На нём ещё виднелись пятна крови, злоба и ярость в глазах не рассеялись, но ничуть не портили его черты лица — будто он от рождения был предназначен быть властителем, стоящим над всеми.
Ло Юйцянь вновь пнул того человека и, схватив Чэнь Чэн за руку, вывел её из здания.
Северный ветер резко хлестал по лицу.
Пиджак Чэнь Чэн остался внутри, и едва они вышли на улицу, как Ло Юйцянь притянул её к себе, укутав в свою куртку.
Она чувствовала его прерывистое дыхание, вздымавшуюся грудь и ту ярость, что ещё не нашла выхода.
Чэнь Чэн потерлась щекой о его грудь и подумала: «Почему он так зол? Ведь даже я, пострадавшая, не так разозлилась — мне просто… неловко стало».
Она невольно рассмеялась.
— Чэнь Чэн…
Безо всякого предупреждения Чэнь Чэн вдруг сгорбилась и разрыдалась. Она вырвалась из объятий Ло Юйцяня, отступила назад, прислонилась к шершавой стене и медленно сползла по ней, плотно прижав ладони к лицу.
Помада размазалась за пределы губ, слёзы просачивались сквозь пальцы, ветер растрёпал ей волосы.
На улице сновали прохожие, время от времени кто-то любопытно поглядывал в их сторону.
Ло Юйцянь всегда считал Чэнь Чэн необычной девушкой — рассеянной, ленивой, упрямой, храброй.
Он часто задавался вопросом, почему она, живя такой жизнью, никогда не плачет. Но увидев это собственными глазами, он был настолько потрясён, что застыл на месте, не в силах пошевелиться.
Даже Чэнь Чэн… в таком виде выглядела слишком жалко.
— Ло Юйцянь… — не поднимая головы, она сидела у стены, голос звучал глухо и приглушённо, как у обиженной девочки.
И в этот момент она услышала голос, прорезавший всю окружающую тьму.
Её прохладные пальцы окутала горячая ладонь, а сверху раздался успокаивающий голос:
— Я здесь.
— Здесь, — повторил Ло Юйцянь и крепче сжал её руку.
Чэнь Чэн сжала его ладонь в ответ, закрыла глаза, а затем открыла их и посмотрела на небо, затянутое неровными облаками.
На улице было слишком шумно, но только сосредоточенный и внимательный взгляд Ло Юйцяня приносил ей покой.
Он всё ещё держал её руку, легко обхватив пальцы. Её кожа была холодной, а его горячий пульс у основания большого пальца постепенно растапливал этот холод.
Он открыл рот, слова вертелись в горле, он ещё не подобрал нужных слов, как Чэнь Чэн посмотрела на него.
С красными от слёз глазами, с каплями влаги на ресницах, с розовым кончиком носа и слегка нахмуренными бровями она произнесла:
— Не спрашивай меня о том, что только что случилось.
Голос звучал, как последняя капля воды в пустыне, а над головой мерцали тусклые звёзды.
— Пойдём в кино, — вырвалось у неё, и, помолчав, она добавила с улыбкой: — Давно уже не ходила.
— Хорошо.
Ло Юйцянь больше ничего не спросил. Он достал телефон, открыл приложение для покупки билетов и протянул ей, чтобы она выбрала фильм. После её выбора он купил два билета на последние места в зале.
Её юбка развевалась на ветру, прозрачные рукава трепетали, обнажая запястье с татуировкой.
Чёрное пятно… при свете луны Ло Юйцянь разглядел рисунок и замер, уставившись на него.
До начала сеанса оставалось совсем немного. Ло Юйцянь вызвал такси, и они добрались до кинотеатра за десять минут до начала.
— Сестра, посиди здесь немного, я схожу за напитками, — бросил он и направился к стойке.
В кинотеатре было жарко от обогревателей. Чэнь Чэн немного посидела, и ей показалось, что кровь вновь начала циркулировать по телу. Она достала телефон и набрала Сюй Цянье.
Если бы дело касалось только её самой, она не стала бы беспокоить подругу. Но раз уж в это втянули Ло Юйцяня, она не хотела подставлять его.
Зная методы того человека, она понимала: если не принять меры заранее, правда обернётся так, будто Ло Юйцянь — полная жертва.
Тот «господин Сяо» был одним из инвесторов фильма, хотя и не главным. А Сюй Цянье благодаря своему отцу имела определённое влияние в подобных финансовых вопросах и могла уладить дело.
— Два стакана горячего молока и порция попкорна, — сказал Ло Юйцянь продавцу и обернулся к Чэнь Чэн, заметив, что она разговаривает по телефону.
— Да, со мной всё в порядке, он меня не тронул.
— Тот тип немного пострадал, но не по моей вине… Да, он уже подошёл, его избил.
…
Повесив трубку, Чэнь Чэн вздохнула с облегчением и села на стул, глядя на спину Ло Юйцяня.
Она задумалась о чём-то.
Кроме лёгкой красноты вокруг глаз, в ней уже невозможно было узнать ту девушку, что только что рыдала у дороги. Теперь она выглядела совершенно спокойной.
Даже слишком спокойной — почти бесчувственной.
— Сестра, выпей пока горячего, — Ло Юйцянь протянул ей молоко.
— А, хорошо, — Чэнь Чэн взяла стакан, дунула на него и сделала маленький глоток. Тепло разлилось по желудку, принося уют.
— Пора заходить, — сказал Ло Юйцянь.
Чэнь Чэн последовала за ним, держа в обеих руках стакан с молоком, шаг за шагом, будто её разум заржавел и полностью отключился. Только пройдя контроль и миновав туалет, она протянула ему стакан:
— Я зайду в туалет, ты иди в зал.
— Хорошо.
Холодная вода струилась между пальцами. Чэнь Чэн вдохнула, плеснула воду себе на лицо, ресницы дрожали, щекоча ладони.
Опершись руками на раковину, она подняла глаза и посмотрела на своё отражение в зеркале: тёмные круги под глазами, измождённый вид. Как она вообще привлекла внимание такого извращенца?
Ещё когда «господин Сяо» начал не о фильме говорить, а всё больше наливать ей вина, она поняла его намерения.
Ей всего двадцать один год… в такой момент невозможно не испугаться. Но позвать на помощь было некого: Сюй Цянье уехала в соседний город, и тогда она отправила сообщение Ло Юйцяню.
Хорошо, что он есть…
Чэнь Чэн ещё раз плеснула себе на лицо воду и вышла из туалета. Ло Юйцянь ждал её у двери, прислонившись к стене.
— Пойдём, — тихо сказала она.
Она сделала шаг вперёд, но вдруг ощутила, как чьи-то пальцы подняли её подбородок.
Мягкая салфетка коснулась лица, нежно и осторожно убирая капли воды — будто боялись причинить боль.
Чэнь Чэн подняла глаза и прямо врезалась в его глубокие, как бездонное озеро, зрачки.
Она отступила на шаг и отвела взгляд, но в самый потаённый уголок сердца закралась странная боль — от такого бережного отношения.
— Пойдём, — повторила она, взяла салфетку и сама быстро вытерла лицо, тем самым прервав всё более интимное прикосновение.
В кинозале было душно от множества людей и мощного кондиционера.
Чэнь Чэн сняла куртку и перекинула через руку.
Их места находились в самом углу, поэтому пришлось пробираться мимо зрителей, извиняясь.
На экране уже шли трейлеры. На последнем ряду сидел мальчик, болтав ногами с бокалом колы в руках. Когда Чэнь Чэн проходила мимо, он внезапно споткнулся.
Кола пролилась прямо на неё.
«Вот тебе и не везёт», — подумала она.
— Ты что делаешь! — нахмурился Ло Юйцянь и притянул Чэнь Чэн к себе.
С того самого момента, как он получил её сообщение, он был в напряжении, и теперь любая мелочь казалась ему преднамеренной атакой. Его голос прозвучал громко, привлекая внимание окружающих.
— Ничего страшного, — Чэнь Чэн потянула его за рукав, стараясь сгладить ситуацию, и стала вытирать одежду салфеткой.
Мать мальчика тут же вскочила, извиняясь.
— Правда, всё в порядке. Давайте смотреть фильм, — улыбнулась Чэнь Чэн без тени злобы.
Заняв места, Ло Юйцянь снова достал салфетки и, наклонившись, собрался помочь ей вытереть одежду. Но, подняв глаза, вдруг опустил их.
Кончики его ушей покраснели.
— Накройся! — рявкнул он, швырнув ей на колени свою куртку.
Чэнь Чэн удивлённо посмотрела на него, потом опустила глаза и только тогда поняла: тонкая блузка промокла, и сквозь ткань просвечивало нижнее бельё.
— …
Она быстро накинула куртку и неловко поправила мокрую ткань под ней.
Ло Юйцянь, наконец, повернулся к ней, аккуратно подогнул воротник куртки и вложил ей в руки стакан с молоком.
— Погрейся.
Чэнь Чэн хотела сказать, что не замёрзла, но слова застряли в горле. Вместо этого она крепче сжала стакан, чувствуя, как комок подступает к горлу.
Дальше она почти ничего не восприняла из фильма.
Вернувшись в съёмную квартиру, Чэнь Чэн поставила остывший стакан с молоком на стол и села на край кровати, глядя на него.
Через некоторое время в дверь постучали. Ло Юйцянь вошёл, держа в руке тюбик мази:
— Сестра, намажь это.
Только тогда Чэнь Чэн вспомнила, что её пятки натёрты до крови от туфель на шпильках.
Она сидела в чёрных туфлях на тонком каблуке, её пальцы были тонкими и белыми, стопа — полной, с едва заметными синеватыми венами под кожей.
Ло Юйцянь опустил глаза, сунул ей тюбик в руку и, не задерживаясь, вышел.
Закрыв за собой дверь, он прислонился к ней и постепенно отвёл взгляд.
Ему вдруг захотелось закурить.
***
На следующий день, когда Чэнь Чэн проснулась, Ло Юйцянь уже ушёл в школу. Она доела завтрак, оставленный им на столе, и тоже отправилась туда.
Сегодня был последний день декабря.
Наступал канун Нового года.
Именно в этот день должна была пройти проверка по репетициям спектакля.
Даже Сюй Цянье, вечная прогульщица, пришла. Её и Чэнь Чэн распределили по разным группам, и они репетировали в разных залах. Только ближе к обеду девушки смогли встретиться.
Сюй Цянье сразу же схватила Чэнь Чэн за плечи и внимательно осмотрела её с ног до головы.
— Ты точно не пострадала?
— Нет, всё в порядке, не переживай, — улыбнулась Чэнь Чэн.
— Знаешь, твой младший братец оказался вполне надёжным, — успокоившись, Сюй Цянье перешла на шутливый тон.
Чэнь Чэн вздохнула:
— Он раньше был чемпионом по боксу. Вчера я даже не пыталась его остановить — боялась, что этот «господин» умрёт прямо на месте.
— Чемпион?! По боксу?! — Сюй Цянье остолбенела. — И такие у него титулы?!
— Э-э… — Чэнь Чэн замялась. — Сейчас он уже не выступает. Наверное, что-то случилось… Я не спрашивала, не хотела трогать старые раны.
Сюй Цянье, выросшая в тепличных условиях, не уловила горечи в её словах и радостно воскликнула:
— Вот оно что! Я уж думала, у современных старшеклассников уже такие фигуры — широкие плечи, узкие бёдра… от одного взгляда ноги подкашиваются!
— … — Чэнь Чэн закатила глаза.
— Кстати, сколько ему лет?
— А? Восемнадцать, учится в выпускном классе, — ответила Чэнь Чэн.
— О, ну тогда всё в порядке. Совершеннолетний, можно без угрызений совести… Хотя он всё ещё готовится к экзаменам, так что придётся немного подождать, — с деланным серьёзным видом сказала Сюй Цянье.
— … — Чэнь Чэн толкнула её. — О чём ты думаешь?
— Не говори, что тебе всё равно! Такой щенок с максимальной боевой мощью — даже у меня сердце замирает!
Чэнь Чэн не стала отвечать и перевела тему:
— Кстати, как дела с тем господином Сяо?
Сюй Цянье фыркнула:
— Лежит в больнице! Старый козёл давно прославился на весь Тихий океан своими подвигами! Раньше даже фотки с модельками всплывали. У моего отца ещё проекты в его компании, да и вчера он сам начал первым, так что заставить его отказаться от претензий — дело одного звонка.
Чэнь Чэн кивнула.
— Сначала я так разозлилась, что даже адвоката хотела вызвать за сексуальные домогательства. Но он получил серьёзные травмы — уже попадает под статью о лёгком вреде здоровью. Если бы мы подняли шум, твоему щенку пришлось бы отвечать по закону, а тебе это явно не нужно. Поэтому я не стала развивать тему.
— Так и должно быть. Со мной ведь ничего особенного не случилось, — пожала плечами Чэнь Чэн и беззаботно улыбнулась.
— Когда же ты, наконец, начнёшь думать о себе? — Сюй Цянье ткнула её пальцем в лоб. — Хотя в шоу-бизнесе я помочь не смогу. Насчёт той роли, наверное…
— Я знаю. Ещё вчера, когда он начал наливать вино, я всё поняла.
Разочарование, конечно, было — ведь она так долго ждала этот шанс.
Но и понимала: вероятно, роль ей досталась именно из-за таких «условий». Просто сделка, где всё решают деньги и связи. Раз она отказалась, её забрали обратно — вполне логично.
Вечером после окончания проверки по спектаклю группа Чэнь Чэн заняла третье место.
Чэнь Чэн сидела в гримёрке, переодевалась в свою одежду и смывала тяжёлый сценический макияж.
— Сяо Ли, правда ли, что ты встречаешься с Сюй Хэминем?
— Конечно, нет! У него, кажется, есть девушка. Я с ним не общалась. Он мне не нравится — слишком женственный.
http://bllate.org/book/6868/652241
Готово:
