Голос мужчины прозвучал лениво, и он добавил:
— Ах да, забыл тебе сказать. Звукоизоляция в главной спальне действительно отличная, но во второй спальне…
— Не очень-то хорошая.
Как только Чэн Юэлинь произнёс слово «петух», у Руань Чжийинь сразу засосало под ложечкой. Если Линь Цзинфэй лишилась роли лишь за то, что пару раз перемолвилась о нём за спиной, как же он теперь не станет мстить ей?
Она уже была уверена, что гордый петух наверняка откажется везти её на работу, но в итоге не только любезно согласился отвезти, но даже странно отправился на кухню мыть посуду.
Этот поступок ещё больше смутил Руань Чжийинь — теперь она выглядела так, будто подозревала в чём-то благородного человека.
Ведь именно он оказался жертвой: его увидели раздетым и ещё и раскритиковали. А она, между тем, питала к нему недоверие и злые предположения.
В машине царило молчание всё время дороги.
С тех пор как она села в автомобиль, мужчина хранил холодное молчание. Руань Чжийинь долго колебалась, собираясь что-то сказать, но прежде чем она успела заговорить, «Бентли» уже плавно остановился у входа в здание корпорации «Руань».
Пришлось проглотить слова и выйти из машины.
Она постояла немного, провожая взглядом уезжающий «Бентли», и лишь потом направилась внутрь офисного здания.
После возвращения в страну Руань Чжийинь заняла пост заместителя генерального директора в корпорации «Руань».
Хотя старик Руань формально оставался председателем совета директоров и владел крупным пакетом акций, его здоровье давно не позволяло заниматься делами.
После смерти отца Руань Чжийинь, господина Жуань Шэнвэня, Линь Чэн через пару лет стал генеральным директором и с тех пор укреплял свою власть.
Как заинтересованное лицо, Руань Чжийинь не раз подозревала, что автокатастрофа с её родителями могла быть не случайной, но многолетние расследования доказали обратное — это была просто трагическая случайность.
Впрочем, если бы Линь Чэн действительно спланировал ДТП, дедушка, со всей своей проницательностью и опытом, наверняка раскрыл бы правду.
Амбиции Линь Чэна росли постепенно.
Привыкнув управлять «Руань», он, конечно, не собирался добровольно уступать место внезапно появившейся Руань Чжийинь.
Едва она вошла в свой кабинет, как её помощник Сян Бинь постучался и вошёл, чтобы доложить о текущих делах компании.
Хотя Руань Чжийинь формально являлась заместителем гендиректора, Линь Чэн никогда не допускал её к важным проектам. Внутри корпорации он расставил множество своих людей из рода Линь, и Руань Чжийинь чувствовала себя скованной — лишь получив проект «Бэйчэн», она смогла наконец утвердиться.
Выслушав доклад, Руань Чжийинь задумалась на мгновение и сказала:
— Проект «Бэйчэн» вот-вот начнётся. С завтрашнего дня ты будешь курировать строительные работы на месте. Следи внимательно, чтобы ничего не пошло наперекосяк.
Изначально было решено, что проект «Бэйчэн» достанется ей, и Линь Чэн официально не мог вмешиваться. Но кто знает, не попытается ли он что-нибудь подстроить втайне, чтобы вернуть контроль.
Из тех, кому Руань Чжийинь могла доверять, Сян Бинь был одним из немногих. На стройке легче всего устроить саботаж — только с ним на месте она могла быть спокойна.
— А здесь, в офисе… — Сян Бинь всё ещё выглядел обеспокоенным.
Руань Чжийинь улыбнулась:
— С «Линь Хэн» я сама буду работать. Ты уже полгода со мной, и твои способности явно выше должности простого ассистента. Пора расти.
Сян Бинь был внимательным, ответственным и надёжным специалистом — идеальным кандидатом на руководство проектом. Руань Чжийинь давно планировала повысить его.
— Спасибо, госпожа Руань.
— Отлично. Сейчас же передай дела Тянь Цзинь.
Сян Бинь, взволнованный и радостный, кивнул и вышел.
Только тогда Руань Чжийинь взялась за контракт, присланный компанией «Линь Хэн».
В начале июня в Ланьцяо стояла палящая жара.
Яркие солнечные лучи хлынули сквозь панорамные окна, и полдень пролетел незаметно.
Несмотря на кондиционер, когда Руань Чжийинь закончила читать договор, её пересохло во рту.
Она встала, чтобы налить воды, но обнаружила, что кулер в кабинете пуст. Пришлось идти в комнату отдыха.
Подойдя к коридору, она услышала доносящиеся оттуда голоса и невольно замерла.
— Как это проект «Бэйчэн» вдруг заключил партнёрство с «Линь Хэн»?
— Ну, госпожа Руань теперь замужем за президентом «Линь Хэн» — естественно, будет сотрудничество. Под таким могучим деревом и прохладнее.
— Как это вдруг свадьба? А что же с господином Цинем?
— Господин Цинь ведь ради госпожи Линь даже сбежал со своей свадьбы! После такого позора как можно было жениться на госпоже Руань?
— Госпожа Руань такая хорошая, а госпожа Линь каждый раз приходит в компанию с таким высокомерием... Что вообще в голове у господина Циня?
— Они с детства вместе, такая связь не рвётся. Эти слова лучше шептать за спиной — сейчас в компании правят представители рода Линь.
Голоса постепенно затихли. Руань Чжийинь ещё некоторое время стояла на месте, потом развернулась и пошла обратно, приказав административному отделу заменить бутыль в кулере.
Она знала ещё до прихода в офис, что слухи сотрудников не остановить. Линь Чэн, скорее всего, сам их распространял, но она не хотела винить обычных работников.
Цинь Цзюэ ежедневно присылал ей цветы в апартаменты, хотя она давно заблокировала его номер. Все букеты она просила курьеров выбрасывать.
Руань Чжийинь не отрицала, что решение сменить жениха было в какой-то мере импульсивным, но разрыв с Цинь Цзюэм — нет.
За границей между ними действительно были чувства. Но тогда рядом не было Линь Цзинфэй, семьи Линь и давления со стороны клана Цинь.
За последние полгода после возвращения домой её чувства к Цинь Цзюэ иссякли почти полностью. Приняв решение, она не собиралась оставлять себе пути назад.
К тому же кто-то постоянно напоминал ей обо всём происходящем.
—
Офис президента корпорации «Цинь».
Цзян Аньчжэн был в полном отчаянии. Нахмурившись, он посмотрел на Линь Цзинфэй, сидевшую на диване:
— Фэйфэй, как ты вообще умудрилась нажить себе врага в лице Чэн Юэлиня?
Сегодня должна была состояться пресс-конференция по запуску фильма «Побег», но прошлой ночью Цзян Аньчжэн внезапно получил звонок от второго режиссёра: оказалось, что режиссёр Лян решил перекастинговать главную роль.
Лян Сяо, хоть и был новичком, его предыдущая картина получила все главные национальные кинопремии и даже завоевала «Золотую награду» на фестивале в Сна.
Его новый фильм «Побег» — преимущественно мужская история, но даже небольшая женская роль стала лакомым кусочком для всех актрис.
Цзян Аньчжэну стоило огромных усилий отбить эту роль у самой королевы экрана Шэнь Жунь в пользу Линь Цзинфэй.
И вот, буквально накануне съёмок, Лян Сяо объявляет о повторном кастинге! Выяснив подробности, Цзян понял: фильм финансирует «Линь Хэн», и инвесторы, видимо, недовольны Линь Цзинфэй.
Лицо Линь Цзинфэй тоже было мрачным. Она взглянула на Цинь Цзюэ и, прикусив губу, сказала:
— Я встретила кузину в торговом центре и посоветовала ей серьёзно подумать о свадьбе. Не ожидала, что там окажется господин Чэн, и уж тем более не думала, что он воспримет мои слова всерьёз.
На первый взгляд, в её словах не было ничего предосудительного, но смысл менялся в зависимости от того, кто их слышал.
Теперь получалось, что она потеряла роль именно потому, что пыталась помочь Цинь Цзюэ вернуть Руань Чжийинь.
— А-Цзюэ, Лян Сяо говорит, что хочет перекастинговать роль… Что делать? — Цзян Аньчжэн пришёл сюда в последней надежде — других вариантов у него не осталось.
Но, взглянув на друга, он заметил, что тот словно задумался.
Цинь Цзюэ давно не мог дозвониться до Руань Чжийинь и со временем понял, что она его заблокировала.
Она никогда раньше так не капризничала, и Цинь Цзюэ не знал, как её уговорить. Каждый день он посылал ей цветы, но ответа не было.
Его настроение было испорчено, и он не хотел тратить нервы на такие мелочи. Потёр виски и равнодушно сказал:
— Передай Ляну Сяо: если «Линь Хэн» отзовёт инвестиции, «Цинь» их возместит.
Услышав это, Линь Цзинфэй и Цзян Аньчжэн облегчённо перевели дух.
Чжай Сюй, державший в руках документы, молча ждал в стороне. Цзян Аньчжэн понимал, что у Цинь Цзюэ наверняка есть дела поважнее, и, кивнув, собрался уходить вместе с Линь Цзинфэй.
— Подождите, — неожиданно остановил их Цинь Цзюэ, нахмурившись и глядя на Линь Цзинфэй. — Цзинфэй, в прошлый раз я купил на аукционе ожерелье… Чжай Сюй говорил, что ты его забрала?
Линь Цзинфэй слегка удивилась и улыбнулась:
— Да, его забрала Лин Цзе. Я надевала его один раз на мероприятие.
Лин Цзе была её агентом. Но поскольку Цзян Аньчжэн был близким другом и одновременно гендиректором «Циньши Энтертейнмент», за ресурсами Линь Цзинфэй обычно обращались к нему, и агенту часто доставались лишь мелкие поручения.
Для публичных мероприятий Линь Цзинфэй требовалось много украшений, и если подарки от брендов её не устраивали, она брала вещи из коллекции Цинь Цзюэ.
Он регулярно участвовал в аукционах и покупал драгоценности, так что сам, вероятно, уже не помнил, что именно лежит в его сейфе.
Но сейчас речь шла именно о том розовом бриллиантовом ожерелье, которое он приобрёл за восемь нулей — самом дорогом предмете в коллекции.
Линь Цзинфэй отлично помнила это украшение — благодаря ему она даже попала в топ новостей.
Услышав её слова, Цинь Цзюэ нахмурился и покачал головой:
— Это ожерелье я собирался подарить Чжийинь.
Он не смог хорошо провести с ней День святого Валентина, поэтому купил ожерелье в качестве компенсации. Но позже Руань Чжийинь сказала, что не хочет отмечать этот праздник, и подарок так и не был вручён.
Цинь Цзюэ знал, что Линь Цзинфэй часто посылает людей за украшениями, но не предполагал, что заберут именно это. Он был уверен, что Чжай Сюй объяснил Лин Цзе, что ожерелье предназначено Руань Чжийинь.
Заметив раздражение Цинь Цзюэ, лицо Линь Цзинфэй на миг окаменело, но она быстро взяла себя в руки:
— Прости, А-Цзюэ. Наверное, Лин Цзе что-то перепутала. Я сейчас же верну тебе ожерелье.
— Не надо, — махнул рукой Цинь Цзюэ и повернулся к Цзян Аньчжэну. — Закупите для артистов комплект ювелирных изделий и вечерних нарядов, чтобы бренды не подводили.
Раз украшение уже носили, дарить его Руань Чжийинь было бессмысленно. Да и зная, как она относится к Цзинфэй, такой подарок лишь вызвал бы раздражение.
Услышав это, Цзян Аньчжэн невольно взглянул на Линь Цзинфэй, а та, сжав ногти в ладони, незаметно покачала головой.
Для остальных артистов это решение было прекрасным. Но Линь Цзинфэй понимала: для неё лично — не очень.
Если в компании появятся свои украшения и наряды, она, конечно, сможет и дальше просить помощи у Цинь Цзюэ — он не откажет. Но слишком часто обращаться к нему уже не получится.
Впрочем, проблема с ролью была решена, и они наконец покинули офис.
Только тогда Чжай Сюй подошёл к Цинь Цзюэ и протянул ему документы:
— Босс, медицинский совместный проект с «Руань»… Назначить для работы с ним директора Сян?
Он задал этот вопрос намеренно: зная, как сильно босс переживает из-за госпожи Руань, надеялся, что тот поторопится помириться с ней.
Хотя Цинь Цзюэ явно страдал из-за Руань Чжийинь, он всё равно продолжал помогать Линь Цзинфэй.
Чжай Сюй не осмеливался судить о личной жизни босса и не понимал его намерений. Но, честно говоря, он гораздо больше хотел видеть хозяйкой дома именно госпожу Руань.
Как и ожидалось, едва он договорил, Цинь Цзюэ отложил бумаги и вздохнул:
— Не нужно. Я сам съезжу туда.
—
Перед окончанием рабочего дня Руань Чжийинь получила звонок от Чэн Юэлиня.
Мужчина кратко сообщил, что заедет за ней после работы, и сразу положил трубку.
Руань Чжийинь никак не могла понять: это он проявляет доброту или снова собирается потребовать плату за услугу?
Когда часы показали пять, она решила, что он уже должен быть внизу, собрала вещи и вышла из кабинета.
Но прежде чем она успела дождаться лифта, из конференц-зала в конце коридора вышла целая толпа людей. В центре, окружённый подчинёнными, шёл Цинь Цзюэ с суровым выражением лица.
Избежать встречи было невозможно.
В тот миг, когда их взгляды встретились, он, казалось, облегчённо выдохнул, решительно шагнул вперёд и остановился прямо перед ней:
— Чжийинь, давай поговорим.
Руань Чжийинь бросила взгляд за его спину. Во главе группы стоял Линь Вэй, младший брат Линь Чэна, курирующий совместный медицинский проект «Цинь» и «Руань».
Линь Чэн, хоть и не особенно талантлив, амбиций у него было хоть отбавляй — именно он выпросил у Цинь Цзюэ этот проект, чтобы войти в медицинскую сферу.
Она всё поняла и сделала шаг назад, холодно сказав:
— Цинь Цзюэ, мы сейчас в офисе.
Цинь Цзюэ давно не видел её и не хотел больше усугублять ситуацию. Он смягчил тон:
— Хорошо, тогда поговорим в машине.
С этими словами он потянулся, чтобы взять её за руку, но Руань Чжийинь ловко уклонилась.
В самый разгар этой неловкой сцены двери лифта неожиданно открылись —
Руань Чжийинь подняла глаза и увидела знакомую фигуру.
Мужчина неторопливо вышел из лифта, засунув одну руку в карман.
Он окинул взглядом происходящее, слегка приподнял бровь и с привычной ленивой усмешкой произнёс:
— Похоже, я как раз вовремя.
Затем он мягко посмотрел на Руань Чжийинь и, медленно протянув руку с длинными, изящными пальцами, добавил с непривычной нежностью:
— Иньинь, иди ко мне.
Встретившись взглядом с Чэн Юэлинем и увидев в его глазах довольную искорку, Руань Чжийинь поняла: он уже подсел на игру в идеальную пару.
Раньше она спрашивала его, зачем он вступается за неё, и Чэн Юэлинь объяснил: раз они договорились изображать образцово-показательную семью, нельзя допускать утечек. Ему совсем не хотелось, чтобы акции «Линь Хэн» пошли вниз.
http://bllate.org/book/8020/743581
Готово:
