Все ликовали, празднуя победу, и никто не заметил, как король ринга сошёл с помоста и, обогнув арену, направился прямо к выходу.
Прошло несколько минут, прежде чем Хэ Мин немного успокоился после бурного всплеска эмоций, и отправился в раздевалку — отыскать Ло Юйцяня.
— Ло-король!!! — радостно выкрикнул он, врываясь внутрь.
Но в комнате оказался лишь тренер.
— А? Где Ло Юйцянь?
— Пошёл на улицу к той девушке, — ответил тренер. — Даже раны не стал обрабатывать.
Хэ Мин молча вздохнул. Теперь он окончательно убедился: с тех пор как Ло Юйцянь повстречал Чэнь Чэн, он действительно сошёл с ума.
— А травмы серьёзные?
— Вроде бы нет. У Тая Саньму, хоть и дурной нрав, но честь боксёра всё же есть. Лицо — только поверхностные повреждения. Рёбра, возможно, сломаны, но само заживёт.
Хэ Мин перевёл дух и с облегчением рухнул на стул:
— Ну и ладно, раз победил… Я чуть в обморок не упал от переживаний.
— В последних двух раундах он уже пришёл в себя. Я ему говорил, что слабое место Тая Саньму — ближний бой на полу. Поэтому в конце он и завёл его туда, чтобы сбить с толку.
Хэ Мин не ожидал, что за этим стоит продуманная стратегия, и от изумления широко раскрыл рот.
Спустя некоторое время Чэнь Чэн вошла, поддерживая Ло Юйцяня.
В боксёрском зале всегда дежурил медперсонал, и врач тут же подошёл, чтобы обработать его раны.
Основные повреждения были на лице, и обработка оказалась кропотливой: из-за множества царапин и ссадин пришлось буквально обильно смочить всё лицо спиртом.
Ло Юйцянь нахмурился, стиснув зубы от боли, а слёзы сами навернулись на глаза от жгучего раздражения.
Врач аккуратно убрал кровь ватными палочками и наложил повязки на самые глубокие раны.
— Готово, — сказал он, закрепляя пластырь. — Где-нибудь ещё сильно болит?
Ло Юйцянь прислушался к себе, осторожно надавил на грудь и живот:
— Перелом рёбер, наверное, несерьёзный. Ничего, через несколько дней пройдёт.
— Хорошо. Следите, чтобы на лицо не попала вода, и не допустите воспаления.
— Угу.
Он попытался открыть глаза, но ресницы дрогнули, и остатки спирта в уголках вызвали жжение. От этого его глаза покраснели, и при каждом моргании выступала слеза.
— Больно?
Он моргнул и увидел перед собой обеспокоенное лицо Чэнь Чэн. Успокаивающе улыбнулся:
— Нет, не больно.
— Не могу смотреть! Прямо невыносимо! — подтрунил Хэ Мин сбоку.
Ло Юйцянь косо глянул на него:
— Ты ещё не ушёл домой? Мама тебя не отлупит?
— Сегодня только родительское собрание прошло, так что дома меня точно отлупят.
— Уже поздно, твоя мама, наверное, спит. Лучше иди.
— Ладно, пошёл. — Хэ Мин тайком показал губами: «Не мешаю вам, голубки», — и добавил, обращаясь к Чэнь Чэн: — Пока, сестрёнка.
Чэнь Чэн шмыгнула носом:
— Угу. Осторожнее по дороге.
— Ага! Знаю! — весело отозвался Хэ Мин и вышел из раздевалки.
Тренер ещё немного поговорил с Ло Юйцянем о планах на будущее. Этот небольшой поединок — лишь первый шаг. Постепенно адаптируясь и преодолевая трудности, он сможет выйти на международную арену и завоевать титул чемпиона мира.
— Ладно, идите домой, — сказал тренер.
***
Такси мчалось по почти пустым улицам в предрассветные часы.
Они, словно два листа, носимые ветром перемен, вернулись в ту самую тесную, но уютную съёмную квартиру.
Из-за того, что всю свою предыдущую жизнь Чэнь Чэн привыкла быть одна, теперь, когда в её судьбу с неудержимой силой ворвался человек, ставший для неё невероятно важным, она часто терялась и не знала, как себя вести.
Чэнь Чэн вышла из ванной и некоторое время молча сидела на краю кровати, потом прижала пальцы к вискам и глубоко выдохнула — усталость пропитала даже её дыхание.
Но покоя не было.
Она встала и вышла из спальни, подошла к двери комнаты Ло Юйцяня и постучала. Ответа не последовало.
Приложив ухо к двери, она услышала шум воды — Ло Юйцянь всё ещё принимал душ.
«Неужели он не знает, что раны нельзя мочить?..» — нахмурилась она.
Чэнь Чэн толкнула дверь и вошла. В комнате всё было разбросано, будто хозяин совсем не заботился о порядке: сменная одежда валялась на кровати.
— Ло Юйцянь! — крикнула она в сторону ванной.
Шум воды почти мгновенно стих, и из-за двери раздался осторожный голос:
— Сестра?
— Ага, — отозвалась Чэнь Чэн. — …Я переживала, вдруг тебе больно стало. Можно ли тебе вообще принимать душ в таком состоянии?
— Без душа я не могу уснуть… Раны на теле несерьёзные, не волнуйся.
Чэнь Чэн стояла у кровати, ресницы её быстро трепетали, она изо всех сил сдерживала бурлящие внутри чувства, потом покорно наклонилась и подняла подушку с пола.
Не взглянув даже на его раны — всё равно не спокойна — она решила заняться уборкой его комнаты.
Когда Ло Юйцянь с трудом вышел из ванной в пижаме, Чэнь Чэн уже дремала, прислонившись к изголовью его кровати.
Её тёмно-каштановые волосы рассыпались по плечам, лицо в свете лампы казалось мягким и спокойным, и от одного взгляда на неё боль в теле будто исчезала. Ровное дыхание заставляло грудную клетку размеренно подниматься и опускаться.
Брюки задрались, обнажив хрупкие лодыжки с едва заметными синими прожилками — в этом было что-то соблазнительное.
Ло Юйцянь застыл на месте, увидев эту картину.
Он тихо произнёс её имя — на этот раз не «сестра», а «Чэнь Чэн».
Он почти не в силах был сдержаться и подошёл ближе, наклоняясь над ней.
Его голова заслонила свет, и лицо Чэнь Чэн оказалось в тени. Она дрогнула ресницами и медленно открыла глаза.
Прямо перед ней были бездонные чёрные глаза.
— А!
Чэнь Чэн испугалась и инстинктивно толкнула его.
Рука попала прямо на синяк на его боку, и Ло Юйцянь поморщился, не сдержав стона:
— Сс…
Чэнь Чэн только сейчас осознала, что натворила, и тут же подхватила его:
— Ты в порядке? Больно? Куда я попала?
— …Ничего, — выдохнул он. — На боку синяк, всё нормально.
Чэнь Чэн всё ещё волновалась и потянулась, чтобы отодвинуть подол его пижамы и осмотреть рану, но Ло Юйцянь схватил её за запястье. Его ладонь была ещё влажной.
Чэнь Чэн почувствовала неловкость и замерла.
От неё пахло свежим, насыщенным ароматом геля для душа — он обволакивал, нежно и настойчиво, вызывая в нём бурную реакцию, смешанную с мучительным желанием.
Голос Ло Юйцяня стал хриплым, отстранённым, сексуальным и холодным:
— Мне снова хочется закурить.
— Тебе нужно бросить курить.
— Но сейчас я не выдержу.
Чэнь Чэн не решалась смотреть на него, опустив глаза на свои ступни. Тапочки болтались на пятках, вот-вот должны были упасть.
Со лба Ло Юйцяня скатилась капля пота. Он стиснул зубы, как зависимый, и напряг челюсть до предела.
— Кстати, — вдруг вспомнила Чэнь Чэн и поспешила выбежать из комнаты. Через мгновение она вернулась с посылкой. — Сегодня пришла, чуть не забыла.
— Что это?
— Жевательные конфеты для отказа от курения. Заказывала раньше.
— …
Чэнь Чэн быстро разорвала упаковку и вынула жестяную коробку с круглыми мягкими конфетами.
Она вложила её ему в руку:
— Когда захочется курить — жуй это. Я просто проверила, как твои раны. Ладно… Пойду спать.
Когда Чэнь Чэн ушла, Ло Юйцянь достал одну конфету и положил в рот.
На вкус она была невкусной — хоть и называлась конфетой, сахара в ней не было, зато чувствовалась горечь, смесь тёмного шоколада и кофе.
Он покрутил её во рту, но тяга к сигаретам не утихала — ведь источник этой зависимости был вовсе не табак, а Чэнь Чэн.
***
В ту ночь Ло Юйцянь увидел сон.
Перед ним была та самая девушка с алыми губами и белоснежной кожей, смеющаяся, как цветок. Её длинные волосы рассыпались по постели, а руки крепко обнимали его.
Он уловил знакомый аромат и, руководствуясь инстинктом, приблизился, обхватил узкую талию и прижался к ней — их тела слились воедино.
Одно — горячее, другое — прохладное.
Лунный свет проникал в окно.
В его свете он разглядел лицо Чэнь Чэн.
От страсти её щёки порозовели сильнее обычного, и на белоснежном постельном белье она напоминала распустившуюся розу. Её алые губы приоткрылись, и она тихо дышала.
Он не мог сдержаться и наклонился, целуя её губы.
Потом, словно моля, высунул язык и нежно провёл им по её губам — поцелуй был искренним и благоговейным, будто перед ним находилось самое драгоценное сокровище на свете.
Затем он осторожно прикусил её нижнюю губу, жадно, не в силах насытиться.
Внезапно Ло Юйцянь открыл глаза, вырвавшись из этого туманного, но прекрасного сна.
Грудь всё ещё вздымалась, сердце колотилось так сильно, что больно отдавалось в рёбрах.
Его глаза потемнели, в них не было ни проблеска света.
«Да я схожу с ума».
***
Ло Юйцянь обладал удивительной способностью к восстановлению — уже через несколько дней он почти полностью пришёл в норму и даже не пропустил ни одного занятия в школе. Благо, будучи загадочной личностью, и благодаря Хэ Мину, который вовремя прикрыл его, кроме пары выговоров от старого Цэня, никто особо не задавался вопросом, откуда у него такие синяки.
А у Чэнь Чэн тем временем начинались съёмки шоу, в котором она участвовала.
В программе задействовали пятерых участников: двое мужчин и трое женщин.
Один из мужчин — популярный молодой айдол Юй Цзымин, другой — недавно прославившийся среднего возраста автор-исполнитель Ли Шици.
Среди женщин — Чэнь Чэн, Чжао Туту и Дэн Си. Дэн Си была известна в индустрии своим вспыльчивым характером, а Чэнь Чэн и Чжао Туту — обе актрисы второго и третьего плана.
— Вот расписание съёмок, посмотри, — протянул Шэнь Юань файл.
— Угу, — Чэнь Чэн сидела в машине Шэнь Юаня и взяла папку.
Там подробно расписан график: съёмки проходят в два этапа. Первый начинается завтра и завершается в первый день китайского Нового года (второго февраля по лунному календарю). Через десять дней после этого — второй этап.
Суть шоу — путешествие в бедную деревню на северо-западе страны без денег, где знаменитости должны прожить в условиях настоящей нужды.
— Дэн Си некоторое время встречалась с Ян Цзыхуэем. Следи за ней, характер у неё не самый лёгкий, но в целом она не злая, просто привыкла капризничать, — сказал Шэнь Юань. — Вот моя визитка, если что — звони.
— Спасибо, — поблагодарила Чэнь Чэн и взяла карточку.
Её агентство было типичной «конвертной» конторой: брало проценты исправно, но никогда не добывало ей хороших проектов.
Они немного поговорили о деталях съёмок и о том, как вести себя с Ян Цзыхуэем в будущем.
— Ну что ж, тогда на сегодня… — Шэнь Юань осёкся, заметив у подъезда юношу. — Ты его знаешь?
Чэнь Чэн подняла глаза и увидела Ло Юйцяня, смотрящего в салон машины.
— А, да. Тогда я пойду, господин Шэнь.
Попрощавшись, она вышла из машины и направилась к Ло Юйцяню.
— Ты сегодня не ходил в зал? — спросила она, взглянув на часы.
Ло Юйцянь ещё некоторое время смотрел в сторону машины Шэнь Юаня, потом отвёл взгляд:
— Угу, взял выходной.
— Выходной? Тебе плохо?
— Нет. — Он взял у неё через плечо сумку и повесил себе на руку. — Ты же сегодня вечером улетаешь в аэропорт, хотел раньше вернуться.
Они вернулись в съёмную квартиру. Чемодан валялся на полу — Чэнь Чэн только начала собираться, когда её вызвал Шэнь Юань.
— Может, я тебя провожу в аэропорт?
— Не надо, вроде бы за мной пришлют машину. Это тоже часть съёмок — для трейлера, наверное.
— Угу. И это всё, что ты берёшь? — спросил Ло Юйцянь, указывая на чемодан.
— Да, нам не разрешают брать еду. Ведь весь смысл в том, чтобы путешествовать без денег.
Ло Юйцянь нахмурился, но ничего не сказал.
Чэнь Чэн упорно втиснула в чемодан несколько тёплых вещей, положила в рюкзак пару помад — и сборы были окончены.
— Кстати, — вдруг сказал Ло Юйцянь и вынул из сумки небольшую коробочку. — Вот, для тебя.
— Что это?
— Бутылочка желаний.
— …
Пальцы Чэнь Чэн замерли. Она моргнула и осторожно распаковала коробку.
http://bllate.org/book/6868/652250
Готово:
