Это было словно врождённый инстинкт: по мере того как сознание Лимон менялось, окружающая энергия и духовная ци начали вращаться вокруг неё.
Никто не говорил ей, как это делать, но стоило превратиться в лимон — и всё пришло само собой. Она будто бы с самого начала знала, как управлять этой энергией.
Постепенно полезная ци собралась вокруг Лимон и начала медленно впитываться в неё.
Лимон почувствовала перемены.
Свежесть, комфорт, прилив сил — будто после долгого-долгого сна, когда просыпаешься отдохнувшей и полной энергии. Или… как после культивации.
Слово «культивация» впервые возникло у неё в голове. Раньше она никогда с этим не сталкивалась, но теперь оно пришло так естественно, будто всегда там было.
Пока её сознание погружалось в поглощение этой полезной ци, мысли не прекращали кружиться. Ведь совсем недавно она собиралась покинуть Цзинго, но проснулась — и оказалась лимоном.
Куда делась прежняя Нин Мэн? Умерла? Впала в кому? Или… её тело заняла другая душа?
**
В Хуачэне семья Нин была известной артистической династией. Нин Мэн, младшая дочь рода, была окружена всеобщей любовью.
С детства она была одарённой, трудолюбивой и обладала особой харизмой, за что стала гордостью семьи. Дедушка возлагал на неё большие надежды, родители явно отдавали ей предпочтение, а две старшие сестры обожали младшенькую.
Поскольку актёрская игра ей нравилась, а возможности и ресурсы имелись, в четырнадцать лет она попала в проект известного режиссёра и, сыграв саму себя, получила восторженные отзывы. С тех пор вторая сестра, Нин Синь, постоянно находилась рядом, помогая ей.
К шестнадцати годам Нин Мэн уже стала всенародно любимой юной звездой — талантливой, целеустремлённой, доброй и справедливой.
Но в какой-то момент всё пошло не так.
Сначала Нин Синь начала просить у младшей сестры разрешения участвовать вместе с ней в шоу, сниматься в журналах. Потом захотела получить роль в кино и войти в шоу-бизнес.
Нин Мэн жалела сестру: ведь Нин Синь с детства чувствовала себя незаметной, и теперь, когда у неё появились мечты и цели, младшая сестра всеми силами поддержала её.
Благодаря славе и влиянию Нин Мэн Нин Синь легко вошла в индустрию. А когда запустили «сестринскую» пиар-кампанию, фанаты Нин Мэн быстро приняли старшую сестру, и та вскоре заняла своё место в мире развлечений.
Однако вскоре началось нечто странное.
Словно из тени за ними наблюдала невидимая сила. Сначала в соцсетях появились сравнения: Нин Мэн, всю жизнь избалованная вниманием и ресурсами, и Нин Синь, которая годами упорно трудилась в тени, пока не сумела встать рядом с сестрой благодаря собственным усилиям…
Затем Нин Мэн будто взяли в прицел: её начали связывать с разными звёздами с плохой репутацией. Всё это были выдумки, но чем больше слухов, тем больше интереса у публики.
Отношение родителей тоже начало меняться. Они чувствовали вину перед «тихой и терпеливой» Нин Синь и стали уделять ей всё больше внимания.
Характер Нин Синь кардинально изменился. Она словно обрела дар предвидения: подписывала контракты на фильмы, которые сначала считались провальными, а потом становились хитами; замечала талантливых, но обездоленных агентов…
Нин Мэн же с детства была слишком защищена семьёй — наивная, простодушная, настоящая «белая и пушистая». И вот, сама того не понимая, она вдруг осталась ни с чем.
А когда СМИ «раскрыли» её тайные встречи с пожилым мужчиной, отец в разочаровании отправил её учиться за границу. Нин Синь же смотрела на всё с видом всезнайки, будто всё было по её плану. А Нин Мэн оставалась в полном замешательстве.
…
Вспомнив нынешнее положение, Лимон наконец начала понимать: если она сама смогла превратиться из живого человека в живой плод, то и её сестра вполне могла оказаться чужой душой в чужом теле.
Лимон покачала головой. Не хотелось ворошить прошлое, похожее на чужую жизнь.
После долгого восстановления усталость и дискомфорт ушли. Теперь она чувствовала себя бодрой и полной сил — и у неё появилось желание осмотреться.
Спальня, в которой она «жила», была огромной. Преобладали холодные оттенки белого и синего, создавая свежую, но безжизненную атмосферу. Большие окна от пола до потолка, деревянный пол, минималистичный интерьер — всё выглядело стильно, но без души.
Солнечный свет проникал сквозь окна. Рядом с таким окном обязательно должна стоять золотисто-жёлтая лимонная веточка — свежая, яркая, чтобы добавить уюта.
Лимон подумала об этом и тут же захотела погреться на солнышке! Как лимон, она теперь особенно тянулась к свету.
Но… почему её хозяин переставил её с подоконника вглубь комнаты?
Ей совсем не хотелось стоять рядом с прикроватной тумбочкой!
И тут, едва она сосредоточила волю и «пошевелилась» в сознании, как мгновенно оказалась у окна.
Лимон остолбенела. Она действительно «стояла» у окна, а горшок с лимонным деревом остался на прежнем месте.
Она приняла облик.
Тёплое солнце ласкало её тело — было невероятно приятно.
Но, взглянув на соседнюю огромную пальму-лиану, она поняла: её рост, наверное, не больше дюйма.
В зеркальном отражении оконного стекла Лимон увидела себя и ахнула.
Да она же очаровательна!
Маленькая, с большими глазами, белоснежной кожей и золотистыми волосами — мягкими и шелковистыми. На ней было платьице цвета лимона, с юбочкой, напоминающей дольки спелого фрукта — свежее, яркое, сияющее.
Похожа на куклу Молли, только с чёрными, блестящими, влажными глазами.
Если увеличить её пропорционально, получилась бы юная девушка.
Сначала Лимон обрадовалась, но настроение тут же испортилось.
Какой же она крошечный! Попала что ли в страну лилипутов?
Это же нереально! Такой рост — настоящая фантастика. При таком размере её запросто может раздавить кошка или собака. Ни малейшей возможности защитить себя.
Какая разница, что она милая?
Не успела она как следует расстроиться, как внезапно мощный толчок заставил её голову закружиться. Очнувшись, она снова оказалась в горшке.
…
Те же коричневые ветви, зелёные листья и тяжёлые плоды, от которых голова болит.
Лимон: …
[Подозреваю, что это был сон, но доказательств у меня нет.]
Она вернулась в горшок так же странно, как и вышла из него. От усталости и жажды её снова охватило головокружение.
«Надо отдохнуть…» — подумала Лимон и позволила сознанию погрузиться в сон.
Прошло неизвестно сколько времени, но затем она снова почувствовала ту самую знакомую ци — свежую, насыщенную силой. В её потоке Лимон проснулась.
Первым делом она увидела, как в комнату вошёл Су И. В руках у него были лейка и крошечная лопатка.
Пройдя несколько шагов, он, будто вспомнив что-то, поставил лейку и лопатку на стол и вышел.
Лимон ясно ощутила: как только Су И ушёл, ци начала слабеть, становиться всё тоньше и тоньше, пока почти не исчезла.
Значит, источник этой энергии — он сам? И она появляется только в его присутствии?
Лимон ещё не успела прийти в себя, как ци снова усилилась, наполнив комнату живительной силой.
Она тут же начала впитывать её, чувствуя, как тело наполняется лёгкостью и комфортом. Но тут же забеспокоилась: а не вредит ли ей это ему?
Тревога продлилась три секунды — и Лимон задрожала от страха.
Су И вернулся… с ножницами.
Он подошёл к окну, где стояла огромная лиана. Его длинные пальцы осторожно обрезали засохшие листья, оставив лишь пару зелёных, потом опрыскал растение водой и разрыхлил землю.
Закончив, он тяжело вздохнул.
«Хозяин, похоже, расстроен?» — подумала Лимон, заметив, что он не направил ножницы на неё. Её напряжение немного спало.
Су И, убрав засохшие листья и увидев, что от лианы почти ничего не осталось, понял: и это растение, скорее всего, погибнет в его руках.
Он всегда любил растения. С детства. Став взрослым и получив возможность, завёл их много.
Но, словно по проклятию, его прозвали «убийцей растений» — ни одно не проживало у него дольше месяца.
Лимон наблюдала, как Су И, закончив с лианой, направился к ней.
Чем ближе он подходил, тем сильнее она ощущала бурлящую жизненную энергию. Но сейчас ей было не до поглощения — ведь в его руке были ножницы!
«Он же отрежет мне палец или ногу!» — в ужасе думала Лимон, и даже листья на дереве задрожали.
Су И, заметив дрожь листьев, подумал, что это от сквозняка — он ведь быстро шёл.
Он присел на корточки и внимательно осмотрел ветви и листья. Всё выглядело здоровым, плоды — сочными и яркими. Но деревце всё равно слегка подрагивало.
Он отложил ножницы и взял лопатку.
Лимон чуть не умерла от страха. Глядя на его красивое лицо, она затаила дыхание и не сводила глаз с ножниц: «Только не режь меня!»
Когда он положил ножницы в сторону, она наконец перевела дух.
Су И аккуратно разрыхлил землю в горшке. Почва была хорошей — рыхлой и плодородной. Видимо, предыдущий владелец хорошо ухаживал за деревом.
Жёлтые лимоны сияли, а зелёные выглядели свежими и здоровыми.
Лимон смотрела, как Су И тычет лопаткой в землю и одобрительно кивает.
Надо признать, когда он сосредоточенно смотрит вниз, опустив длинные ресницы и молча копаясь в земле… он даже милый.
Поработав немного, Су И задумался: а стоит ли ещё поливать?
Очень хотелось взять лейку и опрыскать листья и плоды — чтобы всё блестело и сияло.
Но он ведь уже не раз заливал растения насмерть. Поколебавшись, он всё же убрал инструменты и вышел.
Ушёл…
Лимон, которая с самого пробуждения мучилась от жажды, решила: такой хозяин — не хозяин вовсе.
Вскоре Су И вернулся с книгой и уселся у окна читать.
Ци снова наполнила комнату. Хотя Лимон по-прежнему хотела пить, она чувствовала себя в безопасности. Поглощая энергию, она постепенно восстанавливала силы.
Она взглянула на Су И. Тот всё так же сидел у окна, не проявляя никакого дискомфорта.
«Ведь даже в человеческом облике я меньше дюйма. Неужели смогу высосать из него всю энергию?» — подумала она и тут же сплюнула: «Фу, какая гадость! Не “энергию жизни”, а просто энергию!»
Успокоив себя, Лимон быстро приняла роль несчастной гостьи, зависящей от милости хозяина, и стала активно впитывать ци, возвращающую ей бодрость.
На стене висели странные часы — всего две стрелки, без цифр. После двух часов культивации Лимон взглянула на Су И — он всё ещё сидел в той же позе, погружённый в чтение.
«Если эта ци помогает мне принимать облик, может, сейчас получится? Интересно, насколько я буду ниже хозяина?»
Едва эта мысль возникла — она снова превратилась в крошечную девочку ростом в дюйм.
Но взгляд её упал на массивный каблук тапка, стоявшего прямо перед ней.
Один шаг назад — и она превратится в лимонный блинчик.
Внезапно нога шевельнулась!
Лимон испуганно отпрянула, но не посмела издать ни звука.
Стопа двинулась вперёд. Стул скрипнул, и Су И встал.
Лимон замерла. Дышать боялась. Крошечное тельце лихорадочно искало, куда бы спрятаться, чтобы её не заметили.
http://bllate.org/book/7625/713709
Готово:
