Линь Цин смотрела вслед уезжающей машине и лишь теперь позволила себе выдохнуть — похоже, она напрасно тревожилась.
Ещё раз взглянув на зонт, она на миг замялась, но всё же подошла и взяла его.
В груди потеплело. Пусть ей и не везло в жизни, но мир всё же оставался добрым.
Возможно, именно этот зонт придал Линь Цин смелости: она набрала номер Юнь Гаолана. В конце концов, просить — тоже умение, и она им владела!
— Ду… ду… — Линь Цин затаила дыхание, одной рукой крепко сжимая ручку зонта, другой — телефон. Когда она уже решила, что тот не ответит, в трубке наконец раздался голос:
— Алло, кто это?
Горло Линь Цин сжалось. Услышав этот одновременно знакомый и чужой голос, она будто опустела изнутри.
Она, казалось бы, не могла помнить этот голос, но почему-то он вызывал странное чувство узнавания. Неужели между отцом и дочерью и вправду существует какая-то тайная связь?
Юнь Гаолан только что пообедал и отдыхал на диване. Подумав, что звонит партнёр по бизнесу, он ответил, но собеседник молчал.
— Алло? Это Юнь Гаолан. Кто говорит?
— Может, ошиблись номером? — вышла Цзян Мэй с тарелкой фруктов.
— Не знаю, молчит, — Юнь Гаолан уже собирался положить трубку.
Тут Линь Цин наконец заговорила:
— Это я, Линь Цин.
Слово «папа» так и застряло у неё в горле.
В книгах отец всегда предстаёт высоким и могучим; говорят, отцовская любовь — как гора. Но она никогда этого не чувствовала.
Ни отцовской, ни материнской любви ей не досталось.
— Сяо Цин? — Юнь Гаолан вздрогнул, сел прямо и занервничал. — Как ты узнала номер папы?
За все эти годы Линь Цин впервые звонила ему.
Когда умерла Линь Вань, она просила его не беспокоить Сяо Цин. Юнь Гаолан боялся, что частые визиты расстроят его новую жену и вмешаются в жизнь семьи Линь.
Он тогда не хотел соглашаться — ведь Сяо Цин была его первым ребёнком. Но это было последнее желание Линь Вань, и он не мог его нарушить.
Будучи мужчиной, он надеялся, что у бабушки Сяо Цин будет всё лучше, чем с ним. Поэтому он единовременно перевёл бабушке средства на содержание дочери.
После этого он время от времени звонил тёще, чтобы узнать, как дела у Сяо Цин. Та всегда отвечала, что внучка прекрасно себя чувствует и учится отлично.
Он не знал, рассказывала ли семья Линь девочке о нём. Скорее всего, нет — ведь он знал, что Сяо Цин сменила фамилию, чтобы было удобнее учиться.
Почему же она звонит именно сейчас?
Линь Цин прикусила губу, и слёзы тут же покатились по щекам — в них было столько обиды.
— Я в Личэне… Ты можешь… можешь заехать за мной?
Оказывается, таково чувство, когда у тебя есть отец. Раньше, на родительских собраниях, глядя, как одноклассницы приходят в школу, держась за руку с папами, она ничего не чувствовала. Но сейчас, услышав голос Юнь Гаолана, она неожиданно почувствовала, как в душе нарастает обида.
— Хорошо, хорошо! Где ты? Папа сейчас приедет, — Юнь Гаолан вскочил, сильно переживая. Он вовсе не был безразличен к дочери, просто думал, что у неё всё хорошо, и не хотел мешать. А теперь, услышав её голос, понял: всё не так.
Линь Цин взглянула на остановку и продиктовала адрес.
Юнь Гаолан, повесив трубку, сразу же начал искать ключи от машины.
— Лао Цзян, Сяо Цин приехала в Личэн! Мне нужно срочно её забрать. Быстро приготовь комнату вместе с тётей.
— Сяо Цин приехала? Так неожиданно! — удивилась Цзян Мэй. Она знала, что у Юнь Гаолана от первого брака есть дочь, но никогда её не видела — только смотрела детские фотографии.
— Не знаю. Наверное, что-то случилось. Быстро приготовь комнату, я поеду за ней.
— Эй, возьми зонт! На улице дождь, — Цзян Мэй достала зонт из прихожей и мягко сказала: — Осторожнее за рулём. Всё расскажешь дома.
Юнь Гаолан посмотрел на неё с благодарностью.
— Хорошо.
Когда он уехал, к Цзян Мэй подошёл Юнь Юй.
— Мам, а кто такая Сяо Цин?
— Дочь твоего папы и тёти Линь. Будешь звать её старшей сестрой. Сейчас позовёшь, когда она придёт. Пойдём, поможешь мне прибрать свободную комнату на третьем этаже.
Цзян Мэй позвала горничную. Раньше эта комната на третьем этаже простаивала — разве что мать Цзян Мэй иногда там останавливалась.
Она немного нервничала: как же им ужиться с Сяо Цин после того, как та поселится в доме?
*
Юнь Гаолан мчался сквозь ливень. Дождь был сильным, но тревога в его сердце была ещё сильнее.
Как маленькая девочка вдруг оказалась одна в Личэне? Разве бабушка не знает?
К счастью, он отлично знал дороги в Личэне. Подъехав к указанному месту, он увидел девочку под зонтом — штанины у неё были мокрые до колен.
Он не видел Сяо Цин много лет и не знал, как она выглядит сейчас, но она очень походила на Линь Вань. Да и в этом месте стояла только одна девочка.
Он вышел из машины.
— Ты Сяо Цин?
— Ты Юнь Гаолан? — Линь Цин сделала шаг назад. Слово «папа» так и не сорвалось с губ.
— Да, я твой папа. Быстро садись в машину.
Юнь Гаолан не обиделся. В последний раз он слышал, как она звала его «папой», когда ей было три года.
Линь Цин молча набрала номер Юнь Гаолана. В салоне машины тут же зазвонил телефон. Только убедившись, что это действительно он, она села на заднее сиденье. Обувь и штанины были промокшими, и она неловко ступала, боясь испачкать салон.
Юнь Гаолан увидел это в зеркале заднего вида и ему стало больно.
— Ничего страшного. Сегодня утром договорился помыть машину завтра. Смело ступай.
— Спасибо, — тихо ответила Линь Цин, скованно сидя и сложив руки на коленях.
— Сяо Цин, как ты одна сюда попала? А бабушка где?
Линь Цин опустила голову и прошептала:
— Бабушка умерла в мае.
Юнь Гаолан глубоко вдохнул. Его тёща умерла, а он даже не знал! Теперь понятно, почему Сяо Цин одна в Личэне.
— Не бойся. Теперь будешь жить с папой.
Линь Цин не знала отца, но от этих слов у неё снова навернулись слёзы. Она боялась, что он её не захочет.
Потом они молчали. Юнь Гаолан хотел спросить многое, но не решался — боялся ранить дочь. Ясно было одно: девочка проделала долгий путь одна, значит, ей пришлось нелегко.
Тёща очень любила Линь Вань, а значит, и Сяо Цин тоже. Иначе Линь Вань не оставила бы дочь на её попечение. Похоже, после смерти бабушки дядя с тётей плохо обращались с ней.
Скоро они доехали до дома. Юнь Гаолан взял зонт и открыл дверцу.
— Осторожнее.
У входа их встретила Цзян Мэй.
— Ты Сяо Цин? Какая красивая! Надень эти тапочки. Обувь папы велика, завтра купим тебе новую.
Юнь Гаолан представил:
— Это твоя тётя Цзян.
— Здравствуйте, тётя Цзян, — Линь Цин слегка поклонилась, не решаясь поднять глаза.
— Здравствуй, заходи скорее. Ты вся мокрая! Привезла с собой вещи? Если нет, сначала прими горячий душ.
Цзян Мэй внимательно осмотрела девочку. Та была совсем маленькой — хоть и старше Юй на три года, но ростом почти не отличалась. И такая худая… Ей стало жалко.
Когда они вошли, Юнь Гаолан при свете лампы наконец смог как следует разглядеть дочь. Сердце сжалось: Сяо Цин была тощей, словно недоедала, но лицо у неё было круглое, как у куклы из белого фарфора — точь-в-точь как у Линь Вань.
— Старшая сестра! — с лестницы сбежали двое детей.
Юнь Гаолан быстро представил:
— Это Юнь Юй, на три года младше тебя. А это Юнь Чэнь, на шесть лет младше.
— Здравствуйте, — Линь Цин сильно нервничала. От того, как эти дети к ней отнесутся, зависело, сможет ли она здесь остаться. У её папы уже была другая семья — примут ли они её?
— Сяо Цин, ужинала? — Юнь Гаолан положил руку ей на плечо.
— Нет, — покачала головой Линь Цин.
— Лао Цзян, попроси тётю приготовить ужин. Я отведу ребёнка наверх, пусть приведёт себя в порядок.
— Хорошо, иди. Всё для душа уже приготовлено, — Цзян Мэй хотела сама отвести девочку, но побоялась, что та не захочет.
Линь Цин приняла горячий душ, как велел отец, и спустилась вниз в чистой одежде.
Ужин уже ждал. Она села за стол, но Юнь Юй и Юнь Чэнь то и дело поглядывали на неё, отчего ей стало неловко и есть расхотелось.
Её папа теперь был папой для других.
После ужина Юнь Гаолан сел рядом.
— Сяо Цин, ты же в одиннадцатом классе? Раз бабушка ушла, давай переведу тебя в школу здесь. Останешься в Личэне учиться, хорошо?
Раз Сяо Цин приехала в Личэн, значит, хочет быть рядом с ним. Неудобно было ждать, пока ребёнок сам об этом попросит.
— Можно? — Юнь Гаолан с самого начала вёл себя гораздо лучше, чем она ожидала.
— Конечно! Если захочешь — это твой дом. Папа раньше подвёл тебя, но теперь всё будет иначе.
Он решил не рассказывать дочери о договорённости с Линь Вань. Та боялась, что после повторной женитьбы он будет пренебрегать Сяо Цин. Юнь Гаолану было тогда меньше тридцати, и повторная женитьба была неизбежна. Он сам обещал заботиться о дочери, но не мог ручаться за новую жену — вдруг та будет притворяться, а на самом деле обижать ребёнка? А Сяо Цин тогда была совсем маленькой, да и он сам часто бывал в разъездах. Даже если бы её обижали, она, наверное, не стала бы жаловаться. Теперь же девочка выросла — если что, сумеет постоять за себя.
— Хорошо, — Линь Цин наконец перевела дух. Эти слова значили, что она может остаться здесь и не переживать за учёбу.
*
Потом Юнь Гаолан оформил перевод дочери в новую школу. В Первой школе Личэна старшеклассники начинали занятия на неделю раньше, так что вскоре после приезда Линь Цин — теперь уже Юнь Цин — предстояло идти на уроки.
Юнь Гаолан, посоветовавшись с ней, сменил ей фамилию. Она немного подумала и согласилась — у неё и так почти не было выбора. Главное сейчас — спокойно закончить одиннадцатый класс и поступить в университет.
20 августа Юнь Гаолан отвёз дочь в школу и передал классному руководителю, который совмещал обязанности учителя литературы, господину Чжао.
Господин Чжао провёл Юнь Цин в класс. После перехода в одиннадцатый ученики стали серьёзнее относиться к учёбе. Он вёл лучший профильный класс — класс «А» для сильнейших по естественным наукам.
Увидев за спиной учителя новую девочку, все заинтересованно уставились на доску.
— Представлю вам новую одноклассницу. Юнь Цин, представься сама.
Юнь Цин подняла глаза. Перед одноклассниками она не робела — стояла спокойно и уверенно. Но когда её взгляд упал на Чу Яо, которого она недавно уже встречала, голос дрогнул:
— Всем привет, меня зовут Юнь Цин.
Чу Яо, до этого скучавший и опустивший голову, машинально поднял глаза. Их взгляды встретились.
Это она? Чу Яо провёл пальцем по ручке. Волосы у неё теперь короткие — раньше были длинные, а теперь стрижка «под грибок», отчего лицо казалось ещё меньше и круглее, будто фарфоровая кукла.
Белая футболка, чёрные спортивные брюки — выглядела аккуратно и скромно.
На миг Чу Яо растерялся. Откуда она? Чтобы сразу попасть в профильный класс «А», у неё должны быть отличные оценки.
— Эй, братан, разве эта новенькая не та самая, которой ты велел отдать зонт? — спросил Янь Лю. Он видел её всего раз, да и стрижка теперь другая, так что не был уверен.
— Точно, похоже! — тихо воскликнул Сюй Чжи. — Выглядит как семиклассница. Такая кукольная мордашка — просто прелесть.
Чу Яо бросил на него взгляд и снова опустил глаза.
Юнь Цин закончила представление и отвела взгляд, ожидая, пока учитель укажет ей место.
— Юнь Цин, садись рядом с Чу Яо. Он как раз один.
Юнь Цин не знала, кто такой Чу Яо, но в классе было только одно свободное место — рядом с ним. Значит, его зовут Чу Яо.
Услышав своё имя, Чу Яо невольно нахмурился, но возразить не мог.
Зато Сюй Чжи оживился:
— Братан, тебе повезло! Теперь у тебя в партёрах такая милашка.
— Ты что, с ней знаком? — Чу Яо бросил на него взгляд. Всего пару встреч, а он уже придумал прозвище.
— Мы одноклассники, скоро точно сдружимся.
http://bllate.org/book/6835/649924
Готово:
