— Ладно-ладно, эту порцию съела — и хватит. Пойдём купим молочного чая? От картошки так захотелось пить.
— Ты что, в хрюшку превратился? Небось за эти дни в доме дяди Шэна всех там перепугал?
Су Мусян тихонько проворчала про себя: «Дядя Шэн вовсе не такой противный. Каждый раз, когда он приходит в квартиру, несёт целые сумки всякой вкуснятины и сладостей, чтобы нас покормить. А уж что до „весёлой воды“ — он её пьёт даже охотнее меня».
Они направились к ближайшей кофейне с молочным чаем, но едва подошли к входу, как столкнулись со знакомым лицом.
Дуань Чжэн, одетый в жёлтую футболку, стоял у своего маленького электросамоката и аккуратно раскладывал несколько стаканчиков с напитками по термоизотермическому ящику на заднем сиденье. На его одежде и сумке красовалась крупная надпись известного приложения для доставки еды.
Работа курьера.
Трое, только что расставшиеся, теперь встретились в такой неловкой ситуации. Даже Су Мусян почувствовала лёгкое замешательство.
Дело было не в том, что она презирала работу курьером. Просто она прекрасно понимала, насколько сильно развито чувство собственного достоинства у подростков её возраста.
Дуань Чжэн — гордый и уверенный в себе парень из престижной школы — наверняка сейчас чувствовал себя крайне некомфортно, встречая одноклассников в такой обстановке.
Прежде чем Су Мусян успела потянуть Су Сюйяна прочь, из кофейни выскочила коротко стриженная девушка.
В её голосе звучало полное недоверие, почти истерический визг:
— Дуань Чжэн! Ты вообще чего творишь?!
Дуань Чжэн сразу узнал этот голос. Он на секунду замер, будто ничего не услышал, и продолжил спокойно укладывать стаканчики.
Чжан Мин быстро подбежала и схватила его за руку:
— Ты совсем с ума сошёл, Дуань Чжэн? Тебе что, скучно стало? Решил «пощупать жизнь»? Да тебе не стыдно?! Это же позор!
Уголки губ Дуань Чжэна дрогнули, и на лице появилась лёгкая усмешка.
— Чем позорно быть курьером? Зарабатывать самому — это честь.
— Так ты, получается, нищий? А раньше-то зачем из богача косил? Без денег какие девчонок сводить, какие романы заводить?!
Дуань Чжэн молча отвернулся и, не говоря ни слова, толкнул свой электросамокат, собираясь уехать.
В этот момент один из стаканчиков с молочным чаем полетел прямо ему в спину.
— Дуань Чжэн!
Услышав крик, он резко обернулся и увидел, как Су Мусян, выскочив словно из-под земли, одной рукой перехватила летящий стакан.
Разбитый стаканчик вместе с остатками напитка упал на землю, а рука Су Мусян до локтя была залита белесой жидкостью, которая медленно стекала каплями.
— Чжан Мин, ты, чёрт возьми…!
Дуань Чжэн выругался сквозь зубы, глаза его покраснели от ярости. Он подскочил к Чжан Мин, схватил её за руку и сжал кулаки, но так и не смог ударить девушку.
— Извинись перед ней немедленно!
Чжан Мин, узнав Су Мусян, фыркнула и ухмыльнулась:
— О, смотрите-ка, кто пожаловал! Да ведь это же твоя «хорошая сестрёнка»! Ну конечно, Дуань Чжэн, теперь всё ясно — ради неё ты со мной и расстался? Значит, давно уже водишься с этой маленькой шлюшкой и изменяешь мне?
— Кого ты назвала шлюхой?
Неожиданно для всех, вторую руку Чжан Мин тоже кто-то крепко схватил. Она испуганно обернулась и встретилась взглядом с острыми, пронзительными глазами за очками, от которых её пробрало холодом.
Зажатая с двух сторон, Чжан Мин не могла вырваться и, крайне неохотно, подошла к Су Мусян и пробормотала извинения, после чего поспешно скрылась.
Дуань Чжэн посмотрел на мокрый рукав куртки Су Мусян и вдруг вспомнил их первую встречу.
На самом деле в тот день он хорошо разглядел шрам на её руке, просто Су Сюйян стоял спиной к нему, и он не узнал её.
Дуань Чжэн уже потянулся за своей курткой, лежавшей на сиденье электросамоката, чтобы отдать её Су Мусян, но Су Сюйян опередил его — снял свою куртку и положил ей на руки.
— Пошли, сестрёнка, я отведу тебя переодеться.
Рука Дуань Чжэна замерла в воздухе, и он медленно опустил её обратно.
Автор говорит:
«Свиной „небесный путь“ — это просто шутка про свиные дёсны.
На самом деле очень вкусно, послушайте мою рекомендацию!
Ещё очень вкусны жареные свиные хрящики из носа, но их редко где найдёшь.
Я пробовала жареный мозг без масла — его раскладывают на каменной плите, сверху капают немного острого соуса из мелкого перца чили. Благодаря уникальному вкусу и аромату мозга это блюдо даже лучше, чем завёрнутый в фольгу. Но такой способ приготовления я встречала только в Чэнду.
Спасибо всем ангелочкам, которые поддержали меня билетами или питательными растворами!
Особая благодарность за питательные растворы:
Анань хочет маленькую подушку — 1 бутылочка.
Огромное спасибо за вашу поддержку! Я продолжу стараться!»
На втором этаже дома Шанов, в самой дальней комнате справа, находился кабинет.
Хотя называть его кабинетом было бы неточно — книг там не было вовсе.
Огромный электронный экран занимал почти всю стену, а в помещении стояли три компьютера высшей комплектации. Синее свечение освещало пространство, наполненное металлическими и футуристическими элементами, создавая ощущение настоящего игрового стратегического центра.
Шан Цинъюэ и его лучший друг с детства, каждый за своим компьютером, были полностью погружены в игру, не отрывая взгляда от экранов.
Шан Цинъюэ обошёл холм сзади, встал на возвышенности и, используя полностью укомплектованный SKS с восьмикратным прицелом, точно прицелился в бегущего противника. Три выстрела — и счёт убийств стал девятью.
Он тут же залёг за укрытие и метнул гранату в косую заднюю часть поля боя —
Счёт убийств: 11.
Его друг рядом воскликнул:
— Ты что, читер?! Как так можно?!
— Я, Шан Цинъюэ, не пользуюсь читами.
С этими словами он подбежал к двум поверженным товарищам по команде и поочерёдно поднял их.
— Сяо Юй, Цяньцянь, идите собирайте трофеи. Я прикрою вас, не бойтесь.
Низкий, мягкий голос в сочетании с демонстрацией «читерских» навыков моментально вызвал восторженные возгласы от двух девушек в голосовом чате.
Сяо Юй и Цяньцянь были одноклассницами друга Шан Цинъюэ, которых тот специально пригласил в игру, представив как «девушек уровня школьных красавиц».
Он рассчитывал, что Шан Цинъюэ будет играть роль «крыла» — того, кто помогает флиртовать, — но оказалось, что тот не только мастерски владеет игрой, но и каждое его слово звучит как отточенная до блеска фраза сердцееда, от которой обе «красавицы» моментально растаяли.
Вскоре все трое из четвёрки пали, и в финале остался только Шан Цинъюэ.
Он уже внимательно прислушивался к шагам вокруг, готовясь к решающей схватке, как вдруг дверь кабинета открылась. Фу Ваньвань, которая крайне редко заходила сюда, чтобы не мешать сыну, вошла без стука.
— Цинъюэ, хватит играть. Гости уже приехали.
— Бах!
От этого внезапного оклика Шан Цинъюэ не успел увернуться и получил точное попадание в голову.
Он резко сорвал наушники, но, прежде чем начал ругаться, вовремя сдержался и вежливо извинился перед девушками в чате за то, что не смог довести их до победы. После короткого прощания он вышел из игры.
Лицо Шан Цинъюэ сразу стало холодным, и он раздражённо посмотрел на мать:
— Сколько раз тебе повторять — не входи в мой кабинет! Ты что, не запомнишь?
Фу Ваньвань, несмотря на резкость сына, не обиделась. Ведь это же её родной ребёнок, выросший из её собственного тела! Она даже не считала такое поведение чем-то плохим — мальчики должны быть вспыльчивыми, в этом-то и мужественность.
— Прости, прости, мамочка просто немного разволновалась. Спускайся скорее — разве ты забыл, что сегодня Су Мусян приходит к нам обедать?
Услышав имя Су Мусян, Шан Цинъюэ чуть приподнял брови и кивнул, давая понять, что запомнил.
— У тебя ещё гости? Тогда я, пожалуй, пойду, — сказал его друг.
Оба юноши спустились вниз. Сегодня стояла прекрасная погода, и после долгого пребывания в затемнённой игровой комнате яркий свет ослепил их на мгновение.
В этом сияющем свете, на диване в гостиной, сидела девушка и, обернувшись к лестнице, улыбнулась им.
Её плечи были открыты длинной рубашкой с длинными рукавами, обрамлявшей ещё не до конца сформировавшуюся фигуру. Изящные ключицы изгибались красивее, чем полумесяц, а стройные ноги под джинсовыми шортами заставляли взгляд невольно задерживаться.
Перед ними стояла обычная старшеклассница, но в каждом её движении, в каждой улыбке чувствовалось нечто завораживающее.
— Вот это да! — воскликнул друг Шан Цинъюэ. — Когда ты, чёрт побери, успел познакомиться с такой красоткой? Разве в вашей Хайчэнской средней школе не одни зубрилы учатся? Если бы я знал, что здесь такие есть, зачем мне гоняться за Сяо Юй и Цяньцянь!
Шан Цинъюэ пренебрежительно усмехнулся:
— Такая — лишь средненькая по моим меркам. Не позорься, будто девчонок никогда не видел.
— Средненькая?! Да ты найди мне ещё одну такую — с таким лицом и аурой! Я тогда признаю твою правоту.
Шан Цинъюэ невольно почувствовал лёгкую гордость. Раздражение от проигрыша в игре мгновенно испарилось. Чем дольше он смотрел на Су Мусян, тем больше соглашался с другом.
Как же он раньше не замечал, что Су Мусян так красива? Ах да… раньше она всегда опускала голову, говорила тихо и робко, никогда не поднимала глаз. Он просто не удосужился хорошенько разглядеть её лицо.
Теперь же каждый новый взгляд на неё вызывал восхищение, и прежнее раздражение постепенно исчезало.
Он всегда считал себя ловеласом, обходительным и нежным с девушками, особенно с красивыми.
Все прошлые обиды от Су Мусян он уже простил. Виновата, конечно, её чрезмерная красота.
Обед, разумеется, готовила не Фу Ваньвань лично, а нанятая домработница.
За столом все трое вели себя очень учтиво. Су Мусян, разумеется, была вежлива и тактична. Фу Ваньвань улыбалась мягко и тепло, производя впечатление доброй и доступной женщины. А Шан Цинъюэ, как истинный мастер флирта, каждым своим словом излучал обаяние опытного соблазнителя.
Беседа шла легко и приятно, атмосфера была на редкость гармоничной. Никто бы и не догадался, что совсем недавно Су Мусян вместе со своим вторым братом избивала Шан Цинъюэ, или что в прошлой жизни именно он стал причиной её гибели.
После обеда Фу Ваньвань сказала, что ей пора на занятие йогой, и велела Шан Цинъюэ показать Су Мусян дом и хорошо с ней провести время.
Она многозначительно подмигнула сыну, и тот понимающе кивнул.
Этот немой обмен взглядами между матерью и сыном не ускользнул от Су Мусян.
Она сделала вид, что ничего не заметила, и лишь мило улыбнулась, будто наивная и ничего не подозревающая девочка.
В прошлой жизни она долго и мучительно добивалась расположения Шан Цинъюэ, но он всё держал её в резерве. А потом вдруг стал необычайно нежен и романтичен, и она быстро стала его официальной девушкой, а вскоре — и женой, ослеплённая его эффектным предложением руки и сердца.
Тогда она думала, что наконец-то покорила его сердце. Теперь же понимала: всё это началось именно тогда, когда он узнал, что она — дочь семьи Су. Он просто стремился приблизиться к влиятельному роду.
И сейчас замысел Фу Ваньвань был для неё прозрачен — они оба считают её глупенькой наивной девочкой и пытаются ею манипулировать.
Раз они хотят играть — она с радостью примет участие в их спектакле.
Шан Цинъюэ тоже не возражал против компании Су Мусян — ведь его главным удовольствием в жизни было флиртовать с красивыми девушками.
Однако его предложения сходить в кино или прогуляться по магазинам она вежливо отклонила. Когда он уже начал слегка раздражаться, Су Мусян неожиданно предложила нечто совершенно иное.
— Мне вдруг захотелось поиграть. В классе мальчишки всё время говорят об одной игре — «съешь курицу», кажется, так называется? Очень интересно, но я никогда не играла. Ты можешь научить меня?
Она подняла на него большие, влажные глаза, и Шан Цинъюэ почувствовал, как голова у него слегка закружилась. Он тут же согласился.
Когда они вошли в игру, Сяо Юй и Цяньцянь прислали приглашение в группу, но Шан Цинъюэ без колебаний отклонил его и добавил Су Мусян в свой аккаунт, запустив режим «двое против всех».
Хотя Су Мусян утверждала, что никогда не играла, она быстро освоилась, послушно следовала за ним, не мешая, и даже умудрилась убить двоих противников, прикрывая его огнём.
В этой партии они заняли первое место.
Шан Цинъюэ похвалил её, и Су Мусян смущённо улыбнулась:
— Это всё благодаря тебе — ты так хорошо объясняешь.
Такая умная и милая Су Мусян была ему совершенно незнакома. В его памяти она всегда была робкой и неуклюжей.
Это новое впечатление резко усилило его симпатию к ней.
А Су Мусян в душе холодно усмехнулась. В прошлой жизни она изучила все увлечения Шан Цинъюэ вдоль и поперёк — игры были не исключением.
Не умеет играть? Да это же смешно!
Если бы она раскрыла весь свой потенциал, то, возможно, даже Лу Бэньвэю было бы не с ней тягаться.
Сыграв две партии, Су Мусян будто невзначай перевела взгляд на витрину за спиной Шан Цинъюэ, подошла поближе и с восхищением сказала:
— Какие замечательные фигурки! Все такие изящные и красивые.
Услышав похвалу своему любимому коллекционному хобби, Шан Цинъюэ не смог скрыть гордости и начал подробно рассказывать ей о каждой фигурке.
Су Мусян внимательно слушала, выглядя очень послушной и заинтересованной.
— Я видела, как некоторые фотографируют фигурки так, будто попадаешь прямо в аниме. Ты сам когда-нибудь так снимал?
http://bllate.org/book/7346/691625
Готово:
