На улице «Лэши» в Сочельник у самого входа возвышалась гигантская рождественская ёлка — десять метров высотой, усыпанная разноцветными огоньками и приглашающая туристов сделать фото. Витрины всех лавок были увешаны рождественскими наклейками, повсюду звучала «Jingle Bells», и всюду царила тёплая, шумная праздничная суета.
Цинь Цзюйин укуталась в пуховик, надела шапку и плотно обмотала шею шарфом — выглядела как пушистый хомячок. Рядом с ней шёл Бо Ян в длинном пальто: высокий, стройный, элегантный.
Из-за холода и толпы туристов он надел медицинскую маску и спокойно слился с толпой — никто даже не обратил на него внимания.
Проходя мимо японской лапшичной, куда он часто заглядывал, Цинь Цзюйин вдруг остановилась и, указав внутрь, мягко произнесла — так мягко, что её голос прозвучал отчётливо даже сквозь уличный гул:
— Старший брат, как-нибудь обязательно зайду попробовать то место, что ты рекомендовал.
Бо Ян слегка улыбнулся:
— Помню, в прошлый раз, когда мы были на улице «Лэши», ты говорила, что следишь за фигурой и вечером не ешь.
Тогда, услышав его приглашение поужинать, она испугалась до смерти и тут же соврала, упорно отказываясь снимать маску — ведь если бы сняла, всё сразу раскрылось бы.
С тех пор прошло немного времени, правда вышла наружу, и теперь это стало его любимым поводом для поддразнивания.
Цинь Цзюйин готова была упрятать лицо целиком в шарф. Ей хотелось плакать:
— Перестань уже! Я же призналась, что ошиблась!
Бо Ян знал, что она стеснительна, и, дав ей понять, что шутка окончена, не стал продолжать. В этот момент издалека показалась праздничная конная повозка, подпрыгивая по брусчатке. Он естественно потянул её за руку и переставил к себе внутрь тротуара.
— Осторожно.
Его пальцы были ледяными. Прикосновение заставило Цинь Цзюйин вздрогнуть. Она инстинктивно сжала его руку, желая передать тепло, но тут же сообразила, что это может выглядеть как намёк на фамильярность, и поспешно отдернула ладонь.
— Э-э… Старший брат, тебе всё идёт, так что в следующий раз одевайся потеплее, — запнулась она, нервно болтая первое, что пришло в голову, и ткнула пальцем в карман своего пуховика. — У меня карман тёплый. Если не против, можешь засунуть туда руки.
Бровь Бо Яна чуть приподнялась, и он с лёгкой усмешкой спросил:
— Засунуть руки в твой карман? А сама?
— Я? — удивилась она и даже всерьёз ответила: — У меня рукава широкие, они закроют руки. — И для наглядности помахала рукавами.
— …
Кан До раньше говорил, что эта девчонка немного рассеянная от природы. Сейчас Бо Ян совершенно с ним согласился.
Он чуть прикусил губу, еле заметно улыбнулся и просто, не колеблясь, взял её руку поверх рукава и вместе с ней засунул обе ладони в её карман.
— Да, действительно тепло.
Говоря это, он спокойно смотрел вперёд, не глядя на неё.
Внутри кармана было тесно, и даже сквозь ткань рукава их пальцы неизбежно соприкасались. Цинь Цзюйин робко попыталась отстраниться, но Бо Ян лишь крепче сжал её руку.
Обычно он вёл себя как настоящий джентльмен, но именно в этот момент проявил лёгкую, почти незаметную неформальность.
Будто в эту холодную, но умиротворённую ночь все чувства можно было надёжно скрыть.
Они неторопливо шли по улице, останавливаясь то здесь, то там, и незаметно оказались у входа в пекарню «Дацзинь».
Внутри всё было украшено в праздничном стиле, да ещё и действовала акция — покупателей было не протолкнуться. Цинь Цзюйин вдруг вспомнила что-то важное и серьёзно посмотрела на Бо Яна:
— Старший брат, подожди меня здесь. Я быстро вернусь.
В магазине слишком ярко и много людей — если его узнают, будет неприятно.
— А?
Бо Ян не успел задать вопрос, как она уже маленькими шажками побежала внутрь и исчезла в длинной очереди.
Он лишь покачал головой с лёгким раздражением и перевёл взгляд на витрину соседнего магазина. Но едва он посмотрел туда, как увидел знакомую фигуру, выходящую из двери, и услышал ленивый, хорошо знакомый голос.
Это был Кан До.
— Тебе правда не нравится тот медведь? Девушкам же обычно нравятся милые вещицы. Например, Сакуре.
— Во-первых, мне не хочется засовывать такого огромного медведя в чемодан и везти обратно в город К. Во-вторых, то, что нравится Сакуре, не обязательно нравится мне. Мне нравится только сама Сакура.
— …А комплект новых украшений Tiffany, что я тебе подарил, тебе тоже не нравится?
— Украшения мне понравились.
— Тогда почему не берёшь?
Фэн Юань засунула руки в карманы, уголки её алых губ изогнулись в насмешливой улыбке:
— То, что я могу купить сама, зачем принимать от тебя?
— … — Кан До снова остался без слов от этой барышни. Он уже собирался сменить тему, чтобы разрядить обстановку, но вдруг заметил взгляд Бо Яна и удивлённо воскликнул: — Эй?! Ты как здесь оказался?
Бо Ян едва сдержал улыбку:
— А тебе можно, а мне нельзя?
— Я пришёл на день рождения друга и случайно встретил госпожу Фэн, так что решил проводить её.
Фэн Юань бросила на него косой взгляд:
— Да ладно тебе, это я тебя провожаю.
— Ну ладно, детали не важны, — отмахнулся Кан До и снова повернулся к Бо Яну, в глазах которого читался неприкрытый интерес: — Раз уж ты здесь, значит, Сакура тоже где-то рядом? Ведь сегодня вы же репетировали танец вместе?
Бо Ян не ответил прямо, лишь спокойно взглянул на Фэн Юань:
— Вы, случайно, не дочь конгломерата «Наньфэн»?
Фэн Юань невозмутимо ответила:
— Для вас, наверное, достаточно знать, что я просто подруга Сакуры.
— Очень приятно.
Они вежливо пожали друг другу руки, будто знакомство имело смысл только благодаря Цинь Цзюйин.
— …Вы двое слишком официальны, — пробурчал Кан До, чувствуя себя лишним, и решительно встал между ними, дружески толкнув Бо Яна в плечо. — Ладно, серьёзно: по достоверным данным, Му Жун уже узнала, что ты пригласил гостя для выступления, и, кажется, сильно злится.
Бо Ян равнодушно бросил:
— Она вообще имеет право злиться?
— Ну конечно, кроме Сакуры никто и не имеет права, — многозначительно ухмыльнулся Кан До и потянул Фэн Юань за рукав. — Госпожа Фэн, пойдёмте-ка, дадим этим двоим немного уединения.
Фэн Юань изначально хотела поздороваться с Цинь Цзюйин, но потом решила, что всегда можно связаться позже — сейчас лучше не быть третьим лишним.
Поэтому она согласилась, но не забыла добавить:
— Моя Сакура довольно рассеянная, прошу, господин Бо, присматривайте за ней.
Бо Ян вежливо кивнул:
— Я понимаю.
Так что, когда Цинь Цзюйин вышла из пекарни, Кан До и Фэн Юань уже давно исчезли. На месте оставался только Бо Ян, терпеливо ждавший её.
— Прости, старший брат, заставила тебя так долго ждать.
— Ничего страшного, — покачал он головой. Его взгляд упал на бумажный пакет в её руках. — Это что?
— Новинка нашей пекарни — булочки с начинкой из соуса умэ, тесто замешано с листьями мяты, — радостно сунула она пакет ему в руки. — Только что из печи, тебе точно понравится.
Он с лёгким недоумением спросил:
— Как ты стояла в очереди?
— А? Я же не стояла — просто зашла и взяла сзади.
Да, конечно. Она же совладелица «Дацзинь» — зачем ей стоять в очереди?
Без сомнения, именно она предложила такой необычный вкус — умэ с мятой.
Бо Ян крепче сжал пакет, чувствуя сквозь бумагу тепло свежих булочек и вдыхая сладкий аромат молока.
В этот момент кто-то в толпе радостно воскликнул:
— Идёт снег!
Действительно, луна скрылась за облаками, на тёмно-синем небе мерцали звёзды, а с неба падали первые снежинки — будто нефритовая красавица рассыпала лепестки грушевого цвета.
Это был первый снег в году, возможно, и последний — идеальное завершение рождественской ночи.
Бо Ян опустил глаза и, пока Цинь Цзюйин с восхищением смотрела на снег, незаметно положил в её карман игрушечного оленёнка с яблоком в лапках.
Он улыбнулся и мягко произнёс:
— Сакура, счастливого Рождества.
В ту рождественскую ночь Цинь Цзюйин вернулась в кампус очень поздно — ворота общежития уже закрыли. К счастью, она была худенькой и смогла проскользнуть через щель в железных воротах.
В общежитии давно погас свет. В полной темноте она освещала себе путь телефоном и, едва открыв дверь комнаты, услышала скорбный голос Цзян Линь с правой кровати:
— Только вернулась?
— …
Цинь Цзюйин аж подпрыгнула от неожиданности, чуть не выронив телефон.
— Линьлинь, ты ещё не спишь?
— Ты не отвечала на сообщения в вичате, как я могла уснуть? — Цзян Линь приняла вид строгого следователя. — Признавайся честно: весь день тебя не было видно, а сегодня такой романтичный праздник — точно была на свидании? Из какого факультета парень? Как зовут? Красивый? Есть ли у него хоть какие-то достижения? Достоин ли он тебя?
Цинь Цзюйин подумала, что даже родители не проявляли такого интереса к её личной жизни.
Цзян Линь была права — она настоящая мама-фанатка.
— Не выдумывай, — засмеялась Цинь Цзюйин. — Просто в пекарне рождественская акция, помогала немного. Вот, твой любимый манго-молочный вкус — завтра будешь завтракать.
— Ох… — Цзян Линь с недоверием протянула, явно не собираясь так легко сдаваться. — Точно ничего не было?
— Точно ничего, — нарочито подчеркнула Цинь Цзюйин.
— Хм, только постарайся, чтобы я ничего не заподозрила. Мои глаза острее, чем у репортёров из светской хроники.
Цинь Цзюйин уклончиво пообещала и наконец уговорила «репортёра из светской хроники» лечь спать. Она облегчённо вздохнула и начала снимать куртку.
Но, засунув руку в карман, она нащупала что-то мягкое и пушистое. Достав игрушку, она с удивлением увидела того самого оленёнка с яблоком.
Когда он это положил?
В этот момент телефон вибрировал — пришло уведомление от особого подписчика в вэйбо.
Был ровно полночь. Бо Ян опубликовал новый пост.
【@BoYang_menthol: Идёт снег. Всем счастливого Рождества.】
К посту прилагалась фотография игрушечного оленёнка в его руке — точь-в-точь такой же, как у неё.
Оказывается, он купил пару и тайком положил одну игрушку ей в карман.
Неужели король экрана, окружённый славой, способен на такие милые хитрости?
Цинь Цзюйин повесила оленёнка на свой чёрный рюкзак, пальцем потрогала его рожки и, наконец, сладко улыбнулась.
Счастливого Рождества.
*
На Новый год Цинь Цзюйин съездила домой в город Х, чтобы провести два дня с родителями.
Съёмки шоу «Король танца среди звёзд» назначены на 7 января, а уже 5-го нужно приехать на площадку — организаторы будут делать рекламные фото с приглашёнными гостями и участниками, а также снимать репетиционные кадры для монтажа в эфирный выпуск.
В день её возвращения из города Х в город М за ней в аэропорту приехал Чжоу Линьэнь.
Вместе они прибыли на большую студию на южной окраине и там совершенно случайно встретили Ларри.
— Сакура? — Ларри сразу подошёл к Цинь Цзюйин, вытащил руки из карманов и, немного замявшись, пожал руку Чжоу Линьэню. — О, Линьэнь, редко видеть тебя на шоу такого формата. Очень приятно! Я смотрел твои выступления.
В мире брейк-данса постоянно появляются новые таланты, но настоящих молодых мастеров немного, поэтому все, кто добился хотя бы некоторого признания, прекрасно знают друг друга.
Чжоу Линьэнь вежливо кивнул:
— Я тоже видел выступления вашей труппы «Маньчжоу». Ваш стиль действительно уникален, неудивительно, что многие мастера высоко вас ценят.
— Да ладно, ваша команда «Найт Иглз» — эталон для всей индустрии. Объединение лучших танцоров из Китая, США, Японии и Кореи — это просто уровень богов.
Так закончился их краткий обмен комплиментами.
Ларри улыбнулся и повернулся к Цинь Цзюйин:
— Сакура, не думал, что ты тоже дружишь с Линьэнем.
— Да, мы раньше вместе тренировались, — ответила она и тут же удивилась: — Ларри, ты тоже участвуешь в «Короле танца среди звёзд»?
http://bllate.org/book/6287/601339
Готово:
