Шу Тун наконец расширила кругозор. Прильнув к плечу брата, она тихо проговорила:
— Брат, пойдём. Здесь слишком воняет.
Вокруг раздался смех. Зрители перестали любопытствовать и один за другим стали расходиться.
Лишь оставшись без публики, мать Жу Жу наконец прекратила сцену, но всё равно была вне себя от ярости и прямо заявила, что больше никогда не переступит порог этого места.
Линь Лаоши тут же кивнула:
— Конечно.
Она только рада была избавиться от этой женщины.
Мать Жу Жу пришла в ещё большее бешенство.
Шу Тун думала, что за ней приедет лишь Вэнь Шу Инь, но, выйдя за дверь, увидела у обочины три роскошных автомобиля.
Ого! Даже не считая того «Хунци», два импортных авто позади него в ту эпоху стоили не меньше чем по 2,5 миллиона юаней. Из-за высокой цены такие машины почти не встречались в Китае — а здесь стояли сразу две!
Даже если никто не знал точной стоимости, то золотой значок в виде феникса и блестящие хромированные серебристые полосы на кузове сразу давали понять: это нечто недешёвое.
Вэнь Шу Инь поднял Шу Тун и усадил её в переднюю машину. Все три автомобиля медленно тронулись и уехали.
Люди у входа остолбенели.
— Я видел такую машину по телевизору! Она стоит как две квартиры у нас!
— …
— Чтобы воспитать ребёнка с такой осанкой и манерами, семья точно не простая!
— Разве кто-то не говорил, что она деревенская девчонка в дешёвой одежде?
— Люди одеваются так, как хотят. Главное — не лезть без спроса…
— Оставляй людям путь к отступлению — потом легче будет встретиться снова…
Родители всё чаще бросали взгляды на мать Жу Жу, чьё лицо покраснело от смущения. Зачем было так грубо говорить?
В машине Шу Тун прильнула к окну, чтобы посмотреть наружу. Вэнь Шу Инь притянул её поближе:
— Почему ты опять похудела? Разве я не просил есть побольше?
Шу Тун ущипнула себя за щёчку:
— Я старалась!
Хотя она каждый день пила молоко и питательные бульоны, её физическая активность тоже была высокой, да и рост набирала — лицо стало совсем худеньким.
— Брат, куда мы едем? — спросила она.
Вэнь Шу Инь улыбнулся, тоже ущипнул её за щёчку и ответил:
— Домой, можно сказать.
Шу Тун склонила голову набок.
Вэнь Шу Инь не стал объяснять подробнее:
— Помнишь дедушку-управляющего? Он наш родной дедушка. Мы нашли своих настоящих родственников.
Он добавил с лёгкой усмешкой:
— И он очень богат.
Больше он ничего не сказал.
Шу Тун кивнула:
— Ага.
Вэнь Шу Инь лёгонько щёлкнул её по лбу:
— Тунтун давно всё поняла, верно?
Шу Тун сначала покачала головой, потом кивнула и уклончиво произнесла:
— Я просто знала, что он добрый человек.
Она обернулась к «Хунци»:
— Дедушка тоже здесь?
— Да. Сегодня у него повторный осмотр, поэтому он заодно приехал за тобой.
— А с ним всё в порядке?
Вэнь Шу Инь кивнул:
— Всё хорошо.
Странно, но результаты последнего обследования показали, что здоровье Вэнь Лао даже улучшилось — многие показатели теперь в норме.
Лао У сказал, что в последнее время тот постоянно в хорошем настроении, и даже гастрит не беспокоил.
Шу Тун уже жила в особняке, поэтому имела представление о жизни богатых людей в ту эпоху. Но когда машина въехала в поместье, она всё равно не смогла сдержать восхищения. Её отец, которого она так и не успела увидеть, действительно был великим человеком.
Неудивительно, что Лян Ци так отчаянно стремилась заполучить всё это. Для кого угодно подобное — огромное искушение.
Когда она вышла из машины, Вэнь Шу Инь отпустил её руку, и она побежала к Вэнь Лао:
— Дедушка?
Тот немного похудел, но выглядел бодро, и его обычно суровое лицо смягчилось.
— Твой брат рассказал тебе?
Шу Тун кивнула и даже самодовольно подняла брови:
— На самом деле я давно догадалась!
Вэнь Лао рассмеялся, растроганный её милой выходкой:
— Ну, ты и умница.
Ху Цянь был арестован, акционеры подняли бунт, Лян Ци стала объектом всеобщего презрения и теперь сама находилась в беде. Кроме того, результаты ДНК-теста подтвердили: ребёнок не имел отношения к семье Вэнь, и право на наследство было аннулировано. Амбиции семьи Лян были полностью разрушены, и они больше не осмеливались посягать на клан Вэнь. Лян Ци же была брошена собственной семьёй и осталась без поддержки — сейчас она переживала самые тяжёлые времена.
А эти двое детей оказались гораздо способнее, чем он предполагал.
Теперь он мог быть спокоен.
Его сын умел зарабатывать деньги, но в вопросах чувств был полным профаном.
До сих пор он не знал, как тот вообще связался с Лян Ци и почему не забрал своих детей домой.
В тот вечер в поместье Вэнь устроили приём для гостей — в основном друзей покойного Вэнь Шана.
Вэнь Шу Инь официально вернул себе фамилию Вэнь.
На приёме Шу Тун увидела Ван Линъэр и Цун Цзюня.
— Тунтун, ты до сих пор в шоке? — воскликнула Ван Линъэр. — Честно говоря, я и сейчас не могу прийти в себя! Я знала, что мой братец крут, но не думала, что настолько!
Она обвиняюще посмотрела на Цун Цзюня.
Этот мужчина умеет хранить секреты — всё это время молчал!
Шу Тун улыбнулась во весь рот:
— Да, в шоке.
Цун Цзюнь бросил на неё многозначительный взгляд и с лёгкой усмешкой заметил:
— Мне кажется, Тунтун прекрасно всё понимает.
Шу Тун подмигнула ему.
— Неужели Тунтун из тех, кто притворяется глупышкой, чтобы ловить тигров? — с подозрением спросила Ван Линъэр.
Шу Тун обняла её и перевела тему:
— Сестра Линъэр, я хочу торта! Пойдём вместе?
Ван Линъэр шлёпнула её по спине:
— Сегодня я здесь не просто так — забыла, что я стажёр-журналистка? Это не просто банкет для меня.
Но в этот момент Вэнь Шу Инь уже подходил с тортом в руках.
Он был главным героем вечера, и все взгляды тут же обратились на него.
— Старший брат Цун, сестра Линъэр, — вежливо кивнул он.
Ван Линъэр похлопала его по плечу:
— Эх, не знаю почему, но я горжусь!
Вэнь Шу Инь улыбнулся:
— Хорошо.
Ван Линъэр хитро прищурилась:
— Тогда дай мне сфотографировать тебя! Главный редактор специально просил!
— Хорошо, — согласился Вэнь Шу Инь и, подойдя к Шу Тун, опустился перед ней на одно колено с тортом в руках.
Ван Линъэр вернулась к Цун Цзюню и, глядя на брата и сестру, тихо вздохнула:
— Как же странна судьба…
Когда-то она сама вызывала полицию, чтобы арестовать эту маленькую хулиганку. Эти дети пережили столько трудностей, а теперь в одночасье стали миллионерами — но при этом не потеряли рассудок и не возгордились. Это редкость.
Цун Цзюнь приподнял бровь и коротко произнёс:
— Всё идёт хорошо.
Он думал, что Вэнь Шу Инь потребуется больше времени, чтобы повзрослеть, но дела с Лян Ци вспыхнули сами собой, и молодой человек уже готов был взять всё в свои руки.
Всё складывалось гораздо лучше, чем они ожидали.
И всё же и он, и Вэнь Лао подозревали, что кто-то невидимый подбросил искру в костёр Лян Ци, но никаких следов найти не удалось.
На следующий день почти все газеты напечатали фотографию Вэнь Шу Иня.
На фоне роскошного банкета молодой, красивый юноша с бокалом вина смотрел в сторону камеры. Где тут хоть капля юношеской наивности? Его взгляд был острым, как у одинокого волка, полным хищной решимости.
Конечно, никто не знал, что эту фотографию сделала Шу Тун.
Снимок быстро распространился в интернете, и у Вэнь Шу Иня даже появились первые фанатки на форумах.
Утром Линь Лаоши пришла в танцевальную студию и обнаружила, что родители сегодня особенно возбуждены.
Кто-то спросил её:
— Та девочка по имени Тунтун — разве она не сестра Вэнь Шу Иня из газет? Боже мой, учительница, вы ведь всё это время знали?
Линь Лаоши тоже видела газету и была потрясена, но не хотела вдаваться в подробности, поэтому лишь покачала головой.
— Эх, скоро же придёт эта девочка? Спросим у неё сами! Хотя… разве она не носит фамилию Чэнь?
— Вэнь Шу Инь раньше, кажется, носил фамилию Ван — его ведь удочерили? Но вчера я лично слышала, как она звала его «брат»! Так что точно не ошибёшься!
— А та госпожа Лян, что называла себя законной женой, разве не пыталась убить этого ребёнка? Мир богачей страшен… Но раз он выжил, значит, Вэнь Шу Инь теперь очень силён.
Слушая эти разговоры, Линь Лаоши поспешила уточнить:
— Шу Тун с сегодняшнего дня больше не будет заниматься здесь. Она переходит в ансамбль на полный график.
Вокруг раздались вздохи сожаления, но учительница лишь покачала головой и больше не обращала внимания.
После переезда в особняк семьи Вэнь Шу Тун по-прежнему ездила с водителем, но теперь Вэнь Лао всегда сопровождал её.
Он не был из тех, кто умеет ласково обращаться с детьми, и его суровое лицо с глубокими носогубными складками обычно пугало малышей.
Но Шу Тун любила с ним болтать. Когда она рассказала ему обо всём, что помнила из своих девяти лет, она начала задавать вопросы ему.
Постепенно Вэнь Лао стал менее скованным, и разговоры между ними становились всё длиннее.
Оказалось, что раньше он редко жил в особняке. Помимо управления компанией Вэнь, он ездил на запад, чтобы сажать деревья, строил школы на севере и прокладывал дороги в горных деревнях — всё это за свой счёт.
— Когда я разбогатею, я тоже буду сажать деревья, строить дороги и школы, — серьёзно сказала Шу Тун.
Вэнь Лао рассмеялся, растроганный её детской искренностью:
— Отлично! Тогда Тунтун должна хорошо учиться. Только образование открывает будущее и позволяет приносить пользу обществу, реализуя свою ценность.
Лао У за рулём тоже невольно улыбнулся. Вэнь Лао уже давно составил план воспитания для обоих детей: старшего отправить в армию служить Родине, а младшую — не баловать и впоследствии отдать в военное училище.
Но теперь…
Каждый из них выбрал свой путь, и Вэнь Лао не хватило духа заставлять их следовать его замыслу.
«Хунци» плавно остановился у входа в Дворец пионеров. Шу Тун помахала дедушке и Лао У и зашла внутре лица обоих мужчин сразу стали серьёзными, и их взгляды устремились в зеркало заднего вида.
— Скорее всего, люди Лян Ци, — произнёс Вэнь Лао. — Оставь только Сяо Гао. Даже если Лян Ци узнает, она не посмеет ничего предпринять.
В конце концов, они находились в столице.
Личность Шу Тун пока не раскрыта — большинство знает лишь о громком возвращении Вэнь Шу Иня, но не подозревает, что у него есть сестра.
Вэнь Лао был уверен, что сможет защитить внучку.
[Прогресс изменения судьбы хозяйки — 100%. Поздравляем!]
В Дворце пионеров Шу Тун услышала системное уведомление и с облегчением выдохнула.
Как и ожидалось, как только Лян Ци перестала быть угрозой, прогресс завершился.
После поступления в детский художественный ансамбль «Чжаоян» Шу Тун стала больше времени уделять танцам — ведь она была самой слабой в группе.
Зима в этом году наступила рано. Международный детский фестиваль искусств в столице должен был стать её первым выступлением. Она не придала этому значения и вспомнила рассказать Вэнь Лао лишь накануне — брат был занят учёбой и знакомством с делами компании, поэтому она не стала его беспокоить.
Но на следующий день, выйдя на сцену, она увидела в зале не только дедушку и брата, но и Ван Линъэр с Цун Цзюнем, Линь Ци со своими одноклассниками, а также Се Жэня, который учился в соседнем городе!
Когда номер подходил к концу, в зал вбежали Фань Юэ и Пан Да Тоу в камуфляже — видимо, только что получили разрешение на отпуск.
Шу Тун смотрела на этот ряд знакомых лиц и чувствовала, будто устраивает персональный концерт. Их взгляды выражали такую искреннюю поддержку, что ей казалось, будто у неё сразу появилось несколько новых родителей, полных надежд за неё.
После выступления она сошла со сцены, и Фань Юэ неизвестно откуда достал фотоаппарат:
— Встань ровно, сделаю снимок.
Шу Тун замотала головой:
— Нет! Макияж ужасный!
Для сцены грим наносили очень густо, и на фото она точно будет выглядеть плохо!
Фань Юэ усмехнулся и направил камеру:
— Сейчас сниму.
— Не-не-не! — продолжала отказываться Шу Тун.
Фань Юэ начал считать:
— Раз, два…
Шу Тун запаниковала и, прежде чем он нажал на кнопку, быстро изменила позу и показала «ножницы».
— Снял, — улыбнулся Фань Юэ. — Ещё одну?
— Не буду! Не хочу! — закричала Шу Тун, заслоняя лицо руками.
Фань Юэ не обращал внимания и снова начал считать:
— Раз, два…
Шу Тун тут же расплылась в улыбке и, склонив голову, весело посмотрела в объектив.
— Щёлк.
Фань Юэ приподнял бровь:
— Вот ведь, какая послушная!
Шу Тун:
— …
Всё равно не стоит тратить плёнку!
http://bllate.org/book/7047/665644
Готово:
