В такой ситуации Е Цзяньцин мог лишь кивнуть своему помощнику, чтобы тот сначала увёл Коко.
Затем он схватил Лу Ушван за запястье и без церемоний втащил её в свой кабинет.
— Ну что, Е Цзяньцин? Теперь ты смел в поступках, но боишься, чтобы я об этом рассказала?
Е Цзяньцин смотрел на неё, глаза его были налиты кровью, лицо искажено злобой.
— Ты ещё не надоела устраивать сцены, Лу Ушван? Понимаешь ли ты вообще, насколько безумными прозвучали твои слова сегодня?
Лу Ушван подняла голову. На самом деле, ей самой не хотелось так поступать. Она прекрасно знала, какой урон нанесут её сегодняшние высказывания репутации Е Цзяньцина. Но сейчас она была в панике — он всё дальше уходил от неё.
Он — глава корпорации «Е», а она… всего лишь ничего не смыслящая домохозяйка. Все вокруг твердили, что они не пара: настоящей парой для Е Цзяньцина была Су Цинь — талантливый мужчина и прекрасная женщина. А она, Лу Ушван, — ничто!
От этой мысли ей становилось ещё страшнее.
— Цзяньцин, мне просто страшно… Я боюсь, что ты уйдёшь от меня.
Лу Ушван отлично знала своё главное оружие — слёзы. Е Цзяньцин всё ещё испытывал к ней сочувствие, и теперь она намеренно этим воспользовалась.
С этими словами она бросилась вперёд и обхватила его за талию, глядя жалобно и беспомощно.
Увидев, как она рыдает, прижавшись к нему, Е Цзяньцин всё же смягчился. В конце концов, именно Лу Ушван была рядом с ним в самые тяжёлые времена.
Вспомнив об этом, он смягчил тон:
— Ладно. Больше не приходи в офис. Оставайся дома и веди себя спокойно.
Лу Ушван, услышав переменившийся тон, подняла на него глаза, полные слёз. Тушь уже размазалась, а после драки с Коко она выглядела особенно растрёпанной.
Неуверенно, словно боясь, она спросила:
— Ты поклянёшься, что не бросишь меня?
Е Цзяньцин нахмурился и раздражённо бросил:
— Клянусь.
Однако любой, кто внимательно взглянул бы на его лицо, сразу понял бы: он уже на пределе терпения.
— Хорошо, я поняла, — тихо ответила Лу Ушван и, опустив голову, медленно вышла, оглядываясь на каждом шагу.
Но из его слов она явно не сделала никаких выводов. Напротив, теперь ей казалось, что она слишком мягко ударила Хэ Шуйцзин — надо было бить сильнее. И главное — незаметно, чтобы никто не узнал. То, что она в открытую ворвалась на съёмочную площадку и устроила скандал при всех, было настоящей ошибкой.
На этот раз она заставит Хэ Шуйцзин дорого заплатить!
Проводив Лу Ушван взглядом, Е Цзяньцин рухнул на диван, совершенно измотанный.
Дела в компании и так уже доводили его до отчаяния — казалось, Гу Чанфэн намеренно ставил палки в колёса корпорации «Е». Против такого влиятельного человека он был бессилен. И вот теперь ещё и дома началась неразбериха. Лу Ушван явно не та жена, которая могла бы стать ему опорой.
Нахмурившись от досады, Е Цзяньцин всё же взял телефон и набрал номер Хэ Шуйцзин, чтобы извиниться.
Та, однако, была явно озадачена — ведь она никому ничего не рассказывала. Откуда же он узнал?
— Ничего страшного, — неловко рассмеялась она. — Полагаю, ваша супруга просто вышла из себя. Не переживайте, господин Е, я не держу зла.
Услышав такую доброту и понимание, Е Цзяньцин невольно сравнил Хэ Шуйцзин с Лу Ушван. Разница между ними была как небо и земля.
— Мне очень неловко из-за случившегося, госпожа Хэ. Моя жена вела себя крайне неуместно. Если у вас будет время, позвольте пригласить вас на обед — я хочу лично извиниться. Мне правда очень жаль.
Хэ Шуйцзин почувствовала лёгкое напряжение. Она хотела сказать, что всё уже позади, но вспомнила предостережение Сюэ Яо — держаться подальше от Е Цзяньцина.
— Господин Е, ваше извинение я принимаю с благодарностью, но обед, пожалуй, не стоит устраивать.
Хэ Шуйцзин улыбнулась. После того как Лу Ушван ворвалась на площадку, у неё и так уже хватало неприятностей — не хотелось наживать новых.
Но Е Цзяньцину вдруг очень захотелось увидеть Хэ Шуйцзин, поговорить с ней. Всего лишь взглянув на её глаза, полные доброй улыбки, он чувствовал, как напряжение уходит.
— Нет, обед обязателен. Если я не извинюсь лично, мне будет неспокойно — я просто не смогу этого пережить.
Поняв, что он настаивает, Хэ Шуйцзин не осталось выбора.
— Хорошо, господин Е. Назначайте время — я приду.
Е Цзяньцин обрадовался, услышав согласие.
— Давайте завтра в два часа дня в ресторане «Левый берег». До встречи!
— Хорошо, — кивнула Хэ Шуйцзин.
Но в душе она чувствовала лёгкое беспокойство. Честно говоря, ей совсем не хотелось сближаться с Е Цзяньцином.
Пусть внешне он и выглядел благородным джентльменом, но слова Сюэ Яо имели под собой основания: раз он смог бросить первую жену и завладеть её наследством, чтобы жениться на нынешней, вряд ли он был хорошим человеком.
Тем временем Е Цзяньцин, радуясь тому, что Хэ Шуйцзин согласилась, тут же поручил своему помощнику забронировать лучший столик в ресторане «Левый берег».
Хэ Шуйцзин только что закончила разговор и начала подправлять макияж, как в гримёрку вошла Коко.
На лице Коко был пластырь — было видно, что она пострадала, и довольно серьёзно.
— Коко, что с твоим лицом?
Увидев состояние подруги, Хэ Шуйцзин сразу поняла: дело нечисто.
Коко знала характер Хэ Шуйцзин — если та узнает, что она из-за инцидента с Лу Ушван отправилась в корпорацию «Е», точно расстроится. Поэтому она поспешно замахала руками и отстранила Хэ Шуйцзин, чтобы та не заметила других ссадин.
— Ничего страшного, Шуйцзин! Просто сегодня утром неудачно ударилась о стену.
Но это объяснение явно не сходилось: утром Хэ Шуйцзин видела Коко — на лице тогда не было ни царапины. Значит, раны появились только к обеду.
— Коко, скажи честно, что случилось?
Хэ Шуйцзин с тревогой смотрела на свою помощницу — вдруг её обидели?
Коко положила руки ей на плечи и, вздохнув, сказала с материнской заботой:
— Моя дорогая, тебе сейчас нужно только спокойно сниматься. Остальное тебя не касается, ладно?
Хэ Шуйцзин хотела что-то возразить, но Коко перебила:
— Всё в порядке, Шуйцзин. Я знаю, ты за меня переживаешь, но разве я не в полном порядке?
Хэ Шуйцзин куснула губу и кивнула, но тревога за подругу не уходила.
— Обязательно зайди ко мне за мазью от рубцов. Лицо нельзя оставлять с шрамами, поняла?
— Поняла, поняла! — улыбнулась Коко.
Хотя формально она и была всего лишь помощницей Хэ Шуйцзин, та всегда относилась к ней с искренней заботой и теплотой.
Когда Хэ Шуйцзин уже собиралась идти на площадку, её вдруг осенило — ведь только что Е Цзяньцин звонил ей…
— Коко, это ты рассказала Е Цзяньцину, что Лу Ушван приходила на съёмки?
Коко замерла. Значит, правду не утаишь.
Она поняла: Е Цзяньцин уже позвонил Хэ Шуйцзин и, наверняка, что-то ей сказал.
Коко промолчала, не пытаясь оправдываться.
Но Хэ Шуйцзин по её выражению лица и уклончивому взгляду сразу всё поняла. Именно Коко сообщила Е Цзяньцину о том, как Лу Ушван ударила её, поэтому он и позвонил с извинениями.
Увидев, как изменилось лицо Хэ Шуйцзин, Коко бросилась к ней и схватила за руку:
— Шуйцзин, дай мне объясниться!
Хэ Шуйцзин лишь вздохнула:
— Я же ясно сказала, что не хочу раздувать этот инцидент. Зачем ты пошла в корпорацию «Е» и устроила такой переполох?
Коко тоже вздохнула. Шоу-бизнес — жестокое место, и нужно использовать каждую возможность. Иначе такой талант, как у Хэ Шуйцзин, просто пропадёт зря! Та слишком наивна — отказывается принимать правила игры и не хочет идти на компромиссы. А итог один: её навсегда поставят на полку!
— Шуйцзин, подумай о своём будущем. Удар Лу Ушван нельзя оставлять без последствий. Наоборот — нужно использовать эту ситуацию себе на пользу!
Хэ Шуйцзин покачала головой. Она стала актрисой, потому что любит это дело. Её принципы не позволяют идти на сделки с совестью ради мелких выгод.
Глядя на Коко, которая стояла перед ней с виноватым видом, она не смогла сердиться всерьёз. Коко столько лет была рядом, искренне помогая ей. Хэ Шуйцзин чувствовала, что обязана ей многим.
— Коко, я надеюсь, что ты, как моя помощница и подруга, поймёшь меня и поддержишь. Ты понимаешь?
Коко опустила голову, крепко сжав губы, и наконец кивнула:
— Я поняла. На этот раз я ошиблась. Больше так не поступлю.
Хэ Шуйцзин наконец перевела дух — она искренне не хотела, чтобы подобное повторилось.
Однако из-за выходки Коко ей теперь придётся встретиться с Е Цзяньцином. Эта встреча, похоже, неизбежна.
Хэ Шуйцзин тяжело вздохнула и села за гримёрный столик, чтобы снять макияж. В следующей сцене ей нужен будет другой образ — старый грим уже не подойдёт.
Пока Хэ Шуйцзин размывала тушь, Коко подошла ближе и снова начала уговаривать её.
http://bllate.org/book/6501/620172
Готово:
