Простой деревянный ланч-бокс, внутри — аккуратно уложенные слоями рулетики кимбапа.
Сквозь плотный слой риса едва угадывались маринованный редис, зёрнышки кукурузы, тонкие полоски морской капусты и кусочки хрустящего бекона. Всё выглядело так аппетитно, что слюнки сами потекли. На самом верху даже красовался крошечный цветок, вырезанный из редьки, — изящное украшение, придававшее блюду особую прелесть.
Пэй Шань с восхищением вздохнула:
— У Эргоу и правда золотые руки.
Выходит, Нин Цзаньян — настоящая перспектива. И в гостиной держится достойно, и на кухне преуспевает. Может и за коллекторами гоняться, и девичьи манхвы рисовать. Да ещё и из богатой семьи. Как же так получается, что за ним ни одна девушка не увивается?
Гу Хэчэн мельком взглянул на неё и принялся резать кимбап на порционные кусочки.
Пэй Шань, оперевшись ладонями на щёки, сияющими глазами ожидала начала трапезы.
Вместо этого услышала нарочито театральный возглас:
— Ах, всего одна пара палочек!
Она уже собралась что-то сказать, но он тут же продолжил ещё более напыщенно:
— Ой, тогда, наверное, я всё сам съем.
«…»
Он что, считает её слепой???
Неужели думает, будто она не заметила, как он после нарезки спрятал вторую пару палочек под скамейкой???
Пэй Шань подошла, недовольно схватила одноразовые палочки, которые «некто» оставил на лавке, и фыркнула:
— Да прекрати ты уже! Будь нормальным человеком!
Гу Хэчэн замер, скользнул по ней боковым взглядом и тихо произнёс:
— Просто хотел пообедать с тобой, поэтому и затягивал.
«…»
Пэй Шань приоткрыла рот, но так и не смогла выдавить ни звука.
Гу Хэчэн опустил глаза, взял палочками кусочек кимбапа, а другой рукой легко приподнял подбородок Пэй Шань и поднёс еду прямо к её губам:
— Открой рот.
Пэй Шань машинально повиновалась и укусила рисовый рулет.
Кисло-сладкий вкус маринованного огурца и нежность яичной лепёшки мгновенно заполнили рот. Пока она приходила в себя, Гу Хэчэн мягко провёл рукой по её волосам и сказал:
— Это совсем не из-за Эргоу.
Просто захотелось быть рядом именно с этой девушкой.
Там, где нет Линь Шу.
— «Теперь она под моей защитой», — тогда чётко заявил Линь Шу, преградив ему дорогу.
Воспоминание заставило Гу Хэчэна потемнеть взглядом и крепче сжать палочки.
Пэй Шань на миг растерялась и выпалила:
— Ах! Мы ведь забыли про Пухляша! Сейчас его выпущу!
Не дав Гу Хэчэну опомниться, она стремглав вырвала у него ключи от машины и пулей помчалась прочь.
Гу Хэчэн: «…»
Наблюдая, как девушка убегает, будто за ней гонится сама смерть, он вытащил из кармана маленький клочок бумаги с надписью «Десять правил завоевания сердца». Взгляд упал на третье правило: «Чаще признавайся любимой девушке в своих чувствах».
Достав ручку, он аккуратно зачеркнул эту строку.
Этот метод не работает. Попробуем следующий.
—
Пэй Шань добежала до машины, прижимая ладонь к груди и тяжело дыша. В голове снова и снова повторялись слова Гу Хэчэна — лёгкие, но невероятно искренние, отчего сердце трепетало в беспорядке.
Он ведь серьёзно настроен.
А когда такой человек становится серьёзным — это чертовски опасно.
Пэй Шань закусила губу, стараясь унять скачущее в груди сердце, и медленно подошла к столику с корзинкой для кота в руках.
— Для Пухляша еда тоже предусмотрена? — неловко спросила она.
— Есть.
Гу Хэчэн вынул из сумки ещё один ланч-бокс. Под ним лежала маленькая коробочка с приклеенной запиской: «Обед для Пухляша».
Пухляш, до этого вальяжно распластавшийся в переноске, мгновенно ожил при виде еды и, перебирая короткими лапками, устремился к миске.
Его жадное, почти хищническое поведение рассмешило Пэй Шань:
— Не видела ещё кота, который так обожает еду.
Гу Хэчэн бездумно тыкал палочками в остатки риса и окликнул её:
— Пэй Шань.
Она машинально отозвалась:
— А?
— Мне нужно попросить тебя об одной услуге, — Гу Хэчэн говорил, не поднимая глаз, лицо его было непроницаемо, длинные ресницы едва прикрывали взгляд. — Перед родителями постарайся произвести хорошее впечатление.
— Че-е-е? — удивилась Пэй Шань.
Гу Хэчэн понизил голос:
— Чэн Нуо — моя сводная сестра.
Пэй Шань широко распахнула глаза и невольно повысила тон:
— Че-е-е??
— Старшее поколение никогда не рассказывало мне подробностей. Инвестиции в студию Чэн Нуо были сделаны именно из-за этого родства и желания поговорить с ней. — Гу Хэчэн продолжал тыкать в рассыпанные зёрна риса, голос стал мягче. — Как ты сама видишь, разговора не получилось.
— Че-е-е??? — Пэй Шань почувствовала, что её мозг вот-вот перегреется. Теперь всё встало на свои места.
Неудивительно, что Гу Хэчэн всегда проявлял к Чэн Нуо какую-то необъяснимую заботу и внимание.
Пэй Шань осторожно подбирала слова:
— То есть… то есть…
— Выслушай меня до конца, вопросы задашь потом, — Гу Хэчэн поднял глаза и пристально посмотрел ей в лицо. — Родители никогда не упоминали об этом и не собирались вмешиваться в жизнь семьи Чэн. Просто здоровье моей матери ухудшилось, ей осталось недолго, и она хочет увидеть Чэн Нуо хотя бы раз.
Сердце Пэй Шань сжалось, пальцы сами собой сжались в кулак.
— Мне очень жаль, — тихо сказала она.
— Никакого официального признания не требуется. Просто чтобы мать узнала: с Чэн Нуо всё хорошо. — Гу Хэчэн потер виски. — Твой брат считает меня чудовищем и категорически не пускает меня к Чэн Нуо. Разве у всех в шоу-бизнесе столько свободного времени?
— Нет, просто для него ничего не важнее Нуно, — Пэй Шань вспомнила, как её брат устраивал целые спектакли ради жены, и невольно улыбнулась. — Он любил свою жену много лет и наконец-то сумел её завоевать.
— Я тоже.
С противоположной стороны едва донёсся этот шёпот.
Такой тихий, что казалось — это просто игра воображения, мираж.
Пэй Шань подняла глаза. Мужчина перед ней всё так же сосредоточенно ковырял рис, плотно сжав губы.
Наверное, ей показалось.
Гу Хэчэн продолжил:
— Отец дал чёткий приказ: пока не найду Чэн Нуо — домой не возвращаться.
Пэй Шань моргнула, сочувственно вздохнув:
— Вот это да, тебе совсем не повезло.
— Что поделать… Отец готов подарить матери даже звёзды с неба. Гарантирую, если я снова не найду Чэн Нуо, он может…
Пэй Шань напряглась:
— Может что?
— Просто похитить Чэн Нуо и привезти к матери.
Пэй Шань: «.»
Неужели господин Гу способен на такое?
Она смутно помнила, что отец Гу Хэчэна — человек вполне спокойный и приятный в общении.
Заметив её сомнения, Гу Хэчэн мрачно добавил:
— Или меня самого выгонит из дома за то, что не нашёл сестру.
Пэй Шань присвистнула:
— Неужели? Так ты, получается, не родной сын?
Гу Хэчэн парировал вопросом:
— Меня же сослали в город Y. Как думаешь?
Пэй Шань: «… Похоже, логика здесь присутствует».
На лице Гу Хэчэна промелькнула грусть, пальцы негромко постучали по столу.
— Когда я звонил отцу, чтобы сообщить о возвращении, он был явно недоволен. Поэтому я и привёз тебя с собой. У Пэй-сяоцзе прекрасный дар убеждения, ты умеешь радовать старших.
— Подожди-ка! — Пэй Шань была ошеломлена. — Разве мы не договаривались, что я просто помогу успокоить твоих родителей?
— Именно так. А лучший способ отвлечь их внимание — сообщить, что у меня появилась девушка. — Гу Хэчэн незаметно сжал её ладонь, переплетая пальцы, пока мать была в другой комнате.
Пэй Шань: «…»
Госпожа Гу суетилась между кухней и гостиной, не позволяя молодым помогать, и велела им просто посидеть в сторонке.
По телевизору всё ещё шёл фильм ужасов, время от времени раздавались пронзительные крики главной героини.
Пэй Шань невольно бросила взгляд на экран и тут же отвела глаза.
Но было уже поздно. Образ женщины с выпученными глазами и высунутым языком прочно засел в голове, по коже побежали мурашки, и она инстинктивно ухватилась за край рубашки мужчины перед ней.
Гу Хэчэн обернулся и спросил, наклонившись:
— Что случилось?
Пэй Шань, стиснув пальцы, не могла вымолвить и слова от страха и лишь неловко перевела тему:
— Может, покажешь мне другую комнату? Можно, Ахэ?
Брови Гу Хэчэна дрогнули.
Ахэ.
Как давно он не слышал этих двух слов.
— Хорошо, — ответил он хрипловато, чувствуя, как пересохло в горле. — Куда хочешь пойти?
— В… в твою комнату, — Пэй Шань думала только о том, чтобы скорее убраться из гостиной. Зловещая музыка, дрожащий голос героини и звуки брызг крови заставляли её волосы дыбом вставать.
Фильмы ужасов — это слишком страшно.
В шесть лет Пэй Шань впервые прочитала рассказ про привидений в журнале. Она и так уже дрожала от страха, а брат ещё и принялся живописать все детали, заставляя её представлять каждую сцену. В ту ночь она не сомкнула глаз — стоило закрыть веки, как перед глазами возникала женщина-призрак без одного пальца.
Хотя родители потом долго её успокаивали, боязнь привидений осталась с ней навсегда.
Пэй Шань про себя повторяла: «Слава социализму!», дрожащей рукой цепляясь за рубашку Гу Хэчэна.
— Хорошо, — Гу Хэчэн проследил за направлением её взгляда, в глазах мелькнула тёплая улыбка — он всё понял. — Пойдём.
В этот момент снова раздался пронзительный визг. Пэй Шань крепко прикусила нижнюю губу, ещё сильнее впиваясь ногтями в ткань рубашки.
— Не бойся, это всё ненастоящее, — Гу Хэчэн лёгкой усмешкой, совершенно естественно взял её за запястье и отвёл к внутренней стороне лестницы. — Вот так уже не видно.
Его широкая спина и высокая фигура полностью загородили экран, отсекая весь ужас фильма.
— Спасибо, — Пэй Шань наконец разжала покрасневшие губы и тихо поблагодарила.
— Мм, — Гу Хэчэн кивнул и повёл её наверх по лестнице. Остановившись у третьей двери слева, он сказал:
— Это моя комната. До университета я здесь жил.
Пэй Шань заинтересованно моргнула.
Дверь медленно открылась. Внутри оказались две стены, сплошь заставленные книгами. Шторы плотно задёрнуты, но сквозь щели в занавесках пробивался тусклый свет, делая комнату таинственной и уютной.
При открытии двери поднялась пыль, закружив в воздухе — очевидно, сюда давно никто не заходил.
Книги громоздились не только на полках, но и на столе. В углу стояли несколько больших запертых ящиков; сквозь полупрозрачные стенки угадывались блокноты, подушки и прочие мелочи. Пэй Шань осмотрела комнату и вдруг осознала, что всё это время держала за руку Гу Хэчэна.
Ладони соприкасались, пальцы переплетались, и она даже чувствовала лёгкую шероховатость его мозолей.
Мгновенно её уши залились алым.
http://bllate.org/book/6745/641983
Готово:
