун Мэна и, с глазами, полными крови, начал методично избивать его кулаками.
Обычно он был подобен небесному божеству, чистому и недоступному. Но сейчас сорвалась маска — перед всеми предстал кровожадный демон.
Услышав шум, Се Юньяо испугалась, что второй брат убьёт Жун Мэна — это создаст большие проблемы. Она поспешно окликнула его:
— Второй брат Жун, хватит…
Если бы не этот слабый голос, Жун Цзинь, погружённый в безумие, наверное, размозжил бы голову Жун Мэну.
Он резко пришёл в себя, тяжело дыша. Бросив взгляд на избитое лицо Жун Мэна и на свои окровавленные кулаки, он встал, быстро вытер кровь и подошёл к Се Юньяо.
Он поднял её, обессиленную и дрожащую, и прижал к себе.
— Я опоздал, — глухо сказал он.
Сознание Се Юньяо было затуманено, мысли путались, но она чётко понимала одно: второй брат Жун пришёл ей на помощь.
http://bllate.org/book/8674/794166
Готово:
