Янь Гэ бежала мелкой рысцой. В лодыжке всё ещё тупо ныло, но это не мешало ей двигаться — перелезть через забор она вполне могла. Свернув за угол, она издалека заметила у ограды прислонившегося человека.
Она знала его слишком хорошо. Подбежав, засияла глазами:
— Лу-гэ, ты опять опоздал?
Лу Цю лениво прислонился к стене:
— Ага.
Янь Гэ швырнула рюкзак за забор и, продолжая разговор, спросила:
— Лу-гэ, до твоего дома тоже далеко? Почему ты каждый день опаздываешь?
— Нормально.
Янь Гэ замерла посреди попытки вскарабкаться на ограду и обернулась. Как неловко — лезть через стену перед тем, кого любишь! Все её нелепые гримасы он сейчас разглядит!
Нет-нет, перед Лу-гэ она обязана оставаться прекрасной.
Заметив, что Янь Гэ вдруг застыла, Лу Цю перевёл взгляд на её лодыжку. Сегодня она была в длинных брюках, так что рану не было видно.
— Твоя лодыжка ещё не зажила?
Янь Гэ смущённо кивнула:
— Угу...
Но тут же пожалела. Как теперь лезть через забор? Придётся идти через главный вход? А завуч наверняка уже караулит у ворот.
Лу Цю легко оттолкнулся от стены и одним движением перемахнул через ограду. Янь Гэ с восхищением смотрела на него. Такой красавец!
Эх, неужели он просто бросит её здесь? Пусть уходит — тогда не увидит её нелепых гримас во время лазанья.
Вдруг перед ней протянулась рука. Янь Гэ недоумённо посмотрела на него и ткнула пальцем в себя:
— Лу-гэ, ты меня вытягивать будешь?
— Быстрее, завуч уже идёт.
Янь Гэ тут же сладко улыбнулась:
— Лу-гэ, ты такой добрый.
Она положила ладонь в его руку и крепко сжала. Тонкие пальчики скользнули между его пальцами, и их руки плотно переплелись.
Лу Цю на миг замер, глядя на эту маленькую, белую, нежную ладонь в своей.
Уши Янь Гэ заалели:
— Лу-гэ, скорее подтяни меня наверх!
На лице Лу Цю появилось выражение, которое можно было назвать только «безмолвным раздражением»:
— Янь Гэ.
— А?
— В такой позе, извини, я никак не могу приложить усилие.
Янь Гэ: «...»
— О-о-о... — смущённо отпустила она его руку и опустила голову, пряча пылающее лицо. — Прости... Я просто не сдержалась.
Лу Цю еле слышно вздохнул и спрыгнул обратно с забора.
— Если будем ещё медлить, точно опоздаем.
— М-м? — Янь Гэ удивлённо посмотрела на него. — Лу-гэ, зачем ты слез?
Лу Цю не ответил. Он обошёл её сзади, обхватил за талию и поднял на руки.
— Ах! — тихо вскрикнула Янь Гэ и почувствовала, как её уложили в объятия по-принцессски.
От неожиданной близости у неё голова пошла кругом. Губы Лу Цю оказались совсем рядом, и она чуть не потеряла контроль над собой.
— Смотри вперёд, — напомнил он.
Лу Цю поставил её на верхнюю часть забора. Его руки были крепкими и уверенно подняли её, а затем он сам легко перемахнул через ограду.
Спрыгнув вниз, он снова протянул ей руку. Янь Гэ, вся розовая от смущения, покусывая губу, смотрела на него застенчиво.
Лу Цю прищурился. Солнечный свет делал его обычно тёмные, глубокие глаза прозрачными, а на губах играла лёгкая усмешка. В его небрежном тоне сквозила искренность:
— Не бойся. На этот раз ты можешь выбрать любую позу — я точно справлюсь.
Янь Гэ захотелось провалиться сквозь землю.
Лу Цю тихо цокнул языком. До сегодняшнего дня она была такой напористой, что даже трудно было устоять, а теперь вдруг стала застенчивой?
— Ну что, слезаешь?
— Ага, — Янь Гэ послушно положила ладонь ему в руку. Забор был невысоким, и Лу Цю мог бы легко спустить её вниз, но вместо этого сделал шаг вперёд, обхватил за талию и аккуратно опустил на землю.
Янь Гэ прикусила губу. Её уши стали прозрачно-розовыми, а сильный мужской аромат Лу Цю окутал её целиком, заставив мысли разбежаться.
— Тебе нравится такая поза? — низкий, приятный голос Лу Цю неожиданно прозвучал у самого уха.
Мозг Янь Гэ, зависший до этого, наконец заработал. Сегодня Лу Цю явно её подловил! По его насмешливому тону она поняла: он её дразнит. Её лицо снова вспыхнуло.
Нет, нельзя позволять Лу Цю водить себя за нос. Её наглость должна быть толще его!
И она, воспользовавшись моментом, крепче обняла его за талию, спрятала лицо у него в шее и тихо прошептала:
— Лу-гэ, с тобой мне нравится любая поза.
Вот теперь всё в порядке.
Лу Цю фыркнул:
— Ещё обнимаешься? Через две минуты начнётся первый урок.
— Ладно... — Янь Гэ осторожно заискивающе улыбнулась. — Лу-гэ, а почему ты сегодня такой добрый?
Лу Цю приподнял бровь:
— Разве раньше я был злым?
— Нет-нет, Лу-гэ, ты самый лучший!
Когда Лу Цю и Янь Гэ вошли в класс, урок уже начался несколько минут назад. Янь Гэ вспомнила, что первым идёт занятие у «Тигрицы», и обеспокоенно сказала:
— Лу-гэ, может, я зайду спереди и отвлеку «Тигрицу», а ты тихо проскользнёшь сзади?
Лу Цю посмотрел на неё: она пригнулась, словно воришка. Ему стало смешно. Он погладил её по голове, раз за разом.
— Чего боишься? Там никого нет.
— Правда? — Янь Гэ тут же выпрямилась и заглянула в класс. Действительно, «Тигрицы» не было. Она быстро юркнула на своё место, а Лу Цю неторопливо последовал за ней.
Сегодня они снова избежали неприятностей. Янь Гэ почувствовала облегчение, но тут заметила, что Вэнь Синь и Линь Цинъянь отсутствуют. Она обернулась к Лу Цю:
— Лу-гэ, куда подевались Вэнь Синь и Линь Цинъянь?
Лу Цю тоже был озадачен:
— Кто их знает?
Линь Цинъянь, зажав между двумя пальцами толстенный сборник «Пять лет ЕГЭ, три года симуляций», беззаботно шёл следом за Вэнь Синь. Она прижимала к груди огромную книгу, была совсем маленькой ростом — ему по грудь — и говорила тихим, приглушённым голосом, вынуждена была запрокидывать голову, чтобы смотреть на него.
— Малышка-одноклассница, оказывается, и у тебя есть нерешённые задачки? — Линь Цинъянь вспомнил, как только что изо всех сил пытался задержать «Тигрицу», даже чуть ли не на колени стал, а тут неожиданно появилась Вэнь Синь и сумела удержать учительницу.
Вэнь Синь шла впереди, опустив голову, и тихо ответила:
— Да, у меня много непонятного.
— Но ведь сегодня ты солгала. Эти задания ты уже решала.
Щёки Вэнь Синь покраснели, она ещё ниже опустила голову:
— Я сделала это ради Янь Гэ.
— А, ради Янь Гэ... — Линь Цинъянь произнёс это с явной иронией.
Он наклонился и потянул её за рукав:
— Эй, малышка-одноклассница, слышал, сегодня утром «Тигрица» тебя отругала?
Вэнь Синь растерянно подняла глаза, и их лица внезапно оказались очень близко. Линь Цинъянь на миг замер, глядя на неё.
Шея Вэнь Синь тоже покраснела, и она неловко отвела взгляд:
— Учительница меня не ругала...
— А, не ругала, так не ругала.
— Вэнь Синь, от тебя так приятно пахнет, — Линь Цинъянь принюхался. От неё исходил тонкий, нежный аромат.
Его взгляд был слишком прямым. Вэнь Синь прикусила губу и быстро убежала.
Она вернулась на место, слегка запыхавшись. Янь Гэ как раз убрала рюкзак и, заметив неестественный румянец подруги, с любопытством спросила:
— Малышка, почему у тебя такое красное лицо? Что случилось?
Сразу за ней в класс вошёл Линь Цинъянь. Сначала он посмотрел на Вэнь Синь — та сидела, опустив голову, и тоже выглядела смущённой. Затем его взгляд упал на Янь Гэ и Лу Цю, и он весело поздоровался:
— Эй, Гэ-мэй, наконец-то пришла?
— Ты не знаешь, что твой Лу-гэ сегодня...
Лу Цю негромко кашлянул и бросил на Линь Цинъяня угрожающий взгляд. Тот мгновенно понял намёк, провёл пальцем по губам, будто застёгивая молнию, и подумал: «Сегодня я в хорошем настроении, не стану с тобой спорить». Он напевая вернулся на своё место, швырнул сборник Лу Цю и, подперев подбородок рукой, уставился вперёд с глуповатым видом.
Лу Цю почуял запах романтики.
— Только что был с Вэнь Синь?
— Ага.
— Она красивая?
— Красивая.
— Ты её любишь?
— Люблю.
Линь Цинъянь вдруг опомнился и, скрежеща зубами, уставился на Лу Цю:
— Ты меня разводишь?!
Лу Цю пожал плечами:
— Нет.
Линь Цинъянь бросил взгляд на Вэнь Синь, понизил голос и пригрозил:
— Лу Цю, если ты кому-нибудь проболтаешься, я...
— Ты что?
— Умоляю тебя, Лу-гэ! Я перед тобой на колени! — Линь Цинъянь изобразил отчаяние.
...
Янь Гэ еле дождалась конца урока. Как только «Тигрица» произнесла «урок окончен», она тут же помчалась в туалет — чуть не лопнула от переполненного мочевого пузыря.
Но в уборной она неожиданно столкнулась с школьной красавицей Чжао Сухан. При виде друг друга между ними сразу вспыхнула искра.
Янь Гэ сжала губы в холодной усмешке:
— Какая неожиданность.
Чжао Сухан хмурилась, а рядом с ней, как обычно, не было Линь Юй. Янь Гэ поддразнила:
— Ой, разве вы с Линь Юй не ходите в туалет вместе каждый день? Почему сегодня ты одна?
— Ах да, вспомнила! Наверное, после вчерашнего тебе было бы глупо оставаться с ней подругой. Хотя... думаю, вы всё равно сможете дружить — ведь вы же одного поля ягодки, вам друг друга понять несложно.
Чжао Сухан сжала пальцы в кулаки, её взгляд стал ледяным:
— Янь Гэ, ты вообще не пара Лу Цю.
— Это не тебе решать, подходит я ему или нет.
Чжао Сухан смотрела на Янь Гэ так, будто в глазах у неё были иглы:
— Я раскрою твоё настоящее лицо.
— Давай, попробуй, — Янь Гэ смело встретила её взгляд, не уступая в напоре.
Чжао Сухан фыркнула и ушла, бросив на Янь Гэ такой взгляд, будто та совершила что-то ужасное. Янь Гэ презрительно отвернулась. Ведь это Чжао Сухан первой поступила подло — какое право она имеет теперь обвинять её?
Вернувшись в класс, Янь Гэ обнаружила, что хорошее настроение полностью испорчено встречей с Чжао Сухан, и от одного вида Линь Юй ей стало ещё хуже.
— Что случилось, Гэ-мэй? — спросил Линь Цинъянь. — Почему вернулась из туалета такая злая?
Лу Цю тоже посмотрел на Янь Гэ.
Она махнула рукой:
— Ничего. Просто поговорила с идиоткой и почувствовала, что сама стала идиоткой.
— Кто эта идиотка?
Янь Гэ не ответила. Вчерашние события с Чжао Сухан и Линь Юй она хотела уладить сама.
— Да так, одна дура. Вам знать не надо.
Янь Гэ прислонилась к парте Лу Цю, одной рукой подперев подбородок, прищурилась и уставилась на спину Линь Юй.
Слова Чжао Сухан сегодня звучали странно. Что она имела в виду, говоря, что «раскроет её настоящее лицо»? Неужели вчера произошло что-то, о чём она не знает?
И эта Линь Юй... Янь Гэ не притворялась святой — она мстила за обиды. Хотя вчерашний исход её вполне устраивал, поведение этих девчонок было отвратительным. Если бы не её боевые навыки и своевременное появление Лу Цю, последствия могли быть ужасными.
Линь Юй и Чжао Сухан заслуживают наказания. Но дело не должно раздуваться — если её брат узнает, он их просто съест заживо.
Лу Цю проследил за её взглядом и тоже уставился на Линь Юй. Его глаза потемнели. Он сжал пальцы и тихо сказал Линь Цинъяню:
— Завтра после обеда собери людей. Старое место.
Линь Цинъянь оскалился в ухмылке и показал ему знак «окей»:
— Понял.
Перед окончанием занятий Янь Гэ получила SMS от Цзян Лю: он написал, что вечером заедет за ней. Она ответила милым стикером — раз есть шикарная машина, зачем ехать в душном автобусе?
— Гэ-мэй, как сегодня поедешь домой? — спросил Линь Цинъянь.
— На машине. — И даже на роскошной.
Лу Цю внезапно замедлил движения. Он вспомнил, как вчера несколько часов стоял в толчее автобуса, и нахмурился. Каждый день она так ездит домой? И вокруг столько мужчин?
С отвращением нахмурившись, он протянул руку к Линь Цинъяню.
— Чего тебе?
— Ключи от велосипеда.
Линь Цинъянь прижал к себе рюкзак:
— Зачем?! Что ты хочешь сделать с моим любимым великом?
Лу Цю молча вытащил ключи из его кармана:
— Одолжу.
— Лу Цю! Мой любимый велик!
Лу Цю невозмутимо произнёс:
— Вэнь Синь...
— Бери! — сдался Линь Цинъянь.
Лу Цю помахал ключами:
— Ушёл.
— Лу-гэ, береги моего коня! — крикнул ему вслед Линь Цинъянь.
Янь Гэ писала Цзян Лю, что уже вышла из школы. В этот момент сбоку к ней подскочил велосипед и преградил путь.
Она подняла глаза. Лу Цю с наклоном головы смотрел на неё.
Янь Гэ удивлённо переводила взгляд с него на велосипед:
— Лу-гэ, разве ты сегодня не пешком пришёл?
http://bllate.org/book/7101/670089
Готово:
