Видя, что она не двигается, он снова захлопал в ладоши:
— Отличная бдительность.
Хлопки смолкли — и тон его речи мгновенно изменился:
— Но ты ешь то, что приготовил Бэй Чэньфэн, а моё — нет. Мне будет обидно, знаешь ли…
«…»
Что за дурацкое «знаешь ли»!
— Съешь — и я вылечу его раны. Устроит?
Её слабое место оказалось под ударом.
Она нехотя опустилась на место.
Но теперь брат остался недоволен.
— Сысюэ, ты меня глубоко разочаровала… Как ты можешь привязываться к этим людям? Как только у человека появляется слабость, он становится уязвимым. Они лишь погубят тебя.
Чёрт! Кулаки сжались до хруста — хочется врезать кому-нибудь.
Я пришла забрать у него жизнь, а не слушать нравоучения за обедом!
Цзян Фэнцзюэ заметил, как брови сестры нахмурились под углом, и понял: она злится.
Но гнева мало. Нужна безжалостность. Бесчувственность.
В этом иллюзорном мире лишние эмоции ни к чему — особенно любовь, а уж тем более дружба.
Все четверо, запертые в темнице, должны умереть.
Бэй Чэньфэн — человек, который даже не знает собственного сердца, не достоин любви сестры. Он должен умереть.
Ли Юэсинь — та, что ради денег готова продать кого угодно, без всяких принципов, не заслуживает быть подругой сестры. Она должна умереть.
Чжан Юй — всего лишь дух красной хлопчатки, годный лишь в качестве удобрения для сестры. Из него можно сварить пилюлю.
Хуан Синьмин — обычный прислужник, разве что на корм акулам сгодится.
Нань Сысюэ не знала, что судьба четырёх несчастных уже решена. Она всё ещё искала способ убить этого странного «буддийского монаха».
С того самого момента, как она села, он не переставал болтать, сыпать моралью и наставлениями, пока у неё в ушах не завелись мозоли.
В конце концов, она выбрала самый прямой и решительный способ.
Опрокинуть котёл!
Она прилепила несколько взрывных свитков к огромному котлу и пнула его ногой так, что тот перевернулся и полетел прямо на него.
Все его нравоучения утонули в грохоте взрыва.
Этот неожиданный ход Нань Сысюэ застал противника врасплох. Пока взрыв ещё не стих, она метнула ещё несколько свитков громового огня.
Средняя часть ствола Древа Подпорки Небес вспыхнула, и обитающие внутри полулюди-звери в панике выскочили наружу.
— Кто взорвал дерево?!
— Беда! В покоях Его Величества пожар! Быстрее тушите и спасайте Его Величество!
Полуводные звери методично брызгали водой, сбивая пламя.
В центре огненного ада Цзян Фэнцзюэ был окружён кольцом мужских змеелюдей и не получил ни единой царапины.
Он выглядел ошеломлённым — видимо, не ожидал такой ярости от сестры. Несколько минут он стоял в прострации, а потом пожал плечами и расхохотался.
Нань Сысюэ, прячась под щитом невидимости, услышала его смех и потемнела лицом.
«Чёрт возьми, даже это не убило его!»
Она уже собиралась использовать свиток молнии, чтобы усилить урон, но не успела — её схватил один из всадников на небесных конях.
Два всадника зажали её плечи по бокам, третий приставил клинок к шее.
Когда полуводные звери потушили огонь, а дым и пар ещё не рассеялись, она различила в тумане четыре знакомые фигуры.
Как только туман рассеялся, перед ней предстало лицо Цзян Фэнцзюэ.
Он поманил четвёртого всадника на небесном коне.
Тот быстро привёл в чувство четверых несчастных.
Чжан Юй очнулся первым и сразу же закричал:
— Вы, мерзавцы, немедленно отпустите мою жену!
Цзян Фэнцзюэ с любопытством протянул:
— Так ты муж моей сестры?
Чжан Юй обернулся и увидел трёхлетнего ребёнка. Его лицо исказилось презрением:
— Мелкий сосунок, не вмешивайся не в своё дело!
Нань Сысюэ облилась холодным потом. Этот глупец живёт последние минуты.
И действительно, в следующую секунду всадник на небесном коне дал ему пощёчину, и половина лица Чжан Юя распухла, словно свиная голова.
Цзян Фэнцзюэ посмотрел на Нань Сысюэ и спросил с неясным намёком:
— Сысюэ, он правда твой муж?
— Нет, — ответила она без малейшего колебания.
Он поднял указательный палец и дотронулся им до Чжан Юя сквозь воздух.
Тело Чжан Юя начало взрываться — бум, бум, бум! — и в мгновение ока он превратился в кровавое месиво.
Туаньлюй, сидевший у ног Нань Сысюэ, тоже дрогнул от ужаса.
Нань Сысюэ сочувствовала ему, но не выказала ни тревоги, ни печали — никаких эмоций на лице.
Цзян Фэнцзюэ остался доволен её реакцией и спросил:
— Сварить из него пилюлю и дать тебе съесть — как тебе такое?
Услышав эти слова, Нань Сысюэ непроизвольно сжала зрачки, а сердце в груди забилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется наружу.
«Страшно до жути!»
Но раз он спрашивает её мнение, значит, Чжан Юя ещё можно спасти?
Она недолго думала и ответила:
— Он такой уродливый — я есть его не хочу!
Цзян Фэнцзюэ кивнул, будто понял её намёк, и перевёл внимание на следующую — указал на Ли Юэсинь.
— Эта особа — «хорошая подруга», которую тебе подсунул директор. Ради денег она готова на всё. Если бы я не подправил их переписку, сестрёнка, ты сейчас шла бы прямиком к гибели.
Такого человека я убью за тебя — хорошо?
Опять за своё!!!
Что он вообще задумал?!
Нань Сысюэ пристально смотрела ему в глаза, пытаясь уловить истинный замысел.
Ли Юэсинь в эту секунду испугалась до смерти — она не хотела умирать!
— Сысюэ, я ничего не знала! Меня обманули! Не верь этому ребёнку!
Цзян Фэнцзюэ издалека дал Ли Юэсинь пощёчину и снова спросил Нань Сысюэ:
— Ну как?
Стоило ей кивнуть — и голова Ли Юэсинь отделилась бы от шеи.
Этот маленький монстр ещё страшнее, чем Маскиный человек!
Разве на Континенте Систем хоть кто-то нормальный?
Не дождавшись ответа, Цзян Фэнцзюэ перевёл взгляд на Бэй Чэньфэна.
Он принялся избивать этого ненавистного красавчика. Пока сестра не скажет «стоп», будет бить без остановки.
Бэй Чэньфэн терпел боль молча, не издав ни звука. Половина его маски разлетелась вдребезги, обнажив сморщенное, изуродованное лицо.
Он понимал свою ситуацию: нельзя становиться заложником, через которого могут шантажировать старшую сестру. Даже если придётся умереть — никогда не позволит ей спасти себя ради него.
Нань Сысюэ сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони до крови.
Не выдержав, она выплеснула всю мощь своего духовного усилия, направив волну на этого мерзкого ребёнка.
Первыми отлетели три всадника на небесных конях, стоявших рядом с ней. Затем — трое перед ней. И наконец — Цзян Фэнцзюэ и змеелюди.
Она хотела спасти только одного человека.
Того мужчину, которому была обязана жизнью уже не раз.
Неважно что — но она не допустит, чтобы Великий Мастер погиб у неё на глазах!
Отбросив остальных, она бросилась к Бэй Чэньфэну, схватила его и активировала свиток телепортации вместе с Талисманом невидимости, чтобы скрыться.
В наше время даже бегство превратилось в целое искусство.
Цзян Фэнцзюэ снова оказался в безопасности — змеиное тело обвило его, как щит. Ничего не случилось. Он облизнул губы, и его взгляд стал ещё более загадочным.
— Бросьте этих троих в Небесную Яму.
Небесная Яма — это яма, кишащая ядовитыми насекомыми. Попав туда, человек будет укушен до смерти.
Ли Юэсинь не знала, что это за место, но инстинкт подсказывал: опасность.
Кто бы мог подумать, что её «золотой спонсор» — всего лишь мошенник! Все те десять миллиардов, миллиард — всё ложь!
Миллиард?
Он велел мне спасти этого уродца… Значит, он не хочет его убивать?
Но если собирается убить — зачем тогда спасать?
Это же полный абсурд!
Нет, надо сохранять хладнокровие и не терять голову!
Три всадника на небесных конях подошли и, словно цыплят, подхватили троих несчастных.
Именно сейчас!
Ли Юэсинь воспользовалась моментом и закричала:
— Ты не можешь нас убить! Если ты это сделаешь, Сысюэ никогда тебя не простит! Ты только оттолкнёшь её! Я знаю её — я могу вернуть её к тебе!
Чжан Юй, с опухшим лицом и перекошенным ртом, не мог говорить, но мысленно кричал:
«Если убьёшь меня, Сюэ никогда не станет Королевой!»
Пусть другие считают его второстепенным персонажем — он главный! Именно он — величайшая поддержка Нань Сысюэ!
Правда, её выбор спасти именно уродливого Бэй Чэньфэна глубоко ранил его.
Раньше он завидовал Бэй Чэньфэну, думая, что под маской скрывается лицо, от которого захватывает дух. А оказалось — изуродованное, отвратительное.
«Я красивее него! Почему она не спасла меня? Ууу…»
Цзян Фэнцзюэ слегка приподнял уголки губ. Именно такого эффекта он и добивался.
Махнув рукой, он велел всадникам уводить пленников.
Сколько бы ни кричала и ни умоляла Ли Юэсинь — он не изменил решения.
Хуан Синьмин стиснул зубы и посоветовал ей:
— Хватит, сестра Синьсинь. Он не послушает. Лучше сохрани силы и ищи шанс сбежать!
Он говорил это прямо при всадниках, не боясь, что те помешают.
При абсолютном превосходстве сил скрывать планы бессмысленно — всё равно бесполезно.
Ли Юэсинь немного успокоилась, но в душе кипела обида. Одиннадцать миллиардов превратились в прах — конечно, больно. А скоро и сама жизнь оборвётся — конечно, страшно.
Если бы время можно было повернуть вспять, она бы никогда не обманула Нань Сысюэ!
Сейчас она жалела!
Кто-нибудь, спасите её!
Великолепная госпожа Ли превратилась в нечто хуже уличного нищего.
Макияж потёк, тело покрылось кровью, и боль — душевная, головная, телесная — стала невыносимой.
Нань Сысюэ, таща раненого Великого Мастера, не ушла далеко — даже медленнее, чем Ли Юэсинь с компанией.
Три всадника на небесных конях пронеслись мимо неё с тремя несчастными, направляясь к Небесной Яме.
Благодаря невидимости они не замечали её и Бэй Чэньфэна.
Нань Сысюэ не собиралась их спасать, но Туаньлюй попросил её выручить Чжан Юя, и она неохотно последовала за ними.
Бэй Чэньфэн был счастлив, что старшая сестра спасла его, но не хотел быть обузой:
— Сестра, иди спасай их. Не заботься обо мне — я справлюсь сам.
Глиняное водохранилище Хайтао при этих словах аж подпрыгнуло от удивления.
«Что?! Учитель сошёл с ума?»
Нань Сысюэ рявкнула:
— Замолчи! Я же просила уйти — ты не послушался, полез за мной. Вот и получай! Так что с этого момента ты делаешь всё, что я скажу, и не смей мешать!
Она ведь никогда не бросит этого беспомощного Великого Мастера!
Бэй Чэньфэн выглядел как провинившийся ребёнок, готовый заплакать. Он всхлипнул и кивнул.
Хайтао смотрел на него, остолбенев.
«Это мой учитель?!»
Нань Сысюэ вытащила Хайтао из рукава и сунула Бэй Чэньфэну:
— Хайтао, присмотри за своим учителем. Не давай ему бегать куда попало.
— А? А-а… — пробормотал Хайтао, глядя вверх на незнакомого учителя.
Бэй Чэньфэн, скованный наручниками, мог лишь держать его на раскрытых ладонях.
«Говорящее глиняное водохранилище — как интересно!»
Но почему сестра сказала: «Присмотри за своим учителем»?
Нань Сысюэ не обращала внимания на их недоумение. Она повела их к небольшому холму.
Там, на самой вершине, остановились три всадника и трое пленников.
Чжан Юй, увидев содержимое ямы, побледнел как смерть.
— Девять жизней! — прохрипел он невнятно и начал отчаянно вырываться.
Ли Юэсинь и Хуан Синьмин тоже побелели.
Столько ядовитых змей, пауков и скорпионов! Одного взгляда достаточно, чтобы волосы дыбом встали. А их собираются туда сбросить?
Они предпочли бы отрубание головы!
И они тоже начали бороться: пинались, бились головами, кусались — использовали всё, что могли.
Трое всадников на небесных конях, потеряв терпение, уже готовы были оглушить их, но внезапно оказались парализованы.
Нань Сысюэ метнула три парализующих талисмана и остановила всадников.
Увидев, что те застыли, Чжан Юй и компания немедленно бросились бежать.
Нань Сысюэ подбросила им ещё по три Талисмана невидимости, скрыв их от глаз.
Когда становишься невидимым, ты теряешь ощущение собственного тела.
Они бежали к морю, не думая ни о чём другом.
Прошло меньше двух минут, как талисманы на всадниках рассыпались в прах. Едва обретя подвижность, они тут же рванули в погоню.
Цзян Фэнцзюэ, сидя на плечах змеелюдя, поднялся на холм. На лице играла довольная улыбка — будто отлично повеселился.
— Сысюэ, Сысюэ… Какая же ты добрая! Спасаешь всех подряд — это плохая привычка, знаешь ли.
Он знал, что сестра где-то рядом, и нарочно говорил вслух, чтобы она слышала.
— Тем, кому суждено умереть, всё равно не избежать смерти. Ты можешь спасти их на время, но не навсегда. Почему ты не понимаешь этой простой истины?
Нань Сысюэ не обращала на него внимания и тянула Бэй Чэньфэна в другом направлении.
Цзян Фэнцзюэ посмотрел ей вслед и махнул рукой.
Тело Бэй Чэньфэна внезапно вырвалось из её хватки и полетело назад.
— Великий Мастер!
Нань Сысюэ не удержала его и сама упала на землю, беспомощно наблюдая, как его уносят обратно.
Это непроизвольное обращение показалось Бэй Чэньфэну странным.
«Кого зовёт сестра?»
Хайтао, почуяв беду, тут же спрыгнул с его рук и спрятался — самосохранение превыше всего.
http://bllate.org/book/7707/719821
Готово:
