Взгляд Чжоу Циньхэ на пару секунд задержался на дешёвых полиэтиленовых пакетах, которые она держала в руках.
— Одна?
Янь Шуюй молчала.
Почему все подряд так любят наносить личные оскорбления? Разве красивая девушка не может спокойно быть одинокой? Этот человек невыносим! Пусть даже он и важная персона — терпеть такое она не станет. Янь Шуюй нахмурилась и с раздражением подчеркнула:
— Я гуляла с подругами. Просто мы уже закончили и поэтому разошлись.
— Понятно, — легко улыбнулся Чжоу Циньхэ. — Куда теперь собралась?
Его непринуждённый тон заставил Янь Шуюй почувствовать, будто она слишком серьёзно отреагировала. Она сразу сникла и буркнула:
— В торговый центр.
— Разве вы уже не закончили прогулку?
— Мне нельзя сходить в кино? — не выдержала Янь Шуюй и закатила глаза. Бесконечные неловкие вопросы выводили из себя её вспыльчивый характер.
Лишь произнеся это, она осознала, с кем говорит. Она только что закатила глаза важной персоне…
Ноги Янь Шуюй снова предательски задрожали.
Чжоу Циньхэ, как всегда, оставался доброжелательным. Он не обиделся на её дерзость, а лишь тихо рассмеялся. Этот смех мгновенно развеял её неловкость и прозвучал почти ласково:
— Садись, я как раз по пути отвезу тебя.
Янь Шуюй даже не успела поразмышлять о скрытом смысле его смеха или задуматься, откуда он знает, куда именно она направляется — ведь она ещё не называла конкретный торговый центр. Она просто стояла ошеломлённая: едва Чжоу Циньхэ договорил, как окно его машины начало подниматься, и салон моментально стал размытым пятном. Одновременно с этим дверь со стороны пассажира открылась, и из машины вышел элегантный мужчина в безупречном костюме. Он вежливо распахнул перед ней дверь и пригласил жестом:
— Госпожа Янь, прошу.
А внутри машины тот самый важный господин, который ещё секунду назад непринуждённо беседовал с ней у окна, уже пересел на противоположную сторону, освободив для неё место. Ей действительно досталась огромная честь — заставить важную персону лично уступить ей место!
Янь Шуюй чуть не заплакала — но, конечно, не от благодарности. Она была парализована страхом и чувствовала, будто вся улица смотрит на неё. Тем не менее, она всё же нашла в себе силы сказать:
— Это… наверное, не стоит. Не хочу вас беспокоить…
Хотя Чжоу Циньхэ и выглядел приветливо и лишённым высокомерия, как человек, привыкший, что все вокруг угождают ему, его терпение имело предел. Сейчас он явно не желал продолжать разговор и лишь слегка, холодно взглянул на неё.
И этого взгляда хватило, чтобы Янь Шуюй тут же забралась в машину. Она даже начала понимать, почему этот важный господин постоянно носит маску вежливой улыбки: несмотря на прекрасную внешность, его бесстрастное выражение лица было по-настоящему пугающим.
Устроившись на сиденье, Янь Шуюй попыталась успокоиться: «Это просто очередной приступ „болезни генерального директора“ — он просто не терпит возражений. Этот взгляд был не лично против меня. На самом деле мне повезло: бесплатно прокатиться на такой роскошной машине — настоящая удача! Ведь до тех пор, пока мой дешёвый сынок не станет успешным, у меня никогда не будет такого автомобиля».
С таким оптимистичным настроем ей стало легче. Она уже не так нервничала и даже осторожно потрогала сиденье. Ух ты, какое мягкое и удобное! Настоящая кожа, наверное? Когда её отец в университете купил новую машину, он тоже гордо хвастался «натуральной кожаной отделкой» и «роскошным комфортом», но это совсем не шло ни в какое сравнение с тем, что здесь. Неужели и сиденья тоже выбирают в зависимости от того, кто на них сидит?
Пока Янь Шуюй погружалась в свои размышления, она не заметила, что рядом с ней, хоть и по-прежнему бесстрастный, Чжоу Циньхэ уже слегка приподнял уголки губ.
Но это не имело значения — его помощник Робин всё видел. Тот едва заметно прикусил губу и молча вернулся на своё место впереди.
Робин искренне восхищался Янь Шуюй. Женщины, способные привлечь внимание директора Чжоу, обычно обладают недюжинными способностями. Наверняка она тщательно изучала военные трактаты и мастерски применяет такие стратегии, как «ловушка через отступление», «намеренное ослабление ради усиления» и «разрушение старого ради создания нового». Она умеет вовремя податься назад и вовремя напасть, точно зная, как вызвать интерес у босса, не вызывая при этом раздражения. Прямо идеальная партнёрша для директора Чжоу!
«Видимо, она очень глубоко изучила характер нашего босса», — подумал Робин с восхищением, но без малейшего пренебрежения. Он прекрасно понимал: хотя босс и обращается с ней почти как с домашним питомцем, немного поддразнивая и держа на расстоянии, он явно не считает её одной из тех корыстных женщин, которые окружают его. Как верный подчинённый, Робин решил относиться к ней с уважением и дружелюбием.
К тому же, с появлением госпожи Янь настроение босса заметно улучшилось, и давящая атмосфера в салоне исчезла. Это определённо хороший знак. Робин почувствовал облегчение… правда, слишком рано.
Тем временем Янь Шуюй, уютно устроившись на мягком сиденье и прислонившись к упругой спинке, уже мечтала, что стала богатой женщиной, которая может позволить себе роскошные автомобили и молодых любовников. От этой мысли она совсем расслабилась и полностью забыла о важной персоне рядом.
Когда же она наконец вспомнила, что всего лишь подсела попутно, рядом раздался вежливый голос хозяина:
— Не устала держать сумки?
— Да нет, нормально, — ответила Янь Шуюй, хотя и не чувствовала усталости. Но после его замечания ей показалось, что она выглядит глуповато, и она решила последовать совету. Опустив глаза, она стала искать место у ног, чтобы поставить пакеты: ведь вся её покупка стоила меньше тысячи юаней, и для такого важного человека эти вещи, наверное, не дороже тряпки для протирки обуви. Положить их на сиденье казалось ей кощунством против натуральной кожи.
Однако она даже не успела двинуться, как Чжоу Циньхэ участливо сказал:
— Клади на сиденье. Коврик под ногами грязный.
Янь Шуюй подумала, что коврик выглядит безупречно чистым, но послушно выполнила просьбу и аккуратно поставила все пакеты прямо между собой и директором Чжоу — словно школьница, проводящая «линию разграничения» на парте.
Теперь она находилась на безопасном расстоянии от важной персоны. Какая она молодец! Гордая собой, Янь Шуюй радостно улыбнулась ему:
— Спасибо, директор Чжоу.
— Не за что, — ответил Чжоу Циньхэ, бегло окинув взглядом яркие пакеты и прекрасно понимая все её опасения. Но он не стал настаивать и перевёл взгляд на неё саму, мягко улыбнувшись: — Похоже, сегодня отлично погуляла.
— Ну, так себе, — скромно ответила Янь Шуюй, хотя её улыбка становилась всё шире. Конечно, она довольна — ведь купила столько новых вещей!
— Собираешься и дальше делать покупки в торговом центре?
— Если продолжу, скоро разорюсь.
— Тогда зачем идёшь?
— Посмотрю фильм, поем в кафе.
Когда они только сели в машину, Янь Шуюй была занята ощущением роскошного сиденья, а потом завязался неловкий разговор с директором. Поэтому она не обратила внимания, что маршрут отличается от того, по которому она шла пешком. Лишь когда водитель остановился, она растерянно спросила:
— Мы уже приехали?
И уже потянулась к дверной ручке, но Чжоу Циньхэ остановил её:
— Там снаружи небезопасно. Выходи с моей стороны.
— А, хорошо, спасибо, — машинально послушная в таких моментах, Янь Шуюй послушно вышла вслед за ним.
Перед ней предстал величественный фасад торгового центра. Она удивилась: раньше ей не казалось, что это место выглядит так роскошно. Но в следующее мгновение её взгляд упал на знакомые полиэтиленовые пакеты в руке директора Чжоу — и она буквально остолбенела.
Он несёт её сумки! Те самые, общая стоимость которых не достигает и тысячи юаней! Какое право она имеет на такое?
На секунду голова пошла кругом, и Янь Шуюй поспешно протянула руки:
— Сегодня вы меня слишком побеспокоили, директор Чжоу. Дайте, я сама понесу.
— Не стоит благодарности, — учтиво улыбнулся Чжоу Циньхэ, но отдавать пакеты не собирался. Он повернулся к Робину: — Вы можете возвращаться в офис.
Элитный сотрудник замер с таким же изумлённым выражением лица, как и Янь Шуюй:
— А вы, директор Чжоу?
Чжоу Циньхэ бросил взгляд на растерянную девушку и весело сказал:
— Давно не смотрел фильмов. Хороший повод немного отдохнуть.
— … — Робин был вне себя. За все годы работы он ни разу не видел, чтобы босс приходил в такое место ради отдыха. Он не удержался: — Но…
Не договорив, он встретился с улыбкой директора Чжоу:
— Полагаю, сегодняшние дела практически завершены. Немного пораньше уйти с работы — не проблема, верно?
Робин: «…»
Если босс так сказал, ему оставалось лишь смиренно кивнуть:
— Конечно, директор Чжоу. Желаю вам и госпоже Янь приятно провести время.
Босс, может, и доволен, но ему сегодня точно не спать: придётся обрабатывать не только свою работу, но и срочные документы и встречи за преждевременно ушедшего босса.
«Знал бы я, чем всё закончится, — горько подумал Робин, — никогда бы не сообщил директору, что увидел госпожу Янь на улице…»
А Янь Шуюй чувствовала себя ещё хуже. Она внезапно поняла: совершила роковую ошибку. Этот фильм точно окажется ужасно скучным…
* * *
Хоть и говорила «нет», тело её действовало иначе. Янь Шуюй всё же послушно последовала за важной персоной в торговый центр. Причина проста: её покупки стоимостью почти тысячу юаней всё ещё были в руках директора Чжоу!
Для него эти вещи, возможно, не стоили и тряпки для ног, но для неё — это кровно заработанные деньги. Каждая вещь была тщательно примерена и выбрана с любовью. Она могла бы без колебаний бросить самого директора и убежать, но никогда не бросила бы свои покупки. Это был её последний рубеж упрямства.
Поэтому Янь Шуюй с тяжёлым сердцем шагала за Чжоу Циньхэ, утешая себя: «Ведь совместный просмотр фильма ещё не означает, что он ко мне неравнодушен. Всё-таки совсем недавно он публично встречался с той самой белокурой красавицей — прямо у меня на глазах! Если бы он хотел со мной флиртовать, никогда бы не опустился до такого уровня».
Такая уверенность у неё была благодаря прочитанной книге. Она знала: отец главного героя, хоть и мастер манипуляций и любит играть с людьми, как с пешками, но в одном он похож на сына и превосходит всех других директоров — он целомудрен и не увлекается женщинами.
Возможно, люди, увлечённые властью и интригами, просто не испытывают сильных плотских желаний. Это проявилось и в том, что, прожив двадцать лет в браке со своей второй женой, он полностью избегал романов на стороне и считался образцовым мужем в обществе. Многие полагали, что председатель Чжоу по-настоящему любит свою супругу, раз так явно предпочитает пасынка, не имеющего с ним кровной связи, что впоследствии привело к жестокой борьбе за наследство, где некоторые даже пошли на риск и встали на сторону мачехи и её сына, игнорируя родного наследника.
Когда главный герой одержал победу и отправил мачеху в тюрьму, отец остался вдовцом. Хотя формально он передал управление семейным бизнесом сыну и ушёл на покой, на самом деле, будучи главой клана десятилетиями, он обладал личным состоянием и инвестициями, значительно превосходящими активы самого наследника. Богатый, свободный и холостой — он был настоящим алмазным холостяком, за которым гонялись все.
Янь Шуюй, ориентируясь на возраст главного героя, прикинула: в момент её «выбытия» директору Чжоу было чуть больше пятидесяти, но не достигало шестидесяти. Сейчас, несмотря на загруженность, он регулярно занимается спортом и имеет рельефный пресс. Значит, и в старости он наверняка будет следить за собой и выглядеть на тридцать–сорок лет, несмотря на возраст. То есть он будет в расцвете сил! При таком положении дел найти «вторую весну» — или даже «третью» — для него не составит труда. Однако, даже когда главный герой нашёл свою истинную любовь и у них родилось двое детей за три года, его отец оставался одиноким пожилым джентльменом без женщин рядом, полностью погрузившись в радости дедушки.
http://bllate.org/book/7522/706015
Готово:
