Не ожидала, что старый трюк повторится — и на этот раз жертвой окажусь я сама.
Госпожа Би подошла ближе, бросила взгляд на осколки — и её хрупкое тело закачалось, будто вот-вот рухнет.
— Как так? Как это могло разбиться?
Лю Чжань, держа в руках драгоценную шкатулку, опустилась на колени и молчала.
Цюньчжи и Су Ванфэй переглянулись и едва заметно усмехнулись: победа была у них в кармане.
Императрица Юй почувствовала досаду — её лицо потемнело от гнева, будто ей нанесли личное оскорбление.
Внезапно госпожа Би обратила свой гнев на Лю Чжань:
— Лю Чжань! Я вверила тебе эту вещь на хранение! До дворца всё было цело — как оно вдруг превратилось в это?!
Услышав эти слова, Лю Чжань наконец всё поняла.
До этого момента она не только не знала, что именно несла, но даже не заглядывала внутрь. Госпожа Би нагло врала, глядя ей прямо в глаза.
Императрица Юй вряд ли стала бы наказывать знатную госпожу за повреждение подарка, но с Лю Чжань дело обстояло иначе.
Если драгоценность хранила именно она, значит, разбилась она у неё в руках — и за это можно было убить служанку, даже не моргнув глазом.
— Привести стражу! Вывести эту служанку и избить до смерти! — спокойно, почти безразлично произнесла императрица Юй.
В этот роковой миг Се Улян отставил бокал с вином и начал подниматься, чтобы что-то сказать, но Лю Чжань, сохраняя полное спокойствие, решительно подняла руку и с силой швырнула шкатулку на пол — жемчужина «Суй Чжу» разлетелась на ещё более мелкие осколки.
Несколько гостей вскрикнули от ужаса, другие вскочили на ноги.
Императрица Юй никогда не видела такой дерзкой служанки и в ярости вскочила из-за стола:
— Ты с ума сошла?! Быстро выведите эту мерзавку!
Лю Чжань опустила глаза, припала к полу, сложив руки перед собой, и громко заявила:
— У служанки есть, что сказать!
Се Улян мгновенно среагировал и строго произнёс:
— Я бы хотел услышать, что ещё скажет эта преступная служанка!
Императрица Юй сжала губы и с трудом сдержала гнев.
— Если не приведёшь веских доводов, которые убедят всех здесь, я тебя не пощажу.
Лю Чжань, не колеблясь, бросила фразу, от которой все ахнули:
— Эта жемчужина «Суй Чжу» — подделка.
— Подделка?
— Так госпожа Би осмелилась подсунуть императрице фальшивку!
— Дочь наложницы и вправду не знает стыда!
...
Это было позорно: знатная госпожа публично преподнесла императрице поддельный подарок на день рождения.
Какой удар по репутации!
Глаза госпожи Би покраснели от слёз:
— Ты... ты врёшь! Эта мерзавка ещё в доме вела себя непристойно, пыталась соблазнить князя, а теперь ещё и оклеветала меня...
— Замолчи! — резко оборвала её императрица Юй и машинально бросила взгляд на князя Аньжуня.
Князь Аньжунь спокойно сидел за столом, попивая вино, будто наблюдал за забавной комедией.
Лю Чжань подняла осколки и сказала:
— Служанка читала в книгах, что жемчужина «Суй Чжу» рождается в огне горных недр, чрезвычайно редка и стоит целое состояние.
— Жемчужины «Суй Чжу» бывают двух видов: каменные и нефритовые. Каменные образуют отдельные зёрна, легко ломаются и имеют яркий цвет. Служанка в детстве видела немало подобных сокровищ — дома мы даже играли ими, как шариками.
— А вот этот нефритовый осколок... При ближайшем рассмотрении видно множество примесей, излом покрыт порошком, нет природного рисунка. Это не дар природы, а подделка искусного мастера. Максимум — изящная резная безделушка.
Императрица Юй холодно усмехнулась — ей было не верится:
— Ты ещё молода, а уже так дерзко болтаешь!
Лю Чжань не проявила и тени страха:
— Перед лицом императрицы служанка не осмелилась бы лгать. Прошу, величество, рассудите справедливо!
Князь Аньжунь встал и сказал:
— Матушка, виновных здесь нет. Госпожа Би не хотела подсунуть вам подделку. Просто судьба распорядилась так, что эта служанка разбила её — и это знак вашего благословения.
Императрица Юй слегка улыбнулась:
— Как это понимать?
Князь Аньжунь:
— Если бы жемчужина была настоящей, она бы соответствовала вашему величию — и как могла бы разбиться?
Императрица Юй:
— Выходит, мне ещё и благодарить эту служанку?
Сердце Лю Чжань ёкнуло. Она бы не отказалась от благодарности императрицы, но мысль об этом вызвала лишь трепет.
— Это мой долг, величество. Ваше благословение безгранично, и служанке — честь помочь вам избежать обмана.
Фраза звучала приторно, но приятно.
Брови императрицы Юй приподнялись: эта служанка явно не из простых. Обычная горничная давно бы дрожала от страха.
— Как тебя зовут?
— Служанка Лю Чжань.
— Лю Чжань? — Императрица задумалась. — Играли жемчужинами «Суй Чжу» в детстве... Интересно! — Она уже догадалась, кто перед ней.
Махнув рукой, императрица объявила:
— Сегодня мой день рождения — праздник! Не будем лить кровь. Все по местам!
Губы госпожи Би побелели — она так сильно прикусила их, что пошла кровь.
Лю Чжань внешне сохраняла спокойствие и встала рядом с госпожой Би, как обычно исполняя свои обязанности.
Госпожа Би больше не взглянула на неё и не проронила ни слова.
После окончания пира, который должен был завершиться фейерверком, госпожа Би, униженная и оскорблённая, первой покинула дворец и села в карету княжеского дома у Северных ворот.
Лю Чжань молча последовала за ней. Перед тем как сесть в карету, госпожа Би обернулась:
— Оставайся здесь. Больше не нужно мне служить.
Карета быстро скрылась вдали. Лю Чжань долго стояла на ветру, глубоко вздыхая.
Внезапно загремел гром — надвигался дождь.
Но ноги Лю Чжань будто приросли к земле.
Прошло больше получаса, когда Су Ванфэй и Хуа Ванцзи, смеясь и болтая, вышли из дворца под зонтами в сопровождении свиты. Лю Чжань очнулась и поспешно отступила в сторону, склонив голову с покорностью.
Обе знатные дамы подошли прямо к ней, и на их лицах заиграла странная усмешка.
— Как госпожа Би могла оставить тебя одну? Ты словно бродячая собака! Эта служанка умудрилась затмить свою госпожу — смешно!
Лю Чжань подняла глаза — в них читалась ледяная ясность, но уголки губ слегка приподнялись:
— Служанка провожает Ванфэй и Ванцзи.
Су Ванфэй презрительно фыркнула, гордо подняла голову и направилась к своей карете.
Цюньчжи шла последней и остановилась перед Лю Чжань:
— Умная птица выбирает дерево, достойный слуга — господина. Госпожа Би, выслушав сплетни о тебе и князе, сразу же обвинила тебя и хотела погубить. Зачем тебе это?
Лю Чжань ответила:
— Я не умная птица и не достойный слуга. Мне не нужно гордиться своей службой. Но всё же благодарю тебя за совет, Цюньчжи. Пути наши разные — прощай.
— Негодная! — Цюньчжи с презрением отвернулась и ушла.
Лю Чжань прошептала себе под нос:
— Люди знают, что гнилое дерево не вырезать... Но знают ли они, что жемчуг нельзя шлифовать?
****
Покои императрицы Юй.
Служанки убирали горы подарков. Императрица Юй потерла виски и сказала князю Аньжуню:
— Если что-то приглянулось — бери. У меня и так всё переполнено. Одни безделушки, которые некуда девать и неудобно использовать.
Се Улян не стал церемониться, выбрал две мелочи и велел слуге убрать их.
Императрица Юй, чуткая до мелочей, сразу заметила: оба предмета — женские украшения.
— Для Цзяоцзяо?
Се Улян:
— Ей не нужны эти две безделушки.
Императрица Юй прищурилась:
— На пиру госпожа Би сказала, будто ты и эта мерзавка... Это правда?
— Как думаешь, матушка? — Се Улян пожал плечами и сел напротив неё с видом усталого человека. — Она дочь того самого Лю Хуайцина, чьё имя гремело на весь Поднебесный.
Императрица Юй:
— Я знаю.
Се Улян:
— У неё живой ум. В нужный момент она может пригодиться, да и время с ней коротать приятно.
Императрица Юй:
— Я спрашиваю не о ней, а о тебе. Есть ли у тебя к ней чувства?
— Нет, — ответил Се Улян без тени сомнения.
Императрица Юй пристально смотрела на него, пытаясь выведать больше, но он быстро попрощался и покинул дворец.
Через два дня няня Ван собрала багаж для поездки в Лянчжоу.
Там они собирались перезимовать, поэтому брали много тёплой одежды.
Лю Чжань немного погрустила, но потом с радостью принялась укладывать вещи — она ехала с Се Уляном в Лянчжоу.
Зачем грустить? Зачем переживать? Таков мир: не отдашь — не получишь.
Авторские примечания: Обновление выйдет вовремя во второй половине дня 23-го.
В день отъезда моросил мелкий дождик. Когда карета пересекала реку, Лю Чжань приоткрыла окно и выглянула наружу.
Над бескрайними водами стелился лёгкий туман, осенний дождь окутывал ивы на берегу.
Лю Чжань, опершись на руки, смотрела в окно, любуясь пейзажем.
Се Улян, скучающий за шахматной доской, мельком взглянул на неё и мягко напомнил:
— Холодно. Лучше закрой окно.
— Служанка не боится холода, — ответила она, но тут же чихнула, потерла покрасневший нос и смутилась.
Она послушно закрыла окно и села рядом с Се Уляном, подперев щёку рукой и наблюдая за его игрой.
— Умеешь играть?
Лю Чжань покачала головой:
— Не люблю шахматы, но часто видела, как отец играл с друзьями. Кое-что помню.
— Мне скучно одному расставлять фигуры. Сыграем?
Лю Чжань замахала руками:
— Нет-нет, шахматы мне правда неинтересны.
В этот момент Се Улян выдвинул ящик кареты и достал продолговатую шкатулку.
— Посмотри.
Глаза Лю Чжань загорелись. Она открыла шкатулку: внутри лежал золотистый кошачий глаз и браслет из кораллов цвета застывшей крови с подвеской в виде капли нефрита — восхитительно!
— Это... мне?! — выдохнула она, запинаясь от волнения. Князь оказался слишком щедрым!
Но Се Улян тут же вырвал шкатулку из её рук и серьёзно сказал:
— Нет.
Лю Чжань надула щёки. Только что она чуть не расплакалась от благодарности, а теперь еле сдерживала желание укусить его.
«Любишь — не можешь иметь...» — наверное, ей снова не спать всю ночь.
— Я просто хотел, чтобы ты посмотрела, — сказал Се Улян с вызывающей ухмылкой. — Видеть, как ты радуешься, а потом расстраиваешься — забавно.
Фу! Господин становится всё более злым и капризным!
— Господин, я поиграю с вами!
— Разве ты не сказала, что не любишь шахматы?
— Интерес ведь можно развить! В такую долгую дорогу я развлеку вас.
Се Улян сделал вид, что с неохотой бросил фигуру на доску, и, прищурившись, бросил ей вызов:
— Я не стану поддаваться.
— Господину и не нужно поддаваться, — улыбнулась Лю Чжань. — Но...
— Ну?
— Если... служанка выиграет партию, что тогда? — многозначительно посмотрела она на шкатулку, надеясь, что он поймёт намёк.
— Договорились! — легко согласился Се Улян. — За каждую выигранную партию ты получаешь один предмет из шкатулки!
— Господин, не «получаю», а «выигрываю», — поправила она.
Се Улян рассмеялся:
— Дерзко! Сначала выиграй.
— Отлично! — Лю Чжань энергично засучила рукава.
Интерес был не важен — важна была награда.
На деле, однако, не всё так просто: Се Улян играл превосходно. Лю Чжань проигрывала уже на первых ходах.
Он действительно не поддавался. Чёрными фигурами он всегда опережал её на шаг — победа была невозможна!
Ведь в шахматах, как и в бою, один ход решает всё.
Но Лю Чжань была сообразительной. По пути её мастерство быстро росло, и к приезду в княжеский дом Юнниня она уже могла хоть немного потягаться с Се Уляном.
— Быстро учишься. Неплохо! — похвалил он без скупости.
— Учитель — отличный! — ответила Лю Чжань и вздохнула. — За полтора месяца пути так и не заполучила ни одной безделушки... Это трагедия!
— Ты снова проиграла, — с ехидством заметил Се Улян, и Лю Чжань в бессильной ярости стиснула зубы.
Проклятый князь! Намеренно мучает её, показывая сокровища, не даёт выиграть — просто злодей!
— Больше не играю! — швырнула она белую фигуру и отвернулась. — Кто я такая, чтобы победить господина? Даже через год не выиграю!
http://bllate.org/book/6364/607081
Готово:
