Юй Цзя знала, что в обед встретится с Цзи Суханем, и потому утром ограничилась половиной миски рисовой каши — оставила место для настоящего обеда.
Он обещал прийти в половине первого. А сейчас уже почти половина второго, а его всё нет.
Нетерпеливая Юй Цзя не выдержала и набрала ему:
— Если через десять минут ты не появишься, я…
Она хотела пригрозить: «Больше не буду с тобой разговаривать» или «Сегодня вечером будешь спать один». Но, помолчав, так и не смогла произнести этого вслух.
— Ну и ладно? — робко пробормотала она. — Я уже умираю от голода.
— Вечером как следует тебя накормлю, — ответил он совершенно серьёзно.
От этих слов у Юй Цзя вспыхнули уши. Негодник…
***
Едва она положила трубку, к двери подошёл официант:
— Прошу вас сюда, господин.
Сердце Юй Цзя ёкнуло — она невольно посмотрела в сторону входа. В поле зрения возник стройный силуэт.
На нём была повседневная одежда: светло-голубая рубашка с чуть закатанными рукавами, без галстука, верхняя пуговица расстёгнута. Всё это выглядело небрежно, но в то же время излучало сдержанную элегантность.
Юй Цзя велела официанту подавать блюда. Когда тот ушёл, она принялась ворчать:
— Наконец-то! Ждала тебя целую вечность.
Голос её звучал мягко, сладко и звонко, несмотря на притворное недовольство.
Увидев Юй Цзя, Цзи Сухань невольно смягчился взглядом. Он подошёл ближе, заметил её хмурый лоб и ласково сказал:
— Разве я не просил начинать без меня, если проголодаешься?
— Без тебя есть одному — совсем неинтересно.
Цзи Сухань внимательно осмотрел её. Щёки стали ещё тоньше, чем раньше. Его глаза потемнели.
— Так вот почему в последнее время плохо ешь?
Юй Цзя, напротив, радостно спросила:
— Я, кажется, ещё немного похудела?
У неё не был тот тип фигуры, который легко худеет: лицо скорее округлое, да и рост немаленький. Если бы она не следила за весом, журналисты непременно называли бы её «высокой и коренастой». А ведь на камеру человек всегда выглядит полнее, чем в жизни. Поэтому актрисе нельзя пренебрегать контролем фигуры.
Цзи Сухань вздохнул:
— Я имею в виду, что тебе можно немного поправиться. Не все актрисы обязаны быть скелетами. — Он слегка помолчал, затем перевёл взгляд на определённое место. — Особенно там, где нужно быть пышнее.
Юй Цзя развивалась поздно, и именно эта часть тела была её слабым местом.
Лицо её сразу потемнело.
— Мужчины… фу!
Когда принесли еду, Цзи Сухань положил ей в тарелку несколько порций. Заметив, что она всё ещё дуется из-за его слов, он покачал головой с улыбкой.
«Моя жена…»
— Есть одна новость, — сказал он.
— Какая?
— Сегодня задержался, потому что Сяо На перехватила меня в аэропорту и пригласила на обед.
Как только прозвучало имя Сяо На, брови Юй Цзя сошлись ещё плотнее.
— Сяо На пригласила тебя на обед? Зачем?
Цзи Сухань нарочно поддразнил её:
— Как инвестор, я постоянно сталкиваюсь с соблазнами.
Юй Цзя с тоской посмотрела на него:
— Она пыталась тебя соблазнить?
— Но я чётко дал понять, что люблю только тебя. Так что, жена, боюсь, мне придётся раскрыться.
При этих словах лицо Юй Цзя сразу озарила улыбка.
— Ну и ладно, пусть раскрывается. Всё равно я скоро выхожу в программу с Чоу-Чоу.
Ревность ревностью, но тут же Юй Цзя вспомнила важное:
— Сяо На, наверное, всё ещё хочет главную роль? Учитывая её связи, условия, которые она тебе предложила, наверняка очень выгодные, верно? Если этот фильм в итоге не принесёт прибыли, это ведь сильно ударит по тебе как по инвестору? А если проект окажется убыточным, не случится ли так, как говорил Си Жань — ты подписал какой-то договор с условием обратного выкупа и, если не сможешь заплатить, тебя посадят?
Она выстрелила вопросами один за другим без передышки. Цзи Суханю ничего не оставалось, кроме как обнять её за талию и наклониться, чтобы поцеловать её нежные, алые губы.
В комнате воцарилась тишина.
Изначально он хотел лишь слегка коснуться их, но аромат её губ мгновенно опьянил его — и остановиться стало невозможно.
Только когда она начала задыхаться, он отпустил её.
Щёки Юй Цзя пылали румянцем, глаза блестели, словно в них отражалась луна. И без того большие, они теперь казались ещё более влажными и трогательными.
Глядя на эту красоту перед собой, Цзи Сухань почувствовал, будто его сердце кусают тысячи муравьёв.
Каждый раз, встречая её, он испытывал непреодолимое желание навсегда оставить её рядом с собой.
Он осторожно поправил прядь волос, спадавшую ей на щеку.
— Не выдумывай лишнего. Просто хорошо снимай свою роль.
***
После обеда Цзи Сухань не вернулся с Юй Цзя в отель — как инвестору, ему нужно было обсудить некоторые вопросы с командой съёмочной группы.
На этот ужин Юй Цзя нарядилась особенно тщательно.
В прошлый раз, когда она делала фотосессию для журнала, стилист завил ей волосы. С тех пор она готовилась к новым съёмкам и не меняла причёску.
Обычно она носила средние прямые волосы; завитые локоны встречались редко — не потому, что ей не шли, просто в такой причёске она выглядела старше, и её свежая, сладкая внешность теряла яркость.
Сюэ ничего не знала о том, что Юй Цзя так старалась ради Цзи Суханя. Перед тем как та выходила, Сюэ обеспокоенно спросила:
— Цзяцзя-цзе, разве тебе не стоит одеться поскромнее? Ведь сегодня вечером ужин с инвестором… А вдруг кто-то решит воспользоваться моментом?
Раньше Юй Цзя всегда старалась быть максимально незаметной на подобных мероприятиях.
Сюэ удивилась её сегодняшнему наряду и не удержалась:
— Ты сегодня красивая?
Сюэ забеспокоилась ещё больше:
— Ах? Цзяцзя-цзе, ведь должен прийти Цзефу! Если он увидит, как ты так нарядилась на ужин с другими, разве не рассердится?
Юй Цзя подмигнула:
— Одеваюсь именно для него.
Ведь за столом будут и другие актрисы — нельзя позволить им затмить себя.
Сюэ ахнула:
— Ах? Цзяцзя-цзе, ты хочешь сказать, что…
Юй Цзя лёгонько шлёпнула её по лбу:
— Хватит сплетничать. Пора идти.
Обычно Юй Цзя медлила перед подобными встречами, но сегодня пришла одной из первых.
Когда она вошла в частную комнату ресторана, режиссёр, продюсер и другие важные персоны ещё не подоспели. Она устроилась на диване и пила чай.
— Мисс Юй.
Услышав обращение, она подняла глаза.
Перед ней стоял Хо Цзе — актёр, которому предстояло играть её мужа в новом фильме. Это был зрелый, опытный актёр, не из числа молодых «айдолов», а настоящий мастер своего дела.
Хо Цзе был старше Юй Цзя и в основном снимался в кино, редко появляясь в сериалах. Они сотрудничали впервые.
Юй Цзя вежливо встала и поприветствовала его.
В частной комнате стояли одиночные диваны, и Хо Цзе сел прямо рядом с ней.
— Вы гораздо красивее вживую, чем на экране.
Юй Цзя улыбнулась:
— Что вы! Честно говоря, мне немного волнительно работать с таким мастером, как вы. Если я что-то сделаю не так на съёмках, надеюсь, вы, как старший коллега, будете меня направлять.
Хо Цзе был одет в безупречно сидящий чёрный костюм с синим полосатым галстуком. Все пуговицы на рубашке были застёгнуты, даже на манжетах — с виду он производил впечатление строгого и сдержанного человека.
Он слегка улыбнулся:
— Не смею учить. Ваше актёрское мастерство давно признано в индустрии. Я с нетерпением жду нашей совместной работы.
От этого разговора у Юй Цзя сложилось хорошее впечатление о Хо Цзе. Ранее она слышала, что он — «тиранин на площадке», и очень переживала, но теперь немного успокоилась.
Они болтали ещё немного, когда у двери послышались шаги и смех.
Краем глаза Юй Цзя заметила знакомую фигуру и почувствовала, как сердце наполнилось теплом.
Цзи Сухань вошёл вместе с режиссёром и продюсером. На фоне нескольких мужчин средних лет его молодая, яркая внешность особенно выделялась.
В комнате сидели ещё две актрисы, и, увидев Цзи Суханя, они тихо заговорили:
— Кто этот молодой человек в голубой рубашке? По тому, как с ним общаются режиссёр и продюсер, он, наверное, очень влиятелен.
— Должно быть, это и есть инвестор проекта.
— Правда? Такой молодой? Да ещё и невероятно красив! Даже среди звёзд нашего шоу-бизнеса он отлично смотрелся бы.
Цзи Сухань вошёл и незаметно бросил взгляд на Юй Цзя, но тут же отвёл глаза — рядом с ним кто-то продолжал что-то говорить.
Вскоре собрались все. Юй Цзя встала, чтобы занять своё место за столом.
Сегодня она надела длинное платье до лодыжек и обувь на высоком каблуке — выглядело эффектно, но неудобно.
Вставая, она не заметила, что подол зацепился за каблук, и споткнулась, чуть не упав вперёд.
К счастью, Хо Цзе сидел рядом и вовремя подхватил её.
Он вёл себя очень благородно: как только она устояла на ногах, тут же убрал руку с её талии.
— Всё в порядке?
— Да-да, спасибо огромное.
Юй Цзя наклонилась, поправляя подол, и мысленно ругала себя: «Вот ведь! Хотела поразить его, а вместо этого устроила цирк!»
Хорошо хоть не упала — иначе он бы смеялся над ней весь вечер.
Она собралась с духом и обернулась — и сразу почувствовала на себе пристальный взгляд.
Этот взгляд… слишком знакомый.
Кроме её Су Ханя, никто так не смотрел.
Юй Цзя показалось, будто в его глазах мелькнуло что-то странное.
Но когда она попыталась разглядеть внимательнее, Цзи Сухань уже отвернулся.
Место инвестора — самое почётное, напротив входа. Рядом сидели продюсер, режиссёр и другие важные гости.
Юй Цзя оказалась почти напротив Цзи Суханя, рядом с Хо Цзе.
Она всё ещё благодарна Хо Цзе за помощь и тихо сказала:
— Спасибо вам ещё раз за то, что поддержали меня.
— Пустяки, мисс Юй. Не стоит благодарности.
Хо Цзе бросил взгляд под стол.
— Кажется, вам неудобно ходить. Может, подвернули ногу?
На самом деле она просто редко носила каблуки, и даже самые дорогие туфли натирали.
— Нет-нет, всё в порядке.
Юй Цзя не замечала, что в это время издалека за ней пристально наблюдают.
«Отлично. Её муж стал невидимкой».
За столом продюсер Чэнь, заметив, что Цзи Сухань не сводит глаз с Юй Цзя, тут же обратился к ней:
— Говорят, мисс Юй прекрасно танцует. Не порадуете ли нас небольшим номером для настроения?
Юй Цзя не была профессиональной танцовщицей, но однажды для роли ей пришлось обучиться танцам. Позже она выступала с танцем на одном шоу, и это даже стало вирусным в соцсетях.
Продюсер Чэнь вспомнил об этом и решил устроить «сюрприз».
Для артистов подобные выступления за столом — обычное дело. Но на этот раз Юй Цзя почувствовала себя глупо: танцевать в одиночку перед всеми — это же унизительно.
Она не понимала, зачем продюсеру понадобилось такое.
Продюсер Чэнь обладал большой властью на площадке, и Юй Цзя не хотела его обижать. Она уже думала, как вежливо отказаться, чтобы не обидеть его, как вдруг в воздухе прозвучал холодный, отчётливый голос:
— Раз господину продюсеру так нравятся танцы, может, я закажу профессиональную танцевальную труппу? Пусть уж тогда вы насмотритесь вдоволь.
http://bllate.org/book/8030/744335
Готово:
