Между ночным мраком и огнями она сияла — белая, словно благородный нефрит.
Чан Цзин инстинктивно задержал на ней взгляд на несколько секунд дольше:
— Это ещё что значит?
— Последний шанс.
— …Что?
— Если снимок сорвёшь ещё раз, в следующем кадре какая-нибудь часть твоего тела случайно получит травму, — спокойно сказала Цюэ Ся и ушла.
Чан Цзин остался на месте с перекошенным лицом, глядя ей вслед так, будто хотел её съесть.
Последний кадр Цюэ Ся наконец прошёл без срывов.
Выйдя из арендованной съёмочной зоны, она проверила телефон: до встречи с Чэнь Буко, чтобы навестить их непутёвого сына Хани, ещё оставалось много времени.
Не раздумывая, Цюэ Ся перекинула сумку через плечо и направилась к северо-западному углу киностудии.
Ночь окутывала всё, огни мерцали вдали.
У запертого особняка, рядом с низкой стенкой, мелькнула тень — девушка легко оттолкнулась, подпрыгнула и одним плавным движением перемахнула внутрь.
На балконе второго этажа Цюэ Ся бросила рюкзак рядом с каменной скамьёй у парапета и прислонилась к нему.
На всякий случай парапет балкона тоже был залит бетоном, а сверху покрыт холодным мрамором. Сложив руки на перилах, она лениво оперлась подбородком на ладонь и уставилась в сине-чёрное небо.
В детстве она любила сидеть во дворе и смотреть на звёзды, слушая, как мать рассказывала об их именах и историях, а потом сладко засыпала.
Сейчас она по-прежнему любила смотреть на звёзды.
Но больше не мечтала.
В прохладном ночном ветерке чувствовалась влажность, и, закрыв глаза, она словно вновь оказалась в узких улочках Цзяннани, где между булыжников зеленел мох, по краям черепичных крыш стекали капли, а на кончиках сосновых игл висели дрожащие, готовые упасть капли дождя.
Цюэ Ся раскинула руки, потянулась и медленно вдохнула — будто пыталась собрать все разбросанные по ночи обрывки мечтаний и вернуть их себе.
Когда она уже не могла больше задерживать дыхание и собиралась выдохнуть, из тёмного переулка за особняком донёсся низкий, насмешливый смешок, совершенно разрушающий всю поэтику момента.
— Роуз?
— ?
Цюэ Ся замерла и открыла глаза.
Внизу, на каменных плитах, стоял Чэнь Буко со своей холодной белой прической и резкими, благородными чертами лица, но уголки губ его насмешливо приподнялись.
— Ты прыгай — я поймаю.
— …
Цюэ Ся наконец пришла в себя.
Очередной «доступный» беловолосый топ-айдол снова подшучивал над ней, цитируя кино.
Возможно, потому что перед ним она уже не раз оказывалась в неловком положении, сейчас она чувствовала себя удивительно спокойно. Опустив руки, она сказала:
— Не прыгну. Упаду — тебе не отобьюсь.
Чэнь Буко, засунув руки в карманы, усмехнулся:
— Не надо будет.
Цюэ Ся, конечно, не поверила его болтовне.
Он явно шутил и направился к той самой низкой стенке в переулке, по которой она обычно спускалась. Цюэ Ся на мгновение замялась, но всё же пошла за ним по балкону.
Заметив, что Чэнь Буко собирается залезать, девушка наконец проявила эмоции.
— Ты… — неуверенно уставилась она на него. — Если здесь упадёшь и поранишься, мне не придётся платить, верно?
В тот же миг Чэнь Буко уже легко ступил на стенку.
Оставался лишь полуметровый промежуток до балкона — достаточно, чтобы оттолкнуться и запрыгнуть.
Услышав её слова, он остановился. Его тонкие, острые веки чуть приподнялись, и в уголках глаз заиграла лёгкая насмешка, но на этом лице даже издёвка казалась завораживающей.
Он лениво взглянул на неё, сжал перила — на тыльной стороне его бледной руки чётко выступили синие жилки.
Бах.
С шелестом ветра он приземлился.
Цюэ Ся очнулась и медленно подняла взгляд.
Чэнь Буко уже стоял перед ней. Его глаза смотрели сверху вниз, почти в упор, и она едва уловила запах ночи и цветов, исходивший от него.
— Повтори то, что сказала, — приподнял он бровь.
Цюэ Ся помолчала, потом спокойно произнесла:
— Посмотришь на звёзды?
— ?
— Здесь хороший обзор.
Сказав это, девушка развернулась и направилась к скамье у парапета.
Чэнь Буко на секунду замер, взгляд его дрогнул, но затем он всё же последовал за ней.
Скамья у парапета была длинной — Цюэ Ся могла свободно вытянуть ноги и лечь, а значит, и двоим на ней было не тесно, и при этом не слишком близко друг к другу.
Некоторое время они сидели молча. Наконец Цюэ Ся вспомнила:
— А ты зачем в киностудию пришёл?
Чэнь Буко тихо рассмеялся:
— Ты спрашиваешь в самый нужный момент.
— Мы же договаривались встретиться у меня дома и сразу посмотреть кота, — сделала вид, что не слышала она.
— Не хотел ждать внизу, вот и пришёл.
— ?
Цюэ Ся несколько секунд молча смотрела на него, потом повернулась к пустоте перед собой и мысленно перевела свой взгляд в слова:
— Ты ведь понимаешь, что даже в наших кругах у тебя полно фанаток?
— Ага.
— Если тебя узнают, как ты объяснишься?
— Объясняться?
Чэнь Буко, видимо, придумал ответ на ходу и несколько секунд лениво тянул:
— Скажу, что пришёл повидать девушку, похожую на мою первую любовь — мою замену?
Цюэ Ся:
— …
Спасибо, что до сих пор помнишь.
Увидев её бесстрастное лицо, Чэнь Буко тихо засмеялся и отвёл взгляд:
— Шучу. Просто вышел прогуляться после крайне неприятного ужина.
Цюэ Ся не собиралась отвечать.
Но, вспомнив про своего белого кота с разноцветными глазами, решила ради Хани проявить вежливость:
— Ага.
Чэнь Буко рассмеялся:
— Разве по правилам вежливости ты не должна проявить немного заботы?
Цюэ Ся снова подумала о Хани.
Ради кота она с трудом придумала вопрос:
— Это были деловые переговоры?
— Можно и так сказать.
— Почему неприятные?
— Потому что мне не нравился ни один из присутствовавших, — ответил Чэнь Буко, будто это было очевидно.
— Ты ходишь на ужины, которые тебе не нравятся… — Цюэ Ся слегка задумалась. — Значит, это богатая покровительница?
— ?
Чэнь Буко, чей рассеянный взгляд до этого блуждал в ночи, вдруг остановился.
Через секунду-другую он тихо рассмеялся, и его голос стал чуть хрипловатым от влажного ночного воздуха. Он повернулся к ней:
— Что именно?
— Богатая покровительница, — спокойно пояснила Цюэ Ся. — В широком смысле: любая состоятельная и свободная девушка.
— …
Чэнь Буко на миг задумался.
Какой-то луч света отразился в её глазах, и в них чётко отразился его силуэт.
Но это длилось совсем недолго — в следующее мгновение Цюэ Ся нахмурилась и отвела взгляд вперёд: она тоже заметила этот луч. Он исходил из-за особняка.
Послышались глухие звуки тормозов.
Открывались двери машин, раздавались шаги и звон оборудования. За парапетом кто-то кричал в рупор:
— Группа логистики, заходите первой! Уберите и подготовьте здание к съёмкам!
Цюэ Ся:
— ?
В здание?
Если речь о том, где они сейчас…
Девушка медленно повернула голову.
И встретилась взглядом с тем, кого в индустрии называли «главной бедой среди мужчин» — с его беззаботным и совершенно беззастенчивым лицом.
Цюэ Ся могла поклясться луной этой ночи:
никогда раньше, сколько раз ни забиралась в этот особняк, её не загонял на второй этаж ночной съёмочный коллектив, оставляя без выхода.
Яркие прожекторы и софтбоксы залили двор светом, вокруг суетились ассистенты и техники.
Здесь не спрятаться даже двум мышам, не говоря уже о двух взрослых людях — да ещё и с таким «бедствием» в придачу.
Цюэ Ся оперлась на перила и без выражения наблюдала за тем, что происходит внизу и на первом этаже. Убедившись, что команда не собирается подниматься выше, она немного расслабилась и снова села.
Подняв глаза, она увидела сидящего рядом, будто ничего не произошло, человека, который лениво опёрся на руку и смотрел в звёзды.
Ночь очерчивала его силуэт, огни подсвечивали контуры.
Его длинная шея была небрежно запрокинута, кадык соблазнительно выделялся на фоне ночного ветра, словно изящный музыкальный ключ. Где бы он ни был — он всегда притягивал к себе внимание, всегда выделялся, всегда оставался в центре.
Но быть выдающимся — не всегда преимущество.
Например, сейчас.
Цюэ Ся отвела взгляд и тихо сказала:
— У тебя с этим местом несчастливая совместимость. Лучше тебе сюда больше не приходить.
— ?
Чэнь Буко опустил взгляд с неба:
— Почему не с тобой?
— Я сюда приходила много раз и никогда не попадала в неприятности.
— А со мной дважды встречалась — и оба раза что-то пошло не так?
— Значит, проблема в тебе.
— Ага, — он на секунду задержал на ней свои тёмные глаза, потом понимающе кивнул. — То есть я тебя подвёл?
Цюэ Ся без колебаний спокойно кивнула.
— Ладно, извини, — сказал он без особого раскаяния и отвёл взгляд.
Цюэ Ся не возражала:
— Ничего страшного. Я придумала для тебя решение.
— А?
— Сначала спустись вниз.
— …
— …
— ?
Прошло несколько секунд, но продолжения не последовало. Чэнь Буко повернулся к ней:
— И?
Цюэ Ся промолчала.
— Не скажешь мне, что дальше? — усмехнулся он.
Цюэ Ся спокойно ответила:
— Дальше нет.
Чэнь Буко вдруг рассмеялся.
— !
Цюэ Ся так резко вздрогнула, что чуть не бросилась зажимать ему рот, но вовремя вспомнила о приличиях и сдержалась.
Чэнь Буко, заметив, как она напряглась, словно испуганная кошка, едва заметно улыбнулся. Его голос стал тише и хриплее:
— Ты хочешь, чтобы я отвлёк внимание, а ты в это время сбежала? Думаешь, я соглашусь?
Убедившись, что внизу никто ничего не заметил, Цюэ Ся снова расслабилась. Вернувшись в своё обычное ленивое состояние, она без эмоций начала объяснять:
— Я думаю о твоём благе.
Чэнь Буко с лёгкой усмешкой посмотрел на неё:
— Убеди меня.
Цюэ Ся не хотелось объяснять, но этот беловолосый топ-айдол явно не собирался сотрудничать. Пришлось набраться терпения и поднять один палец:
— Тренд №1: «Топ-айдол вчера ночью один в киностудии Хуанчжоу».
Она подняла второй:
— Тренд №2: «Топ-айдол встречается ночью в киностудии Хуанчжоу с неизвестной актрисой».
Два тонких белых пальца поднялись рядом с её бесстрастным лицом, слегка согнулись, и она посмотрела на него своими спокойными, озёрными глазами:
— Чэнь-топ, выбирай.
Чэнь Буко молчал.
Под его пристальным взглядом Цюэ Ся начала терять терпение, слегка нахмурилась и уже собиралась опустить руку.
Но в этот самый момент Чэнь Буко протянул руку и легко коснулся её кончика, заставив палец неожиданно согнуться назад.
— Второй.
Он улыбнулся и поднял на неё глаза.
Цюэ Ся слегка опешила, уловив лёгкий древесный аромат с его запястья.
Это прикосновение было холодным, мимолётным — не обидным, скорее как неожиданный лапой Хани.
Оно заставило её на миг задуматься, но не вызвало раздражения.
Видимо, виновата была наследственная белая шерсть.
Цюэ Ся лениво подумала об этом, потом нахмурилась:
— Второй?
— Ага, — небрежно ответил Чэнь Буко. — Я люблю острые ощущения.
Цюэ Ся:
— …
[Ты такой дерзкий.jpg]
Таким образом, первые переговоры завершились провалом.
Эта ночь тянулась бесконечно. Сначала Цюэ Ся была настороже.
До окончания контракта с агентством «Тяньлэ» оставалось меньше года, а значит, и времени в индустрии ей оставалось столько же. Всё это время она хотела провести спокойно, тихо и без лишнего шума, не желая оказываться втянутой в какие-либо скандалы — тем более в те, что могут повлиять на всю её дальнейшую жизнь.
А уж тем более с Чэнь Буко: даже самое незначительное публичное взаимодействие с ним способно вызвать последствия куда масштабнее, чем любой другой инцидент.
К счастью, в этот вечер съёмки, похоже, не предполагали использования второго этажа — всё происходило на первом и снаружи, и никто не поднимался наверх.
Цюэ Ся постепенно расслабилась.
Она прислонилась к рюкзаку у стены и, одолеваемая сонливостью, то и дело клевала носом. Несколько раз она резко открывала глаза, но в конце концов не выдержала — веки слиплись, и сознание погрузилось во тьму.
Когда она проснулась, звёзды уже мерцали далеко впереди, усыпляя тёмно-синее небо бесчисленными огоньками.
Цюэ Ся медленно моргнула и повернула голову.
Рядом лежал «горизонтальный» человек.
http://bllate.org/book/8610/789518
Готово:
