Е Шунь отхлебнул глоток чая и спросил:
— Кого ищешь?
— Ещё не решила, — ответила Е Чжитянь. — Так что, братец, погляди за мной ещё несколько дней.
Е Минлян тут же согласился.
Е Чжитянь смотрела на его красивое лицо и подумала: по времени до встречи со своей будущей невесткой ему осталось совсем немного. На губах у неё сама собой заиграла лёгкая улыбка.
Все трое её братьев были безмерно счастливы в браке: мужья обожали жён, а те, в свою очередь, оказались добрыми и мягкими девушками — совсем не то, что у неё и у Е Чжи Синь дома, где всё сплошные проблемы. Ей достаточно было просто присматривать за Е Чжи Синь. Впрочем, та вообще обращала внимание только на внешность — непостоянная, легко поддающаяся влиянию. Гао Айянь, конечно, хорош собой, но вокруг немало и более привлекательных парней. Современные юноши в основном изнеженные, с белой кожей и алыми губами — некоторые даже красивее девушек. Если Е Чжи Синь захочет завести парня, в школе Юаньцяо таких хватает.
Вернувшись вечером в комнату, чтобы лечь спать, Е Чжитянь увидела чёрного кота. Видимо, он уже привык к новому месту и больше не убегал. Несмотря на большое количество людей в доме, он стал особенно привязан именно к ней. Она аккуратно обернула противопаразитарное средство в полиэтиленовый пакет и приложила к коту, чтобы уничтожить всех блох, а затем искупала его. Теперь шерсть стала гладкой и приятной на ощупь. Кот почти не мяукал. При тусклом жёлтом свете его глаза мерцали таинственным блеском. Е Чжитянь погладила его и легла рядом.
Бамбуковый цин был прохладным, а ночной ветерок, проникающий через окно, дул порывами, принося свежесть. Таковы летние ночи в деревне: днём не слишком жарко — ведь дом стоит у подножия горы, — а ночью прохладно. Е Чжитянь накрылась тонкой простынёй и могла бы прекрасно выспаться…
Но сегодня ей не спалось. Мысли о происшедшем днём будто камень давили на сердце.
Она лежала на животе, прижав раскалённое лицо к холодному цину, чтобы хоть немного унять внутреннее беспокойство.
Неужели Чжоу Чунмин вместе с теми ребятами так же внезапно и без причины обижает других, как сегодня вечером?
Старший брат спросил, боится ли она. Она ответила «боюсь» — и это была правда. Она действительно боялась — не столько того, что он может пострадать в драке, сколько самого такого Чжоу Чунмина.
В прошлой жизни она встретила его уже взрослым мужчиной, но сейчас-то он ещё подросток!
Честно говоря, ей было больно. Больно слушать рассказы Чэнь Янь, больно видеть его таким. И ещё чувствовалась беспомощность. Если бы она сейчас сказала ему: «Не водись с этими людьми, иди учиться или займись чем-нибудь полезным», он точно сочёл бы её надоедливой и капризной. Ведь она для него никто — не имеет права вмешиваться в его жизнь. Слишком много слов — и он начнёт её недолюбливать. А этого Е Чжитянь допустить не хотела. Но что ей делать? Она растерялась.
В ту ночь Е Чжитянь не сомкнула глаз. Утром под глазами у неё зияли два огромных тёмных круга, и третий брат от души посмеялся над ней:
— Ты что, ночью мышей ловила? Ха-ха-ха!
Е Чжитянь не обратила на него внимания. Быстро почистила зубы, умылась, позавтракала — и все трое отправились в школу.
— Как же здорово, что второй брат закончил школу и теперь свободен! А нам каждый день так далеко идти… Устаю, — проворчала Е Чжи Синь.
Е Чжитянь тоже чувствовала усталость. Давно она не ходила такие расстояния пешком. В прошлой жизни привыкла, но сейчас организм ещё не адаптировался. Отбросив тревожные мысли, она сказала:
— Через несколько дней посмотрим, сколько заработаем. Если денег будет достаточно, купим велосипед — так удобнее будет ездить в школу.
— Только марку «Юнцзюй»! Мне нравится красная модель — красивая. Хотя странно: у Хэ Линьлинь дома уже телевизор есть, а у нас ни телевизора, ни телефона. Даже велосипед за сто восемьдесят юаней папа не разрешает покупать, — продолжала ворчать Е Чжи Синь.
— Потому что все сразу начнут просить одолжить! Тебе это не надоело? Мне уж точно надоело. Папа молодец — если поставить телевизор или телефон, соседи будут постоянно «одолжить на минуточку». А платить за электричество всё равно нам, — прямо сказал Е Минъюань.
— …Тоже верно, — расстроенно протянула Е Чжи Синь. — Но велосипед ведь можно купить? Мне всё равно! Сестра, ты же обещала: заработаешь — купишь велосипед. Так и сделай!
Е Чжитянь была рассеянна и машинально ответила:
— Куплю, куплю, обязательно куплю.
Разговаривая, они добрались до городка Ба Лин примерно за два часа. Е Чжи Синь училась в городской средней школе, которая находилась гораздо ближе, чем их учебное заведение. Проводив сестру до школьных ворот, двое оставшихся продолжили путь в Юаньцяо.
Когда остались только они вдвоём, Е Минъюань одной рукой схватил её за плечо и понизил голос:
— Что вчера случилось с лицом старшего брата?
Е Чжитянь моргнула:
— Ты ещё помнишь об этом?
— Ну любопытно же! Его кто-то избил? — спросил Е Минъюань.
Е Чжитянь покачала головой:
— Не спрашивай. Я не знаю.
Е Минъюань уверенно заявил:
— По его виду сразу понятно — избили.
— …Ладно тебе. Раз я не знаю, то и рассказывать тебе нечего. Ты слишком любопытный, — сказала Е Чжитянь и отстранилась, вырвавшись из его хватки.
Е Минъюань скривился:
— Ладно.
Добравшись до школы, они разошлись по своим классам.
Е Чжитянь получила конфеты от девочек и за один послеобеденный перерыв переписала все задания. Придя в класс раньше других, она сразу раздала тетради обратно.
Чэнь Янь знала, что Е Чжитянь интересуется Чжоу Чунмином — возможно, даже немного нервничает из-за него, — и потому с удовольствием делилась с ней новостями о нём. Правда, новости были не из радостных:
— Прошлой ночью, прямо вчера вечером, его банда во главе с Чжоу Чунмином избила Лю Наня так, что того увезли в медпункт. Собаки лаяли до восьми часов вечера!
Е Чжитянь лишь молча опустила глаза.
Чэнь Янь сочувственно покачала головой:
— Сам Лю Нань, конечно, не ангел. Собаки дерутся — собаки и кусаются. Народу собралось много, даже из участка приехали.
— Из участка? — у Е Чжитянь сжалось сердце. — С Лю Нанем всё в порядке?
— Голову разбили, наложили несколько швов, — ответила Чэнь Янь.
Е Чжитянь немного успокоилась, но на лице всё равно проступила тревога.
Чэнь Янь следила за её выражением и добавила:
— Вся эта шайка рано или поздно сядет в тюрьму.
От этих слов лицо Е Чжитянь стало ещё мрачнее.
*
В обед Е Чжитянь осталась есть в школе. Школьная еда была недорогой, но невкусной. Поэтому брат с сестрой, как и многие другие ученики, обычно приносили еду из дома в железных коробочках — кто что мог. Е Чжитянь сидела в столовой и открыла свою коробку: внутри был перец с мясом. Мама отлично готовила, вот только одно и то же блюдо повторялось изо дня в день. В прошлой жизни она так наелась мяса — тушили, запекали, жарили — что даже менялась им на солёные овощи у одноклассников. Сейчас же это казалось сладкой проблемой.
Е Чжитянь взяла четыре лян риса и начала есть, запивая вкуснейшим перцем с мясом. Но из-за тревожных мыслей аппетита не было: сегодня она смогла осилить лишь половину порции.
В этот момент снова подошёл Чэнь Чэн и, совершенно не стесняясь, сел рядом.
Е Чжитянь замерла, закрыла коробку с едой и, взяв её с собой, пересела за другой стол. Чэнь Чэн, увидев такое отношение, дёрнул уголком рта, посидел немного на месте и всё же не последовал за ней.
Вэй Ли Ли подошла с коробкой в руках и села рядом с Е Чжитянь, улыбаясь:
— Что сегодня принесла?
— Как обычно — мясо, — ответила Е Чжитянь.
Вэй Ли Ли скривилась:
— Везёт тебе с едой.
Е Чжитянь не стала отвечать. Остатки риса выбрасывать не хотелось, поэтому она убрала и рис, и коробку с мясом обратно в тканевую сумку.
— Что, не будешь есть? — спросила Вэй Ли Ли.
— Не буду. Ешь сама, — сказала Е Чжитянь и вышла из столовой.
Как только она ушла, Чэнь Чэн подсел к Вэй Ли Ли:
— Она явно меня не любит. Видишь? Стоит мне подойти — она сразу уходит.
— Вижу! — Вэй Ли Ли стукнула коробкой, нахмурившись. — Может, ты что-то не то ей сказал?
Чэнь Чэн задумался:
— Нет.
Вэй Ли Ли взглянула на него и почувствовала раздражение:
— Ты такой беспомощный! Говоришь, что нравится Е Чжитянь, я создаю тебе возможности, а ты даже поговорить с ней нормально не можешь!
Чэнь Чэн молчал, потом сказал:
— Просто она красивая… Кто знал, что у неё такой странный характер.
При этих словах в нём тоже вспыхнул гнев. Что он такого сделал? Почему она смотрит на него с таким отвращением? Наверное, считает его недостойным. Да, только так и можно объяснить.
«Такие девчонки, — подумал он, — я думал, она не такая поверхностная, а оказывается — обычная красотка, которая презирает бедных».
Лицо Чэнь Чэна потемнело.
Вэй Ли Ли снова дала совет:
— Ты ведь умеешь красиво говорить? Подойди сюда, вот что нужно сделать…
Чэнь Чэн наклонился, чтобы послушать. Пока он ещё не отреагировал, она сама покраснела:
— Понял?
Чэнь Чэн взглянул на неё с недоумением:
— Понял.
— Делай, как я сказала, ошибки не будет, — заверила Вэй Ли Ли.
Чэнь Чэн был смел, но не настолько. К тому же Вэй Ли Ли даже не знала, как к нему относится Е Чжитянь. Зачем тогда предлагать подобное? Девчонка, ничего не соображает, даёт глупые советы. Он покачал головой и больше не стал с ней разговаривать, опустив взгляд в свою коробку с едой.
Хотя всерьёз выполнять её план он не собирался, попробовать что-то попроще всё же можно.
После уроков Е Чжитянь передали сообщение от брата через одноклассницу: он пошёл играть в баскетбол с друзьями и велел ей возвращаться домой самой.
Этот брат был веселее двух других, и подобные случаи, когда он бросал сестру ради развлечений, случались не впервые. Е Чжитянь покачала головой, взяла сумку и вышла из класса вместе с Чэнь Янь.
Школа тогда была ещё очень старой, площадка маленькой, а даже у ворот стояла обычная железная ограда. Забор был невысоким. Сторож держал большого волкодава — на вид страшного, но на деле очень доброго: любой мог погладить его по голове или почесать подбородок, и пёс спокойно позволял это делать.
Проходя мимо, Е Чжитянь потрепала его по шее. Пёс пару раз вильнул хвостом, и она улыбнулась, выходя за ворота.
Чэнь Янь жаловалась ей на ухо, что новый учитель математики ведёт занятия на диалекте. Е Чжитянь очнулась от задумчивости и тоже нахмурилась. Нового учителя звали Ли Цяньминь, и в прошлой жизни он преподавал им математику до окончания одиннадцатого класса. Из-за него и Чэнь Чэна её успеваемость стремительно упала. Раньше она хорошо знала математику — с седьмого класса участвовала в олимпиадах, — но со второго курса старшей школы учитель начал говорить исключительно на диалекте, быстро и неразборчиво. Она перестала понимать материал. Не только она — почти весь класс отстал. Вернувшись в прошлое, она не могла не волноваться.
В этой жизни она хотела поступить в университет, причём в хороший. А для этого нельзя повторять ошибок прошлого. Но сегодня на уроке она снова ничего не поняла! Что он там говорит?!
Чэнь Янь переживала ещё больше: её и так слабые знания по математике теперь точно посыплются быстрее, чем у Е Чжитянь.
В таких сельских школах учеников много, а учителей мало. Этот самый Ли Цяньминь совмещал ещё и преподавание биологии с химией. Хотя даже если не понимать его речь на этих предметах, можно разобраться по учебнику. А вот математика — совсем другое дело. Один ненадёжный учитель способен испортить успеваемость нескольким классам. И ведь он говорил не на местном диалекте Ба Лина, а на каком-то чужом! Кто это поймёт? Приходилось гадать на кофейной гуще, будто на сковородке жаришься.
Чэнь Янь мечтала сменить педагога:
— В первом классе у них отличный учитель математики. Хоть бы к нам перевели!
Е Чжитянь тоже вздохнула, но ничего не сказала.
Обе погрузились в размышления о том, как из-за нового учителя, говорящего на непонятном диалекте, их карьера математиков, похоже, закончилась в первый же учебный день.
Дойдя до дома Чэнь Янь, Е Чжитянь проводила её до двери и ускорила шаг в сторону школы Е Чжи Синь.
Но не успела пройти и половины пути, как её перехватил Чэнь Чэн:
— Е Чжитянь, мне нужно поговорить с тобой.
Он говорил всё тем же искренним и безобидным тоном, который уже начинал её раздражать. Она посмотрела вокруг — многие оборачивались в их сторону. Сдерживая нетерпение, она спросила:
— О чём?
Чэнь Чэн ответил:
— Здесь неудобно. Давай пройдём вон туда.
Е Чжитянь выдохнула и кивнула.
http://bllate.org/book/8285/764070
Готово:
