Юнь Додо заметила, что её красивая мамочка и дядя Линь разговаривают с той тётей рядом, и любопытно вытянула шейку, чтобы посмотреть наружу.
Она увидела женщину в синем платье, ещё пару раз с интересом на неё взглянула, а потом звонким детским голоском крикнула: «Тётя, здравствуйте!» — и тут же вернулась к своему клубничному льду.
Надо сказать, для Инь Синь появление Юнь Додо стало куда более сильным потрясением, чем сам вид Юнь Цимэн и Линь Яня за одним столиком.
Инь Синь не слепа — она сразу поняла, что Додо дочь Линь Яня.
Инь Синь вовсе не слепа — на личике малышки она увидела черты Юнь Цимэн.
Поэтому эта картина ударила по ней особенно сильно.
— Это… — начала Инь Синь.
— Моя дочь, Юнь Додо, — ответила Юнь Цимэн.
— Додо, это тётя Инь.
Малышка, только что собиравшаяся переключиться с клубничного льда на вату, вдруг оказалась в центре внимания. Пришлось отложить маленькую вилочку и снова, звонко и мило, произнести: «Тётя, здравствуйте!»
Улыбка Инь Синь стала слегка натянутой:
— Здравствуй, малышка.
Хотя новость и потрясла её, Инь Синь почувствовала проблеск надежды: ребёнок носит фамилию матери, а не отца. Значит, скорее всего, Юнь Цимэн ещё не вошла в дом Линь Яня. А это означало, что у неё ещё есть шанс.
При этой мысли сердце Инь Синь радостно забилось.
Она уже начала мечтать, как вдруг услышала голос Юнь Цимэн.
Юнь Цимэн наклонилась к Додо и мягко спросила:
— Додо, ты уже поела? Пора возвращаться в садик на дневной сон.
На самом деле Додо уже съела большую часть угревого риса, но ради ваты упорно отказывалась доедать до конца. Сейчас она была сытой и даже чуток икнула от переедания.
— Додо наелась, — смущённо пробормотала малышка.
Юнь Цимэн взглянула на неё и спросила:
— Додо, тебе хочется спать?
Додо молчала.
От этих слов малышка и вправду почувствовала сонливость — веки сами начали клониться вниз. Биологические часы у неё были налажены безупречно: как только обед закончен — сразу клонит в сон.
— Додо хочет спать, — прошептала она.
Линь Янь, заметив это, предложил Юнь Цимэн:
— Я отвезу вас.
Они приехали сюда на машине Линь Яня, так как Юнь Цимэн не водила. Значит, обратно ей предстояло либо ехать с ним, либо вызывать такси.
Услышав его слова, Юнь Цимэн слегка приподняла бровь.
Она бросила взгляд на Инь Синь и сказала Линь Яню:
— Не нужно, мы сами вызовем такси.
(Ты лучше останься с госпожой Инь Синь.)
Линь Янь слегка обиделся: как так? Она предпочитает такси ему? Разве он ей так неприятен?
Снаружи он оставался спокойным и, глядя на Додо, ровно сказал:
— Всё же я отвезу вас.
Затем он повернулся к Инь Синь:
— Нам нужно идти. Если представится возможность, госпожа Инь Синь, встретимся в другой раз.
У Инь Синь не было другого выбора, кроме как сказать «хорошо».
На лице её по-прежнему играла изящная, обаятельная улыбка. Она кивнула и вежливо поинтересовалась, в каком садике учится малышка.
Юнь Цимэн не хотела отвечать — точнее, не хотела, чтобы Инь Синь узнала, где именно находится садик Додо.
Поэтому, прежде чем Линь Янь успел ответить, она сказала:
— В одном из садиков неподалёку. Хотя я как раз думаю перевести Додо в другой.
— Понятно, — сказала Инь Синь.
— Да, — кратко ответила Юнь Цимэн.
Линь Янь спокойно слушал этот диалог двух женщин.
Он даже подумал, не стоит ли поблагодарить Инь Синь: без неё он бы и не узнал, что Юнь Цимэн собирается менять садик для Додо.
…
Попрощавшись с Инь Синь, Линь Янь повёз Юнь Додо обратно в садик.
Переднее пассажирское сиденье по-прежнему оставалось пустым — Юнь Цимэн, как и раньше, сидела с Додо на заднем.
Она обнимала малышку и легонько поглаживала её кругленький животик. Дети всегда едят всякую ерунду с большим аппетитом, но вот нормальную еду — не очень.
«Только бы Додо не стала такой же привередой, как Линь Янь, — подумала Юнь Цимэн с лёгким вздохом. — Не дай бог унаследует от него эту привычку».
Линь Янь не понял, почему она вздохнула, но решил, что это вряд ли связано с ним — он ведь вообще ничего не говорил.
Тем не менее он подумал немного и тихо окликнул её:
— Цимэн.
Юнь Цимэн как раз поглаживала Додо по спинке, укладывая спать. Услышав его голос, она закатила глаза.
— Потише, — шепнула она.
Додо ещё не спала и боялась, что мама с дядей Линем начнут ссориться, поэтому не решалась засыпать. Услышав их разговор, малышка собралась с духом — вдруг придётся вмешаться и помирить взрослых.
Она уже хотела попросить у мамы объятий, но в этот момент снова заговорил Линь Янь:
— Цимэн, я что-то сказал, что тебя расстроило?
Услышав вопрос, Юнь Цимэн серьёзно спросила:
— Хочешь правду или неправду?
Линь Янь промолчал.
Раз Цимэн так спрашивает, правда, скорее всего, будет неприятной.
Поэтому Линь Янь не раздумывая ответил:
— Тогда неправду.
Юнь Цимэн бесстрастно:
— Тогда да, ты меня расстроил.
Линь Янь подумал: если неправда — что он расстроил её, значит, правда — что не расстроил?
Что-то тут не так. Он снова спросил:
— То есть я на самом деле не расстроил тебя?
— Верно. Просто сейчас — нет.
— Потому что ты постоянно меня расстраиваешь.
Не только сейчас.
Линь Янь надолго замолчал.
«Когда это я постоянно тебя расстраиваю?» — недоумевал он.
«Женское сердце — что морская бездна», — подумал он.
Юнь Цимэн, словно угадав его мысли, холодно добавила:
— Разве что те три с лишним года, когда мы вообще не виделись, ты меня не расстраивал.
Линь Янь снова промолчал.
— Цимэн, я не помню, чтобы я когда-либо тебя расстраивал — ни сейчас, ни раньше.
— Значит, мне самой надо задуматься, почему я всё время недовольна?
Если бы не тон её голоса, Линь Янь, возможно, и ответил бы «да».
(Почему ты всё время недовольна? Неужели не стоит подумать, в чём причина? Наверное, дело в тебе.)
(Почему я всё время недовольна? Неужели не стоит подумать, в чём причина? Наверное, дело в тебе.)
Не дожидаясь ответа, Юнь Цимэн закатила глаза.
— Мы приехали. Я отведу Додо. Ждать не надо.
Линь Янь взглянул в зеркало заднего вида и спокойно ответил:
— Я и не собирался ждать.
(У тебя же есть своя машина. Зачем мне тебя ждать?)
Юнь Цимэн промолчала, лишь снова закатила глаза.
Вот почему раньше, когда они встречались, она так часто злилась — у него и правда был дар говорить не то, что нужно.
«Если я сегодня скажу Линь Яню ещё хоть слово, — подумала Юнь Цимэн, — пусть Додо возьмёт его фамилию!»
Она вышла из машины, молча открыла и закрыла дверь, ничего не сказав, и направилась в садик, держа Додо на руках.
Додо, полусонная, прижималась щёчкой к плечу мамы.
Малышка с трудом приоткрыла глазки, посмотрела на дядю Линя, всё ещё сидевшего в машине, и помахала ему пятернёй — короткими, пухлыми пальчиками.
А потом, снова уткнувшись в шею мамы, тихонько спросила:
— Мамочка, дядя Линь что-то сделал не так?
Юнь Цимэн промолчала.
Перед собственным ребёнком у неё было чувство ответственности — она хотела быть для Додо примером во всём.
Особенно учитывая, насколько сильно малышка к ней привязана, Юнь Цимэн не хотела, чтобы дочь подумала, будто её мама злопамятна, невежлива или мелочна.
Поэтому она без колебаний ответила:
— Нет, мамочка совсем не злилась.
(Твоя мамочка добрая, милая и всегда в хорошем настроении. Откуда ей злиться?)
Услышав это, Додо удовлетворённо протянула:
— А-а…
Малышка прижала головку к шейке мамы и, больше не волнуясь за их отношения с дядей Линем, спокойно закрыла глазки и заснула.
(Главное, что мамочка не злится OvO.)
…
Линь Янь всегда был терпим к первым возлюблённым.
Как раньше, так и сейчас он не обижался на то, что Юнь Цимэн молча вышла из машины и ушла, даже не обернувшись.
Но… расстроил ли он её сейчас? И если да, то чем? Для него это оставалось загадкой века.
«Как мне понять, о чём она постоянно думает?» — недоумевал он.
Если он не мог разобраться даже в сегодняшнем эпизоде, что уж говорить о прошлом?
Проводив взглядом Юнь Цимэн, входящую в садик, Линь Янь всё ещё держал руки на руле и не спешил уезжать. Сегодня у него был запланирован сеанс с моделью, но он его отменил, так что времени у него было вдоволь.
Он опустил глаза и задумался о Додо.
Ранее Юнь Цимэн сказала Инь Синь, что думает перевести Додо в другой садик.
Линь Янь вдруг подумал: а не собирается ли она вообще уехать из Сюаньчэна?
Эта мысль внезапно пришла ему в голову.
И тут же возникло другое чувство — он не хотел, чтобы Юнь Цимэн и Додо уезжали.
Но он не стал углубляться в эти мысли.
* * *
Вечером Юнь Цимэн пришла забрать Додо домой.
Когда она подошла к садику, занятия ещё не закончились, поэтому ей пришлось немного подождать.
Из-за сильного чувства тревоги она специально огляделась вокруг — нет ли поблизости Линь Яня.
Машины его не было, и сам он тоже не появлялся. Юнь Цимэн наконец перевела дух.
Она боялась, что Линь Янь будет постоянно появляться перед Додо, чтобы заручиться её симпатией. Боялась, что эта доверчивая малышка влюбится в своего биологического отца и забудет про маму. Боялась даже, что он вдруг увезёт Додо без её ведома.
Правда, Юнь Цимэн всё же немного доверяла Линь Яню — знала, что он не станет похищать ребёнка без её согласия.
По крайней мере, пока она не даст на это разрешения.
Сам Линь Янь, конечно, не сделает ничего подобного. Но его семья — это уже другой вопрос.
Линь Яню тридцать лет, его старшему брату Линь Мо — сорок, и у них до сих пор нет детей. Линь Янь ещё молод и не торопится, но для его семьи ребёнок — это не только его ребёнок. Он может не спешить, а вот его родные — очень даже.
Он сам ничего плохого Додо не сделает, но кто знает, что задумают его родственники!
К тому же Юнь Цимэн боялась, что Додо, такая доверчивая, поддастся уговорам Линь Яня и сама захочет уехать с ним.
Одна мысль об этом вызывала у неё глубокое беспокойство.
Ведь Додо — такая простушка! А вдруг она и правда бросит маму ради отца?
Юнь Цимэн подумала и окончательно решила: ей нужно уехать из этого города.
Идея пришла ей в голову ещё тогда, когда она впервые увидела Линь Яня, но тогда не было времени обдумать детали. Теперь же она всё больше убеждалась: лучший способ решить проблему — просто исчезнуть из Сюаньчэна.
— Хоть назовите меня трусихой или неудачницей, — думала она. — Главное — уехать подальше от Линь Яня и избежать всех этих сложностей.
— Разве я дура? Если можно сбежать от проблемы, зачем ломать голову над её решением?
http://bllate.org/book/7093/669336
Готово:
