Цзин Янь собрала вещи, надела рюкзак и вышла из класса. За дверью первого «А» никого не было — учитель, вероятно, всё ещё что-то объяснял внутри.
Сегодня у дедушки Муцяня день рождения, и сразу после уроков он отправился к нему. Цзин Янь не стала его ждать и в одиночку покинула учебный корпус, направляясь к велосипедной стоянке.
Там, в два аккуратных ряда, стояли велосипеды. Она нашла свой беленький и открыла замок.
Когда она поступила в среднюю школу, расстояние до дома показалось слишком большим, и отец купил ей велосипед. С тех пор прошло уже три года.
Она проехала всего несколько метров, как вдруг педали под ногами внезапно провалились. Цзин Янь резко затормозила и посмотрела вниз.
Цепь между колёсами неожиданно слетела.
Она откатила велосипед к обочине и присела на корточки.
Цепь безжизненно свисала с задней звёздочки, а передняя её часть болталась снаружи. Цзин Янь взялась за неё и пыталась насадить обратно, но ничего не выходило.
Вскоре её руки оказались перепачканы чёрной смазкой. От усердия на лбу выступил пот, ноги онемели от долгого сидения на корточках, а цепь так и не встала на место.
Через дорогу находилось интернет-кафе. В это время, когда школьники только что закончили занятия, там было не протолкнуться.
В холле, несмотря на работающий кондиционер, стояла духота, но в кабинках у окон царила особая прохлада и свежесть.
— Чёрт!
Ван Фэн, которого один и тот же игрок дважды подловил в кустах, с досадой уставился на потемневший экран, грубо отодвинул клавиатуру и откинулся на спинку кресла, закурив сигарету.
— Да чтоб я этого ублюдка прикончил, как только возродлюсь! Задавлю его в прах! Убью, гада!
— Кунь-гэ отомстит за тебя.
— Вы пока играйте, я в туалет сбегаю.
Быстро справившись с делом, Ван Фэн застегнул молнию, мельком глянул в окно и вышел из туалета.
Пройдя несколько шагов, он вдруг остановился, приподнял край шторы в кабинке и снова посмотрел наружу.
Под деревом на другой стороне дороги девушка присела перед велосипедом и что-то усердно возилась с ним.
Ван Фэн нахмурился — почему-то показалось, что этот силуэт ему знаком.
В этот момент девушка встала и повернулась в другую сторону, и он наконец разглядел её лицо.
— Эй, Вэньцзы, чего застыл? Беги скорее!
— Подождите… Я кое-кого увидел…
Ли Кунь не отрывал взгляда от экрана, лихорадочно стуча по клавишам, и бросил сквозь зубы:
— Кого ты там увидел, чёрт побери? Беги уже, а то я сейчас сдохну!
— Нет, правда, кажется, я увидел одну девчонку из вашего класса.
— Ты же глаз с Сунь Сюечунь из первого «А» не сводишь. С каких пор стал интересоваться девчонками из нашего класса?
Ван Фэн обернулся к парню в наушниках, который совершенно не обращал внимания на их разговор, и медленно произнёс:
— Мне-то всё равно. Но нашему Аяо это, возможно, интересно.
Едва он договорил, как пальцы на клавиатуре замерли. Парень резко сорвал наушники и повернул голову.
— Кто?
— Цзин Янь, — ответил Ван Фэн, приподняв бровь.
Целых двадцать минут она пыталась починить цепь, но безрезультатно. Глядя на свои руки, уже неузнаваемо испачканные, Цзин Янь тяжело вздохнула и окончательно сдалась.
Самой ей точно не починить. Лучше уж катить велосипед пешком.
Солнце клонилось к закату, золотистые лучи растягивали тени от неё и велосипеда на асфальте.
Если ещё задержится, скоро стемнеет.
Позади послышались шаги, которые становились всё ближе. Цзин Янь решила, что это просто прохожий, и не обернулась.
Но вдруг в её поле зрения появились чёрные кроссовки. Она слегка удивилась и подняла голову.
— Цинь… Яо?
Девушка сидела на корточках и смотрела на него снизу вверх широко раскрытыми глазами. На её белоснежных щеках красовались несколько чёрных полос — она была похожа на маленького грязного котёнка.
Цинь Яо опустил взгляд на её «бедственные» руки.
— Что случилось с велосипедом?
— Цепь спала…
Он присел рядом, осмотрел механизм и сразу взялся за дело.
Поняв его намерение, Цзин Янь поспешила остановить:
— Не трогай! Там же смазка, испачкаешь руки…
Но он уже дотронулся до цепи, и она замолчала, наблюдая, как он чинит велосипед.
В лучах заката пряди волос, падающие ему на лоб, мягко отливали золотом, густые ресницы отбрасывали тень на скулы, а глубокие глаза были сосредоточенно устремлены на колесо. Его движения были чёткими и уверенными.
Цзин Янь заворожённо смотрела на его профиль и забыла отвести взгляд.
Прошло неизвестно сколько времени, как вдруг перед её глазами возникло увеличенное лицо. Она очнулась и инстинктивно отпрянула назад, упав на землю.
Рядом раздался тихий смех.
— Так увлеклась смотреть?
— Неужели влюбилась в меня, а? — с лёгкой насмешкой спросил он.
Щёки Цзин Янь мгновенно вспыхнули. Она поспешно поднялась с земли.
Цепь уже была на месте. Девушка посмотрела на него и искренне поблагодарила:
— Спасибо тебе.
Парень одной рукой оперся на седло, другой — на руль, загораживая ей путь, и наклонился ближе.
— Вместо «спасибо» мне бы хотелось услышать три других слова.
Цзин Янь сглотнула.
— Тогда… благодарю тебя.
Он пристально посмотрел на неё, а потом тихо рассмеялся, обнажив ровные белоснежные зубы.
— Ты до чего же милая.
На закате её румяные щёчки выглядели особенно соблазнительно. У Цинь Яо дрогнуло сердце, он сглотнул и, оторвав руку от руля, потянулся к её лицу.
Цзин Янь поспешно отвела его руку.
— Грязные… руки… в смазке…
Она двумя пальцами вытащила из кармана формы салфетку и протянула ему.
— Вытрись.
Цинь Яо посмотрел на бумажку и взял её.
Когда Цзин Янь уже собиралась убрать руку, он вдруг сжал её пальцы в своей ладони.
Мягкая салфетка скользнула по её коже. Она попыталась вырваться, но он крепко держал.
— Цинь Яо, отпусти…
— Не двигайся.
Он аккуратно вытер обе её ладони и лишь тогда неохотно разжал пальцы.
Убедившись, что он вытер руки, Цзин Янь сказала:
— Спасибо тебе сегодня. Я пойду.
Она попыталась толкнуть велосипед, но он не сдвинулся — его всё ещё удерживала большая ладонь на седле.
— У тебя есть дела послезавтра?
— Есть.
Как и ожидалось, брови парня нахмурились.
— Правда занята?
Она кивнула.
— Да, договорилась с Жо Нань.
— А у меня послезавтра день рождения…
Цзин Янь слегка удивилась — вспомнила письмо Сунь Сюечунь, где та упоминала эту дату.
15 июня — его день рождения.
— Тогда… с днём рождения!
— Сегодня же не он.
— Это предварительное поздравление.
— Только в сам день считается. Так не пойдёт.
Цзин Янь опустила глаза на руль и не знала, что сказать.
— Цзин Янь.
Она подняла голову — раздался щелчок, и она увидела в руке Цинь Яо его телефон.
Девушка замерла, осознав, что он только что сделал её фото.
— Ты что…
Парень покачал телефоном, уголки губ приподнялись в откровенной улыбке.
— Плата за починку велосипеда.
Он убрал руку с седла.
— Уже поздно, поскорее возвращайся домой.
Видя, что она всё ещё стоит неподвижно, Цинь Яо наклонился и с лёгкой двусмысленностью спросил:
— Или не хочешь со мной расставаться?
В следующую секунду велосипед стремительно вырвался вперёд.
Цинь Яо выпрямился и смотрел, как фигура девушки удаляется вдаль. Он разблокировал экран, долго смотрел на фотографию и в конце концов поставил её на обои.
Лишь проехав далеко и убедившись, что его взгляд больше не следует за ней, Цзин Янь сбавила скорость. Её лицо всё ещё пылало румянцем.
Дома она сразу бросилась в ванную мыть руки. Взглянув в зеркало, она аж вздрогнула.
На обеих щеках красовались чёрные разводы — она выглядела как котёнок с испачканной мордочкой.
Цинь Яо не только не предупредил её, но ещё и сфотографировал!
Фу… Какой же он…
На второй день праздника Дуаньу Цзин Янь отправилась в восточное пригородье.
В центре города Ланьси небоскрёбы теснились друг к другу, но на окраине, в восточном пригородье, стояли аккуратные ряды отдельных домиков.
От поездки на автобусе, которая заняла целый час, у неё закружилась голова — она всегда страдала от укачивания.
На улице стояла жара, и гулять было бы слишком жарко. После обеда они с Жуань Жожо устроились в её маленькой комнатке и вскоре, одолеваемые сонливостью, задремали.
Вскоре в комнате раздались два тихих, ровных дыхания.
Очнувшись, Цзин Янь увидела, что уже пять часов вечера, и солнце уже не так сильно палило.
Жуань Жожо вытащила из шкафа две соломенные шляпки, тщательно нанесла солнцезащитный крем и, сев на стоявший у двери электросамокат, повезла Цзин Янь по прямой асфальтированной дорожке.
По обе стороны дороги простирались зелёные рисовые поля. Прохладный ветерок ласкал лицо, неся с собой ароматы земли и цветов.
Над городом Ланьси обычно висела лёгкая дымка, но здесь небо было чистым и лазурным.
Голубое небо, белоснежные облака и изумрудные поля создавали восхитительную картину.
Стрекоза села Жожо на плечо, но Цзин Янь едва коснулась её — и та улетела.
— Жожо, здесь так красиво.
Жуань Жожо гордо улыбнулась.
— Правда? Я тоже так думаю.
— Это ещё не всё. Сейчас поедем в ещё более красивое место — тебе точно захочется остаться там навсегда.
Чем дальше они ехали, тем прохладнее становилось. Наконец, за поворотом перед ними открылась длинная дамба.
Изумрудное озеро, словно огромный изумруд, было вложено в это место. Густая листва деревьев по берегам отбрасывала тень, а послеполуденное солнце играло на водной глади. Лёгкий ветерок колыхал поверхность, превращая её в тысячи мелких зеркал, сверкающих на свету.
На табличке значилось: водохранилище Янху.
— Мы приехали.
Жожо остановила самокат у беседки и огляделась по сторонам, бормоча себе под нос:
— Странно… Где же он?
— Ты кого-то ищешь? — спросила Цзин Янь.
— А? Нет-нет, ничего такого.
В выходные у водохранилища Янху было много народу — и местные жители, и приезжие из города с семьями.
— Цзин Янь, давай ещё немного прогуляемся вперёд.
— Хорошо.
На дамбе многие сидели с маленькими стульчиками и мирно удили рыбу. По озеру неторопливо плыли утки, а на берегу на мгновение присели несколько водяных птиц.
Цзин Янь достала телефон и, идя вперёд, делала снимки красивых пейзажей.
— Жожо, давай я тебя сфотографирую.
Никто не отозвался. Она обернулась и увидела, что Жожо отстала на десяток метров и увлечённо печатает что-то в телефоне. Цзин Янь подошла ближе.
— Чем занимаешься?
Неожиданный голос напугал Жожо — она чуть не выронила телефон, быстро выключила экран и спрятала устройство.
— А? Мама прислала сообщение, чтобы я обязательно показала тебе всё самое интересное. Хе-хе.
Цзин Янь ничего не заподозрила и взяла подругу под руку.
— Пойдём, продолжим гулять.
Территория водохранилища Янху была огромной, и за почти час они обошли менее трети пути.
Небо начало темнеть, и у Цзин Янь заболели ноги. Она повернулась к подруге:
— Жожо, скоро стемнеет. Может, пора возвращаться?
— А? Ты уже не хочешь гулять?
— Да, ноги болят. А у тебя нет?
Болят, ещё как болят! И ей тоже хочется домой…
Жожо ещё раз огляделась по сторонам, затем тяжело вздохнула:
— Ладно, поехали обратно.
Она только что развернулась, как вдруг вдалеке донёсся знакомый голос:
— Сяо Цзин Янь!
Цзин Янь остановилась.
— Жожо, ты не слышала? Кажется, меня кто-то звал.
— Сяо Цзин Янь!
На этот раз голос чётко донёс вечерний ветерок. Она обернулась.
На лужайке вдалеке парень энергично махал руками. Прищурившись, она разглядела его лицо.
— Ли Кунь?
— Как он здесь оказался? — удивилась Жожо.
Не дожидаясь их реакции, парень уже подбежал, уперся руками в колени и тяжело дышал.
— Ка… какая неожиданность! Вы как здесь?
— Жожо живёт неподалёку. Я приехала к ней в гости.
— Понятно, — Ли Кунь перевёл дыхание и выпрямился, указывая за спину.
http://bllate.org/book/6924/656350
Готово:
