Политику и историю обычно сдают вместе — их объединяют под общим названием «комплекс гуманитарных наук». Химию и физику, в свою очередь, называют «комплексом естественных наук».
Политика и история в основном требуют заучивания наизусть и лишь отчасти — понимания, поэтому набрать по ним хорошие баллы не так уж сложно. В последнее время Цзян Цзян занималась на уроках под руководством учителя, и её результаты по гуманитарному комплексу уже стали очень неплохими. А вот два предмета естественно-научного комплекса гораздо ближе к математике: всё здесь связано одно с другим, как звенья цепи. У Цзян Цзян слабая база, и, скорее всего, ей придётся начинать заново с самого начала.
Однако Цзян Цзян была уверена: не пройдёт и десяти дней, как она полностью освоит гуманитарный комплекс. Освободившееся время она сможет посвятить естественным наукам и дополнительно укрепить английский. Такой подход обеспечит стабильные результаты по всем предметам.
Вечером Цзян Цзян легко и радостно отправилась в семейную лапшечную. Она уже одолела три самых сложных предмета — разве не повод для радости?
Даже колкости бабушки, брошенные ей вслед, не смогли испортить ей настроение.
Вся семья собралась за столом. Отец и мать обсуждали сегодняшнюю выручку, бабушка болтала с двумя близнецами, а Цзян Цзян и дедушка молча ели. Правда, дедушка вообще был человеком немногословным, а вот Цзян Цзян просто никто не удостаивал вниманием. Но ей это даже нравилось: в их доме, как только кто-то начинал с ней разговаривать, это обычно предвещало беду.
Видимо, заметив, что в последнее время жизнь у Цзян Цзян идёт слишком гладко, бабушка решила устроить заварушку.
— Фэйфэю и Фэйсяну скоро сдавать вступительные в среднюю школу, но у них учёба идёт неважно. Может, пока ещё есть время, нанять репетитора?
Родители нахмурились: близнецы были хорошими мальчиками, но чересчур любили играть и совершенно не хотели учиться. Да и вся семья их баловала, из-за чего они совсем распоясались и никого не слушались.
Иногда отец с матерью пытались их приучить к порядку, но бабушка тут же вставала на их защиту, и всё заканчивалось ничем.
— Лучше всего поступить в Лицей Линьчэн, — с тревогой сказал отец. — Он недалеко от дома, да и преподаватели там сильные. Правда, в последние два года проходной балл там довольно высокий.
У близнецов оценки не из плохих, но до уровня Лицея Линьчэн им всё же далеко.
— А почему бы старшей не позаниматься с ними? — вдруг предложила бабушка, на этот раз даже не назвав Цзян Цзян «мерзкой девчонкой». — Говорят, у неё по математике и китайскому языку одни пятёрки!
Отец посчитал это разумным решением, но Цзян Цзян тоже готовится к вступительным экзаменам, да и в последнее время стала особенно непокорной. Он не был уверен, согласится ли она, и не решался прямо просить её заниматься с братьями.
Все взгляды тут же обратились на Цзян Цзян.
Та, продолжавшая есть, не выдержала и рассмеялась — от злости.
— Бабушка знает только о том, что братьям пора поступать в среднюю школу, но забыла, что мне предстоит сдавать вступительные в старшую?
Цзян Цзян поставила миску на стол и резко бросила бабушке.
Та со злостью хлопнула своей посудой — раздался громкий звон.
— Ты отлично учишься, так чем же тебе помешает немного позаниматься с братьями? Это же твои родные братья! Разве помощь им навредит тебе? Когда ты выйдешь замуж, только они и смогут поддержать тебя в родительском доме! Неблагодарное создание!
Бабушка вспомнила, как в последнее время ходила вокруг да около, словно Цзян Цзян — важный гость, и злость переполнила её.
Выслушав эти избитые фразы, Цзян Цзян предпочла замолчать. Спорить с бабушкой бесполезно — её взгляды укоренились слишком глубоко.
Она снова взяла миску и принялась быстро есть, накладывая себе куски мяса — оно даёт больше всего энергии. На столе почти не осталось морепродуктов, зато теперь подавали блюда, которые она могла есть без опаски.
Раньше она боялась брать еду, но теперь решила: ей всё равно, в какой одежде ходить и в какой комнате жить — главное, чтобы еда была вкусной и сытной.
А семья Цзян, по сути, могла предложить ей только эту миску риса.
Бабушка аж задохнулась от ярости, увидев, как внучка игнорирует её.
— У старшей скоро вступительные, — неожиданно вмешалась мать. — Её классный руководитель даже просил не отвлекать её от учёбы. В конце концов, экзамены близнецов и старшей разнесены на две недели. Пусть сначала сдаст она, а потом уже и займётся братьями.
— Да, я тоже так думаю, — тут же поддержал отец.
Бабушка бросила на сына сердитый взгляд и с досадой фыркнула.
Дело на этом и закончилось.
Цзян Цзян первой закончила ужин, отнесла свою посуду на кухню, вымыла и вернулась, чтобы попрощаться.
— Я пойду учиться.
Не дожидаясь ответа, она решительно вышла из дома.
Бабушка смотрела ей вслед и чувствовала, будто у неё сейчас случится сердечный приступ.
— Посмотрите только! Эта мерзкая девчонка совсем распустилась! Даже посуду не моет! Всё время прячется за учёбой, чтобы ничего не делать и чтобы все вокруг её обслуживали!
На самом деле Цзян Цзян приходила домой только по выходным пообедать или поужинать, а в остальное время полностью сама о себе заботилась и никого не обременяла.
— Ты же сама заранее обещала, что после экзаменов она будет помогать в лапшечной, — сказала бабушка.
Мать тут же обиделась:
— Ты хочешь сказать, что это моя вина?
Отец поспешил загладить конфликт:
— Я такого не говорил! Просто констатирую факт.
Но бабушка не унималась:
— Это всё твоя вина! С тех пор как ты разрешила этой девчонке учиться, она совсем испортилась!
Мать с громким стуком бросила палочки на стол:
— Мою дочь нельзя учиться?
— У неё же голова пустая! Зачем ей учиться, если всё равно выйдет замуж?
— Если у неё голова пустая, как она может получать пятёрки? Каждая женщина в итоге выходит замуж! Твоя внучка разве не выйдет замуж? Зачем тогда она учится? Если уж твоя внучка такая умница, почему на последней пробной работе не получила пятёрку по всем предметам?
— Эта мерзкая девчонка и в подметки не годится моей Чжэньчжэнь! Даже мизинца у неё не стоит!
— Тогда иди и живи у своей внучки! Зачем ты каждый день торчишь у нас?
— Я живу в доме своего сына! Что с тобой не так? Пусть твой муж выгонит меня! Посмотрим, кто тогда будет за детьми присматривать!
...
Две женщины перекрикивались, стараясь перекричать друг друга. Отец пытался вмешаться, но не мог вставить ни слова.
Лишь пронзительный визг близнецов заставил их замолчать.
Ругаться они перестали, но злость в их сердцах только разгоралась.
На следующий вечер, вернувшись домой после вечерних занятий, Цзян Цзян заметила, что бабушка, как обычно, не сидит на диване перед телевизором. Она не придала этому значения, но когда и на второй день бабушки не оказалось, спросила у близнецов:
— Где бабушка?
Те не отрывали глаз от экрана, и один из них буркнул:
— Уехала к тёте.
Цзян Цзян кивнула. «Неужели она уехала из-за меня?» — мелькнуло у неё в голове, но тут же она отогнала эту мысль: скорее всего, бабушку рассердила мать.
Приняв душ, Цзян Цзян выстирала два своих платья и вернулась в комнату, чтобы продолжить учёбу. Она решила почитать ещё немного и ложиться спать.
Последние два дня она зубрила политику и почти выучила весь материал. Скорее всего, сегодня вечером учитель начнёт объяснять ей приёмы решения заданий.
Цзян Цзян только раскрыла учебник, как услышала звук открываемой и закрываемой входной двери — вернулись родители. Она не обратила внимания и продолжила читать, но тут постучали в дверь.
Цзян Цзян обернулась. Кто бы это мог быть?
— Цзян Цзян, ты уже спишь? — раздался голос матери.
Цзян Цзян удивилась: дома её давно уже не называли полным именем. Бабушка звала её «мерзкой девчонкой», остальные — просто «старшей».
Дверь открылась, и в комнату вошла мать, неся с собой запах жира и дыма. Она ещё не успела принять душ.
— Всё ещё учишься?
— Да, скоро лягу спать.
Её комната находилась ближе всех к ванной, поэтому она обычно ждала, пока родители вымоются, и только потом ложилась.
Мать чувствовала себя неловко: они давно уже не разговаривали наедине. Она смотрела на дочь — та немного похудела и посветлела; раньше этого не было заметно.
— Как учёба?
— Нормально, — ответила Цзян Цзян, не понимая, зачем мать пришла.
— Хорошо, — кивнула та. — В прошлый раз твоя одноклассница выдала себя за старосту класса, и мы ошибочно обвинили тебя. Твой отец даже ударил тебя… Прости, он просто боялся, что ты свяжешься с плохой компанией.
Цзян Цзян изумилась: мать извиняется?
— И я тогда была так зла, что не смогла его остановить.
У Цзян Цзян возникло странное чувство.
— С того самого момента, как ты написала контрольную в прошлом месяце, я постоянно думаю: не помешала ли тебе наша просьба помогать в лапшечной? Может, поэтому твои оценки упали? Я даже подумывала заставить тебя бросить школу и работать в заведении.
— Но ты сама проявила характер и упорно трудилась — и твои результаты снова стали расти. Мама… мама очень тобой гордится.
— В последнее время я много думала: может, я слишком мало уделяла тебе внимания? Бабушка постоянно тебя ругала, а я боялась с ней спорить и делала вид, что ничего не замечаю. В позапрошлую ночь мы с ней сильно поругались, и я поняла многое. Её язык — я сама не раз от него страдала. Но я позволила тебе всё это время терпеть её оскорбления… Прости меня.
С этими словами мать закрыла лицо руками и заплакала.
Цзян Цзян вскочила, растерянно глядя на неё.
Мать никогда не была разговорчивой и обычно ходила с холодным выражением лица, но внутри у неё всегда кипело множество мыслей. С тех пор как Цзян Цзян впервые получила пятёрку, эти мысли не давали ей покоя.
Однако визит Чэнь Сысы, которая тогда обвинила Цзян Цзян в списывании, вновь заставил мать отбросить все сомнения.
Но потом выяснилось, что дочь была невиновна. Уже тогда, когда Цзян Цзян вызвала полицию, мать поняла: её дочь не списывала. Сердце её сжалось от боли — ведь это же её родная дочь, пусть и не самая важная, но всё же родная.
После ссоры с бабушкой в позапрошлую ночь мать многое переосмыслила. Она давно всё понимала, но делала вид, будто ничего не замечает.
Как, например, в тот раз, когда отец потребовал, чтобы Цзян Цзян извинилась перед бабушкой. Мать знала: дочь не виновата. Но в их семье всегда кто-то должен был быть молниеприёмником для чужого гнева.
Она признавала: как родитель она была прагматичной. Когда у Цзян Цзян были плохие оценки, мать считала, что ничего страшного нет в том, чтобы дочь стала мишенью для бабушкиных нападок. Но теперь, когда Цзян Цзян стала показывать отличные результаты и получать пятёрки, мать уже не могла с этим смириться.
Почему такая усердная и талантливая дочь должна терпеть оскорбления от бабушки? Почему она должна всю жизнь прозябать в этой маленькой лапшечной?
Мать тоже мечтала, чтобы Цзян Цзян стала такой же, как Мэн Чжэньчжэнь: чтобы поступила в хорошую старшую школу, чтобы все ею восхищались, чтобы мать могла гордо ходить по улице.
— Мам… не плачь, — неуверенно сказала Цзян Цзян.
В отличие от других матерей и дочерей, у них никогда не было тёплых отношений. Цзян Цзян не делилась с матерью своими переживаниями и почти не прикасалась к ней, поэтому сейчас могла лишь растерянно смотреть на неё.
К счастью, мать вскоре справилась с эмоциями и вытерла слёзы.
Цзян Цзян перевела дух.
— Я пришла, чтобы извиниться и сказать: учиcь как следует. Бабушка постоянно твердит, что ты хуже Мэн Чжэньчжэнь, но я считаю, что ты ничем не уступаешь ей. Поступи в хорошую школу — и ты докажешь всем, а я смогу гордо держать голову.
— И ещё: если понадобятся деньги — бери у меня. Не экономь. Обедай и ужинай как следует. Твой отец купил две коробки молока — они стоят у входа. Бери с собой каждое утро.
Мать редко ассоциировалась со словом «болтливая», но сейчас Цзян Цзян вдруг захотелось именно так её назвать.
Глаза Цзян Цзян увлажнились. Она смотрела на край материной кофты, где запеклось жирное пятно.
— Ладно, не буду мешать тебе учиться. Заканчивай скорее и ложись спать. Мне тоже пора помыться и отдохнуть, — сказала мать.
Цзян Цзян кивнула и тихо «мм»нула.
Когда дверь закрылась, она вернулась к столу. Перед ней лежал учебник, но читать она уже не могла.
Она убрала книгу и легла на кровать.
— Система, скажи, почему мама вдруг заговорила со мной такими словами?
— Потому что ты стала успешной.
Цзян Цзян слегка кивнула.
— А если бы я не стала успешной, она бы никогда не сказала мне этого?
— Возможно.
— Значит, она действительно любит меня?
— Каждая мать любит своего ребёнка.
http://bllate.org/book/7563/709139
Готово:
