Упоминание Чжан Шаотуна вновь пробудило в Линь Юаньчэнь воспоминания о прошлой жизни, и сердце её тяжело сжалось.
☆
— Юйцзи, Сяоюй хочет спросить тебя: любишь ли ты на самом деле Чжан Шаотуна?
Линь Юаньчэнь слегка занервничала и опустила взгляд на своё дрожащее отражение в воде:
— Сяоюй, зачем ты задаёшь мне такой вопрос?
— Потому что я и Сяо Фэйся в прошлой жизни дали ему обещание — позволить вам снова быть вместе. Если же в этой жизни ты уже не испытываешь к нему чувств, я не стану настаивать на расставании. Вы можете просто продолжать жить так, как живёте сейчас… Я с Сяо Фэйся тоже сможем встречаться каждый день. Правда, со временем нам всё равно не избежать страданий перерождения. Но если мы втроём — ты, я и Сяо Фэйся — уедем в какое-нибудь тихое место, например в твою родную деревню, и проведём там всю жизнь, тогда неважно, кто из нас достигнет Дао, а кто нет. Сяоюй не заботит вечность и бесконечные перерождения.
Эти слова тронули Линь Юаньчэнь глубже всего, что она когда-либо слышала. От одного лишь звука этого признания её сердце Дао едва не поколебалось.
На поверхности воды колыхались отражения голубого неба, белоснежных облаков и алого солнца.
Она вспомнила, как сидела в пансионате, день за днём наблюдая за восходами и закатами. Сколько таких дней провёл Чжан Шаотун, прежде чем выбрал это зрелище своим сердцем Дао? Тогда его искреннее волнение тронуло её до глубины души и побудило вступить на путь Дао через чувства, решив сопровождать Чжан Шаотуна всю жизнь.
Пройдя такой длинный путь, она вдруг задумалась об отказе — и внутри вспыхнуло упрямое сопротивление:
— Сяоюй, как бы то ни было, я должна увидеть его хотя бы раз.
— Ну ладно… Вы оба по-прежнему такие упрямцы.
— Сяоюй, пора идти. Хочу заглянуть на Тунъюньскую Вершину, узнать, как поживает Учитель.
— Хм… В этом ты действительно изменилась по сравнению с прежней жизнью. Твои чувства стали непостоянны.
— Сяоюй!
— Ладно-ладно! Пойдём уже, мне тоже хочется проверить, скучал ли по мне Сяо Фэйся последние дни.
Они вышли на берег. Сяоюй кружнула на месте — и на ней уже красовалось изящное шёлковое платье. У Линь Юаньчэнь не было подобного умения, поэтому она полезла в хранилище-браслет и выбрала просторную женскую мантию.
— Юйцзи, давай я заплету тебе причёску, которую в моё время делали подруги друг другу. Когда люди видели такую укладку, сразу понимали: у неё есть близкая подруга.
Линь Юаньчэнь протянула Сяоюй расчёску:
— А ты сама, Сяоюй? Что теперь думаешь делать с Сюй Кайцзе?
— Сяоюй будет ждать, пока он вспомнит меня, — ответила та, усевшись рядом и начав медленно расчёсывать длинные седые пряди Линь Юаньчэнь.
— Да ты тоже упряма до невозможности!
Когда причёска была готова и украшена гребнем с булавками, на фоне солнечного света её простое лицо сияло чистотой и свежестью.
— Пойдём, навестим твоего Учителя.
Они взмыли в небо, направляясь к Тунъюньской Вершине.
Фэн Юйлуань как раз устроил для учеников скромный обед на склоне горы, и все весело беседовали за столом.
Линь Юаньчэнь и Сяоюй мягко приземлились неподалёку и окликнули:
— Учитель!
Все подняли глаза в их сторону. Долгое время не появлявшаяся Чэнь Юйцзи сегодня выглядела преображённой — словно заново рождённая. Ученики замерли от изумления.
— Маленькая госпожа! Вы наконец-то появились! Вы… вы совсем по-другому выглядите!
— Старший брат Ао Сюэ, а ты хоть немного скучал по мне, пока меня не было? — Линь Юаньчэнь, потянув за собой Сяоюй, подпрыгнула к столу.
Фэн Ао Сюэ поспешно освободил два места справа от Фэн Юйлуаня.
— Мне скучать или нет — неважно. А вот Учитель, точно, днём и ночью думал о вас.
Фэн Юйлуань пристально смотрел, как Линь Юаньчэнь села рядом с ним. Он уже привык к бессмертным Чжан Шаотуну и Сюй Кайцзе, но впервые видел женщину, достигшую сферы Вознесения, — да ещё и ту, кого любил всем сердцем. Его взгляд будто прилип к ней, и отвести глаза он не мог.
— Юйцзи, похоже, ты действительно провела время в затворничестве, — наконец произнёс он после долгой паузы.
Линь Юаньчэнь улыбнулась и бросила на него игривый взгляд:
— Учитель, я месяц провела в затворе. Только что вышла и умираю от голода, так что не буду с вами церемониться!
Она схватила палочки и тут же наколола ближайшее блюдо, засунув всё в рот и прожевав с аппетитом.
После нескольких укусов она повернулась к Сяоюй и положила ей в миску несколько кусочков, затем снова принялась за еду. Сяоюй тоже то и дело подкладывала ей еду. Они весело и дружно ели, совершенно не вникая в разговоры за столом.
Фэн Юйлуань всё это время молча наблюдал за Линь Юаньчэнь. Лишь изредка он отвечал ученикам, но весь обед был для него словно во сне.
Лишь к часу Хай трапеза завершилась.
Сяоюй развернула своё сознание духа над Семью Вершинами, нашла Сюй Кайцзе и мгновенно исчезла.
Линь Юаньчэнь и Фэн Юйлуань неторопливо прогуливались по горной тропинке Тунъюньской Вершины, переваривая обед.
— Юйцзи, поздравляю тебя с вступлением на путь бессмертия, — сказал Фэн Юйлуань, шагая чуть позади неё и любуясь её стройной, но уже обретшей воздушную лёгкость фигурой. В глубине души он инстинктивно чувствовал: теперь, став бессмертной, она ещё крепче связана с Чжан Шаотуном. При этой мысли в его глазах промелькнула грусть.
— Благодарю, Учитель, — коротко ответила Линь Юаньчэнь, чувствуя внутри пустоту.
Осень в горах была в полном разгаре. Печальные цикады тоскливо стрекотали, будто стараясь ярче выразить скорбь перед концом жизни. Закат окрасил всё вокруг в мрачно-алый оттенок. Хотя этот цвет и был пышным, как цветущий шёлк, его легко рассеивал горный ветер, оставляя в душе лишь холод.
— Теперь ты уже в числе великих мастеров и можешь действовать самостоятельно, — тихо, с горечью произнёс Фэн Юйлуань.
— Учитель, значит, я могу свободно путешествовать по континенту? — Линь Юаньчэнь легко подпрыгнула и сорвала с ветки цветок тысячи лепестков, тут же воткнув его в прическу.
— Если тебе нравится гулять, Учитель будет чаще брать тебя с собой.
— Правда? Тогда завтра сходим туда, где водятся духовные звери! Хочу посмотреть, как они выглядят!
Фэн Юйлуань тихо рассмеялся:
— Тебе нравятся духовные звери?
— Юйцзи видела только феникса и демонического духа, но не видела других — кирина, драконов-цзяо и прочих.
— На континенте кирины действительно есть, но их держат в других сектах. А драконы-цзяо… их нет на континенте. Они обитают у границ Моря Демонов.
— Тогда поедем к Морю Демонов!
Лицо Фэн Юйлуаня помрачнело:
— Юйцзи, Учитель не повезёт тебя туда. Это слишком опасно.
— Чем опасно?
— В Море Демонов царят безудержные страсти, повсюду бродят тени демонов. Тебе там не место.
(На самом деле главная причина была иной: гора Яншань, где обитал Чжан Шаотун, парила прямо над Морем Демонов.)
— Учитель, вы чем-то расстроены? Или мне показалось?
— Юйцзи, Учитель просто устал.
— Хотите, чтобы Юйцзи помассировала вам спину и ноги?
— Не нужно. Просто так… хорошо.
☆
Они продолжали прогулку до тех пор, пока у ворот снова не раздался вызов Демонической Секты. Тогда они вместе взмыли в небо.
Едва приземлившись у ворот, Линь Юаньчэнь поправила прядь волос, спадавшую на подбородок, и взглянула на Чу Тяньсина:
— Тяньсин, в прошлый раз у меня не получилось встретиться с тобой. Сегодня всё улажено — начнём прямо сейчас.
Чу Тяньсин на миг опешил. Перед ним стояла та же Чэнь Юйцзи, но её аура кардинально изменилась. Зрелость и суровость во взгляде сделали её почти чужой. Раньше она звала его «старший брат Тяньсин», а теперь — просто «Тяньсин». За месяц она стала неузнаваемо прекрасной, но теперь к ней было страшно приблизиться.
— Юйцзи, неужели Фэн Юйлуань обидел тебя в горах? — мелькнула в голове тревожная мысль.
Линь Юаньчэнь улыбнулась:
— Нет. Я месяц провела в затворе и только сегодня вышла.
Чу Тяньсин почувствовал эту зрелость и суровость ещё острее — и в то же время его сердце забилось сильнее:
— Хорошо. Начнём.
Фиолетовый Кристальный Меч первым взмыл в небо. Линь Юаньчэнь лишь взглянула на него и тут же активировала мечевой массив, созданный Сяоюй из её корня бессмертия.
Как только массив возник, мощная энергия меча раскатилась по небу, сгустилась в единый клинок и обрушилась на Фиолетовый Кристальный Меч.
Удар был настолько стремительным и яростным, что меч Чу Тяньсина задрожал в воздухе, едва выдержав удар, и, покачнувшись, начал медленно вращаться, прежде чем вновь обрести равновесие.
«Всего месяц… Что же она сделала за это время?» — с изумлением подумал Чу Тяньсин.
Он собрался и всерьёз начал сражаться с Линь Юаньчэнь.
Но сегодняшняя Юйцзи словно переменилась до неузнаваемости. В ней больше не было прежней девичьей наивности. Её энергия меча приобрела величие мастера, а техника управления клинком утратила прежнюю искреннюю непосредственность. Теперь каждый выпад был точен, лёгок и направлен прямо в уязвимые точки. Ни одного лишнего движения. Каждый удар — чистое убийство. Прочитать её намерения стало невозможно.
«Неужели Фэн Юйлуань действительно что-то с ней сделал?» — мелькали в голове дикие догадки. Но он угадал лишь частично: дело было не в Фэн Юйлуане, а в воспоминаниях о том, что совершил Мэн Сюаньтянь перед её смертью в прошлой жизни.
Меч в небе вновь столкнулся с энергией мечевого массива, и удар отозвался болью в сознании Чу Тяньсина:
«Теперь она — настоящий мастер».
Стиснув зубы, он резко отозвал свой клинок и, склонившись в почтительном поклоне, произнёс:
— Госпожа Юйцзи, сегодня победа за вами. Завтра я пришлю другого мастера меча для поединка!
Лицо Линь Юаньчэнь озарила искренняя улыбка, но голос оставался спокойным:
— Тяньсин, спасибо, что пришёл потренироваться со мной. Впредь Юйцзи не будет искать мастеров меча для поединков. Пилюли «Чжи Вэй» по-прежнему будут выдаваться ежедневно ста демоническим культиваторам, как и раньше.
С этими словами она развернулась и собралась улететь вглубь Семи Вершин.
Чу Тяньсин шагнул вперёд, обеспокоенный:
— Юйцзи, что это значит? После сегодняшнего поединка ты больше не покинешь Семь Вершин?
Поднятая нога Линь Юаньчэнь замерла в воздухе. Она плавно обернулась:
— Тяньсин, следующий год я хочу провести в затворе у озера Саньцин…
Сердце Чу Тяньсина болезненно сжалось:
«Фэн Юйлуань действительно что-то с ней сделал!»
Он резко повернулся и злобно уставился на Фэн Юйлуаня, чьи глаза были спокойны, как осенняя река. Взгляд Чу Тяньсина полыхал немой яростью:
— Фэн Юйлуань! Что ты с ней сделал?!
Фэн Юйлуань лишь слегка двинул бровями, бросил на Чу Тяньсина короткий взгляд, а затем перевёл его на Линь Юаньчэнь — и так и не ответил.
— Тяньсин, Учитель относится ко мне отлично. Не волнуйся. На этом я прощаюсь…
С этими словами Линь Юаньчэнь легко оттолкнулась от земли и устремилась к вершинам.
Чу Тяньсин бросился за ней, но Фэн Юйлуань остановил его, протянув мешочек для хранения:
— Твои пилюли «Чжи Вэй».
Чу Тяньсин вырвал мешочек и уставился на Фэн Юйлуаня взглядом голодного волка.
Тот остался невозмутим, бросил ещё один мешочек стоявшему рядом демоническому культиватору и холодно развернулся, чтобы улететь.
Линь Юаньчэнь долетела до пика Яньжань и приземлилась у дворца Бамбука. Она долго смотрела в сторону ворот, невольно вздохнула, достала Куньшэньскую лампу и начала варить пилюли «Чжи Вэй».
Достигнув сферы Несокрушимого Бессмертия, она теперь могла за один подход изготовить пять тысяч пилюль, и делала это гораздо быстрее. Так она сварила двадцать партий — ровно сто тысяч пилюль — и сложила их в мешочек для хранения.
Обернувшись, она увидела Фэн Юйлуаня, незаметно подошедшего сзади.
— Учитель, здесь сто тысяч пилюль «Чжи Вэй». В течение следующего года, пожалуйста, ежедневно передавайте их Чу Тяньсину.
Фэн Юйлуань протянул руку — но не к мешочку, а к запястью Линь Юаньчэнь:
— Юйцзи, скажи честно: что случилось во время затвора?
Линь Юаньчэнь опустила глаза и промолчала.
— Говори!
— Ничего особенного. Просто мой дух был в Куньшэньской лампе, и я узнала многое о прошлой жизни. После выхода из затвора всё кажется дымкой, будто прошла целая эпоха…
— Ты правда собираешься год провести в затворе у озера Саньцин?
— Да, Учитель. Через год я всё равно выполню своё обещание и сразлюсь с сестрой Тянь Юнь.
http://bllate.org/book/6774/644855
Готово:
