— Шэнь-шушу… спасибо за наставления в пути, — медленно подошла к ней Чжу Жоу, слегка нервничая.
Шэнь Юань взглянула на неё и кивнула:
— Не за что.
Она помнила эту девушку: хоть та и сильно полагалась на своего старшего даосского брата, в глазах у неё светилась ясность и решимость — настоящая жемчужина среди учеников.
Чжу Жоу немного расслабилась и с любопытством посмотрела на живот Шэнь Юань:
— Шэнь-шушу, вы что-то подложили себе под одежду?
Иначе как за мгновение живот мог так раздуться?
— Ничего не подкладывала. Всё настоящее, — честно ответила Шэнь Юань и даже похлопала себя по животу, чтобы подтвердить свои слова.
— А?! — Чжу Жоу остолбенела и заикаясь спросила: — Т-тогда как же…
Шэнь Юань помолчала немного, потом вздохнула и посмотрела в небо:
— Небесная тайна не подлежит разглашению.
Чжу Жоу кивнула с серьёзным видом:
— Понятно! Шэнь-шушу, вы действительно вне обыденного — образец для подражания для всех нас!
Она торжественно сложила руки в жесте уважения, поклонилась и развернулась, чтобы уйти.
Шэнь Юань осталась в полном недоумении.
Неужели из этих шести слов «Небесная тайна не подлежит разглашению» можно было вынести нечто подобное???
Этот вопрос не давал ей покоя до самого момента, когда она села в машину Сюй Линя.
Всего два дня они не виделись, но Сюй Линь словно изменился до неузнаваемости: лицо его побледнело до мертвенности, губы лишились всякого цвета.
Шэнь Юань слегка нахмурилась:
— Ты ранен?
Сюй Линь не кивнул и не покачал головой, даже не ответил — просто резко нажал на газ и со всей возможной скоростью помчался в сторону храма Гуйюань.
Когда всё необычно — обязательно кроется злой умысел. Шэнь Юань промолчала и молча стала пристально разглядывать Сюй Линя.
Взгляд его был твёрд, но зрачки — расфокусированы, словно в состоянии предсмертного просветления.
На лбу, чуть выше линии волос, имелась небольшая рана, тщательно скрытая прядью волос, но видимая при лёгком наклоне головы.
Её взгляд опустился ниже — и на ногах Сюй Линя она заметила нечто тревожное.
Чёрные носки хорошо скрывали повреждения, но ничто не могло остановить кровь, сочащуюся сквозь ткань.
Запах крови достиг её носа.
Шэнь Юань сделала вывод: Сюй Линь серьёзно ранен.
Она не стала его останавливать. Раз он не поехал в больницу, а приехал за ней, значит, у него на то свои причины.
Дорога прошла в молчании. У ворот храма Гуйюань Шэнь Юань вышла из машины, но, уже ступив на порог, остановилась и обернулась.
Сюй Линь уже потерял сознание.
Она нахмурилась ещё сильнее и быстро подошла к машине, вытащила его из-за руля и с трудом закинула себе на спину.
В наше время — и всё ещё упрямиться, даже получив ранение?
Так трудно попросить помощи?
Лу Цзи, рубивший дрова во дворе, увидел Шэнь Юань и, не успев поздороваться, бросил топор и подбежал, чтобы перехватить Сюй Линя и отнести его в гостевую комнату.
Шэнь Юань решительно схватила ножницы и, не церемонясь, отрезала штанину Сюй Линя прямо от бедра, а рубашку распахнула.
Лу Цзи был ошеломлён её решительностью и робко спросил:
— Глава секты, а так можно?
Сюй Линь теперь, хоть и был одет, но, кроме самых интимных мест, всё остальное осталось открытым…
Шэнь Юань помолчала, затем передала мазь Лу Цзи:
— Он твой. Разбудишь — позови меня.
Лу Цзи серьёзно кивнул и начал осматривать раны Сюй Линя.
Тем, кто привык полагаться только на себя, обычно сразу видно, есть ли внутренние повреждения и насколько опасны внешние раны.
По его мнению, раны Сюй Линя выглядели устрашающе, но, как только кровотечение остановится, опасности не будет.
Что до потери сознания — причина, скорее всего, в чём-то другом, но точно не во внутренних травмах.
Гораздо больше он волновался за Шэнь Юань.
Всего два дня она отсутствовала, а её живот разросся до таких размеров, что, судя по всему, роды могут начаться в любой момент.
Раны он ещё как-нибудь вылечит, но принимать роды — это уж слишком…
Шэнь Юань не знала о его тревогах и пошла готовить себе горячую ванну.
Раздеваясь, она вдруг заметила красную пластинку на груди и замерла.
Все эти дни её внимание было приковано к тому юноше, и она чуть не забыла про эту красную пластинку.
Если бы не она в самый последний момент не засияла, заставив юношу остановиться, что стало бы с её животом — страшно представить.
Сияющая красная пластинка…
Ранение Сюй Линя…
Чем больше она думала, тем сильнее подозревала, что эти два события связаны.
Но если юноша ранил Сюй Линя, то насколько же сильным должен быть сам Сюй Линь, чтобы уцелеть и сбежать?
Шэнь Юань закрыла глаза, пытаясь собрать все улики воедино.
...
Наступила ночь. Лу Цзи приготовил четыре блюда и суп, расставил на столе тарелки и палочки.
Он как раз собирался проверить состояние Сюй Линя, как вдруг тот вышел из гостевой комнаты.
Лу Цзи: «...»
Увидев, что Сюй Линь собирается уходить дальше, он слегка кашлянул и, стараясь говорить естественно, напомнил:
— На улице прохладно, в доме есть одеяло.
Услышав это, Сюй Линь наконец осознал неладное и посмотрел вниз — на распахнутую грудь и голые ноги:
— ...
Без сомнений, это была работа Шэнь Юань.
— Он проснулся? — раздался голос Шэнь Юань из её комнаты. Свет уже был выключен, и она, казалось, вот-вот выйдет.
Сюй Линь мгновенно юркнул обратно в комнату и укутался в плед.
Лу Цзи кашлянул и ответил:
— Да, проснулся.
Шэнь Юань села за стол и, увидев, как Сюй Линь превратился в шар из пледа, подумала немного и передвинула свою тарелку с куриным супом к нему:
— Мужчине с таким слабым телом нельзя. Пей побольше, подкрепись.
Сюй Линь: «...»
Лу Цзи громко кашлянул и перевёл тему:
— Глава секты, поездка прошла успешно? Золотая статуя основателя уже готова, завтра её доставят сюда. Заказов стало гораздо больше, но я советую вам отдохнуть несколько дней, прежде чем браться за новые. Кстати, с приёмом на работу не очень: хоть и присылают резюме, но многие отказываются, узнав место, а некоторые явно мошенники — на все вопросы отвечают «не знаю»...
— А, завтра должен прийти даос по имени Чу Фэн. Пусть пока занимается всякой мелочёвкой, а ты отдохни немного, — с довольным видом сказала Шэнь Юань и похлопала Лу Цзи по плечу в знак поощрения.
В наше время редко встретишь мужчину, который и готовить умеет, и убирать, и внешние дела ведёт.
Хотя она никогда не училась управлению, но понимала: чтобы управлять людьми, нужно чередовать строгость и поощрение.
Уши Лу Цзи слегка покраснели. Он немного помолчал, потом удивлённо спросил:
— Чу Фэн? Тот самый Чу Фэн из храма Сюаньмяо?
Шэнь Юань кивнула и вдруг вспомнила что-то важное:
— Он упрямый и гордый, так что не балуй его. И ещё — он должен мне сто десять талисманов. Следи, чтобы нарисовал.
Лу Цзи растерянно кивнул, глядя на Шэнь Юань с восхищением.
Настоящий глава секты! Даже такого знаменитого гения, как Чу Фэн, сумела переманить, да ещё и таким естественным способом — через долг!
Сюй Линь, наблюдавший за всем этим: «...»
Ты до сих пор не понял истинную суть Шэнь Юань???
Нога слегка заныла, и аппетит у него пропал. Он отложил палочки и встал, собираясь уйти в свою комнату.
Шэнь Юань хитро прищурилась и вдруг схватила край его пледа, после чего медленно сползла на пол.
— Ай, упала… не могу встать. Не мог бы ты отнести меня в комнату? — подняла она на него большие невинные глаза.
Сюй Линь: «...»
Лу Цзи обеспокоенно вскочил:
— Глава секты, вы в порядке? Я отнесу вас…
— Нет-нет, ты ещё не доел. Продолжай есть. Пусть меня отнесёт тот, кто уже поел, — Шэнь Юань многозначительно подмигнула ему и снова уставилась на Сюй Линя с мольбой в глазах.
Лу Цзи, ничего не понимая, сел и взял палочки.
Он с тревогой смотрел, как Сюй Линь покорно поднял Шэнь Юань и понёс её в дом.
Неужели глава секты влюблена в Сюй Линя…
В комнате было темно. Сюй Линь поставил Шэнь Юань на кровать и уже собирался уйти.
Но Шэнь Юань резко схватила его за запястье и тихо, но пронзительно сказала:
— Так и есть. Это ты.
Сюй Линь замер и, глядя на её сложный взгляд, спокойно ответил:
— Я что?
— Это ты принёс меня из дома Ань Кана обратно в храм Гуйюань, — сказала Шэнь Юань, сев по-турецки и подняв на него горящий взгляд.
Тот, кто нёс её тогда, явно не умел этого делать: держал руки ровно, как доску, неудобно и напряжённо.
Именно так нёс её сейчас Сюй Линь.
Она почти забыла об этом эпизоде, но вспомнила, когда размышляла о силе Сюй Линя.
Тогда она только приехала сюда, никого не знала — исключив всех невозможных, оставался лишь один возможный: загадочный Сюй Линь.
Если Сюй Линь смог вовремя спасти её, то почему бы ему не суметь убежать от того юноши?
Сюй Линь неожиданно положил руку на живот Шэнь Юань и, опустив глаза, спросил:
— Боль ещё чувствуешь?
Шэнь Юань замерла, ощутив, как тёплое течение медленно растекается от живота по всему телу, принося такое блаженство, что ей захотелось застонать.
— Ты… — она крепко сжала его руку, не давая убрать, — кто ты такой?
Сюй Линь наклонился и поднял её на руки, неуклюже пытаясь опустить одну руку ниже, чтобы ей было удобнее.
— Пойдём со мной.
Шэнь Юань прижалась к его груди, вдыхая лёгкий аромат сандала, и начала клевать носом.
В детстве она так же лежала в мешке на груди у Шэнь Увэя — покачивало, было тепло и безопасно.
Позже, повзрослев, она уже не знала подобного уюта, полностью погрузившись в глубины даосского учения, пытаясь детскими плечами нести на себе бури жизни.
Теперь, вспоминая те времена, хоть и трудные, она понимала: это были самые драгоценные воспоминания.
Она ни капли не винила Шэнь Увэя за то, что у неё не было детства.
Без него она давно бы умерла.
Рождённая с телом высшей инь, брошенная в диком лесу, даже хорошая смерть была бы для неё милостью.
А уж тем более спасение, обучение искусствам выживания и боя, а затем и назначение главой храма?
...
Мысли её прервал внезапный всполох света. Шэнь Юань пригляделась и увидела: миновав густой лес возле храма Гуйюань, они вышли к озеру.
Серебряная луна, круглая как блюдце, висела прямо над гладью воды.
Лёгкий ветерок, словно нежные пальцы, тревожил спокойствие озера.
Рябь разбивала лунное отражение в центре, создавая иллюзию звёздного неба.
Сюй Линь осторожно опустил Шэнь Юань на гладкий камень, подстелив под неё свой плед, и помог ей сесть.
Шэнь Юань выпрямила спину, чувствуя, что сейчас увидит нечто, выходящее за рамки её понимания, и слегка занервничала.
Сюй Линь пошёл дальше — прямо в воду, пока та не скрыла его с головой. Его больше не было видно.
Озеро затихло. Шэнь Юань не выдержала, вскочила и, широко раскрыв глаза, вгляделась в воду.
«Бах!» — вода взорвалась фонтаном, и из глубин в небеса взмыл огненно-золотой столб.
Шэнь Юань, запрокинув голову, прошептала:
— ...Дракон?
В «Бэньцао ганму» сказано: «Дракон имеет девять черт: голова как у верблюда, рога как у оленя, глаза как у кролика, уши как у быка, шея как у змеи, живот как у моллюска, чешуя как у карпа, когти как у орла, лапы как у тигра».
То, что предстало перед Шэнь Юань, полностью соответствовало описанию.
Значит… Сюй Линь и вправду дракон?
Огненно-золотой дракон опустился в воду и превратился обратно в Сюй Линя.
Он вышел из озера и подошёл к Шэнь Юань.
Взгляд его был полон чувств, голос звучал чисто, как родник:
— Я — Повелитель Южно-Морского Дракона.
Шэнь Юань задержала дыхание, и на щеках её заиграли два румянца.
— Э-э… — от волнения она могла выдавить лишь отдельные слова.
— Мм? — Сюй Линь наклонил голову, внимательно и нежно прислушиваясь.
— ...А твоя одежда где? — большие глаза Шэнь Юань моргнули, и выражение её лица стало совершенно невинным.
Сюй Линь: «...»
Пока Сюй Линь искал одежду, Шэнь Юань достала из-за пазухи красную пластинку и поднесла к глазам:
— Значит, это твоя чешуя?
http://bllate.org/book/8360/769966
Готово:
