× ⚠️ Внимание: Уважаемые переводчики и авторы! Не размещайте в работах, описаниях и главах сторонние ссылки и любые упоминания, уводящие читателей на другие ресурсы (включая: «там дешевле», «скидка», «там больше глав» и т. д.). Нарушение = бан без обжалования. Ваши переводы с радостью будут переводить солидарные переводчики! Спасибо за понимание.

Готовый перевод The Delicate Flower I Raised is Bent on Dying / Нежный цветок, который я вырастила, жаждет смерти: Глава 14

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

— Хорошо, тогда я пойду с тобой! — Сяо Ли, ничего не подозревая, поддалась решимости Юй Фэй, сделала пару шагов вперёд и пошла следом за ней.

— …Сяо Ли-цзецзе, я хоть и решила войти, но не могу гарантировать, что выберусь оттуда. А вдруг ещё и тебя подставлю?

Сяо Ли улыбнулась немного неловко, но при ближайшем рассмотрении в этой улыбке явственно чувствовалась натянутость.

— В иллюзии мать видит всех, кроме меня.

Девушка тут же сменила тон на более лёгкий:

— Пойдём! Я уже несколько раз бывала в иллюзии и хорошо знаю местность. Тебе лучше следовать за мной — так ты избежишь лишних поворотов.

*

Божественное море, остров Цинъе.

В Дворце Четырёх Времён лёгкий ветерок слегка покачнул ярко горящие свечи. В следующее мгновение в пустом зале возник человек.

Чжу Кан, держа в одной руке нефритовую подвеску с записью, а другую спрятав за спиной, слегка поклонился Сюй Ханю, который стоял за Священным Троном и задумчиво смотрел на него.

— Мэн Мин передала сообщение: у Юй Фэй возникли проблемы, она пока не сможет вернуться.

— Хм, — коротко отозвался Сюй Хань и спросил: — Что случилось?

— Её подругу заперли на горе Ши. Девушка спешит на помощь.

Сюй Хань фыркнул:

— Боюсь, её спасательный порыв не успеет за чужой злобой.

Уголки глаз Чжу Кана дрогнули:

— Судя по твоим словам, ты не злишься на неё за то, что она самовольно вошла в Запретную зону Четырёх Времён, а, наоборот, переживаешь?

Сюй Хань бросил на него раздражённый взгляд:

— Осенняя иллюзия недоступна никому без разрешения Вэнь Яня. Раз она получила его согласие — значит, это не самоволие.

— Верно, — согласился Чжу Кан, убирая подвеску. — К тому же феникс и дерево ву тунь издревле притягиваются друг к другу. Теперь понятно, почему Юй Фэй смогла войти — это вполне естественно.

— У меня к тебе ещё одно дело, — продолжил он. — Ло Син несколько дней назад пристал к Мэн Мин, а теперь, когда она уехала, он вцепился в меня. Этот сорванец невыносимо шумит — голова раскалывается.

— Как там дела у Чан Си? Он видел Вэнь Яня? Когда, наконец, заберёт этого сорванца?

Как только Сюй Хань услышал этот вопрос, его лицо, и без того напряжённое, окончательно потемнело. Он раздражённо процедил:

— Тот сейчас во дворце Феникса и поставил защитный барьер. Чан Си не может туда попасть.

Свечи в зале задрожали трижды.

— …На что ты злишься? — Чжу Кан усмехнулся. — Подумай сам: будь ты на месте Вэнь Яня, захотел бы ты возвращаться?

Холод в глазах Сюй Ханя не рассеялся от этих слов — наоборот, он стал ещё яростнее.

— Мне плевать, вернётся он или нет! Пусть хоть сдохнет где-нибудь! Но ты знаешь, что в тот день, когда он ушёл, в Запретной зоне Четырёх Времён появился Иньинь?!

Снег за окном тихо посыпался на подоконник, и воздух в зале словно застыл.

— Что?! — выражение Чжу Кана, обычно спокойное и уравновешенное, мгновенно исказилось. — Как так? Почему раньше не сказали?

Лицо Сюй Ханя стало серьёзным. Он смотрел на Чжу Кана, и в нём наконец проявилась вся тяжесть ответственности Повелителя Четырёх Времён:

— Я лично проверил Запретные земли только после прибытия Бэй Юнь из рода Яо. Следы Иньиня почти стёрлись — скорее всего, и Юй Фэй, и Вэнь Янь уже вмешались.

Он опасно прищурился.

— Но неизвестно, на кого именно был направлен удар… или с кем они сотрудничали.

Чжу Кан обеспокоенно нахмурился:

— Значит, ты послал Мэн Мин и Чан Си на их поиски из-за тревоги?

Эти слова, похоже, снова задели больное место Сюй Ханя. Его брови вновь нахмурились:

— Один — враг, другой — бесполезный бог! О чём тут тревожиться?

— Я их подозреваю.

— … — Чжу Кан махнул рукой, отказавшись ввязываться в спор с таким непостоянным человеком. — Дело с Иньинем крайне серьёзно. Не позволяй эмоциям мешать разуму.

— Не нужно мне этого говорить.

*

Луна скрылась за ивовыми ветвями, звёзды утонули в Млечном Пути.

Сюй Хань и Чжу Кан обсуждали происшествие с Иньинем.

Мэн Мин, получив сообщение от Юй Фэй, прекратила выносить камни из пещеры.

Чан Си по-прежнему стоял за пределами защитного барьера дворца Феникса.

А Юй Фэй уже вместе с Сяо Ли вошла в иллюзию Цзяо Юнь.

Как только она ступила в воду, то сразу поняла, что не намокла. Перед ней была полная темнота, но никакого дискомфорта она не чувствовала. Она осторожно вдохнула.

В тот миг, когда воздух коснулся её лёгких, её ступни уже коснулись земли. Подняв голову, она увидела перед собой зелёные горы и прозрачные воды, окутанные туманом.

Пение горных птиц и кукушек наполняло воздух. Пейзаж напоминал тот, что был за пределами иллюзии: изящные горные вершины, свежие и яркие краски. Лишь светлое небо, в отличие от настоящей ночи, выдавало, что всё это — иллюзия.

— Идём за мной, — тихо позвала Сяо Ли, стоявшая рядом.

Юй Фэй кивнула и молча пошла следом, размышляя, как же разрушить иллюзию Цзяо Юнь.

Перед входом Сяо Ли рассказала ей, что иллюзия основана на самом мучительном воспоминании из жизни Цзяо Юнь.

Иллюзия будет бесконечно повторять этот отрезок прошлого — от начала до конца. Если её не разрушить, цикл продлится вплоть до гибели самой Цзяо Юнь.

Сяо Ли не сказала прямо, о чём идёт речь, и Юй Фэй тоже не стала расспрашивать. Но обе прекрасно понимали: речь шла о предательстве Минь Синя. Больше ничего не требовалось уточнять.

Когда Юй Фэй и Сяо Ли шли по горной тропинке к бамбуковому домику Цзяо Юнь, они внезапно увидели Минь Синя.

Мужчина будто не замечал их и направлялся туда же, куда и они — к домику Цзяо Юнь.

Сяо Ли, чьи шаги до этого были довольно бодрыми, внезапно замерла. Она смотрела на проходящего мимо мужчину в белоснежных одеждах с чистым, но полным недоумения и неприязни взглядом.

Она так и не могла понять, почему Минь Синь предал мать, из-за чего та исчезла — и поэтому не любила его.

Юй Фэй не решалась вмешиваться в чужие семейные дела, но мягко сказала:

— Всё, что происходит в иллюзии, — лишь отголоски прошлого. Сейчас главное — помочь Владычице Цзяо Юнь разорвать этот круг и освободиться от уз. Сяо Ли-цзецзе, не позволяй воспоминаниям ранить тебя. Я сделаю всё возможное.

Сяо Ли кивнула:

— Пойдём. В прошлые разы, когда я входила, его не было. Наверное, он появился потому, что ты здесь.

Юй Фэй посмотрела на удаляющуюся спину мужчины и серьёзно добавила то, что Сяо Ли не договорила:

— Значит, испытание Владычицы уже началось.

— Пойдём.

Они ступили на тропу, по которой только что прошёл Минь Синь. Утром прошёл небольшой снежок, и дорожка стала немного грязной. На ней отчётливо виднелись широкие следы его обуви.

Появление Минь Синя сделало атмосферу тяжёлой. Юй Фэй не решалась заговорить — боялась сказать лишнее.

Зато Сяо Ли, явно не вынося молчания, то и дело оглядывалась по сторонам. Наконец, увидев впереди фигуру Минь Синя, она с грустью нарушила тишину:

— Он приходил к матери всего три раза.

— В первый раз он пришёл на главную гору и остался на два месяца.

— Тогда мать была вся поглощена заботами обо мне — я родилась слабой, и она искала для меня лекарства повсюду. У неё просто не было времени обращать на него внимание.

— Но ему это было всё равно. Не найдя жилья, он спал на деревьях. Мать его игнорировала, а он всё равно что-то бормотал себе под нос. Так прошли два месяца, а мать так и не взглянула на него. Тогда он ушёл. Во второй раз он вернулся с лекарством для меня — и тогда мать начала с ним разговаривать.

— После этого мать часто ходила к нему на другую главную гору. Каждый раз, возвращаясь, она рассказывала мне, как он её любит и как добр к ней. Она даже сказала: «Если будешь искать мужа, выбирай такого, как Минь Синь — умеющего любить».

— Я, конечно, радовалась за мать, но после свадьбы она запретила мне называть его отцом и даже видеться с ним.

Небо окрасилось в дымчато-серый оттенок, и начал моросить дождик. Юй Фэй подошла ближе к Сяо Ли и, не прерывая рассказа, одним движением руки вызвала из воздуха небольшой зонт с красным шёлковым верхом, украшенный лёгкими перьями и кисточками. Она раскрыла его над ними обеими.

— Наверное, мать давно знала, что Минь Синь её не любит, — продолжала Сяо Ли. — Просто она слишком верила его клятве у целебного источника: «До самой седины не расстанемся».

Автор оставил комментарий:

— Я не договорила. Во второй раз, когда он ушёл, у нас с ним и с матерью уже сложились тёплые отношения. Поэтому вскоре он снова вернулся.

— Вот и он, — Сяо Ли остановилась, её глаза наполнились воспоминаниями.

Пока она говорила, они уже добрались до бамбукового домика на вершине горы. Обе девушки стояли под зонтом на покрытых мхом каменных плитах у входа и смотрели на двух людей внутри.

Цзяо Юнь и Минь Синь уже некоторое время спорили.

Тяньлу, лежавший без сознания на низкой скамье, исчез. Цзяо Юнь, будто не замечая Юй Фэй, держала меч, остриё которого безжалостно упиралось в грудь Минь Синя.

Женщина, даже в гневе сохранявшая мягкость, спокойно сказала:

— Я говорила: больше не приходи на гору Ши.

— Моя гора тоже называется Ши. Почему я не могу прийти? — ответил мужчина, внешне ничем не примечательный, но с твёрдым голосом.

Цзяо Юнь направила меч на его гору, резко повернула запястье — и из острия вырвалась вспышка света, которая со сверхъестественной скоростью ударила в вершину.

Гулкий грохот разнёсся по округе. В мгновение ока половина горы обрушилась: деревья были аккуратно расколоты пополам, обломки и земля покатились вниз.

— Гору Ши может быть только одна, — мягко сказала Цзяо Юнь, возвращая меч в ножны. Её томные глаза спокойно смотрели на Минь Синя, как будто предупреждая:

— Владыка Минь Синь, уже поздно. Возвращайтесь. То, чего вы хотите, я никогда не отдам.

Она повернулась спиной, и её решительные слова прозвучали немного напряжённо. Рука, сжимавшая рукоять меча, дрожала.

Едва она это произнесла, за её спиной Минь Синь вдруг согнулся от боли и начал обильно извергать кровь.

Цзяо Юнь мгновенно обернулась. Её взгляд скользнул по ярко-алой крови на деревянном полу, и сила покинула её руку. Меч громко звякнул, упав на землю. Выражение её лица стало страдальческим и беззащитным.

Юй Фэй, стоявшая в отдалении, отлично видела, как женщина машинально подняла руку, но тут же сдержала порыв и, с трудом сдерживая эмоции, сказала:

— Не думай о ней здесь. Это вызывает отвращение.

Её мягкий тон резко сменился на ледяной.

Минь Синь, стоя на коленях и опираясь на руку, всё ещё извергал кровь. Слёзы, вызванные мучительной болью, капали в лужу крови. Он с красными от слёз глазами посмотрел на Цзяо Юнь:

— Я уже вынес это наказание ради тебя. Что ещё тебе нужно, чтобы отпустить меня? Юнь-эр, разве ты не любишь меня?

Цзяо Юнь, будто услышав самый нелепый анекдот, на миг потеряла контроль над лицом. Она с навязчивым отчаянием спросила:

— А ты любишь меня?

Перед её взглядом мужчина молчал. Цзяо Юнь горько усмехнулась:

— Это наказание ты заслужил сам.

— Клятва у целебного источника: за каждое лживое слово — мучения сердца, — пояснила Сяо Ли, боясь, что Юй Фэй не поймёт.

Когда Минь Синь ухаживал за Цзяо Юнь и женился на ней, он произнёс у целебного источника множество лживых клятв. Он не знал, что источник запоминает каждое слово.

За любую ложь — вечные муки.

— Значит, — осторожно сказала Юй Фэй, — Минь Синь страдает от мучений сердца и кровавой рвоты потому, что предал Владычицу Цзяо Юнь и в сердце своём думает о другой женщине?

— Да. Даже мысли о ней вызывают у него эту боль, — сказала Сяо Ли с горечью, но без жалости. — Но это его заслуга за предательство матери.

Юй Фэй кивнула и снова уставилась на противостоящих друг другу людей.

Но в тот момент, когда всё её внимание было приковано к ним, из-за домика выбежала девушка в чёрном платье. Она была хрупкой и намного ниже ростом, чем нынешняя Сяо Ли, но чёрное платье не делало её унылой — её разгневанное личико было полным решимости.

— Уходи! Ты расстроил маму! Беги прочь! Не смей больше появляться на главной горе! — маленькая Сяо Ли встала перед Цзяо Юнь, защищая её.

Юй Фэй посмотрела на малышку Сяо Ли, потом на стоящую рядом взрослую девушку — и улыбнулась.

Прошло так много времени, что даже Сяо Ли забыла, как вдруг выбежала наружу. Увидев добрую улыбку Юй Фэй, она смутилась.

— И сейчас я бы вышла, чтобы защитить маму.

Цзяо Юнь, за которой стояла маленькая Сяо Ли, удивлённо посмотрела на чёрные волосы дочери и в глазах её блеснули слёзы.

Она наклонилась, взяла дочь за руку и крепко сжала её. Последний проблеск сожаления к Минь Синю в её сердце угас. Она твёрдо произнесла:

— Если ты ещё раз ступишь на гору Ши ради этого дела, я убью тебя и полностью уничтожу твою гору.

http://bllate.org/book/7639/714836

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода