— Откуда ты знаешь? — а не «Что ты сказал?» — такие слова уже сами по себе доказывали, что Дуань Нинхуан давно был в курсе происходящего.
Дуань Нинцзы в ответ спросила:
— Значит, ты тоже знаешь?
Дуань Нинхуан кивнул:
— Сначала ответь мне.
Конечно, нельзя было прямо сказать, что она прочитала об этом в книге. Дуань Нинцзы придумала отговорку:
— Один маленький аккаунт в «Вэйбо», за которым я следила пару недель назад, об этом написал.
— Но теперь его уже не найти — аккаунт заблокировали.
— А ты? Как ты узнал?
— Неужели сам всё видел?
Дуань Нинхуан кивнул:
— Однажды я увидел, как у неё начался приступ. Она оттолкнула меня, но мне показалось что-то неладное, и я вернулся. Тогда всё и увидел.
Дуань Нинцзы нахмурилась. В книге не говорилось, что Дуань Нинхуан знал об этом до тюрьмы. Значит, из-за её перерождения сюжет изменился? Или он всё-таки знал и в оригинале?
Но это уже не имело значения. Дуань Нинцзы снова спросила:
— Тогда зачем ты женился на ней?
Дуань Нинхуан с досадой ответил:
— Я понял это только после того, как мы расписались.
— А что теперь будешь делать?
Дуань Нинхуан не знал, какое решение принять. Раньше он думал, что безумно любит Сунь Линъюань. Готов был сделать для неё всё — даже отдать свою жизнь.
Но сегодня днём он увидел, как она оклеветала его сестру, обвинив в краже, а ночью своими глазами наблюдал, как Хэ Жэньчжэн вошёл в её квартиру. Вдруг вся его любовь словно испарилась.
Сейчас его охватило лишь глубокое замешательство. Всё произошло слишком внезапно, и он не знал, как быть.
Дуань Нинцзы, видя, что он молчит, протянула руку и мягко потрепала его по пепельно-серым волосам:
— Не торопись. Подумай хорошенько — и тогда решишь.
Они ещё немного посидели в машине. В такой тишине легко клонило в сон, и Дуань Нинцзы зевнула — ей захотелось спать.
Но она хотела дождаться, когда Хэ Жэньчжэн выйдет, поэтому изо всех сил боролась со сном.
Дуань Нинхуан сидел, сгорбившись, и всё так же молча смотрел на окна квартиры. Сейчас его жена развлекалась с другим мужчиной. Каково ему было?
Она сама не сталкивалась с подобным, но всё равно почувствовала лёгкую грусть.
А если бы Цинь Юйсэнь был близок с другой женщиной? Что бы она сделала?
Но тут же одёрнула себя: между ними нет чувств, так что его личная жизнь её не касается.
Главное — чтобы он скорее появился и они наконец оформили развод.
Прошло ещё немного времени. Голова Дуань Нинцзы клюнула вперёд, и лоб громко стукнулся о руль. Боль мгновенно разбудила её.
Она потерла глаза и машинально взглянула наверх — свет в квартире уже погас. Видимо, они уже легли спать.
Дуань Нинхуан всё ещё сохранял прежнюю позу. Дуань Нинцзы даже подумала, не окаменел ли он.
— Ахуан, — тихо толкнула она его за голову, — может, поедем домой?
Дуань Нинхуан провёл ладонью по лицу, но ничего не сказал.
Было уже поздно, и вокруг царила темнота. Лишь фонари на обочине упрямо светили, их мягкий свет ложился на крышу машины.
В салоне было тесно. Дуань Нинцзы, будучи миниатюрной, ещё могла пошевелиться, но Дуань Нинхуан, высокий и широкоплечий, вынужден был сидеть, сгорбившись.
Не дождавшись ответа, Дуань Нинцзы решила сменить тему:
— Ахуан, можно задать тебе один вопрос?
Дуань Нинхуан вдруг стал серьёзным, словно повзрослел, и тихо ответил:
— Какой вопрос?
Дуань Нинцзы подобрала слова:
— Ты так хорошо относишься ко всем братьям, почему же постоянно ссоришься с Нинсяо? Вы в детстве дрались?
Насчёт драк — Дуань Нинхуан и Дуань Нинлу всегда жили у дедушки, поэтому с Нинсяо почти не встречались. О драках и речи быть не могло.
В книге, правда, упоминалось, что Дуань Нинхуан часто дрался с Дуань Нинланем. Им было поровну лет, характеры схожи, и в юности из-за любой мелочи могли вспылить.
Дуань Нинхуан покачал головой:
— Нет.
Так и есть — драк не было. Дуань Нинцзы ещё больше удивилась:
— Тогда почему?
Дуань Нинхуан презрительно фыркнул:
— Просто невыносимо смотреть на его высокомерную рожу. Думает, раз дедушка его выбрал, так он обязательно станет главой рода Дуань.
— Вот оно что, — сочувствующе сказала Дуань Нинцзы. — Но ведь дедушка сам решает, кого выбрать. Да и кто знает, рад ли он этому? Он ведь рос без родителей, а дедушка — старомодный человек. Может, он мечтает жить с родителями и завидует нам?
Дуань Нинхуан не верил, что Дуань Нинсяо может им завидовать. Каждый раз, глядя на них, тот, наверное, думал: «Вы, отвергнутые дедушкой ничтожества, даже разговаривать со мной не достойны».
— Ладно, это тебе всё равно не понять. Давай не будем о нём.
Дуань Нинцзы открыла рот, чтобы что-то сказать, но промолчала.
Внутри же она подумала, что обязательно найдёт способ помирить их.
Ей стало невыносимо уставать. Она собралась потянуться, но вдруг чья-то рука прижала её голову.
— Кто-то идёт, — низким голосом произнёс Дуань Нинхуан.
— Кто? — Дуань Нинцзы чуть приподнялась и увидела, как машина Хэ Жэньчжэна выезжает из двора.
Дуань Нинхуан отодвинулся, освобождая место:
— Переходи ко мне. Я поведу.
Дуань Нинцзы не стала медлить и быстро поменялась с ним местами.
Но Хэ Жэньчжэн оказался осторожным. Казалось, он знал, что за ним следят. Выехав из двора, он несколько кругов проехал вокруг квартала. Дуань Нинхуан не осмеливался держаться слишком близко. Через полчаса они увидели, как его машина остановилась у обочины, а сам он исчез.
Они обыскали окрестности, но так и не нашли его. Пришлось возвращаться домой.
По дороге Дуань Нинцзы вдруг вспомнила отличный план. Она тихо сообщила его Дуань Нинхуану — всё решится утром.
На следующий день в театре Дуань Нинцзы начала расследование по делу о пропавшем ожерелье с драгоценными камнями. Она опросила всех из склада и окружения Сунь Линъюань, но большинство отказывались сотрудничать, и она ничего не добилась.
Однако Дуань Нинцзы и не рассчитывала на результат. Весь этот опрос был лишь формальностью. Всё дело было в Сунь Линъюань, и за ней нужно было просто пристально следить.
Сунь Линъюань вела себя спокойно, как обычно, но Дуань Нинцзы всё же заметила кое-что: у неё были отёкшие глаза, и она нанесла плотный слой пудры, чтобы скрыть это.
Примерно в десять утра Хэ Жэньчжэн вызвал Дуань Нинцзы к себе — разумеется, пригласил и Сунь Линъюань.
Дуань Нинцзы уже собиралась идти, как вдруг зазвонил телефон — звонил Дуань Нинцин.
— Ацин...
Последние два дня Дуань Нинцзы была очень занята и почти не бывала дома, поэтому Дуань Нинцин обиженно спросил:
— Фиолетовое сокровище, где ты?
— Когда вернёшься?
Дуань Нинцзы подумала и ответила:
— Вернусь вечером. Ты дома рисуй, я вечером посмотрю.
— Вечером? — Дуань Нинцин недовольно нахмурился. — Во сколько?
— В пять.
— Тогда в пять я тебя буду ждать, — сказал Дуань Нинцин и повесил трубку.
Дуань Нинцзы и Сунь Линъюань направились к кабинету Хэ Жэньчжэна. Они шли почти вплотную, но Сунь Линъюань остановилась, явно дожидаясь, пока Дуань Нинцзы подойдёт.
Заметив её злобное выражение лица, Дуань Нинцзы нарочито сказала:
— Хэ-дагэ сейчас вызвал меня. Наверное, уже выяснил правду.
Глаза Сунь Линъюань сверкнули, она с ненавистью посмотрела на Дуань Нинцзы и сквозь зубы процедила:
— Не радуйся раньше времени.
Дуань Нинцзы легко ответила:
— Тогда прошу вас, госпожа Сунь, просветить меня.
Лицо Сунь Линъюань исказилось — то ли плач, то ли смех, но выглядело ужасно зловеще. Наконец она заговорила:
— Думаешь, Хэ Жэньчжэн будет вечно верен тебе? Рано или поздно ему наскучит, и тогда твоя судьба будет такой же, как у меня.
Дуань Нинцзы поняла, о чём речь. Она приблизилась к Сунь Линъюань и чётко, по слогам произнесла:
— Будь спокойна. Я точно не стану такой, как ты.
Они вошли в кабинет — Хэ Жэньчжэн выбрал для встречи временное помещение.
Едва переступив порог, Дуань Нинцзы спросила:
— Хэ-дагэ, правда уже выяснена?
Хэ Жэньчжэн улыбнулся, погладил её по голове, а затем холодно и отстранённо обратился к Сунь Линъюань:
— Я всё выяснил. Признавайся сама.
Дуань Нинцзы изобразила изумление и, прикрыв рот ладонью, с ужасом уставилась на Сунь Линъюань:
— Это правда она?
Хэ Жэньчжэн бросил на Сунь Линъюань такой бездушный и ледяной взгляд, что у той сердце оборвалось.
Она поняла: в глазах Хэ Жэньчжэна она больше не представляет ценности. Если не подчиниться, последствия будут ещё хуже.
Помедлив, она сказала:
— Это всё я. Я хотела оклеветать тебя. Завидовала тебе. Хэ Жэньчжэн хорошо к тебе относится, Дуань Нинхуан тоже. Я хотела изгнать тебя этим инцидентом.
Дуань Нинцзы давно ждала такого признания. Она протянула руку:
— Отдай мне камни.
Сунь Линъюань не хотела отдавать, но если не сделает этого, Хэ Жэньчжэн неизвестно как с ней поступит. После недолгих колебаний она всё же достала из сумочки ожерелье и протянула Дуань Нинцзы.
— Значит, это ты украла ожерелье? — Дуань Нинцзы осмотрела его и убедилась, что это именно то, что пропало со склада.
Лицо Сунь Линъюань исказилось. Она посмотрела на Хэ Жэньчжэна, пытаясь отрицать:
— Я просто пошутила...
Дуань Нинцзы тоже взглянула на Хэ Жэньчжэна:
— Хэ-дагэ, это действительно просто шутка?
Хэ Жэньчжэн бросил на Сунь Линъюань один лишь взгляд, и та тут же поправилась:
— Да, это я украла. Устраивает?
Именно этого и ждала Дуань Нинцзы. Она продолжила:
— И что ты собиралась делать с украденным?
Сунь Линъюань не боялась наказания — Хэ Жэньчжэн обещал, что не будет её преследовать, и всё уладит.
— Чего ты хочешь?
— Ожерелье я тебе вернула. Чего ещё?
В этот самый момент в кабинет ворвалась целая группа полицейских и мгновенно окружила небольшое помещение.
— Полиция? — Лицо Сунь Линъюань мгновенно побледнело. Она не верила своим глазам и сначала посмотрела на Хэ Жэньчжэна: — Это ты вызвал полицию?
Но тут же поняла, что это невозможно, и перевела взгляд на Дуань Нинцзы:
— Это ты?
Дуань Нинцзы быстро подошла к Хэ Жэньчжэну и обвила его руку, с торжествующим видом заявив Сунь Линъюань:
— Конечно, мы вместе вызвали. Думала, что можешь творить зло и не нести за это ответственность?
Автор оставляет комментарий: Дуань Нинхуан: «Все, кто меня неправильно понял, выстраивайтесь в очередь и извиняйтесь. Фиолетовое сокровище, начинай первой».
Дуань Нинцзы: «Всё это снится. Просто закрой глаза».
После полуночи выйдет ещё одна глава.
Просьба добавить в закладки анонсированные произведения:
1. «Его кошачья жена-принцесса»
Лань Бохэ — белая шотландская вислоухая кошка, получившая разум. Ветеринар предрёк ей паралич в течение месяца, и владелец бросил её, превратив в бездомную.
Лань Исянь — хирург, от природы ненавидящий кошек и собак.
Однажды по дороге домой он увидел грязную, уже раненую Лань Бохэ и, крайне неохотно, подобрал её. Решил: вылечу — и выброшу.
После купания и ухода выяснилось, что Лань Бохэ — настоящая красавица: чистая, с нежно-розовыми лапками, словно кошачья принцесса.
Позже Лань Бохэ пользуется кристаллическим наполнителем, ест корм Royal Canin, живёт в двухсотметровой «кошачьей вилле», сделанной лично её горничным.
Кто-то спрашивает Лань Исяня:
— Ты всё ещё собираешься избавиться от Лань Бохэ?
Лань Исянь отвечает:
— Кто посмеет избавиться от Лань Бохэ — тот лишится моей жизни!
Холодный и сдержанный хирург × нежная и милая вислоухая принцесса.
2. «Попала в драму с заменой невесты»
Мин Тянь переродилась в драматичный роман с заменой невесты.
Муж влюблён в «белую луну» — её родную сестру.
Оригинальная героиня безумно любила мужа и спасла его от пожара, но получила ужасные ожоги.
Муж же, ради своей «белой луны», заставил её пожертвовать почку и яйцеклетки. В итоге она умерла на операционном столе, будучи беременной.
Такого мерзавца пусть забирает кто угодно! Мин Тянь решила срочно сбежать.
Позже, одумавшись, бывший муж послал слугу с картой:
— Передай ей: если станет совсем плохо, пусть скорее возвращается.
Слуга вскоре вернулся с ответом:
— Ваша бывшая жена теперь богаче вас.
— К тому же она только что завела себе молодого актёра из индустрии развлечений. Жизнь у неё прекрасная!
Бывший муж с презрением фыркнул:
— Молодой актёр? Какой мужчина согласится жить за счёт женщины? Передай карточку ему — пусть немедленно уходит от неё.
Слуга замялся:
— Он единственный сын главы конгломерата страны Си... и тоже богаче вас.
А в это время сама женщина, гуляя со своим «молодым актёром», игриво подняла ему подбородок и спросила:
— Говорят, ты живёшь за мой счёт?
http://bllate.org/book/7938/737292
Готово:
