Когда оба, изголодавшиеся, спустились с этажа на ужин, раскаяние Сюй Ваньвань всё ещё не улеглось.
Из-за чрезмерной физической нагрузки перед едой она сегодня съела особенно много. Отставив тарелку, она объявила:
— Ты моешь посуду.
Вэнь Юйцзинь не обиделся. Его длиннопалые руки неуклюже собрали тарелки и чашки и отнесли их на кухню. Убирая посуду в посудомоечную машину, он вдруг вспомнил тот вечер, когда они вместе разбирались, как она работает.
— Ваньвань?
— Мм?
— Я не помню, как её включать. Пойдёшь, покажешь?
Он сказал так вежливо… Может, всё-таки сходить посмотреть?
Сюй Ваньвань поверила ему, хотя сама уже забыла, как это делается. Они присели рядом, чтобы разобраться, но на этот раз всё оказалось проще — быстро нашли нужные кнопки. Когда она уже собиралась встать, на лоб ей неожиданно упал поцелуй. Подняв глаза, она встретила его насмешливый, полный тепла взгляд.
Сюй Ваньвань потерла лоб и пробормотала:
— Ты чего?
Вэнь Юйцзинь не ответил, лишь улыбнулся, докладывая посуду в машину. Как только та заработала, он взял её за руку и повёл прочь. В такую тихую ночь лучше всего остаться наедине.
Кхм… как говорится: «насытившись и согревшись, думаешь о…»
На следующий день Сюй Ваньвань не смогла встать с постели. Когда Вэнь Юйцзинь ушёл, она просто обняла подушку и снова заснула, даже не заметив, когда он вышел.
Вэнь Юйцзинь сел за ноутбук и открыл файлы, присланные частным детективом. Их было два: один — на Чжэн Цинлиня, другой — на Хань Вэньли, которого он заказал ранее.
Сначала он открыл досье на Чжэн Цинлиня. На компьютере Чжэна хранилась зашифрованная папка с подробной информацией о женщинах из его окружения: анализ характера, предположения об их происхождении, составе семьи… Среди них была и Тун Ин — ещё со студенческих лет она значилась как одна из целей.
— Бесстыдник! — Вэнь Юйцзинь долго хмурился, желая немедленно отправить эти материалы родителям Тун Ин — своей тёте и дяде. Но, вспомнив наказ Сюй Ваньвань, сдержал порыв и просто переслал ей копию, чтобы оба были готовы.
Пока Сюй Ваньвань спала и не могла ответить, он закрыл досье на Чжэна и открыл файл на Хань Вэньли.
Согласно данным, за последний год на счёт Хань Вэньли поступила крупная сумма неизвестного происхождения. С тех пор она стала жить роскошно — уровень её расходов явно превышал возможности семьи Хань…
Брови Вэнь Юйцзиня всё больше сдвигались. Он взял телефон и набрал детектива:
— Проверьте, кто перевёл Хань Вэньли те деньги. Это приоритет.
…
Проснувшись, Сюй Ваньвань увидела присланные материалы и похолодела. Первым делом захотелось позвонить Тун Ин и велеть немедленно держаться подальше от такого человека. Но, немного успокоившись, она задумалась, как лучше рассказать подруге правду о Чжэн Цинлине.
Раньше она считала его просто расчётливым выскочкой, стремящимся сделать карьеру за счёт богатой девушки. Но теперь стало ясно: ещё в университете он систематически собирал данные обо всех знакомых девушках. Большинство из них до сих пор поддерживают с ним связь, многие им восхищаются, но ни у кого нет такого происхождения, как у Тун Ин. Чжэн Цинлинь держал с ними дистанцию: не слишком близкую — чтобы не вызывать ревности у девушки, но и не холодную — чтобы не терять контакта.
В его архиве информация о Тун Ин была самой подробной — почти по дням. Уже с первых встреч в университете он сделал вывод, что она единственная дочь состоятельных родителей и наследница крупного состояния. Позже выяснил, что её двоюродный брат — будущий наследник корпорации «Хуамао». Ни одна другая девушка в его окружении не могла сравниться с Тун Ин ни по богатству, ни по связям.
Поэтому в начале третьего года магистратуры он сделал ей предложение — и всё пошло по плану. Сюй Ваньвань смело предположила: его трудоустройство в «Хуамао» тоже не случайность, а заранее просчитанный ход. Если бы семья Тун Ин одобрила их отношения, он получил бы в корпорации наилучшие условия и перспективы.
Она невольно вспомнила, зачем в оригинальной истории Чжэн Цинлинь сближался с «Сюй Ваньвань». Та «Сюй Ваньвань» давно достигла финансовой независимости, имела огромное приданое и безумно любила Чжэна. Будучи замужем, она не требовала от него обязательств, позволяя спокойно переводить её активы в своё имя. Такой союз мгновенно сделал бы его представителем пекинской средней прослойки, а заодно изменил бы судьбу всей семьи Чжэн. Почему бы и нет?
— Что нам теперь делать? — задумалась она вслух. Эти материалы получены не совсем легально, и Чжэн Цинлинь легко может заявить, что это клевета. А Тун Ин так его любит… Как бы они ни поступили, ей будет больно.
Вэнь Юйцзинь оставался спокойным:
— Не волнуйся. Дождись моего возвращения — обсудим вместе.
Его слова придали ей уверенности. Перечитывая документы, она уже могла сохранять хладнокровие.
Сейчас Чжэн Цинлинь ничего не подозревает. Они в тени, он — на свету. У них ещё есть время на выбор. Если же дело дойдёт до официального знакомства с родителями и станет необратимым, Чжэн, человек крайне осторожный, никогда бы не оставил такие компроматы на своём компьютере. Его прошлое далеко не чисто — он обязательно предусмотрел защиту от подобных утечек.
Вэнь Юйцзинь чётко дал понять: он против отношений Тун Ин и Чжэн Цинлиня. Хотя Тун Ин — всего лишь его двоюродная сестра, и он не имеет права решать за неё, своё мнение он обязательно донесёт до её родителей.
Тун Ин расстроилась, но возразить не посмела — авторитет старшего брата для неё всегда был выше родительского.
С трепетом она привела Чжэна домой знакомиться с семьёй. Как и ожидалось, все выступили против, особенно бабушка:
— Ни за что не позволю своей внучке выходить за какого-то нищего студента!
Чжэн Цинлинь смутился, но держался достойно:
— Я люблю Тун Ин. Пока она со мной, я сделаю всё, чтобы дать ей лучшее будущее.
Тун Ин смотрела на него сквозь слёзы, а затем твёрдо заявила:
— Мам, пап, бабушка, я люблю Цинлина и хочу быть с ним.
Мать Тун Ин, женщина мягкая, но решительная, ответила без колебаний:
— Инин, если ты не послушаешь наш совет, мы с отцом прекратим все выплаты — ни карманных денег, ни оплаты учёбы. Если хочешь жить в бедности с ним — живи. Мы не станем вмешиваться и помогать. Но прошу тебя — подумай здраво. Дождись стабильности, а потом решай остальное.
— Сяо Чжэн, надеюсь, вы сдержите слово и позаботитесь о моей дочери.
Отец Тун Ин молчал, не возражая жене. Старшие родственники сочувствовали: бабушка ворчала:
— Глупая ты, девочка! При твоих возможностях кого хочешь найдёшь, а ты вцепилась в этого бедняка. Посмотри на свою сводную сестру — разве плохо она живёт с твоим двоюродным братом?
Тун Ин лишь покачала головой. Её характер был точной копией материнского: раз решила — не передумает.
Сюй Ваньвань, наблюдавшая со стороны, нервно сжала кулаки. Вэнь Юйцзинь заметил её тревогу и успокаивающе погладил по тыльной стороне ладони.
После встречи Тун Ин, оглядываясь на каждом шагу, ушла с Чжэном. Её банковская карта была заблокирована, ключи от квартиры возвращены родителям. Накануне выпуска ей предстояло переехать в общежитие магистратуры, куда она не заглядывала уже три года. Чжэн помог собрать вещи, устроил её в комнате и поспешил уйти — как стажёр в «Хуамао», он должен был удваивать усилия, чтобы остаться в компании.
Через неделю Сюй Ваньвань получила звонок от Тун Ин.
— Сводная сестра, можно у тебя занять немного денег?
Сюй Ваньвань как раз редактировала сценарий:
— Конечно. Сколько?
Тун Ин кусала губу:
— Десять тысяч юаней… Обещаю вернуть как можно скорее. Я уже ищу работу.
— Хорошо, сейчас переведу.
— Спасибо, сводная сестра.
— Не за что. Просто… — Сюй Ваньвань собралась с духом. — Я могу помочь лишь ограниченной суммой. Если Юйцзинь узнает, он рассердится.
Тун Ин покраснела от смущения:
— Понимаю, сводная сестра.
Сюй Ваньвань вздохнула:
— Тун Ин, тебе правда стоит так мучиться дальше?
— Сводная сестра, я очень его люблю.
— Ладно. Желаю тебе удачи с поиском работы и скорейшего обустройства.
Попрощавшись, Тун Ин повесила трубку. Сюй Ваньвань задумчиво смотрела на потемневший экран. Вэнь Юйцзинь сидел неподалёку на диване и, видя её уныние, мягко сказал:
— Не переживай так. Тун Ин сильная. Такие трудности её не сломят.
— Надеюсь, они пройдут это испытание.
Вэнь Юйцзинь улыбнулся и неожиданно направился вниз по лестнице. Сюй Ваньвань встала размяться и последовала за ним. Её маленький кабинет наверху явно уступал просторному кабинету на первом этаже, но он почему-то предпочитал работать именно там, рядом с ней.
— Куда ты идёшь?
Он давно заметил, что за ним следует «хвостик», замедлил шаг, дождался её и взял за руку. Так они спустились в подвальное хранилище, где он держал коллекцию вин. Целенаправленно выбрав одну бутылку, он поднялся к барной стойке, раскупорил её и налил по бокалу.
Сюй Ваньвань сморщила нос:
— У меня очень слабая голова от алкоголя. Ты хочешь меня напоить?
Он, кажется, только сейчас вспомнил об этом, почесал лоб с досадой:
— Можешь просто попробовать на вкус. Думаю, не опьянеешь.
— Это повод для праздника?
— Нет. Просто вспомнил про это вино. Друг подарил — редкое и ценное. После переезда сюда я его не открывал. Решил поделиться с тобой.
Вино играло в бокалах. Она принюхалась — запах алкоголя был не слишком резким. Вдруг ей в голову пришла мысль, и она строго спросила:
— Зачем тебе такая коллекция вин? Неужели ты алкоголик?
— …Напраслина! Просто коллекционирую. Иногда пробую — но никогда не злоупотребляю.
Сюй Ваньвань одобрительно кивнула:
— Ладно. Алкоголиков я терпеть не могу.
Вэнь Юйцзинь смотрел на неё сверху вниз. Её губы, яркие, как цветок, блестели от влаги, и ему нестерпимо захотелось приблизиться, узнать вкус вина на её губах.
Она почувствовала его взгляд и, обеспокоенно потрогав щёку, спросила:
— У меня что-то на лице?
— Нет.
Он вдруг подошёл ближе, поднял её и усадил на барную стойку. Теперь они были почти на одном уровне, но ноги Сюй Ваньвань болтались в воздухе, и ей было немного неуютно.
— Ты потом должен меня снять.
— Хорошо.
Она не спрашивала, зачем он это сделал — по его выражению лица было ясно: просто захотелось. Сегодня он был особенно расслаблен и доволен, наверное, потому что с Тун Ин наметилось решение.
Сюй Ваньвань сделала ещё глоток вина. Алкоголь ей не нравился, но капля помогала расслабиться.
— Кстати, ты сказал, что Тун Ин сильная. А как насчёт меня? Я, по-твоему, сильная или слабая?
В её круглых глазах играла озорная искорка. Вэнь Юйцзинь некоторое время смотрел на неё, потом наклонился и влил ей в рот глоток вина. Их языки встретились, и она невольно проглотила вино, слабо постучав кулачками ему в грудь, чтобы отпустил.
— Прости, — произнёс он без всякого раскаяния, стирая пальцем каплю вина с её губ и тут же вбирая её в себя.
Сюй Ваньвань облизнула губы, не замечая жара в его взгляде, и напомнила:
— Ты так и не ответил.
Вэнь Юйцзинь без колебаний произнёс два слова:
— Гибкая стойкость.
— Что?
— Гиб-кая стой-кость.
С виду мягкая, но внутри — непоколебимая. Очень… привлекательный и трогательный характер.
Сюй Ваньвань не ожидала такого ответа. Что-то в нём казалось странным, но возразить было нечего, и она просто кивнула:
— Неплохо. Это искренне?
— Конечно.
Она допила остатки вина — на самом деле, всего лишь глоток. Едва она отвела бокал от губ, он обхватил её сзади, и его губы снова накрыли её рот, отбирая половину вина. Его язык, охлаждённый вином, ловко и настойчиво искал её язык. Вино потекло по подбородку, стекая по шее на её любимый белый свитер!
http://bllate.org/book/7891/733676
Готово:
