Увидев Е Йончи, все слегка удивились, а Мин Фэн и вовсе не стал скрывать тревогу:
— Почему так быстро вышел? Неужели что-то случилось?
Его лицо сразу потемнело.
— Если какая-нибудь другая секта тебя обидела, скажи брату — я сам разберусь.
— Дело не со мной, а с другими. Пошли кого-нибудь забрать тело Бай Сяньчжу.
Мин Фэн только набрался решимости защищать младшего товарища, как вдруг замер и побледнел:
— Тело?!
Е Йончи кивнул:
— Обсудим позже.
Вскоре подошёл человек, чтобы проводить Е Йончи на регистрацию очков. Тот последовал за ним и обнаружил, что он вовсе не первый — кто-то уже подсчитывал свои баллы.
Услышав шаги, тот обернулся и, увидев Е Йончи, широко улыбнулся.
— Даоский друг, почему ты не подождал меня? Выскочил один!
У Е Йончи дёрнулась жилка на лбу.
«Откуда этот прилипала?»
Бай Цэнь тоже была в полном недоумении.
Этот «кто-то» был никем иным, как Жань Дао.
Е Йончи проигнорировал его и начал выкладывать на стол всё подряд: добычу из тайника, трофеи с побеждённых культиваторов — один предмет за другим.
Испытание в тайнике было задумано группой старейшин совместно, поэтому судьи были беспристрастны, опытны и видели всякое. Увидев столько награбленного, они лишь слегка удивились, но ничего не сказали.
Пока велись подсчёты, Жань Дао вдруг хихикнул:
— Даоский друг, ты ведь что-то забыл?
Тут Бай Цэнь вспомнила:
— Ах да! Он же должен нам что-то отдать!
Е Йончи тоже помнил об этом. Ему крайне не хотелось иметь с этим типом какие-либо дела, поэтому он просто протянул руку, даже не говоря ни слова.
Но Жань Дао вдруг сделал вид, будто стесняется:
— Прямо здесь передать?
Бай Цэнь вздрогнула.
Не только Е Йончи — даже она готова была вспороть ему брюхо.
Однако после шутки выражение лица Жань Дао стало неожиданно серьёзным.
— Ладно.
С этими словами в его ладони возник сгусток светящегося тумана.
Бай Цэнь не могла разобрать, что это такое, и подняла глаза — Е Йончи тоже выглядел озадаченным.
Жань Дао улыбнулся и обратился к старику рядом:
— Может, сначала подсчитаете, сколько очков стоит эта штука? Потом будет неудобно.
Старик не понял его смысла, но всё же подчинился и начал расчёт.
Он достал сосуд и поднёс к светящемуся туману. Сосуд издал «ду-ду», а затем внезапно взорвался.
Лицо старика исказилось от ужаса:
— Что это?! Откуда такая энергия?!
Он испуганно посмотрел на Жань Дао, но тот лишь хмыкнул:
— Не важно, что это. Я дарю это даоскому другу прямо сейчас, а вы станьте свидетелем.
Хотя старик был потрясён, правил, запрещающих передачу наград, не существовало, поэтому он мрачно кивнул.
Е Йончи почувствовал нечто странное:
— Что это за вещь?
— Ну…
Жань Дао склонил голову, явно затрудняясь объяснить, но в конце концов рассмеялся:
— Скоро узнаешь.
Е Йончи всё ещё настороженно смотрел на него, но потом тоже усмехнулся:
— Тогда я с нетерпением жду.
Достигнув согласия, Жань Дао стал выглядеть ещё искреннее. Он мягко махнул рукой, и светящийся туман поплыл к Е Йончи.
Тот протянул руку, чтобы принять дар, но в этот момент произошла неожиданность: туман вдруг резко изменил направление и со скоростью молнии устремился к ухвату!
Е Йончи рванулся назад, но туман оказался быстрее — в мгновение ока он проник внутрь ухвата!
Е Йончи мгновенно развернулся и приставил Меч «Ханьшан» к горлу Жань Дао.
— Ищешь смерти.
Его лицо стало ледяным, взгляд полон убийственного намерения, но Жань Дао ничуть не испугался и всё так же весело улыбался, многозначительно глядя на него.
— Зачем так спешить?
Едва он договорил, как раздался испуганный возглас Бай Цэнь.
Е Йончи тут же нахмурился и поднял ухват перед собой.
Бай Цэнь не хотела его перебивать, но ухват начал меняться самым поразительным образом.
Внутри ухвата, где обычно царила тьма, вдруг ворвался огонь и начал бушевать вокруг неё. Бай Цэнь в ужасе отступила и поспешно вылетела наружу.
Она села на древко и торопливо закричала:
— Внутри ухвата пожар!
Сказав это, она опустила глаза и замерла.
Огонь охватил не только внутренности, но и само древко.
Теперь она сидела прямо в пламени, но жара не чувствовала.
Бай Цэнь растерялась.
Е Йончи молча смотрел вдаль, погружённый в мысли, а Жань Дао тихо прошептал с усмешкой:
— Это ведь твой меч. Ты должен понимать, что происходит.
Как только он закончил фразу, пламя, вспыхнувшее без причины, начало угасать. На древке остались лишь несколько красных узоров.
И, возможно, ей показалось, но чёрные узоры, что раньше опоясывали ухват, будто бы немного посветлели.
Аура Е Йончи стала тяжёлой и давящей, и клинок у горла Жань Дао не дрогнул ни на йоту.
— Кто ты такой и откуда можешь снимать печати?
Услышав это, Бай Цэнь вскочила.
Значит, это не иллюзия! Чёрные узоры действительно исчезли — одна из печатей была снята!
Жань Дао снова тихо рассмеялся, но прежде чем он успел ответить, старик рядом указал на небо и закричал:
— Беда! Тайник!
Е Йончи резко обернулся — и то, что он увидел, заставило даже его побледнеть.
Бай Цэнь тоже подняла голову и остолбенела.
Вход в тайник дрожал, извивался, искажался, пока наконец не исчезла иллюзия, открыв истинную картину внутри.
В самом тайнике происходило нечто ужасающее: небо рушилось, земля тряслась, песок и камни летали во все стороны — словно настал конец света.
Бай Цэнь прошептала:
— Неужели… он рушится?
Никто не мог ответить ей.
Но небесные катаклизмы заметили не только они. Все секты увидели это и мгновенно подняли в воздух сотни культиваторов, чтобы спасти своих учеников.
Е Йончи вдруг вспомнил о чём-то и резко обернулся.
Жань Дао тоже отвёл взгляд от неба.
— Без источника тайника так и должно быть.
«Источник тайника?» — Бай Цэнь с изумлением посмотрела на него.
Значит, то, что он влил в ухват, и есть источник тайника?
Этот человек точно не прост.
Е Йончи уже собирался схватить его, но Жань Дао мгновенно исчез, даже не оставив следа — даже Е Йончи не смог его удержать. В следующее мгновение он уже стоял в нескольких ли отсюда.
В хаосе никто не заметил его. Он помахал Е Йончи рукой:
— Хотелось бы ещё немного пообщаться, но на сегодня хватит… Иначе действительно начнётся заварушка.
С этими словами он взглянул на врата тайника в небе, подпрыгнул и, смешавшись с толпой культиваторов, вновь устремился внутрь.
Реакция всех сект была молниеносной: за считаные мгновения они эвакуировали всех своих людей. Тайник успокоился, полностью скрыв предыдущие признаки разрушения. Иллюзорные врата вновь возникли и медленно закрылись перед глазами собравшихся, исчезнув бесследно.
Наблюдая за всем этим, Е Йончи не мог выразить своих чувств.
Он вернул Бай Цэнь себе на плечо:
— Пойдём, дома поговорим.
Бай Цэнь была полностью согласна, но, оглядываясь на небо, ей казалось, будто оттуда за ними всё ещё наблюдает чей-то глаз.
Цзин Шао и Пэй Цзиньюэ уже вернулись. Увидев Е Йончи, они поспешили к нему.
— Бай-бай, с тобой всё в порядке?
Бай Цэнь внимательно осмотрела их — ран не было, и она наконец перевела дух.
Она дёрнула Е Йончи за рукав:
— Спроси, что с ними случилось.
Е Йончи повторил её слова. Цзин Шао скривилась и расстроенно сказала:
— Ничего не понятно. Мы встретили разбойников, которые пытались отнять сумки цянькунь, и решили, что это отличная практика. Но вдруг всё вокруг начало рушиться, и нас выбросило наружу.
Е Йончи нахмурился:
— Выбросило? Вас не кто-то вынес?
Цзин Шао покачала головой:
— Нет. Я чётко почувствовала силу отторжения, меня подбросило вверх, а потом появился Старейшина У и вытащил нас обоих.
Е Йончи задумался.
Подошёл Мин Фэн, обеспокоенный:
— Никого не напугало?
Для него все эти младшие товарищи были как младшие братья и сёстры, и он боялся, что первое испытание в тайнике оставит у них травму.
Все покачали головами. Е Йончи незаметно огляделся и сказал:
— Когда вернёшься с совета, расскажи мне всё.
Мин Фэн удивился, но решил, что тот просто любопытствует, и добродушно кивнул:
— Хорошо.
Его обычное доброе выражение лица теперь сменилось горькой улыбкой.
— За сто лет такого ещё не случалось…
Е Йончи, как и ожидал, вскоре получили приглашение от всех сект на совещание. Мин Фэн уже собирался идти, но Е Йончи остановил его.
Он серьёзно добавил:
— Запомни: каким бы ни был итог, награда победителю должна быть выдана в полном объёме.
Мин Фэн удивился, но, взглянув на него, понимающе улыбнулся:
— Сестрёнка, не волнуйся. То, что принадлежит нашему клану Фэйюйцзун, даже если небо рухнет, брат всё равно вернёт.
Е Йончи остался доволен и не стал обращать внимания на то, что тот назвал его «сестрёнкой». Он лишь вздохнул, глядя вслед уходящему:
— В этом клане Фэйюйцзун всё-таки есть пара годных людей.
Бай Цэнь тоже смотрела на спину Мин Фэна, погружённая в размышления.
Впервые ей показалось, что, возможно, её наставник выбрал Мин Фэна не случайно.
Возможно, именно он по-настоящему понял устав клана Фэйюйцзун.
— Бай-сестра, Старейшина Нин Чэ зовёт тебя.
Это была знакомая сестра по клану. Она с беспокойством посмотрела на Бай Цэнь и замялась:
— Ты… в общем, в этот раз ты перегнула палку. Лучше сначала извинись.
Бай Цэнь чуть не забыла, кто такая Нин Чэ, но, подумав, вспомнила — та самая «улыбающаяся тигрица», супруга Старейшины У.
Что ей нужно?
Очевидно, Е Йончи тоже задавался этим вопросом, но удивлялся он другому:
— За что мне извиняться?
http://bllate.org/book/6894/654223
Готово:
