— Не знаю, что делать… — пробормотал Фэн Инь и, не найдя другого выхода, вытащил свою рубашку и просунул её под дверь.
Лэй Юньчэн замерла, увидев рубашку, и слегка покраснела:
— Это же твоя одежда? Так ведь неприлично?
— А тебе «императорские новые наряды» кажутся приличными? Если да — сейчас найду такие.
Фэн Инь тем временем снял мокрую одежду и натянул широкие шорты.
«Прилично», — беззвучно прошептала Лэй Юньчэн за дверью, формируя слова губами. Сейчас она точно не осмелилась бы сказать это вслух.
Его рубашка оказалась на ней огромной. Лэй Юньчэн стояла перед зеркалом и недовольно надула губы. Странно: разве не говорят, что женщина в мужской рубашке выглядит особенно красиво и соблазнительно? Почему же на ней всё получилось так нелепо и совершенно без намёка на изящество?
«Ну и ладно, если некрасива — так некрасива», — вздохнула она, глубоко вдохнула и, собравшись с духом, вышла.
Фэн Инь, закурив сигарету, вытирал волосы полотенцем и бросил на неё холодный взгляд:
— Плоскогрудость — это естественно. Всё остальное — фальшивка.
Он молчал, и Лэй Юньчэн стало неловко. Она поспешила завести безопасную тему:
— Лётчикам разрешают курить?
Фэн Инь сначала решил её проигнорировать, но любопытство взяло верх. Он перекинул полотенце через плечи и поманил её рукой:
— Подойди сюда.
Лэй Юньчэн прыгая, подбежала к нему, изображая невинность. Фэн Инь выпустил струю дыма и, схватив её за подбородок, стал внимательно разглядывать:
— Открой рот.
— А-а-а! — как на приёме у врача, широко раскрыла ротик Лэй Юньчэн, даже издав характерный звук.
— Кто тебе сказал «а»? — нахмурился Фэн Инь. — Улыбнись.
Лэй Юньчэн послушно улыбнулась, прикрыв губами зубы, но тут же получила выговор:
— А с зубами улыбаться умеешь?
— Но ведь у нас принято скромно улыбаться, не показывая зубов…
Не договорив, она вскрикнула от боли — Фэн Инь сильно сжал её подбородок, заставив её оскалиться.
Хм? Эти белоснежные зубки действительно слепили глаза. Фэн Инь отпустил её и снова начал внимательно осматривать — взглядом, будто радаром, прочёсывая её с головы до ног, спереди и сзади.
Лэй Юньчэн игриво позировала ему, изобразив жеманную позу с поднятой ладонью и томным взглядом под углом сорок пять градусов:
— Господин, вам угодно?
Фэн Инь фыркнул:
— Нет, госпожа, вы мне не угодны. Вы что, сделали пластическую операцию?
— Фу! — Лэй Юньчэн инстинктивно плюнула, а потом, заметив, как он занёс руку, проворно отскочила. — Ты слишком обидел меня!
— А как ты тогда стала такой? Где твои брекеты? Где твои одинарные веки? Где твоё пухлое личико? И где твой «здоровый» загар?
В его воспоминаниях Лэй Юньчэн была именно такой — не то чтобы уродливой, но уж точно далеко не красавицей. Особенно запомнились её сверкающие металлические брекеты. Неудивительно, что он сразу не узнал её: с тех пор, как его забрали в лётное училище, они больше не встречались… Шесть лет прошло? Время — настоящий мясник…
Лэй Юньчэн показала ему язык:
— Разве ты не слышал, что девочка за восемнадцать лет может сильно измениться? Брекеты же не навсегда носят! И кто сказал, что если в детстве кожа тёмная, то и во взрослом возрасте она обязательно останется такой?
Она наклонилась ближе, хитро подмигнула и вызывающе произнесла:
— Кстати… Без брекетов целоваться гораздо приятнее, правда?
Она подошла слишком близко. Её глаза, словно виноградинки, блестели, длинные ресницы трепетали, как крылья бабочки, а нежный аромат её тела, смешанный с запахом геля для душа, мягко кружил голову Фэн Иню.
Он вдруг вспомнил, как несколько лет назад, когда сам был ещё подростком, издевался над ней:
— Ой-ой, маленькая стальная зубастик! Скажи-ка, кто поцелует тебя, когда у тебя будет парень? Не порежет ли он себе язык?
Та девочка тогда была совсем не такой дерзкой — её губки задрожали, и она вот-вот готова была расплакаться. Фэн Инь злорадно усмехнулся:
— На самом деле, я тебя очень люблю. Жаль только за свой язык — не осмелюсь рискнуть первым поцелуем. Так что береги его для меня, пока я не наберусь храбрости вернуться и забрать своё.
А потом его действительно забрали в лётное училище. После этого он редко бывал дома и почти не видел Лэй Юньчэн. Иногда, возвращаясь, он слышал от Лэй Ичэна, что у неё много учёбы, и больше не звал её гулять. Со временем он просто забыл, что в его жизни вообще была такая девчонка… А теперь она сама напомнила о себе таким неожиданным способом.
Действительно, «девочка за восемнадцать лет может сильно измениться». Теперь у неё не было брекетов, глаза сияли живостью, пухлое личико исчезло, подбородок стал изящным, рост увеличился — вся она будто фарфоровая куколка, особенно эти нежно-розовые губки… Прямо хочется… поцеловать.
Фэн Инь собрался с мыслями и посмотрел на неё, как на чудовище. Он ткнул пальцем ей в лоб и отстранил:
— Твой брат, увидев тебя такой, заплачет. Как ты вообще осмелилась целовать мужчину, если у тебя даже второго размера нет? Горжусь тобой.
Лэй Юньчэн поняла, что он имеет в виду её грудь, и, потянув за край рубашки, смутилась:
— Что значит «горжусь»?
— Ну, «горжусь» — это… — Фэн Инь запнулся. Да, в самом деле, что это значит?
Лэй Юньчэн ждала ответа, моргая глазами, но Фэн Инь вдруг перевёл взгляд:
— Эй, стальная зубастик… То есть, Чэнчэн!
Увидев, как она тут же нахмурилась, он поспешил использовать её прозвище.
— Неужели ты нарочно прыгнула в бассейн, сделала вид, что не умеешь плавать, чтобы я тебя спас, а потом решила меня соблазнить?
Разоблачена!
Но Лэй Юньчэн осталась совершенно спокойной. Она глуповато улыбнулась, в уголках губ мелькнула едва уловимая горечь:
— Кажется, кто-то обещал, что первый поцелуй должен быть для него?
Глаза Фэн Иня мгновенно потемнели, взгляд стал острым, как клинок. Лэй Юньчэн испугалась и инстинктивно отступила на полшага:
— Это же мой подарок на день рождения!
Фэн Инь прищурился и пристально посмотрел на неё:
— Лэй Юньчэн, у меня такое чувство, что ты хочешь поступить в лётное училище не ради полётов.
Лэй Юньчэн не отвела глаз и смело встретила его взгляд:
— О? И что же, по-твоему, я хочу?
Фэн Инь точно не ошибся: в её глазах мелькнул огонёк решимости и уверенности в победе.
...
После вечерних занятий в комнате для самостоятельных занятий звенел звонок уже давно, но Янь Ци, закончив последнюю задачу и закрыв тетрадь, огляделась — в помещении остались только она и Лэй Юньчэн. Она собрала вещи и подошла к последней парте:
— Уже который час, а ты всё ещё не идёшь домой? Хочешь ночевать здесь?
— Завтра опять контрольная, а я ещё не повторила всё важное, — нахмурилась Лэй Юньчэн и вдруг вспомнила что-то, торопливо собирая книги.
— Вся книга, кроме предисловия и оглавления, состоит из важного. Ты успеешь всё выучить? — Янь Ци бросила на неё презрительный взгляд. — Да и вообще, разве не ты всегда получаешь первую оценку? Зачем так усердствовать? Для кого стараешься?
Лэй Юньчэн многозначительно подмигнула:
— А ты сама? Для кого стараешься?
Янь Ци, обычно уверенная в себе, на этот раз смутилась и покраснела. Девушки весело болтали, выходя из школы. На улице, кроме редких прохожих, никого не было.
— Эй, Лэй Ичэн сегодня не приедет за тобой?
Дом Лэй Юньчэн находился далеко от школы, и иногда Лэй Ичэн, проезжая мимо после работы, забирал её. Янь Ци была лучшей подругой Лэй Юньчэн, и хотя их дома находились в разных направлениях, Лэй Ичэн всегда вежливо довозил и её. Янь Ци давно питала к нему особые чувства, но Лэй Ичэн, похоже, ничего не замечал. Янь Ци была умной девушкой и не спешила раскрывать свои чувства — ей было достаточно просто часто видеть его.
Лэй Юньчэн взглянула на часы:
— Наверное, у него сейчас дело. В последнее время он очень занят, я его почти не видела.
Она хотела сказать Янь Ци, что Лэй Ичэн вовсе не ищет девушку её типа и что у него уже есть кто-то на примете. Но каждый раз, когда она пыталась заговорить об этом, Янь Ци умудрялась уйти от разговора. Постепенно Лэй Юньчэн поняла, что подруга, возможно, и сама всё знает, поэтому больше не поднимала эту тему.
Раз Лэй Ичэна нет, девушки распрощались и пошли по домам.
Фэн Инь на этих каникулах отдыхал, будто только что вышел на свободу. Не то чтобы он специально бездельничал — просто жизнь в части была крайне однообразной: полёты, тренировки, учения, год за годом одно и то же. Развлечений почти не было, а отпуск короткий — надо было успеть расслабиться. Однако вскоре он понял, что уже скучает по службе…
Сегодня была встреча со старыми друзьями. Все пришли со своими парами, компания собралась большая, кто-то даже арендовал целое помещение, чтобы хорошо повеселиться. Фэн Инь допил последний глоток вина и почувствовал скуку. Попрощавшись с товарищами, он ушёл.
Раньше все его друзья, кроме Лэй Ичэна, выбрали путь бизнеса, следуя семейным традициям. Возможно, из-за службы в армии Фэн Инь всё чаще замечал, что не одобряет их образа жизни и манер. Он даже усмехнулся про себя: если бы не упрямство юности, которое заставило его выбрать путь лётчика, скорее всего, сейчас он был бы одним из них.
Подойдя к парковке и уже собираясь сесть в машину, Фэн Инь услышал за спиной чёткий стук каблуков, приближающихся к нему. Он обернулся и, узнав женщину, которая шла к нему, лениво улыбнулся.
http://bllate.org/book/7735/721946
Готово:
