— Плохо дело: амулеты невидимости кончились. Та женщина непременно обнаружит тебя своим духовным восприятием, — сказала Ван Ханьюнь, и лицо её потемнело.
Шэньгэ была слаба в культивации: хотя она только что достигла девятого уровня стадии Сбора Ци и находилась в шаге от стадии Основания, всё же не могла тягаться с Сюй Цинъи, достигшей стадии золотого ядра. Если Сюй Цинъи поймёт, что Шэньгэ уже раскусила их замысел, она, скорее всего, немедленно нападёт.
Ван Ханьюнь становилась всё тревожнее, но вдруг будто вспомнила нечто важное и начала снимать с себя одежду:
— Эта одежда блокирует духовное восприятие. Наденешь — и тебя не найдут.
Шэньгэ пристально посмотрела на неё:
— А ты?
Ван Ханьюнь почесала нос:
— Я ведь внучка культиватора на стадии первоэлемента! Даже если она поймёт, что это я, ничего не сделает. Пока жив мой дед, никто не посмеет меня обидеть.
Однако Шэньгэ не хотела принимать такой тяжёлый подарок. По характеру Ван Ханьюнь явно нажила себе немало врагов, а теперь ещё и ради неё вступит в конфликт со Сюй Цинъи и Чжу Тинъюанем — главным героем оригинального романа. Шэньгэ боялась, что подругу преждевременно отправят в расход.
Ван Ханьюнь искренне заботилась о ней, и Шэньгэ отвечала тем же. Она не собиралась жертвовать безопасностью подруги ради собственного спасения. Шэньгэ остановила Ван Ханьюнь, не давая той раздеться дальше. Ну и что, если её обнаружат? Раз уж её уже взяли в прицел и замышляют против неё козни, сколько ни прячься — не убежишь.
Шэньгэ вспомнила, как недавно искренне благодарила Чжу Тинъюаня, и тихо вздохнула. Но тут же отогнала эту мысль.
Придётся драться.
Она сжала меч, и взгляд её стал твёрдым.
В этот момент Шэньгэ вспомнила о нефритовой табличке с формацией, купленной ранее на рынке.
— А эта «формация сокрытия дыхания» способна заблокировать духовное восприятие? — спросила она, доставая табличку.
— Может, — пожала плечами Ван Ханьюнь, — но я не умею выкладывать формации.
Шэньгэ перевела дух и, достав из сумки для хранения несколько кристаллов ци, начала расставлять их согласно инструкции на табличке.
Ван Ханьюнь с изумлением наблюдала, как за считанные мгновения вокруг них возникла формация. Она вспомнила, как совсем недавно видела, как Шэньгэ торговалась с независимым культиватором за эту самую табличку на рынке. Не прошло и дня, а та уже умеет выкладывать формации!
Сама Шэньгэ не знала, о чём думает подруга. Просто её даньтянь постоянно генерировал ци, и энергия легко проникала в узлы формации, ускоряя её активацию.
Ван Ханьюнь воодушевилась и протянула Шэньгэ кристалл ци, шепча:
— Используй высший кристалл в качестве сердцевины формации. Даже Сюй Цинъи тогда нас не заметит.
Шэньгэ лишь покачала головой. «Расточительница», — подумала она, но всё же без колебаний установила кристалл в центр. Деньги — вещь внешняя, а жизнь важнее. Зелёная вспышка — и формация заработала.
В этот момент Сюй Цинъи и Чжу Тинъюань уже подошли к двору.
Чжу Тинъюань нахмурился, увидев ворота:
— Здесь временно поселилась секта Ваньхэ.
Услышав название секты, Сюй Цинъи тоже нахмурилась.
Пока они говорили, дверь напротив распахнулась, и на пороге появилась фигура.
Узнав Сяо Хуайчжи, Сюй Цинъи нахмурилась ещё сильнее, и в глазах её на миг мелькнуло отвращение — но так быстро, что даже Чжу Тинъюань рядом этого не заметил.
Сяо Хуайчжи всегда был холоден. Теперь он вышел с мечом в руке и ледяным взглядом уставился на внезапно появившихся в его дворе Чжу Тинъюаня и Сюй Цинъи. Его лицо было холоднее лунного света.
Он не собирался приветствовать даже Сюй Цинъи, старейшину на стадии золотого ядра.
Сюй Цинъи тоже молчала — она же старейшина, как может первой здороваться с младшим?
Видя затруднение, Чжу Тинъюань вынужден был заговорить первым:
— Даоист Сяо, сегодня ночью кто-то проник на гору Ванчунь и украл вещь у Старейшины Сюй. Мы преследовали вора до самого этого двора. Не видели ли вы кого-нибудь подозрительного?
Сяо Хуайчжи холодно посмотрел на него и без эмоций ответил:
— Нет.
Если бы Чжу Тинъюань не видел собственными глазами, как беглец скрылся именно в этом дворе, он почти поверил бы словам Сяо Хуайчжи.
Мысль о девушке, спрятанной на горе Ванчунь, терзала его, и он не смог сдержать нетерпения:
— Возможно, вы просто не заметили, но мы точно видели, как человек вошёл во двор секты Ваньхэ. Не позволите ли осмотреть…
— Нет, — перебил его Сяо Хуайчжи, не дав договорить.
Лицо Сюй Цинъи исказилось от раздражения:
— Сяо Хуайчжи, ты что, решил со мной поссориться? Сегодня я всё равно войду и обыщу всё здесь. Ты меня остановишь?
Она уставилась на него, одновременно оказывая давление своей духовной силой. Разница между стадией золотого ядра и стадией Основания огромна, но выражение лица Сяо Хуайчжи не изменилось. Он сделал лёгкий выпад мечом, и клинок засиял, как радуга.
— Можете попробовать, — сказал он.
Перед лицом старшего по рангу он не испытывал страха. Наоборот — в глазах его вспыхнул жар боя, а его меч тихо завибрировал, откликаясь на боевой дух хозяина.
Его дао никогда не знало страха. Его путь — только вперёд.
Шэньгэ внутри комнаты тоже чувствовала намерение меча Сяо Хуайчжи, и её собственный клинок начал дрожать в ножнах.
Сюй Цинъи, увидев выражение лица юноши, мысленно выругалась: «Сумасшедший!»
Но она уже решила — воспользуется случаем и убьёт его прямо здесь. В такой ситуации можно будет списать всё на несчастный случай.
Глаза её потемнели, и она резко ударила. Из её ладони вырвалась огромная зелёная змея, стремительно несущаяся к Сяо Хуайчжи. Сюй Цинъи обладала древесной стихией, и её заклинание тоже было древесным, но змея выглядела живой — глаза её горели разумом.
Чжу Тинъюань не вмешался, но нервничал: как представитель секты Чунлиньцзун, он опасался, что если Сяо Хуайчжи погибнет на территории Ваньхэ, ему будет нечем оправдаться перед руководством.
Однако Сяо Хуайчжи, даже под атакой старшего по рангу, не растерялся. Он взмыл в воздух, и его меч рассёк зелёную змею надвое одним ударом.
Выражение лица Сюй Цинъи слегка изменилось. Она уже готова была атаковать снова, но тут раздался мужской смех:
— Какой же у Старейшины Сюй размах! В Чунлиньцзуне ещё мало издеваешься над другими, так теперь ещё и на территорию Ваньхэ явилась?
Огромный широкий меч обрушился с неба и вонзился прямо перед Сюй Цинъи.
Зрачки Сюй Цинъи и Чжу Тинъюаня сузились, и они мгновенно отпрыгнули назад.
Трёхметровый меч воткнулся в землю, разделяя их и Сяо Хуайчжи.
Сюй Цинъи уже не могла сохранять свой небесный облик — она раздражённо фыркнула:
— Все в секте Ваньхэ — сумасшедшие!
Перед ней стоял сам глава секты Ваньхэ — Оуян Юнь. Он был сильнее Сюй Цинъи, и та не осмеливалась вступать с ним в открытую схватку. Поэтому она сменила тактику:
— Неужели именно ваша секта украла вещь с горы Ванчунь? Иначе почему вы не даёте обыскать?
— Старейшина Сюй, — усмехнулся Оуян Юнь, подходя к своему мечу, — вы уверены, что кто-то действительно что-то украл? Может, вы просто хотите очернить репутацию Ваньхэ?
Он провёл ладонью по клинку, и тот зазвенел в ответ. Насмешка на его лице была очевидна.
— И даже если правда — разве мы обязаны позволять вам обыск? У нас что, чести нет?
В тот же миг из всех комнат двора вышли ученики секты Ваньхэ. Каждый держал в руках меч, направленный на Сюй Цинъи и Чжу Тинъюаня.
Все клинки звенели в унисон.
Ученики выстроились в боевой порядок. Среди них были и на стадии Сбора Ци, и на стадии Основания, но перед лицом старейшины на стадии золотого ядра никто не дрогнул. Как только формация сложилась, в небо взметнулась острая боевая энергия.
Сюй Цинъи снова пробормотала сквозь зубы:
— Сумасшедшие… Все до единого.
Чжу Тинъюань с восхищением смотрел на происходящее.
Ситуация зашла в тупик, когда раздался голос Цуй Хао:
— Что происходит?
Цуй Хао ещё не появился, но его духовное восприятие уже всё зафиксировало. Увидев противостояние Сюй Цинъи и Оуян Юня, он только головой покачал: оба — неуправляемые.
«Сюй Цинъи права, — подумал он, — все в Ваньхэ — сумасшедшие. Но и сама Сюй Цинъи — не лучше».
Вспомнив о завтрашнем входе в тайное измерение, Цуй Хао понял: придётся выступить миротворцем.
Но роль миротворца оказалась непростой.
Цуй Хао взглянул на Сюй Цинъи — та мрачно смотрела в землю. Потом перевёл взгляд на Оуян Юня — тот, казалось, радовался его появлению, но уже крепко сжал рукоять меча: готов был рубануть при малейшем поводе.
Цуй Хао едва сдержал улыбку. «Быть главой секты — нелёгкое бремя», — подумал он.
Он обратился к своему ученику. К счастью, Чжу Тинъюань всё ещё уважал своего учителя и объяснил ситуацию.
Узнав, что Сюй Цинъи потеряла вещь, Цуй Хао посмотрел на неё.
Сюй Цинъи тоже посмотрела на него. Цуй Хао улыбался, но глаза его были глубокими и проницательными. «Старая лиса», — мысленно выругалась она, понимая, что Цуй Хао уже догадался: она лжёт. Оглядевшись на окружённых учеников Ваньхэ, она поняла — придётся отступить.
Но злость всё ещё клокотала внутри. Она окинула двор взглядом. Хотя и не знала, кто именно проник на гору Ванчунь, но была уверена: дело не обошлось без секты Ваньхэ. Вспомнив, как недавно Ваньхэ хотела принять Шэньгэ в свои ряды, Сюй Цинъи стало ещё злее.
Она резко взмахнула рукавом, и из него вырвался не один, а целый рой зелёных змей. Они врезались в дверь комнаты Сяо Хуайчжи и разнесли её в щепки.
Сяо Хуайчжи мгновенно взмахнул мечом. Луч энергии рассёк весь рой, но змеи уже успели доползти до ширмы. Ещё немного — и они опрокинули бы её.
За ширмой Ван Ханьюнь облегчённо выдохнула, но не посмела пошевелиться. Снаружи стояли три старейшины на стадии золотого ядра, и любое движение могло выдать их.
Духовное восприятие на стадии золотого ядра легко проникает сквозь стены. Сюй Цинъи просто сорвала злость.
Разрушив дверь, Сюй Цинъи раздражённо фыркнула и ушла. Цуй Хао обменялся парой слов с Оуян Юнем, после чего вместе с Чжу Тинъюанем последовал за Сюй Цинъи.
Как только Чжу Тинъюань отошёл, Цуй Хао сразу же изменился в лице и обратился к Сюй Цинъи:
— Что на самом деле произошло? Почему ты вызвала Оуян Юня?
Сюй Цинъи молчала.
Цуй Хао понял, что она не хочет говорить, и холодно фыркнул:
— Мне всё равно, какие у тебя секреты. Но на поверхности не стоит провоцировать Оуян Юня. Ты забыла, что он сумасшедший? Ради одного ученика он убил трёх старейшин на стадии золотого ядра!
Сюй Цинъи, конечно, помнила. Когда Оуян Юнь только принял в ученики культиватора на стадии Сбора Ци, того похитили демонические практики. Оуян Юнь взвалил на плечи свой широкий меч, ворвался в логово демонов и уничтожил главу секты вместе с двумя старейшинами. С тех пор та секта исчезла с карты Ханьхайского мира.
Лицо Сюй Цинъи потемнело:
— Я не собиралась его провоцировать.
Она замолчала на миг, потом добавила:
— Мне кажется, Сяо Хуайчжи вот-вот достигнет стадии золотого ядра.
Цуй Хао резко остановился. Лицо его стало серьёзным:
— Ты уверена?
Сюй Цинъи кивнула.
Цуй Хао тоже нахмурился.
Когда Цзян Юэ возглавлял секту Ваньхэ, она была первой в Ханьхайском мире. Ни Чунлиньцзун, ни Линьсюцзун тогда не шли в сравнение. Но после ухода Цзян Юэ секта пошла на спад. С каждым годом всё меньше становилось старейшин на стадии золотого ядра. Если бы не железная хватка Оуян Юня, Ваньхэ давно перестала бы быть одной из трёх великих сект.
Как глава Чунлиньцзун, Цуй Хао, конечно, мечтал, чтобы Ваньхэ никогда не поднялась. Тогда его секта навсегда останется первой среди трёх. Но вот уже появился Оуян Юнь, а теперь ещё и Сяо Хуайчжи.
Сяо Хуайчжи называли тем, кто, возможно, превзойдёт самого Цзян Юэ. Если он достигнет стадии золотого ядра, расстановка сил между тремя великими сектами вновь изменится.
Цуй Хао холодно усмехнулся:
— Ну и что? Даже если он близок к прорыву — не факт, что доживёт до него.
http://bllate.org/book/7609/712485
Готово:
