Мо наруговалась вдоволь, но, увидев, как слаб Уу, не осмелилась продолжать и поскорее поднесла кашу — уже не горячую — чтобы покормить его. Уу хотел есть сам, но Мо не разрешила, и ему пришлось сдаться.
Когда Уу доел кашу, Мо перевязала ему раны ещё раз и настояла, чтобы он лёг отдохнуть. Лишь убедившись, что он заснул, она наконец вышла из комнаты.
Едва дверь тихо захлопнулась, глаза Уу распахнулись. В них бушевала такая лютая ненависть, что от одного взгляда кровь стыла в жилах!
...
Чтобы ухаживать за Уу и избежать лишних сплетен, Мо все эти дни не выходила из дома, целиком посвятив себя заботе о друге. К счастью, её медицинские познания были неплохи, да и сам Уу обладал крепким здоровьем — спустя полмесяца он уже почти полностью поправился.
В тот день погода стояла чудесная: ни холодно, ни жарко. Мо и Уу часто сидели во дворе, наслаждаясь редким осенним покоем.
Много раз Мо хотела спросить, что же случилось в тот день, но Уу так и не заговаривал об этом первым, и ей приходилось молчать, делая вид, будто ничего не произошло.
Однако она чувствовала: Уу стал ещё молчаливее, чем раньше, и в его облике появилось нечто странное, неуловимое. Мо очень тревожилась, не зная, к добру ли это изменение.
Когда они впервые встретились, маленький Уу был окружён преследователями. Если бы не его телохранители, пожертвовавшие жизнями ради спасения хозяина, тот точно не дождался бы помощи от Мо и её второго старшего брата.
Сначала, после спасения, Уу ни с кем не разговаривал. Кроме еды и сна, весь день он проводил на вершине храма Гу Юнь. Мо не выдержала и стала каждый день докучать ему, пока спустя полгода он, наконец, не сдался и не произнёс первое слово.
На вопрос о его имени Уу ответил, что не знает. Мо пришлось взять дело в свои руки и дать ему новое имя — Уу, надеясь, что тот обретёт истинное беззаботное спокойствие. Увы, Уу всегда оставался ледяным, полностью опровергнув смысл этого имени.
Уу заметил, как Мо то и дело собирается что-то сказать, и прекрасно понимал: у неё масса вопросов. Но сейчас он не мог ничего рассказать. На его плечах лежала кровавая месть, и он не хотел втягивать Мо в свою жизнь, полную клинков и опасностей!
Возможно, настало время уходить!
— Мо… — Прощальные слова давались невероятно трудно.
— А? Что такое? — Мо повернула голову, удивлённо глядя на него. Он всегда говорил прямо и открыто — почему же сегодня так нерешительно?
— Я ухожу! — Уу не смел взглянуть ей в глаза.
— Куда? Возьми меня с собой! — Мо сделала вид, что не поняла. Как бы то ни было, она не хотела расставаться с Уу, особенно теперь, когда боялась, что он снова окажется в смертельной опасности.
— Ты же знаешь, это невозможно!
«Мо, твоя судьба совсем иная. Я уже втянут в бурю — как могу потащить тебя за собой? Эти девять лет спокойной жизни — уже величайший дар для меня! А ты… тебе суждено жить под солнцем».
— Я так и знала! Ты считаешь меня никчёмной, думаешь, я тебе обуза! — Мо не смогла сдержать эмоций, глаза её покраснели, и она капризно надулась.
— Ты же понимаешь, что не в этом дело… Ты мой единственный друг!.. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось!
Мо подняла взгляд к безоблачному небу. В этом древнем мире нет промышленного загрязнения — небо здесь по-настоящему голубое. Но почему же сегодня этот глубокий синий цвет вызывает слёзы?
Оба молчали долго. Наконец Мо спокойно сказала:
— Обещай, что вернёшься!
Уу больше не сдерживался и крепко обнял Мо, решительно кивнув. Он знал: Мо поймёт его!
...
Уу действительно ушёл. Слуги в доме, конечно, удивились, но никто не осмеливался обсуждать это. Со временем все постепенно забыли о нём, будто он и не появлялся вовсе.
Госпожа Тун сначала подумала, что девушки поссорились, но позже узнала правду: Уу ушёл сам. Она прекрасно знала, насколько близки были её дочь и Уу, и сначала сильно волновалась. Однако, увидев, что Мо внешне спокойна, немного успокоилась.
После ухода Уу Мо постоянно ощущала пустоту. Только теперь она осознала: за девять лет, проведённых в этом мире, у неё был лишь один настоящий друг — Уу.
— Молодая госпожа, вам письмо. Его прислал принц Ань, — сказал управляющий Гуань, протягивая конверт Мо, которая как раз собиралась потренироваться с Юнь Бао.
Мо вспомнила, что давно не навещала его в резиденции принца Ань.
Глава пятьдесят четвёртая. Прогулка по озеру
Прочитав письмо, Мо поняла: Сюань приглашает её завтра на прогулку по озеру Фэн!
Можно ли это считать свиданием? При этой мысли на щеках Мо, редко для неё, заиграли два румянца.
Очнувшись, она заметила, как Юнь Бао с любопытством уставился на неё, и поспешно прокашлялась, чтобы скрыть своё волнение — не дай бог мальчишка что-то заподозрит!
На следующий день Мо встала рано, тщательно оделась и, убедившись, что всё в порядке, отправилась на встречу. Хотя ей было немного обидно, что Бэй Сюань не приехал за ней лично, эта досада быстро рассеялась в предвкушении свидания.
Озеро Фэн было огромным и получило своё имя благодаря клёнам, окружавшим его берега. Каждую осень их листва становилась багряной, и прогулка на роскошной лодке среди такого пейзажа доставляла особое наслаждение!
Едва Мо сошла с кареты, как увидела: вокруг озера уже собралось немало народа. Несколько роскошных лодок с музыкой и песнями скользили по глади воды.
Подойдя к условленному месту, Мо легко отыскала среди толпы ту самую неповторимую фигуру!
Бэй Сюань уже подготовил лодку. Мо с радостью взошла на борт — внутри уже стояли закуски и напитки.
Они сели напротив друг друга. Мо впервые оказалась в такой лодке и признала: виды с воды действительно живописнее, чем с берега. А уж тем более приятно находиться здесь наедине с Сюанем, не опасаясь, что помешает Хуа Уся! От этого настроение Мо было превосходным!
За окном проплывали пейзажи: многослойные заросли клёнов пылали огненным багрянцем и особенно ярко отражались в изумрудной глади озера!
— Нравится? — с лёгкой улыбкой спросил Бэй Сюань.
— Очень! Красиво! — весело ответила Мо. — Правда, было бы ещё лучше, если бы у нас была удочка — порыбачили бы!
— Кхм-кхм! — Бэй Сюань поперхнулся от неожиданности, уголки губ едва заметно дрогнули. Рыбачить на роскошной прогулочной лодке? Мысли этой девчонки и впрямь необычны!
— Что? — Мо с невинным видом посмотрела на него. Разве это так странно? В прошлой жизни она часто ловила рыбу с братом у озера, правда, обычно в курортных зонах, а не в такой дикой природе!
— Ничего. В следующий раз обязательно приготовлю удочку! — с готовностью согласился Бэй Сюань.
В его голосе явственно слышалась нежность.
Постепенно они достигли середины озера. Вокруг собралось всё больше лодок, и поверхность озера оживилась: повсюду звучали голоса и музыка. С соседней, более крупной лодки доносилось одобрительное «уханье» — там группа учёных молодых людей соревновалась в сочинении стихов на тему «Клён».
Мо стало любопытно: правда ли древние люди способны сочинять стихи на ходу, как пишут в книгах? Сама она стихов не писала, но немного разбиралась в поэзии. Прислушавшись, она разочарованно вздохнула: хоть стихи и были написаны, но вовсе не впечатляли!
— Не нравятся их стихи? — с лёгкой насмешкой спросил Бэй Сюань, заметив её реакцию. — Может, сочинишь свой?
— Э-э… — Мо смутилась и неловко захихикала. Откуда ей знать, как писать стихи! Но если отказаться, не подумает ли Сюань, что она поверхностный человек?
— Давай я лучше спою песню про клён! Только не смеяйся, если плохо получится!
В голове Мо всплыли несколько стихотворений о клёне, но их настроение не подходило к нынешнему моменту. Оставалось только петь!
— Для меня большая честь! — торжественно заявил Бэй Сюань, давая понять, что не станет насмехаться, даже если пение окажется неудачным.
Мо, от природы открытая и прямая, не стала стесняться. Выпив глоток воды и прочистив горло, она запела:
— Мост над глубокой водой,
За домом — клёновый сад.
Дым войны вьётся над землёй,
Сегодня мне надо уйти назад.
Ты сорвала жёлтый клён,
Чтоб доказать: я ушёл осенью.
Я обещал вернуться вновь,
Когда красный клён станет морем в тени.
Осенью ветер прошёл по полям,
Любимые — врозь навсегда.
Но я сквозь вражеский вал
Прорвался с надеждой в груди.
Я знаю — твои слёзы
Давно превратились в море.
Когда кровь поглотила мечты,
И меч вонзился в грудь мою,
И мир стал туманней и тесней —
Я всё равно видел твой лик…
Песня, немного наивная, но исполненная печали и тоски, разнеслась над озером Фэн. Вокруг их лодки постепенно воцарилась тишина. Все прогульщики на других судёнышках замерли, затаив дыхание, будто звуки песни обрели плоть и проникли в самые глубины их сердец! Вскоре эта песня разнеслась по всему Шанцзину, а затем и по всему Северному Сюэ…
— …Ты машешь тысячами нитей,
И я падаю в плен красоты.
Жёлтый клён в дыму боёв
Пришёл проститься со мной.
Я будто вижу море клёнов,
И ты всё стоишь у дерева в тоске.
Хочу перелететь тысячи гор и рек,
Лишь бы вернуться к тебе,
Пусть даже сказать «прощай» в последний раз.
Слёзы сливаются с кровью,
Когда я закрываю глаза…
Жёлтый клён пролетел сквозь мир,
Чтоб оказаться рядом со мной…
Звуки флейты постепенно вплелись в пение, и мелодия унеслась далеко над озером. Вся поверхность воды погрузилась в молчание — слышны были лишь скорбная песня и причитающая флейта…
Когда песня закончилась, Мо вдруг почувствовала холод на щеках. Дотронувшись правой рукой, она поняла: сама не заметила, как заплакала!
Эта композиция Сюэ Чжицяня «Жёлтый клён» была не самой красивой из всех, что она слышала, но именно она осталась в памяти навсегда — настолько она была пронзительной, скорбной и трогательной!
В тот самый миг, когда она осознала, что попала в иной мир и больше никогда не увидит Сюаня, её сердце разрывалось от отчаяния, как в песне. Поэтому, увидев Бэй Сюаня, она почувствовала: небеса действительно благоволят ей!
Бэй Сюань был потрясён её пением! Он не верил, что в этом мире возможна такая всепоглощающая любовь, но из голоса Мо явственно ощущалась упорная преданность!
Покачав головой, он усмехнулся про себя: «Перестарался. Она же ещё ребёнок — откуда ей знать, что такое настоящая любовь? Наверное, просто услышала где-то эту песню и хорошо исполнила».
Погружённые каждый в свои мысли, они не заметили, как к их лодке подплыла другая, а потом так же незаметно уплыла…
Бэй Чэнье мрачно сидел в кабинете, источая такой холод, что слуги боялись приближаться!
Он прекрасно знал, что у Сюаня и той мерзкой девчонки давняя связь — ведь он спас ей жизнь. Из-за приближающейся осенней охоты он был слишком занят, чтобы следить за ними, поэтому, хоть та и наведывалась в резиденцию принца Ань каждый день, он не вмешивался, лишь позволяя Хуа Уся мешать им.
Но сегодня он действительно вышел из себя!
«Мерзкая девчонка! Моё письмо ты не только не ответила, но и выбросила! А письмо Сюаня — не только ответила, но и пошла на встречу! Ладно, пошла — так пошла! Но как ты посмела петь перед мужчиной такую развратную песню?!»
«Я прощал тебя, зная, что это твоя проделка, и не хотел причинять боль. Так вот как ты отплачиваешь мне?! Моё терпение не бесконечно! Раз ты не ценишь мою доброту — не жди милости!»
«Ваше высочество… неужели вы ревнуете?» — с ужасом подумал Чэнь Чжэн, глядя на разъярённого хозяина.
Он с самого утра сопровождал своего господина на озеро Фэн и всё видел своими глазами. Не зря же тот в середине прогулки резко уехал — просто не вынес зрелища!
Бэй Чэнье сел за письменный стол, развернул лист бумаги и взял кисть. Через несколько мгновений письмо было готово. Он швырнул его стоявшему в стороне рассеянному Чэнь Чжэну.
Тот машинально поймал летящий предмет и, мельком взглянув на адресата, понял всё.
«Ваше высочество действительно ревнует!»
«Молодая госпожа Юнь Мо, вам остаётся только молиться!» — с сочувствием подумал Чэнь Чжэн, направляясь лично доставить письмо несчастной.
http://bllate.org/book/6473/617803
Готово:
