Это случилось зимой третьего курса. После новогодних праздников Тун Си вместе с родителями поехала в Сучжоу и заодно заглянула в мастерскую Таохуаву, знаменитую своими традиционными деревянными гравюрами. Там как раз проходил практику студент-художник, который, используя технику резьбы новогодних гравюр, изготавливал деревянные бирки и другую сувенирную продукцию. Тун Си показалось это увлекательным, и она вырезала две такие бирки.
На одной была изображена сцена: дети играют у ручья. На второй — милая маленькая ведьмочка.
— Это был ник Уй Вэньцзин на одном из форумов.
Тогда Тун Си с воодушевлением даже отправила фотографии Му Ичжоу, который учился в Беркли, чтобы похвастаться. Му Ичжоу ответил, что завидует, и попросил в следующий раз тоже вырезать для него одну и прислать. Но вскоре они расстались, и эта затея так и осталась нереализованной.
Тун Си несколько секунд пристально смотрела на связку ключей, потом вернулась в чат.
— Это её ключи, спасибо.
Собеседник начал печатать, но через мгновение остановился. Затем снова появилось сообщение:
«Я завтра привезу».
Разве он специально повезёт ключи бывшей девушке? Тун Си невольно вспомнила ту красивую девушку из ресторана, которая крепко держала под руку Му Ичжоу — его нынешнюю подругу. Она слегка прикусила губу и медленно набрала ответ тонкими белыми пальцами:
«Не стоит беспокоиться. Ау работает в компании рядом с тобой, в понедельник сама зайдёт забрать».
В этот момент Му Ичжоу, вытянув длинные ноги, сидел у окна в своей спальне.
Комната была пуста и проста, горел лишь прикроватный светильник, создавая полумрак. За окном мерцали огни города — в А-сити даже глубокой ночью жизнь не замирала. Среди тысяч огней одни дома были полны шума и веселья, другие, как его, — пусты и холодны, и лишь в сердце хранилось далёкое тепло.
Он вернулся домой совсем недавно после корпоратива, и от него ещё слабо пахло алкоголем.
Экран телефона еле освещал диалог с Тун Си. Рядом лежал ещё один аппарат — старой модели, уже несколько лет как вышедшей из моды. На экране был открыт альбом, заполненный исключительно фотографиями Тун Си.
Увидев новое сообщение, Му Ичжоу нахмурился.
Да, тогда он поступил слишком поспешно и подло. Она до сих пор обижена, нарочито держится на расстоянии и даже избегает встреч. Хорошо, что рядом с ней есть подруги — сегодня она выглядела неплохо. А тот мужчина, который вчера проводил её, возможно, уже занял то место, которое когда-то было его.
Это хорошо.
Пусть кто-то заботится о ней. Он же стоит на краю бездны и лучше не тащить её за собой.
Му Ичжоу глубоко вдохнул, сдерживая нарастающее беспокойство и странную горечь.
Экран вспыхнул, его пальцы замелькали по клавиатуре:
«Хорошо. Спи спокойно».
Тем временем Тун Си долго смотрела на экран, пока наконец не опомнилась и не написала подруге:
— Ау, ключи нашлись.
— Нашлись? — Уй Вэньцзин не могла поверить.
Тун Си чувствовала усталость и, прислонившись к подушке, закрыла глаза:
— Му Ичжоу говорит, что подобрал их. В понедельник зайди к нему за ключами.
Уй Вэньцзин: ???
Что вообще происходит?
Автор говорит:
[Едим арбуз][Едим арбуз]
На следующей неделе Тун Си была очень занята.
Её будущее трудоустройство уже было решено, поэтому ей не нужно было, как другим студентам, бегать по осенним ярмаркам вакансий, отправлять резюме и зубрить интервью-гайды до изнеможения. Однако писательство — дело, требующее огромных временных и умственных затрат. Каждый день по три-четыре часа упорной работы — задача непростая.
Кроме того, требовалось время на стажировку в газете и подготовку вступительного доклада к диплому.
Неделя пролетела незаметно. В пятницу днём Ян Си снова пригласил её поужинать и прогуляться по кампусу, но Тун Си вежливо отказалась.
После неудачного свидания Ши Линь спрашивала её мнение, но Тун Си сразу сказала, что свидания не планировала и романтические отношения ей неинтересны. Ши Линь, видимо, передала это Ян Си. Однако тот, получив отказ, не сдался и просто отправил ей смайлик, заодно порекомендовав ресторан с мягкими, сладковатыми и нежными блюдами.
Тун Си подумала, что этот человек всё-таки довольно интересный.
В этот момент телефон начал вибрировать без остановки, и количество непрочитанных сообщений в углу экрана стремительно росло.
Тун Си вышла из текущего чата и, как и ожидала, увидела группу своего клуба в WeChat.
Большинство групповых чатов она давно отключила от уведомлений, кроме любимого — ассоциации любителей культурного наследия.
Поводом для шума стал пост председателя: «Семестр почти на исходе, а мы так и не провели ни одного мероприятия! Вчера вечером команда собралась и решила организовать в следующую пятницу вечером совместный ужин, карточные игры и караоке — всё в одном. Формат, может, и банальный, но ведь главное — люди! Приходите все, у кого будет свободное время, повеселимся хотя бы пару часов».
В ассоциации большинство — студенты младших курсов, которых сейчас мучают промежуточные экзамены. Если бы предложили целый день на экскурсию, многие сочли бы это расточительством времени и отказались бы. Но пара часов отдыха — именно то, чего всем не хватало.
Как только объявление появилось, кто-то сразу же начал рассылать смайлы и стикеры, создавая праздничное настроение, и число желающих участвовать росло.
Председатель специально отметил нескольких «ветеранов», ещё числящихся в университете:
— Вы, старички, не притворяйтесь мёртвыми, выходите гулять!
Тун Си улыбнулась и тоже записалась.
В чате продолжалась бурная перепалка: кто-то предлагал игры, кто-то уже заказывал песни своему «королю караоке».
Тун Си удобно устроилась на кровати, обняв подушку в виде Тоторо, и с удовольствием наблюдала за этим хаосом. Пальцы сами потянулись в правый верхний угол экрана — она открыла список участников. Среди множества аватаров в самом верху, как и много лет подряд, значился лаконичный аватар Му Ичжоу.
Если бы не их короткий разговор той ночью, она бы подумала, что этот аккаунт давно заброшен.
Из компьютера доносилась тихая музыка на арфе, увлажнитель выпускал облачка пара, а на листьях висящей корзины с фиттонией уже собрались капли конденсата. Уй Вэньцзин ещё не вернулась с свидания с Жёлудем, и в комнате царила особая тишина.
Тун Си закрыла глаза, и мысли сами понеслись в прошлое.
Прошло всего четыре или пять лет. Тогда она была юной первокурсницей, а Му Ичжоу — председателем ассоциации.
Даже если стараться забыть, воспоминания всё равно остаются яркими.
Первые впечатления от поступления в университет А, волнение и радость от встречи с Му Ичжоу на ярмарке клубов, собрания ассоциации, выпуск журналов, экскурсии по памятникам архитектуры… Прогулки под тусклым светом уличных фонарей, расклейка афиш под палящим солнцем среди цветущих софор, помощь Му Ичжоу с высшей математикой, совместные ночи за учебниками, от которых у неё краснели щёки и замирало сердце…
Воспоминания хлынули потоком, и Тун Си, потирая виски, тихо вздохнула.
Она не помнила, как уснула, но ей снились обрывки прошлого.
*
Это был сентябрь, когда жара ещё не спала. Большое футбольное поле в её старшей школе было покрыто сочной зелёной травой.
Тогда родители перевели её в город Ц, и из мягкого водного края она попала в более сухой северный город, где всё было незнакомо. В первые дни учёбы она чувствовала и любопытство, и тревожное беспокойство.
На торжественной линейке в начале года школьный двор заполнили толпы учеников.
Лысеющий директор закончил свою речь, и теперь очередь была за лучшим учеником выпускного класса.
Так Тун Си впервые увидела Му Ичжоу.
Высокий, уверенный в себе юноша в школьной форме был настолько красив, что вызывал восхищение даже у богов. Он неторопливо поднялся на трибуну, и на лице его мелькнуло ленивое выражение.
Утреннее солнце отражалось в металлическом микрофоне, создавая слепящие блики. Он стоял перед тысячами учеников, чёрные волосы были аккуратно подстрижены, сине-белая форма подчёркивала его чистую, благородную внешность. Его уверенность граничила с дерзостью, а осанка была небрежно-расслабленной. Он смотрел на собравшихся так, будто говорил: «Я — лучший на свете, мои слова — истина, а вы все — просто капуста».
Семнадцатилетний юноша без предупреждения ворвался в её сердце.
После этого на переменах и после уроков Тун Си часто стояла у окна и искала его взглядом по всему школьному двору. Единственный совместный урок физкультуры каждую неделю становился для неё настоящим праздником: ведь можно было увидеть, как Му Ичжоу бегает, играет в баскетбол или просто ленится. Даже когда он просто сидел среди парней, болтал или лениво вытягивал ноги на траве, её взгляд неизменно цеплялся за него.
И тогда она тайно радовалась, будто нашла конфетку.
Те воспоминания были простыми.
Учёба шла своим чередом, одноклассники были доброжелательны, вокруг происходило мало примечательного. Лишь образ потного, самоуверенного юноши и знойный ветер того лета оставались яркими.
Тогда Тун Си была очень рассеянной: её оценки держались где-то посередине, половина уроков уходила на чтение романов, а тетради с заданиями наполовину пустовали — заполненные страницы содержали лишь самые простые задачи.
Она не имела никаких амбиций и совершенно не чувствовала тревоги, превратив напряжённую школьную жизнь в нечто вроде дома для престарелых.
Но в начале десятого класса она вдруг перестала видеть Му Ичжоу в школе. Единственное место, где она могла найти его, — табличка с почётными выпускниками, где он улыбался на фоне озера и башни университета А.
Тогда она вдруг осознала: если не приложить усилий, она навсегда останется далеко позади Му Ичжоу. Расстояние между ними будет расти, и однажды она даже не сможет увидеть его издалека.
Будто в ней вдруг проснулся талант к усердию, ленивая Тун Си начала серьёзно заниматься и постепенно поднималась вверх по рейтингу.
От середины класса — к первой десятке, затем — к лучшим в параллели.
А на выпускных экзаменах она показала отличный результат и поступила в университет А.
Тун Си и представить не могла, что ей действительно удастся поступить туда же, куда и Му Ичжоу.
Когда ей позвонил сотрудник приёмной комиссии университета А, радость накрыла её с головой. Две ночи подряд она не могла уснуть. Она ещё даже не подала документы и не видела свой пригласительный, но уже представляла множество сцен случайных встреч с Му Ичжоу в кампусе.
И такая встреча действительно произошла.
Был октябрь, листва начинала желтеть. Вся территория университета кишела людьми: клубы устраивали ярмарку набора новых членов.
Му Ичжоу, будучи председателем Ассоциации любителей культурного наследия, стоял у стенда со своими помощниками и рекламировал клуб. Возможно, из-за жары, возможно, из-за толкотни, он слегка наклонился вперёд и что-то поправлял, и на лице его на миг промелькнуло раздражение.
Но Тун Си сквозь толпу сразу же узнала его.
Юноша в фирменной футболке клуба был высок и строен, с благородной осанкой, словно величественная нефритовая гора. Он стал ещё ярче, чем раньше.
Тун Си протиснулась сквозь толпу и подошла прямо к нему.
— Здравствуйте, можно взять анкету?
Она немного робела, но Му Ичжоу посмотрел на неё сверху вниз, на два мгновения замер, явно удивлённый, а потом лёгкой улыбкой протянул ей листок.
Позже он рассказывал ей, что, хоть она и старалась казаться спокойной, в её глазах светилась такая искра, что её невозможно было скрыть.
— Ты была похожа на маленькую лисичку, которая что-то замышляет, но делает вид, что всё в порядке. Ужасно милая.
…
Сны были сумбурными, в них мелькали эпизоды, которые она никогда не осмеливалась вспоминать наяву.
Пока в какой-то момент она вдруг не вспомнила: они уже расстались. Му Ичжоу, этот мерзавец, в одностороннем порядке объявил о разрыве, бросил какие-то «разумные» объяснения и исчез. А она, не желая сдаваться, полетела за ним в Беркли, но там узнала лишь, что он взял академический отпуск.
Ни преподаватели, ни однокурсники, ни даже его старые друзья не знали, куда он делся.
Она осталась одна в незнакомом Беркли под моросящим дождём.
Тун Си проснулась и вытерла уголок глаза.
Чёрт возьми, прошлое лучше не ворошить.
*
Место встречи ассоциации находилось в ресторане хунаньской кухни за пределами кампуса университета А.
В эту пятницу Тун Си должна была отдыхать и не идти на стажировку, но Ши Линь срочно понадобилась помощь, и она пошла поработать. Перед самым уходом с работы погода резко испортилась — без предупреждения начался дождь. В сочетании с вечерним часом пик метро было переполнено, а последняя пересадка вообще вышла из строя. Пришлось либо искать автобус, либо вызывать такси.
Она спешила и зонт не взяла. Долго стояла под дождём у выхода из метро, дрожа от холода, пока наконец не подъехало вызванное такси.
Всю дорогу стояли пробки, и когда она добралась до ресторана, дождь всё ещё лил как из ведра. Тун Си выбежала из машины и бросилась внутрь, но даже за эти несколько секунд волосы успели промокнуть.
Она раздражённо вытирала волосы и поднималась на второй этаж к частной комнате.
В такой дождливый вечер в ресторане было немного посетителей. Тусклый свет над лестницей делал ступени немного скользкими. Она смотрела под ноги и, достигнув поворота, вдруг увидела чёрные туфли, медленно спускавшиеся вниз. Шаги были размеренными, брюки аккуратно заутюжены. Когда между ними осталось две ступеньки, он слегка замедлился. Тун Си отошла в сторону, но длинные ноги наверху не двинулись.
Из-за неё раздался знакомый голос:
— Тунтун.
Голос был низкий, бархатистый и приятный — от него мурашки побежали по коже.
— Му… Му-шишэн? — Тун Си подняла глаза и встретилась взглядом с глубокими, холодными глазами Му Ичжоу. Они казались полными дождя, превратившегося в бездонное озеро — прозрачное, но непроницаемое.
http://bllate.org/book/7540/707416
Готово:
